1. Главная / Статьи 
ул. Черняховского, д. 16 125319 Москва +7 499 152-68-65
Логотип
| статьи | печать | 212

Как преодолеть отчуждение России?

В XXI веке тренды цивилизационного развития стремительно набирают силу. Большинство государств достигли четвёртого и пятого технологических укладов. Экономические лидеры последовательно осваивают шестой уклад, а интеллектуалы пытаются разглядеть отличительные признаки седьмого технологического уклада. Становление глобального мира — не фигура речи, а объективный результат всеохватывающих преобразований, не только растущей взаимозависимости стран и народов, но и формирования сложной интегрированной системы человек — общество — природа. Не вписавшись в этот процесс — естественно-исторический и многосторонний — Россия рискует оказаться на задворках цивилизации.

*****

Сокращение объёмов отечественного производства, доли российского ВВП в мировой экономике в целом, во внешней торговле и на рынке высокотехнологичной продукции, системные внутренние проблемы — очевидные приметы продолжающегося экономического кризиса.

Александр Аузан, декан экономического факультета МГУ, член Экономического совета при Президенте РФ: в России накопилась масса сложных проблем, усугубляющих кризис и требующих решения, — коррупция, с которой непонятно как бороться, чтобы не сделать хуже, близорукость правящей элиты, способной мыслить короткими горизонтами, максимум в три года, отсутствие давно назревших реформ, низкий уровень доверия среди населения. Но это не повод для пессимизма, а отправная точка для диагностики состояния современного российского общества и создания долгосрочной программы развития — не на два-три года, а по крайней мере — на пару десятков лет («Slon.ru», 29 октября 2015 г.)

По словам А. Аузана страна попала в эффект колеи. В 90-е гг. несли мешки из амбара и немножко отсыпали по дороге. В нулевые годы несли мешки в амбар и также немножко отсыпали по дороге. Поэтому «важно не то, куда несут, а сколько отсыпают».

Приватизация, огосударствление, низкое качество государства, институтов, обеспечивающих права собственности, «выливаются в отсыпание из мешков по дороге». Чтобы выйти из «колеи», полагает известный экономист, необходимы комплексные преобразования, обнимающие культурные и институциональные нормативы, надо изменить ориентиры, сблизить ожидания и др. (там же).

*****

Как снять или, по крайней мере, ослабить эффект устойчивых противоречий в обществе, негативно влияющих на экономическое развитие?

Борис Грозовский, зам. редактора отдела «Ведомостей», ссылается на главу Нацбанка Индии Рагхурама Раджана: он действует по правилам и в интересах общего блага, не связан корпоративными интересами — ни среди промышленников, ни в мире банков. Он прекрасно знает, что краткосрочные интересы у экономических агентов редко совпадают с долгосрочными, и нет такого промышленника, который не хотел бы понижения ставок («Forbes», 7 мая 2014 г.).

Информация к размышлению

Р. Раджан: бизнесмены не выражают «дух капитализма… Каждый экономический агент хочет равных правил игры для всех, но льгот и преференций — для себя лично». Капитализм заключается не в частной собственности или рыночном обмене, а в свободном доступе к конкуренции. Важен баланс — осторожное госрегулирование, чтобы защищать рынки, а не крупных собственников. В развивающихся странах часто получается так, что олигархи останавливают и даже поворачивают вспять развитие рынков. Тогда рыночная экономика разрушается и торжествует «капитализм для своих» (там же).

Административный ресурс реализуется под предлогом спасения страны от внешней угрозы, защиты обездоленных, помощи банковской системе и т.д. Появляется возможность отказаться от конкуренции в пользу политиков и чиновников, принимающих решения. Формируются неверные представления о функциях в регулировании экономики и ложная дихотомия государство — рынок. Но современные рынки невозможны без государства, создающего инфраструктуру, позволяющую участникам рынков свободно торговать (там же).

«Хорошая экономика неотделима от хорошей политики, убеждён Р. Раджан и предлагает три рецепта успешного экономического развития:

— Реформировать финансовую систему, отказаться от правил игры, выгодных немногим, и покончить с правительственными субсидиями и привилегиями, которыми пользуются финансовые институты в отличие от компаний реального сектора; отказаться от идеи финансовых институтов «слишком больших, чтобы обанкротиться»;

остановить рост социальной поляризации, но не столько за счёт налогов, сколько за счёт сокращения неравенства в доступе к услугам, содействующим улучшению человеческого капитала (образованию, медицине) и создания карьерных стимулов;

предотвращать дальнейшее накопление дисбалансов, когда экономический успех страны зависит от иностранных потребителей.

