1. Главная / Статьи 
ул. Черняховского, д. 16 125319 Москва +7 499 152-68-65
Логотип
| статьи | печать | 1865

Гадание на нефтяной гуще

Россию захлестнула волна прогнозов и сценариев развития. От министерств, научных учреждений и просто экспертов. Долгосрочных, среднесрочных и текущих. Оптимистичных и консервативных. Форсированно инновационных и инерционных. Энергосырьевых и «фрагментарно-модернизационных». Основанных на официальной статистике, косвенных данных и «большом жизненном опыте». Беспорядочно сменяемых и легко забываемых. Водоворот заумных комментариев не вносит ясности и сопровождается всё более нетерпимым «топтанием на месте», подтверждая старую истину: теория — абстрактна, практика — конкретна.

Бег на месте, или Куда идёт король?

Согласно последнему долгосрочному прогнозу Минэкономразвития российская экономика до 2030 г. может развиваться быстрее, чем мировая: со среднегодовыми темпами роста ВВП порядка 4,1—5,4% против 3,5—4% в мировой экономике. Результат зависит от того, какой вариант развития выберет правительство (NEWSru.com/Экономика, 12 ноября 2012 г.).

Наиболее оптимистичные — инновационный и форсированный — основаны на преодолении технологического отставания и повышении уровня жизни (таблица).

Сценарии развития экономики России

Консервативный

Инновационный

Форсированный

Цена на нефть, долл./баррель

95 — 100

95 — 100

95 — 100

Бюджетное правило

7% ВВП

5% ВВП

5% ВВП + индексация

Рост ВВП

3,1%

4,1%

5,4%

Источник: Минэкономразвития

Чтобы реализовать один из оптимистичных вариантов, необходимо снизить размер накоплений в Резервном фонде с 7% ВВП до 5%, а также индексировать цены на нефть. Это позволит направлять вырученные средства в инвестиции и повысить среднегодовой рост ВВП до 5,4%. Консервативный сценарий не предполагает кардинальных структурных сдвигов в экономике: топливно-энергетический комплекс будет доминировать, среднегодовые темпы экономического роста не превысят 3,1%, постепенно снизившись к 2030 г. до 2% («РБК daily», 12 ноября 2012 г.).

Примечательно, что все три варианта прогноза основаны на предположении стабильных цен на нефть, которые ожидаются на уровне около 95 долл. за баррель в 2020 г. и 110 долл. — в 2030 г. (в ценах 2010 г.). Правда, МЭР предупреждает об угрозе двух мировых кризисов — в 2018 г. и на рубеже 2028 г., что, как несложно догадаться, нивелирует ответственность за достоверность предполагаемого хода событий.

В подобный прогноз чиновников многие эксперты, даже позитивно настроенные в отношении правительства, не верят. Научный руководитель Высшей школы экономики Евгений Ясин назвал возможность достижения показателей роста отечественного ВВП выше 4% «фантастикой». Выводы и предостережения представителей экспертного сообщества разнообразны настолько же, насколько тривиальны, противоречивы, а то и неожиданны (там же):

- Россия исчерпала запас простых решений для поддержания экономического роста;

- возможное замедление роста ВВП почти в три раза;

- наше будущее скорее всего связано с сельским хозяйством (замминистра финансов Алексей Моисеев);

- переход на новые экономические рельсы обойдётся в 356 млрд руб. за три года (Минэкономразвития);

- в случае кризиса Резервного фонда хватит на четыре года.

И т.д., и т.п.

Ещё более красноречиво следующее экспертное мнение: «Логика Минэкономразвития понятна: они с учётом всех реалий считают, что частный сектор не будет драйвером экономики, эта роль отводится государству» (Выделено. — В.Т., «РБKdaily.ru», 12 ноября 2012 г.).

Действительно, российский частный сектор давно и убедительно демонстрирует неспособность стать мощным локомотивом экономического развития. Корпоративный эгоизм и спекулятивная (не инвестиционная) активность отечественного бизнеса — многолетний, вызывающий естественную, негативную общественную реакцию ответ на исторически доказанную важную роль частного капитала в успешном развитии национальных экономик.

Это, однако, не мешает реализации очередного этапа приватизации по утверждённому правительством плану, предусматривающему не столько инвестиционные перспективы, сколько именно спекулятивное «купи-продай». Остаётся надеяться, что вырученные от разгосударствления средства (неизбежно коррупционно «распиленные») в основном поступят в бюджет и будут потрачены если не максимально эффективно, то хотя бы с минимально приемлемой общественной полезностью.

