Экономика и жизнь | №42 (10154) от 06 ноября 2026

Третий саммит «Россия — Африка» прошел в Москве: за два дня в Гостином дворе успели и пошутить про «шапку» министра финансов, и подписать пакет документов, который меняет саму логику российского присутствия на континенте — от точечных сделок к работе с целыми региональными блоками. Товарооборот в 2025 г. превысил 27 млрд долл., но ориентир обозначен куда более амбициозный: 50 млрд.

Начало осени дало редкую по контрасту картину: рынок труда не просто ожил, а вырос вопреки сезонной норме, деловые ожидания в промышленности пошли вверх, а отдельные отрасли показали значительные темпы роста — притом что текущие оценки бизнеса остались слабыми, а индекс деловой активности обрабатывающих производств так и не поднялся выше порогового значения. Это расхождение и есть главный сюжет начала осени: оживление в экономике действительно нарастает, но нарастает неравномерно, и первым его почувствовал не выпуск, а спрос на рабочую силу.

Инфляция в России напрямую влияет на расходные обязательства бюджета. Чем она ниже, тем более компактны расходы, заявил министр финансов Антон Силуанов.

С 1 ноября 2026 г. в России вступил в силу ряд законодательных изменений. Они затронут самые разные стороны жизни: от пенсионных выплат и налоговых обязанностей до правил пребывания иностранцев и требований к маркировке товаров. Чтобы не потеряться в потоке нововведений, стоит разобраться в них по порядку — по категориям граждан и сферам бизнеса.

Санкции, разрыв логистики, теракты на газопроводах, барьеры для технологий — в таких условиях вынужден работать российский ТЭК. Энергетическая стратегия до 2050 г. ставит целью удержать позиции на мировом рынке и обновить отрасль, опираясь на собственные технологии и оборудование. Но в основе энергобаланса по-прежнему традиционные ресурсы — нефть, газ и уголь, их добычу и переработку предстоит развивать на новых технологиях, одновременно наращивая долю альтернативных и возобновляемых источников. О том, что уже сделано для этого и как видят будущее отрасли участники рынка, — в материале.

Договор строительного подряда — фундамент, на котором держится вся экономика и технология будущей стройки. Его проверка и согласование представляют собой классический предварительный контроль: мысленное моделирование будущего, где каждый пункт появляется не случайно, а как ответ на вопрос «что может пойти не так?». Именно на этой стадии, до того, как на площадку ступит нога строителя и будут потрачены первые деньги, закладываются механизмы, которые либо превратят строительно-монтажные работы в управляемый и предсказуемый процесс, либо оставят заказчика один на один с сорванными сроками, кассовыми разрывами и судебными спорами. При этом ценность такого контроля далеко не очевидна для топ-менеджмента: затраты на согласование видны и измеримы, а предотвращенные убытки невидимы. Отсюда и отношение к службам контроля как к «центрам затрат», а не инвестициям в стабильность. Между тем для Службы внутреннего аудита и для подразделения безопасности согласование договора — это еще и источник стратегической разведывательной информации: «красные флаги» и узкие места, выявленные на бумаге, становятся картой рисков и позволяют точечно настраивать план проверок в ходе последующей работы. В статье мы разберем, как из хаотичного и эмоционального процесса сделать управляемую процедуру и почему регламенты и тендерные процедуры являются нулевой стадией договора.