Перечисленные институциональные изменения — условия необходимые и актуальные, подтверждаемые современной зарубежной практикой, но недостаточные для успеха российских реформ.

*****

После введения антироссийских санкций остро встал вопрос об импортозамещении как адекватном ответе на запрет поставок в нашу страну некоторых видов высокотехнологичной продукции.

Исходная реакция была заведомо политической и сродни «кавалерийской атаке»: все вперёд — за год-два в основном решим проблему. Оказалось, однако, что в российской промышленности заменить импортное сырьё нередко либо нечем, либо аналоги низкокачественные. Отсюда рост цен, обеднение ассортимента, снижение качества.

По прошествии более чем года после первой волны санкций стало ясно, что вначале надо в том числе учитывать народнохозяйственное значение отраслей и производств, ранжировать их по импортозависимости, уровень и мультипликативный эффект которой в свою очередь должны определять характер, условия и последовательность необходимых шагов для импортозамещения.

Заметим, шоковая девальвация рубля в декабре прошлого года и недавнее повторное падение курса не остановили медленное торможение отечественной экономики, не вывели российскую промышленность из длительной стагнации, которая сменилась вялотекущей рецессией. При этом отраслевой анализ показывает, что банальное отсутствие производства российских аналогов любого качества по-прежнему первостепенная проблема везде, в меньшей степени — в промышленности стройматериалов («РБК», 28 октября 2015 г.).

Так, в пищевой промышленности 76% предприятий сообщили о невозможности найти российские аналоги. 30% остальных предприятий указали на низкое качество сырья-аналога. В других отраслях (например, леспром, химпром) с отсутствием отечественных аналогов сталкиваются примерно в 60% случаев, в машиностроении — в 63%.

На низкое качество аналогов в январе указали 18—42% предприятий разных отраслей, в августе — 13—49%. Зафиксировано и улучшение ситуации. Лидером стала лёгкая промышленность, в которой негативное отношение к качеству российских аналогов снизилось с 34 до 13%. У отрасли минимум отрицательных отзывов о качестве российского сырья и оборудования. Далее следуют предприятия химпрома и металлургии. Фактор завышения цены на отечественное оборудование и сырьё не превысил 13%. Фактор недостаточной поддержки властей также снизился и не превышает 11% (в январе — 18%) (там же).

Однако в целом проблема импортозамещения и создания новых производств на территории страны в ближайшие годы сохранит прежние масштабы.

*****

Итак, объективный анализ импортозависимости — важнейшая предпосылка последующего успешного импортозамещения. Но даже отдельные инновационные прорывы, опережающие лучшие мировые технологические достижения, не обеспечат российской экономике выход на лидерские позиции. С большим или меньшим успехом значительная часть отраслей будет развиваться по догоняющей модели в рамках нынешнего технологического уклада — использование современной терминологии и «новаторских» формулировок сути дела не меняет.

Возможно, в предстоящих разработках концепции долгосрочного развития будут рассмотрены условия, при которых страна в ближайшее десятилетие не только в целом перейдёт с четвёртого на пятый технологический уклад, но и одновременно будет закрепляться на уровне шестого технологического уклада для последующего полного перехода («Стратегии-2020, 2030, 2035 — что дальше?» — см. здесь же).

Конечно, нельзя исключить, что появятся теоретические варианты ускоренного прохождения технологических и прочих укладов прошлого, настоящего и будущего в более сжатые сроки. Однако в рамках господствующей парадигмы это будет не так называемая дорожная карта, а ожидаемый ответ на политический заказ, дань конъюнктуре, которая не имеет ничего общего с реальностью.

Судить о целях развития по однолетнему бюджету непросто. По этой причине «стратегия» в России — простая экстраполяция сегодняшней тактики на завтра («Ведомости», 6 ноября 2015 г.).

Информация к размышлению

1. Распространено убеждение, что мотором, локомотивом прогресса являются финансы, деньги, технологии их приращения любыми способами, в том числе глобальной спекуляцией. Производство материальных ценностей и его технологический уровень, принципиально новые, революционные технологии и производимая с их помощью продукция ставятся на второй план (http://www.nanonewsnet.ru/articles/2011/tekhnologicheskie-uklady-tu-ekonomika-nanotekhnologii-tekhno....