Но если ресурсные возможности государства неумолимо сокращаются, а частный сектор, прирастая активами, всё никак не становится драйвером экономики, то что дальше? Разве неочевидно, что в условиях российской действительности следование устаревшим, примитивно понимаемым догмам бессмысленно, а реализуемая экономическая политика, мягко говоря, бесперспективна?

Сравнения

Сырьевая зависимость давно стала притчей во языцех, а «голландская болезнь» — чуть ли не хроническим диагнозом. Но голландская экономика давно уже переболела и успешно развивается, используя богом данные природные богатства эффективно, ко всеобщему благополучию своих граждан. А в России общее экономическое здоровье всё хуже и хуже, хотя, конечно, есть всем известные исключения…

Любопытно, что, когда речь заходит о темпах роста ВВП, Россия, как правило, сравнивает себя с развитыми странами, а не, например, с соседями по группе БРИКС. Формально такое сравнение допустимо и даже тешит самолюбие, ведь в развитых странах ВВП увеличивается на величину, меньшую, чем даже 3% в год. Но 8, 9 и 10% роста китайского ВВП, 6—6,5% роста у Индии — разве не повод задуматься и критически осмыслить ситуацию в отечественной экономике? Тем более что ссылка на «пресловутую» низкую стартовую базу уже не работает — к примеру, китайский ВВП в разы превосходит российский и по логике вещей именно российская экономика должна расти быстрее. Чего, однако, не происходит.

Так не пора ли перестать затушёвывать серьёзные, разноплановые проблемы — очевидные, актуальные и неотвратимо накапливающиеся. Что имитируем, кого и зачем обманываем?

По данным Росстата, доля инновационных компаний в отечественной экономике не превышает 9—10%. В мировом наукоемком экспорте у России всего 0,5%, у Китая — 6, США — 36% РБК daily», 19 ноября 2012 г.).

Чтобы увеличить до 25% долю инвестиционной составляющей в общем объёме национального ВВП и создать благоприятный инвестиционный климат, Минэкономразвития предлагает разработать госпрограмму совершенствования институтов корпоративного управления, механизмов защиты имущественных прав и процедур размещения заказов на поставки товаров и выполнение работ, обеспечения субсидиями экспорто ориентированного малого бизнеса и формирования благоприятной налоговой среды. Заодно стимулировать развитие новых технологий в госкомпаниях, повышать инновационность в их закупках и поддерживать технопарки и технологические платформы.

Очень верно, но разве не о том же говорили и принимали соответствующие решения раньше: и пять, и десять лет назад? При этом выделяли и тратили немалые деньги?

Нелишне напомнить, что в нулевые годы, когда росла доля госсектора в сырьевых отраслях, а мировые цены на нефть повышались, от продажи нефтегазовых ресурсов Россия получила почти 1,6 трлн долл., что в пять раз больше, чем десятилетием раньше. Разошлась эта гигантская сумма в основном по трём направлениям: в бюджет, в различные фонды (в том числе на строительство объектов Олимпиады-2014) и за рубеж, куда была выведена значительная часть сверхдоходов. При этом фундаментальные экономические задачи — системная модернизация, инновационное высокотехнологическое развитие, повышение конкурентоспособности, институциональные изменения — по существу не решались («Независимая газета», 9 ноября 2012 г.). Образно говоря, упущенные возможности: нулевой результат за нулевые годы…

Счёт пошёл на миллиарды…

Отечественная система ГЛОНАСС оказалась и суперинновационной, и суперкоррупционной. Украденные 6,5 млрд руб. могут означать прямой путь не только к многочисленным отставкам, но и к уголовным делам и скамье подсудимых для ряда высокопоставленных чиновников. Махинации с недвижимостью в Минобороны (выявленный ущерб от которых уже достиг 5 млрд руб.), нарушения на объектах АТЭС в размере 15 млрд руб. — из разряда историй того же плана. «Скромные» 400 млн растрачены нецелевым (читай: коррупционным) образом в Минобрнауки. «Засветились» Минрегион, Минздрав, далее — по списку?

Вопиющий факт обнародовала Счётная палата: из средств, выделяемых под выполнение госзаказов, разворовывается триллион (!) рублей.

Нетерпимость сложившейся ситуации отмечена в Госдуме в ходе второго чтения законопроекта о контроле за расходами и доходами чиновников. По мнению главы фракции «Единая Россия» Владимира Васильева, давно пора «переходить от слов о борьбе с коррупцией к созданию условий для честного труда российских чиновников. Необходимо, чтобы чиновники работали по принципу честности, а не ловкости».

