Экономика и жизнь №04 (10116) ЭЖ-Юрист | №04 (1401) от 06 февраля 2026

Действующее процессуальное законодательство предусматривает применение преюдиции в ограниченном перечне случаев (ч. 2—4 ст. 69 АПК РФ). Вместе с этим при буквальном толковании этих положений в судебной практике упоминаются обстоятельства, при которых преюдиция не применяется. Имеет ли значение в таких случаях субъектный состав? Какие обстоятельства считаются установленным судом при разрешении первоначального спора? И наконец: что же находится за пределами преюдициальности?

Действующая уже семь лет процедура «сплошной» кассации вступивших в законную силу решений мирового суда предусматривает обращение в один из девяти кассационных судов общей юрисдикции и ВС РФ. Однако ВС РФ предлагает пересмотреть существующее регулирование. Он подготовил и внес в Госдуму сразу три законопроекта с изменениями в ГПК РФ, КАС РФ и УК РФ (№ 1136694-8, № 1136722-8 и № 1136722-8). Они предусматривают перенесение кассационного обжалования на уровень президиумов судов субъектов. Дополнительно судья в кассации единолично проверит наличие оснований для передачи жалобы для рассмотрения в заседании. По мнению экспертов, фильтрация жалоб позволит более тщательно готовить судебные акты, однако осложнит формирование однородной судебной практики.

Конституционный суд РФ в постановлении от 20.01.2026 № 2-П признал неконституционным ограничение судебной защиты прав на цифровую валюту (токены), приобретенную не путем майнинга. Ключевым основанием стало отсутствие в законе реального механизма информирования налоговых органов о таких активах, что делало требование о таком уведомлении невыполнимым и, следовательно, необоснованным барьером для доступа к правосудию. При этом суд подтвердил конституционность аналогичного требования для майнеров, для которых такой порядок отчетности установлен. Таким образом, КС РФ не только устранил правовую неопределенность, но и впервые на высшем судебном уровне прямо закрепил имущественную природу цифровой валюты, поставив ее под защиту государства наравне с иными активами.

С 1 февраля 2026 года вступили в силу поправки1 в ст. 13 Закона «О защите прав потребителей», которые меняют правила расчета ответственности бизнеса перед покупателями. Теперь компании в ряде случаев могут быть освобождены от обязательного 50-процентного штрафа, а сумма неустойки за просрочку требований ограничена стоимостью товара. Также уточнен порядок расчета компенсации при возврате некачественных технически сложных устройств. Эксперты полагают, что нововведения снизят давление на бизнес, но могут ослабить позиции потребителей в спорах.

Кредит — рисковый инструмент, позволяющий как увеличить производственные возможности и масштабы бизнеса, так и привести к его неплатежеспособности. Однако в ряде случаев конкурсные кредиторы и арбитражные управляющие могут оспорить кредитный договор, в том числе по специальным положениям Закона о банкротстве о подозрительных сделках (п. 2 ст. 61.2). С учетом этого сложно отличить добросовестные действия должника в рамках предпринимательской деятельности, нацеленные на увеличение производства, от недобросовестных действий, направленных на вывод капитала и причинение вреда имущественным правам кредиторов. Из анализа судебной практики можно выделить основные доводы судов по защите кредитных договоров от оспаривания.

Корпоративный секретарь является ключевым звеном, которое обеспечивает необходимую прозрачность компании для инвесторов, акционеров (участников) посредством в том числе раскрытия информации. Под ним подразумевается законодательная обязанность АО информирования в обязательном порядке (ст. 92 Закона об АО). Внутри компании этому корреспондирует обязанность общества предоставить информацию акционерам (ст. 91 Закона об АО). Можно ли смешивать сведения для акционеров и информацию, раскрываемую в обязательном порядке? Как изменилась судебная практика о взыскании убытков в связи с этими обязанностями в спорах с участием корпоративного секретаря?

Сокрытие информации о наличии на земельном участке объекта, размещенного с нарушениями, является грубым искажением условий аукциона и создает незаконное преимущество.