2. Владимир Иванов, заместитель президента РАН, Георгий Малинецкий,    Институт прикладной математики им. М.В.Келдыша РАН : «…глобальный валовой продукт составляет $80 трлн, а объем финансовых инструментов, которые, казалось бы, должны обслуживать реальный сектор экономики, превысил $1200 трлн… Финансовый «хвост» уверенно «виляет собакой» реальной экономики» (http://regnum.ru/news/innovatio/2002782.html).

Отрыв финансовой сферы от реального сектора экономики и увлечение финансовыми спекуляциями — лишь части проблемы. Ещё одна — в отсутствии понимания, что именно «прорывные» (фундаментальные, революционные, широкоохватные) инновации не только количественно и качественно изменят экономический ландшафт.

Традиционную основу индустриальной экономики составляет доминирующее материальное производство. В постиндустриальной экономике материальное производство не исчезает, но его дальнейшее развитие оптимизируется, определяется балансом потребностей общества.

Главенствующая роль принадлежит производству знаний — нематериальной продукции, постоянно доступной в виде глобальной информации большинству производителей для использования, обновления (усложнения, развития), обмена и тиражирования. Иными словами, использование такой продукции не ведёт к износу, не предполагает амортизацию в традиционном смысле.

В перспективе будет происходить исчезновение (уничтожение, видоизменение) одних и возникновение других отраслей, созидание человека как «главного технолога» и главного объекта технологий (с интеллектом, «мгновенно» усиливающимся глобальными базами данных, искусственными органами, особенностями взаимодействия с другими участниками реализуемых процессов и др.).

В результате ускоряющихся изменений в различных сферах общества будет формироваться и новая цивилизация («Capex — между индустриальным и постиндустриальным», «Экономика homo sapiens. Что дальше?» — см. здесь же).

Информация к размышлению

Пятый технологический уклад (вторая половина XX — начало XXI века): электроника и микроэлектроника, атомная энергетика, информационно-коммуникационные технологии, генная инженерия, начала нано- и биотехнологий, космос, мобильная и спутниковая связь, интернет, глобальное перемещение капитала, идей, товаров, услуг, людей и др. (http://www.nanonewsnet.ru/articles/2011/tekhnologicheskie-uklady-tu-ekonomika-nanotekhnologii-tekhno....

Шестой технологический уклад (конец XX-начало XXI  — первая половина XXI века): Его локомотивные отрасли — биотехнологии, робототехника, нанотехнологии, зелёные технологии, полномасштабные технологии виртуальной реальности, новое природопользование, когнитивные технологии (http://regnum.ru/news/innovatio/2002782.html).

Более всего Россия отстает от мировых показателей в междисциплинарных исследованиях и конвергентных технологиях, на которые в мире сейчас возлагают огромные надежды (http://regnum.ru/news/innovatio/2002784.html).

Позволим себе предположение, что определяющий тренд седьмого технологического уклада (середина XXI века — …?) — трансформация homo sapiens (человека разумного) в homo wise (человека мудрого и знающего) как главного объекта и субъекта постиндустриальной экономики знаний. Но останется ли homo wise человеком в том смысле, который мы вкладываем в homo sapiens?

*****

Важно понимать (и об этом свидетельствует кризис 2008—2009 гг.), что мировая экономика достигла уровня, требующего качественного обновления. В противном случае будет необратимо усиливаться несоответствие производственных отношений характеру и уровню развития производительных сил. Сугубо экономические проблемы постепенно трансформируются в общественно системные, не только препятствующие, но и противоречащие объективным условиям цивилизационного развития.

Чтобы преодолеть возникающие трудности и сохранить шанс на последующий экономический успех, в первую очередь необходим мировоззренческий прорыв. Необходимо чёткое понимание, что в целом переход на пятый и в зависимости от предпосылок на шестой технологические уровни есть всего лишь повторение пройденного странами-лидерами и бесконечная погоня за ними. При таком развороте событий Россия навсегда останется догоняющей страной.

Страны, способные эффективно развивать и использовать новации нового технологического уклада, раньше других достигают его уровня и становятся лидерами. Например, трансформации, соответствующие    второму технологическому укладу, возглавила Великобритания. Переход к четвёртому технологическому уклад первыми начали США, Япония и Южная Корея. На пути к пятому технологическому укладу к США активно присоединились Китай и Индия (там же).