Время покажет, как будут дальше разворачиваться события. С одной стороны, власть пытается (не в первый раз!) демонстрировать решимость и бескомпромиссность в борьбе с отечественной коррупцией, являющейся всё более ощутимым препятствием для экономического развития как на внутреннем, так и на внешнем рынке, пронизавшей сверху донизу (и снизу доверху) не только экономику, но и практически все остальные сферы жизнедеятельности в стране.

Некоторые эксперты поспешили выступить с утверждениями, что это новый курс президента Владимира Путина, «начало большой кампании: размеры казнокрадства уже не устраивают никого» (а раньше, значит, устраивали?), что борьба с коррупцией становится одним из элементов идеологии режима, «процесс пошёл» и антикоррупционная кампания будет набирать обороты, будут новые задержания и, возможно, посадки… Конечно, это вселяет осторожный оптимизм.

Но, с другой стороны, о чём свидетельствует практика, подобные шаги не раз сводились к поиску и наказанию стрелочников, очередной имитации решительных действий — далеко не первых и, возможно, не последних.

Поводы для пессимизма есть. Россия до сих пор не ратифицировала ст. 20 Конвенции ООН по борьбе с коррупцией, согласно которой под преступным обогащением понимается «значительное увеличение активов публичного должностного лица, превышающее его законные доходы».

Верховный суд РФ (неожиданно?) отказался поддерживать законопроект, запрещающий чиновникам иметь активы за рубежом. Ранее отзыв с предупреждением, что «дополнительные запреты» помешают приходу высококвалифицированных специалистов из негосударственного сектора на госслужбу, в Госдуму направило правительство (NEWSru.com /Экономика, 12 ноября 2012 г.).

Словно квалификация даёт индульгенцию на нарушение закона! Если чиновник заслуженно и открыто зарабатывает миллионы, если общественная полезность его деятельности известна и очевидна — наш ему Respect и безусловное право иметь недвижимость хоть на Канарах, хоть в Антарктиде.

Но речь идёт о взятках, откатах, «распилах». Вот почему, по данным фонда «Общественное мнение», 66% россиян (против 10%) уверено, что чиновникам следует запретить иметь недвижимость за рубежом. Такой реакции граждан не следует удивляться. Уж очень велика чиновничья рать, владеющая собственностью за рубежом в сравнении с мизерными социально-экономическими, научными, политическими и прочими результатами, достигнутыми при их зачастую весьма скромном участии и нескромной (и далеко не всегда публичной) оценке их вклада.

Как известно, не более 2% наших соотечественников владеет третьей частью производимого национального дохода страны. Понятно, что статистически полученный 15—16-кратный разрыв в соотношении доходов 10% наиболее богатых и 10% наиболее бедных россиян, позволяющий, что называется, балансировать на грани социального равновесия — на самом деле величина объективная с большой натяжкой. Она свидетельствует не только о неукротимой социальной несправедливости — по данным Счетной палаты, даже зарплаты административно-управленческого персонала и преподавателей в вузах иногда различаются в десятки раз и, как правило, в пользу руководства образовательных учреждений.

Следовательно, настоятельно необходима смена мировоззренческой парадигмы, идеологических ориентиров, прежде всего в головах представителей высших эшелонов власти.

Пример. Председатель Комитета Госдумы по экономической политике, инновационному развитию и предпринимательству Игорь Руденский призывает более глубокообсудить пенсионную реформу и не спешить с её реализацией. Отмечая прогрессивный характер добровольной системы накоплений, по которой живёт весь мир, он подчёркивает, что «развитие пенсионной системы происходит вместе с развитием экономики», зависит от решения таких глобальных проблем, как повышение производительности труда, создание новых рабочих мест, рост ВВП и повышение зарплат» (Выделено. — В.Т.).

И далее: «Пенсионная реформа проходит в рамках большой экономической политики. Прежде чем реформировать пенсионную систему, необходимо решить стратегические задачи, которые стоят перед экономической системой понимать, как будет развиваться экономика через 20—30 лет, тогда не будет необходимости проводить постоянные реформы пенсионной системы» (Выделено. — В.Т.).

Формально — правильно. Хотя, судя по результатам уже прошедших 20 лет реформ, «понимать, как будет развиваться экономика», мы пока не особенно научились. Поэтому сказанное справедливо лишь частично. Ибо нельзя замолчать то, в чём каждодневно убеждается скромно живущее подавляющее большинство россиян: низкая производительность труда, неубедительный рост ВВП и прочие затруднения отечественной экономики никак не мешают меньшинству ударно богатеть, а сотне российских миллиардеров уверенно лидировать в мировом рейтинге доли их совокупного капитала в национальной экономике («ВВП и олигархи» — см. здесь же).