Информация к размышлению

Согласно недавнему исследованию McKinsey, в ближайшие десять лет Китай станет глобальным хабом, развивающим новые продукты многих компаний, местом возникновения обновлённого подхода к дешёвым и гибким инновациям с китайской спецификой («Slon.ru», 29 октября 2015 г.).

По мнению аналитиков, Китай инновационно силён в ориентированности на потребителя (производство бытовых приборов приносит 36% мировой выручки, интернет-сервисы и ПО — 15% мировой выручки) и индустриальной эффективности (производство солнечных панелей — 51% выручки, текстильная промышленность — 20% и др.).

В инженерных и научных разработках КНР демонстрирует «определённые успехи», но до назначенного экономистами порога (не менее 12% мировой выручки) пока недотягивает. Однако не приходится сомневаться, что и в этих направлениях китайский успех не заставит себя ждать (там же).

Предсказанное ещё Карлом Марксом превращение науки в производительную силу постепенно становится решающим фактором экономического развития и решающим условием общественного производства, тогда как его материальная составляющая превращается во вторичный фактор.

Превосходство экономики знаний над экономикой железа, авторитета интеллекта над авторитетом силы сегодня не вызывает сомнений.

Отсюда одна из важнейших задач — внедрять собственные инновационные разработки в национальное производство, а не передавать их в другие страны. Неслучайно, например, правительство Франции определило 34 приоритетных направления реиндустриализации экономики. Ставка сделана на прорывные технологии, создающие добавленную стоимость в 45 млрд евро (40% от текущей стоимости экспорта) и 450 000 новых рабочих мест (Vedomosti.ru, 16 сентября 2013 г.).

Аналогичную дальновидную политику осуществляют в США, Германии, Великобритании, других развитых странах.

*****

Не ошибёмся, утверждая, что самое время перейти от назидательно многословных и набивших оскомину речей о модернизации, новой индустриализации, импортозамещении к обсуждению контуров модели опережающего развития российской экономики. Здесь важно не ошибиться в выборе направлений под воздействием конъюнктуры и субъективных факторов! Чтобы, с одной стороны, разрабатывать технологии и запускать производства, предусматривающие выпуск традиционной конечной продукции. С другой — одновременно вести подготовку к организации высокотехнологичных производств будущего, проекты которых пока ещё в головах, на бумаге или только осваиваются.

Масштабное индустриальное обновление отечественной промышленности в конкурентных рамках среднемирового уровня должно сопровождаться активными обновлениями на уровне высших мировых достижений, обеспечивающими мировое лидерство на отдельных направлениях, и инновационными прорывами, не имеющими мировых аналогов, опережающими основных игроков, ещё не готовых «стартовать» ( «Не опоздать на уходящий поезд», «Можно ли в России “сказку сделать былью”? Часть 2. Неоиндустриальный ренессанс» — см. здесь же).

Цель первого направления — удовлетворение массовой внутренней потребности в различных видах продукции за счёт массового характера производства (на среднемировом уровне, без экспортных амбиций «в начале пути»). Там, где целесообразно, возможен выгодный импорт технологий и производств пятого техноуклада — теряющих конкурентоспособность на мировых рынках, но превосходящих отечественные аналоги. Данный подход обеспечит встраивание в глобальные технологические цепочки, подготовку специалистов и стимулирование новых, конкурентных отечественных разработок, последующий выход на внешние рынки.

Второе направление призвано содействовать упрочению мирового лидерства России в отдельных научно-технологических сегментах. Соответствующие структуры (действующие и вновь образуемые с российским участием) внутри страны и за рубежом, адаптированные к международным требованиям, должны закреплять и усиливать приоритеты отечественных разработок, создавать новые, эффективно использовать достижения на стыке наук, внедрять разработки — развивая и удовлетворяя глобальные и растущие внутренние потребности в высокотехнологичной продукции.

Информация к размышлению

Акио Тойода, президент концерна Toyota заявил, что   компания вложит миллиард долларов   в разработку систем искусственного интеллекта. Будут открыты два исследовательских центра: в Силиконовой долине, недалеко от Стэндфордского университета и рядом с Массачусетским технологическим институтом (MIT). Интерес распространяется намного дальше беспилотного вождения —   речь идет об абсолютно новой технологии, которая изменит повседневную жизнь (NEWSru.com/Автоновости, 6 ноября 2015 г.).

Для опережающей реализации третьего направления внутри страны необходима всесторонняя подготовка условий, предусматривающая первоначально локальный «старт» с постепенным, всё более масштабным и всеохватным развитием других отраслей промышленности. В перспективе именно такой подход позволит обеспечить мировое лидерство в производстве каждой единицы продукции как индивидуальной, по техзаданию будущего покупателя (возможно, даже дистанционно — им же самим!) из «бесконечного» набора исходных («простых») базовых компонентов. Новый мир строится вокруг человека, а не вокруг производителя.

Очевидный (и далеко не единственный уже в ближайшие годы!) пример — 3D-технологии, уверенно демонстрирующие поразительные достижения в самых разных сферах жизнедеятельности (строительство и медицина, производство оружия, продуктов питания, игрушек и т.д.). Подобные технологии будут постепенно   проникать в производства первого направления и т.д.

Информация к размышлению

Кирк Фелпс, вице-президент по развитию продукта одного из самых интересных стартапов индустрии 3D-печати — «Carbon3D» уверен, что эти технологии способны изменить процесс производства в принципе.

Представитель «Ford Motor»: «В 3D-печати остается нераскрытым огромный потенциал. Он изменит то, как работает производство в Америке, и мы хотим понять, как его лучше всего использовать» («Slon.ru», 7 ноября 2015 г.).

Владимир Иванов, Георгий Малинецкий: Лем писал о летающих роботах-насекомых. В 2013 г.    с палубы американского авианосца был поднят и посажен обратно ударный беспилотник (16 т). Учёные работают над следующим поколением боевых систем летающих роботов, взаимодействующих в ходе решения общей задачи. Через некоторое время они превратят многие нынешние вооружения в груды металла. Очень важно, чтобы российские разработчики — учёные, инженеры, военные — не опоздали (http://regnum.ru/news/innovatio/2002784.html).

Как всегда своеобразная ситуация складывается в нашей стране. Основатель и CEO Pay-Me Владимир Канин отмечает, что с 2001—2012 гг. в России возникли несколько тысяч стартапов и более сотни венчурных фондов. С одной стороны — фонд «Сколково» и технологический университет «Сколтех», с другой —   Российская венчурная компания РВК предлагали будущим резидентам налоговые и другие льготы, гранты и минигранты.

Кризис 2014—2015 гг. выявил сбои российской венчурной системы. Мода на стартапы в России подходит к концу. Возвращаются традиционные модели получения прибыли. Работает только классическая, проверенная десятилетиями модель постепенного роста — наращивать выручку, приближаться к окупаемости, показывать доходность. С ней гораздо легче привлекать финансирование, как заемное/проектное, так и от фондов («РБК», 9 ноября 2015 г.).

Информация к размышлению

Дмитрий Судаков, руководителю проекта «Атлас новых профессий» Агентства стратегических инициатив:   Национальная технологическая инициатива России предлагает нарисовать рынки будущего, в которое идут крупные мировые игроки где конкуренции    еще нет. А дальше — начать захватывать эти рынки. Высокотехнологичных рынков, на которых Россия входит в число ведущих игроков, очень немного: военная техника и индустрия космических технологий, в которой   уже тревожно. Рынок запусков еще российский, но   компания SpaceX вытесняет Россию, потому что мы не развиваемся («Эксперт», 10 ноября 2015 г.).

Следует помнить: если будущее наступает неожиданно,   цена умаления рисков и угроз может быть очень высокой.

*****

Итак, активные усилия целесообразны не только по развитию на внутреннем рынке производств, выпускающих массовую продукцию, и не только по созданию научно-технологических центров мирового уровня в областях, где у России ведущие мировые позиции. Необходимо ясно понимать: чтобы разговоры об опережающем развитии (тем более в современных условиях) не остались пустым звуком, требуются опережающие заделы.

Информация к размышлению

Александр Аузан: отечественная специфика предполагает возможности промышленного развития в нишах. «Нынешние неформальные институты позволяют России позиционировать себя для производства нестандартизированной продукции, продуктов уникальных, малосерийных, штучных, в креативных индустриях, опытных производствах и т.д.» («Стратегии-2020, 2030, 2035 — что дальше?» — см. здесь же).