Глава государства не случайно рекомендовал отложить пенсионную реформу до 2014 г., потребовав предварительно разработать новую пенсионную формулу и механизм использования пенсионных накоплений для реализации инфраструктурных проектов.

Но подобные поручения и «изыскания» — скорее не новость, а печальная традиция без надлежащей ответственности сменяемых исполнителей. В очередной раз возникает вопрос: «Почему не вкладывать „длинные“ пенсионные деньги в акции „Газпрома“ и других „национальных достояний“, в осуществляемые ими эффективные проекты, доходность по которым не только заведомо выше инфляции, но и обеспечивает глобальное приращение капиталов на мировом уровне?»

Или в самом вопросе уже содержится ответ? В таком случае становится понятно, почему модернизация буксует везде, кроме топливно-энергетического комплекса. Ведь кроме валютных доходов государства от экспорта сырья и продуктов первичной переработки зависят и крупнейшие капиталы. Судя по результатам, частный интерес пока доминирует над необходимостью слезть с «нефтяной иглы», о чём лишь много говорят. Сомневающихся отсылаем к журналу «Форбс», в котором на протяжении многих лет публикуются данные о бизнес-успехах российских олигархов.

Не учитывать столь очевидные обстоятельства — значит, вместо актуальных действий по преодолению растущего социального расслоения граждан продолжать бесперспективную, половинчатую политику своего рода «экономического умиротворения» с опасными последствиями в недалёком будущем.

Маятник доходов должен двинуться в сторону более справедливого распределения в пользу большинства, мотивируя граждан к заинтересованной и эффективной общественно-полезной деятельности, а не праздно-паразитической деградации.

Не гадать и поучать, не высокомерно витийствовать, сотрясая воздух заумными речами и поражая воображение окружающих, а работать — изо всех сил, напряжённо и добросовестно, чтобы наверстать упущенное и восполнить утерянное.

Мир быстро меняется. Государства-лидеры становятся сильнее, но в спину им уже дышат некоторые из тех, кто решительно бросился вдогонку. Неудачникам суждено откатываться всё дальше на периферию современного общества, стремительно набирающего мощный темп развития. Нам бы не оказаться на обочине цивилизации, так и не сдвинувшись с исторической развилки.

Чтобы достойно развиваться и заслужить уважение потомков, надо производить больше, чем потреблять — изменяя настоящее к лучшему, уверенно и конкретно всматриваясь в будущее, критически осмысливая, а не оплёвывая прошлое. Тогда многие проблемы, сегодня неподъёмные, получат ясные, легитимные решения, появится долгожданное, адекватное понимание особенностей и соответствующих требований.

Хотелось бы надеяться, что это осознают также участники обсуждений законопроектов и слушаний в Госдуме, где по скандальному убеждению единоросса Ильи Костунова «самый тупой депутат умнее среднего гражданина» (NEWSru.com / В России, 13 ноября 2012 г.).

***

Осеннее половодье относится к редким природным явлениям. В российской действительности сезонные предсказания — и на потребу дня, и регулярно сменяющие друг друга — в зависимости от ситуации становятся всё более востребованными, популярными и даже долгосрочными. Но полезными ли?

Вспоминаются два анекдота. Один — о том, как Ходжа Насреддин обещал эмиру за 20 лет обучить своего ишака грамоте, не без оснований надеясь, что за эти годы «либо ишак сдохнет, либо эмир умрёт».

В другом анекдоте умирает известный учёный, всю жизнь посвятивший себя настойчивым поискам белой мухи. Подобной целеустремлённостью он снискал уважение, завоевал авторитет, обеспечил безбедную жизнь себе и своим близким. Сын продолжил его исследования. И вот с отцом, лежащим на смертном одре, прощаются родные и близкие, а сына всё нет. Наконец он вбегает и со словами «Я нашёл её, отец!», раскрывает ладонь, на которой все видят белую муху. Именитый профессор грустно смотрит на сына и шепчет: «Чем же ты теперь заниматься будешь, сынок?»

Так и живём. Все при деле: одни работают, другие «пилят», третьи гадают — кто на гуще кофейной, кто на нефтяной. И каждый надеется на результат, словно не понимает: пока ходит песенка по кругу — уходит время…