Безусловно, это преимущество, которое отечественная экономика должна использовать в преодолении промышленной деградации и осуществлении индустриализации. Но более всего данная особенность может оказаться эффективной при разработке и отладке производств рассмотренного выше третьего направления, не имеющих зарубежных аналогов, и, надо полагать, предвосхищающих индустрию седьмого технологического уклада.

Повторим: речь идёт о существующих или вновь создаваемых отраслях, в рамках которых целесообразно сосредоточиться на комплексной разработке индустриальных производств будущего — как возможных, первоначально уникальных роботизированных систем седьмого технологического уклада («Политэкономия vs есоnomics» — см. здесь же).

Они позволят эффективно производить на типовом оборудовании из массовых исходных компонентов (минеральное или биосырьё, ультадисперсные порошки, наноматериалы, молекулярные соединения и т.д. и т.п.) конечные продукты широкой номенклатуры по индивидуальным заказам.

В этом — суть: всё более «элементарные» (вплоть до молекулярных соединений и атомов?!) исходные материалы обеспечивают массовое производство, при котором каждая единица продукта индивидуальна.

Отсюда естественное предположение, что через набирающую понимание и популярность идею о коллективном использовании благ незнакомыми друг с другом людьми, в обществе будут объективно формироваться предпосылки становления экономики совместного потребления (sharing economy) (Slon.ru, 2 июня 2015 г.).

В этом случае речь идёт об эффективном массовом сотрудничестве, коллективных действиях людей, преследующих не свои личные сиюминутные цели, а участвующих в том, что работает на некий солидарный и долгосрочный интерес.

Это возможность преодолеть отчуждение большинства от обмена знаниями, властью и капиталом, а следовательно, от распределения экономических результатов (Выделено мной. — Тапскотт Дон, Энтони Уильямс «Викиномика. Как массовое сотрудничество изменяет всё». Издательство «BestBusinessBooks», 2009 г.).

Информация к размышлению

Тим Кук, генеральный директор Apple: не только топ-менеджмент, но и все работники, включая продавцов в магазинах, будут поощряться правом на бесплатное получение определённого количества акций.

Джек Дорси, генеральный директор Twitter, в конце октября объявил, что отдаст 1% акций компании из своего пакета, чтобы «реинвестировать его в наших людей». Российские компании тоже внедряют схемы премирования акциями в качестве долгосрочного стимула сотрудников. О запуске новых программ в этом году, в частности, объявили «Яндекс», Mail.ru Group и Qiwi («Ведомости», 5 ноября 2015 г.).

Канадские исследователи справедливо подчёркивают: «Инновация во многих своих аспектах — коллективное творчество», а традиционное индивидуальное поощрение во многих случаях менее эффективно («Ведомости», 11 декабря 2014 г.).

Как известно, в 2013 г. правительством был утверждён «Прогноз научно-технологического развития Российской Федерации на период до 2030 г.», который предусматривает, в частности, исследования по созданию виртуальных офисов без снижения эффективности коллективной деятельности компаний, предприятий и др., коллективного интеллекта.

Парадоксально, но, озабоченная эффективностью коллективной (корпоративной) деятельности и дальнейшим развитием коллективного интеллекта, власть не предусматривает возможность для участников производственного процесса стать коллективными собственниками результатов своего труда.

*****

История доказывает без преувеличения выдающуюся (в гармонии с нематериальным сектором) роль индустриального производства — эффективно управляемого и солидарно развиваемого мотивированными работниками ( «Политэкономия vs есоnomics» — см. здесь же).

Каковы социально-экономические, демографические, экологические, и прочие последствия неизбежных перемен, ожидаемые мировоззренческие, общественно-политические, научно-технические и духовно-нравственные трансформации? Какие отрасли экономики будут отмирать, какие — нарождаться? Как и что из этого надо учитывать сегодня в принимаемых решениях и практической деятельности? Какие действия могут быть эффективными завтра? И т.д.

На эти и подобные вопросы и актуальные вызовы необходимо ответить как можно скорее. Способна ли российская власть в нынешних непростых условиях перейти от суетливо-реактивных шажков, означающих лишь бег на месте, к объективному и долгосрочному стратегическому развороту, на деле ориентирующему общество на опережающее развитие?

Нельзя не согласиться с утверждением Григория Явлинского, российского политика и экономиста: «Главная особенность современного российского периферийного капитализма с точки зрения развития — он не имеет и не может иметь стратегии развития... Возможны тактические вариации — в бюджетной, фискальной и кредитно-денежной политике, в программах поддержки тех или иных отраслевых сегментов или стимулирования спроса, в регулировании внешнеэкономической деятельности и улучшении отдельных характеристик деловой среды. Однако они не меняют положения национального хозяйства в глобальной системе мирового капитализма».

В российской экономико-политической практике активное манипулирование инструментами текущей экономической политики сопровождается неспособностью правительства влиять на долгосрочные, стратегические параметры экономики. Разработки долгосрочной стратегии экономического развития и структурных реформ в итоге неизменно сводились в лучшем случае к поддержанию некоторых параметров макроэкономической стабильности («Ведомости», 9 ноября 2015 г.).

И далее: «Причина… в том, что единственно возможная линия поведения в рамках периферийного капитализма — пассивное приспособление к условиям, создаваемым деятельностью глобального капиталистического ядра, «коллективного Запада», и использование этих условий для получения текущих доходов, которые улавливаются и распределяются политической верхушкой» (там же).

Информация к размышлению

Актуально глубокое по смыслу утверждение Джона Медины в книге «Правила мозга»: практически все виды живых существ, появлявшиеся в процессе эволюции, исчезали, не выдержав глобальных изменений, потому что стремление приспособиться к существующим условиям оказалось ошибочным. Предки человека пошли другим путём — выбрали приспособление не к условиям, а к изменениям, и стали доминирующим видом («Учиться или переучиваться?» — см. здесь же).

*****

Небольшое уточнение. Предки человека, реагируя и приспосабливаясь к изменениям, определяющим вектор развития, одновременно максимально использовали для этого и возможности реальных условий существования — не столько осознанно, сколько по принципу «жизнь заставила».

Первая задача для резко затормозившей и отстающей российской экономики — осуществлять модернизацию, новую индустриализацию, импортозамещение — есть правильная реакция на условия как объективный шаг вперёд (окончательное закрепление на пятом технологическом укладе и уверенное продвижение в рамках шестого уклада).

Вторая задача — обоснованно реагировать на цивилизационные изменения, которые происходят или произойдут в обществе. В частности, последовательно формировать предпосылки и среду, накапливать ресурсы для опережающего «развёртывания плацдармов» седьмого технологического уклада, а не растрачивать потенциал на воссоздание «всего и вся», стремясь воспроизвести отечественные аналоги давно востребуемого или «отживающего» в странах-лидерах. Тогда и бюджет выживания преобразуется в бюджет развития.

Следует особо подчеркнуть: успешное «развёртывание плацдармов» ознаменует начало поистине революционных изменений в экономике (производство, распределение, обмен и потребление), других общественных сферах. Последуют качественные изменения социума и самого человека как   личности и продукта Природы. Начнётся историческая   трансформация цивилизации Homo sapiens в цивилизацию Homo wise, в которой традиционного «биологического человека» будет всё меньше («Экономика homo sapiens. Что дальше?» — см. здесь же).

Информация к размышлению

Владимир Иванов, Георгий Малинецкий: «Именно сейчас человечество проходит важнейшую бифуркацию в своей истории, определяет свою судьбу на много веков вперед…. В точке бифуркации предыдущая траектория развития изучаемой системы теряет устойчивость… появляются новые возможности или исчезают те, которые были раньше…

Система делает выбор и определяет путь своего будущего развития. Здесь малые воздействия имеют большие последствия, которые в будущем отыграть не удается. Именно в точке бифуркации сейчас находится система международных отношений, экономика, система вооружений, всё человечество. Именно в XXI веке осознанно или бессознательно будет сделан выбор, который определит судьбу нашей цивилизации» (Выделено мной. — В.Т., http://regnum.ru/news/innovatio/2002782.html).

Если не откликнемся на явные признаки близкого будущего, не поймём сути происходящих и ещё предстоящих фундаментальных изменений, продолжим подменять эффективные действия амбициозной конкуренцией экспертных групп, угодливой имитацией, потёмкинскими деревнями — не вникая в проблему глубоко и всесторонне — отстанем навсегда.

Как преодолеть отчуждение России? Национальной стратегии долгосрочного развития нет. В « ручном режиме» или «с наскока» не получится. Вопрос остаётся открытым. Окно возможностей закрывается…