Мартовский обвал добычи в странах Персидского залива спровоцировал крупнейший дефицит нефти за последнее время. На фоне военной эскалации и блокировки Ормузского пролива мировые цены на Brent взлетели с 70 до 120 долл. за баррель, крупные трейдеры понесли многомиллиардные убытки, а международные финансовые институты предупредили о затяжном периоде высоких цен на топливо и удобрения. Восьмерка лидеров ОПЕК+ на экстренной встрече 5 апреля приняла решение о новом повышении добычи, однако реальные возможности экспорта из региона остаются крайне ограниченными, а сам альянс, по сути, лишь подает сигнал рынку, не имея возможности быстро компенсировать выпавшие объемы.
Аналитики ОПЕК в очередном ежемесячном докладе сохранили оценку роста мирового спроса на нефть в 2026 г. на уровне 1,38 млн баррелей в сутки. Согласно прогнозу, в 2026 г. глобальное потребление достигнет 106,53 млн б/с. Эта цифра была впервые озвучена еще в августе 2025 г., и альянс вновь подтвердил свои расчеты. Оценки по прогнозу спроса на 2025—2027 гг. в актуальном отчете не претерпели изменений: в 2025 г. — 105,15 млн б/с, в 2026 г. — 106,53 млн б/с, в 2027 г. — 107,87 млн б/с. Таким образом, оценка роста спроса в следующем году сохранена на уровне 1,34 млн б/с.
При этом аналитики альянса повысили оценку спроса на нефть в I квартале 2026 г. на 150 тыс. б/с — до 105,74 млн б/с, в III квартале — на 100 тыс. б/с, до 107,12 млн б/с, в IV квартале — на 260 тыс. б/с, до 108,16 млн б/с. А вот прогноз на II квартале был понижен на 500 тыс. б/с — до 105,07 млн б/с. В отчете поясняется, что пересмотр прогноза на I квартал в сторону повышения связан с фактическими данными потребления в Китае, которые оказались выше ожиданий.
Что касается II квартала, то его прогноз был пересмотрен в сторону понижения как для стран ОЭСР, так и для государств, не входящих в блок, — главным образом из-за незначительного временного ослабления роста спроса на нефть в связи с текущими событиями на Ближнем Востоке. Впрочем, аналитики ожидают, что это ослабление будет компенсировано во второй половине года.
По мнению экспертов ОПЕК, главными драйверами увеличения мирового потребления нефти останутся страны, не входящие в ОЭСР. В 2026 г. на их долю придется 1,26 млн б/с прироста, в 2027 г. — 1,24 млн б/с. В то же время страны ОЭСР в текущем году добавят к приросту мирового нефтяного спроса только 130 тыс. б/с, а в 2027 г. — 100 тыс. б/с.
Крах ставок трейдеров
Однако цифры в прогнозах ОПЕК отражают лишь одну сторону медали. Реальность на нефтяном рынке оказалась куда более драматичной. Крупные сырьевые трейдеры понесли многомиллиардные убытки на старте конфликта с Ираном из-за резкого роста цен на нефть, к которому рынок оказался не готов. По данным Financial Times, большинство игроков делали ставку на снижение котировок, однако военная эскалация спровоцировала их скачок и обрушила позиции участников.
Дополнительный удар нанес рост маржинальных требований по фьючерсам: трейдерам пришлось срочно привлекать ликвидность для покрытия убытков. Параллельно проблемы возникли и в физическом сегменте — более 100 танкеров оказались заблокированы в Персидском заливе, а компании вынуждены были закупать топливо по завышенным ценам для исполнения контрактов. Среди пострадавших оказались крупнейшие игроки рынка, включая Vitol, которая потеряла сотни миллионов долларов из-за неудачных ставок на структуру цен.
На этом фоне усилились подозрения вокруг торгов: сразу после заявлений о перемирии на рынке прошли сделки на сотни миллионов долларов за считаные минуты. При этом волатильность остается высокой: физические цены на нефть достигают рекордов, тогда как фьючерсы падают на ожиданиях открытия Ормузского пролива. Рынок фактически перешел в режим резких разнонаправленных движений, где одни участники фиксируют убытки, а другие зарабатывают на краткосрочных ставках.
Вслед за шоком на трейдерском рынке последовало тревожное предупреждение от ведущих международных финансовых институтов. Мировые цены на топливо и удобрения после окончания войны США и Израиля против Ирана будут оставаться высокими еще продолжительный период времени. Такая оценка приводится в совместном заявлении Международного валютного фонда, Всемирного банка и Международного энергетического агентства. По оценке этих международных организаций, сложившаяся ситуация окажет негативное влияние на рынок энергоресурсов и продовольствия.
Сигнал вместо действия
Тем временем участники альянса ОПЕК+ предприняли очередную попытку повлиять на ситуацию. Восемь лидеров объединения — Саудовская Аравия, Россия, Ирак, ОАЭ, Кувейт, Алжир, Оман и Казахстан — на онлайн-встрече 5 апреля договорились о новом повышении добычи нефти в мае на 206 тыс. баррелей в сутки, сообщается в итоговом коммюнике альянса.
В мае квота России увеличится на 62 тыс. баррелей в сутки — с 9,637 млн б/с до 9,699 млн б/с. На такой же объем добыча нашей страны могла вырасти и в апреле. Однако фактически Россия уже недобирает по существующей квоте. По данным ОПЕК, в марте наша страна добывала 8,96 млн баррелей нефти в сутки — это меньше, чем в феврале и январе этого года. На фоне роста мировых котировок российские компании могут постараться увеличить производство, но у страны есть определенные проблемы с экспортом нефти и нефтепродуктов из-за атак БПЛА на балтийские порты, на которые приходилось около 40% российского нефтяного экспорта.
Впрочем, другие лидеры «восьмерки» находятся в еще более сложном положении. Саудовская Аравия, ОАЭ, Кувейт, Ирак и Оман частично или полностью не могут экспортировать нефть и нефтепродукты на мировой рынок из-за конфликта на Ближнем Востоке. Иран перекрыл Ормузский пролив, через который из этих стран ранее проходило около 15 млн баррелей нефти и 5 млн баррелей нефтепродуктов. На фоне ближневосточного кризиса мировые цены на нефть Brent выросли с 70 до 120 долл. за баррель. Более того, чтобы не допустить дальнейшего подорожания нефти и риска ее серьезного дефицита в Европе и Азии, США вынуждены были снять санкции с экспорта нефти из России и Ирана.
Вице-премьер Александр Новак после заседания ОПЕК+ констатировал, что нефтяной рынок не сбалансирован, наблюдается высокая разница между ценами на нефть и нефтепродукты, а на рынке нефтепродуктов сложился высокий дефицит, что влияет на все смежные отрасли. Фактически сейчас выполнить наращивание добычи до установленных квот могут только Казахстан, который и так добывал больше положенного, и Алжир. Обходные маршруты поставок — не через Ормузский пролив — существуют, но их мощностей недостаточно, чтобы компенсировать выпадающие с рынка объемы.
У Саудовской Аравии есть трубопровод к порту Янбу в Красном море. Его мощность составляет 7 млн баррелей в сутки, однако на 2 млн б/с он был загружен и до начала ближневосточного конфликта. Таким образом, в обход саудиты могут отправить до 5 млн баррелей нефти в сутки — при важном условии наличия свободных танкеров. Мощности порта Янбу позволят отгружать этот объем ежедневно. У ОАЭ есть обходной трубопровод на 1,8 млн б/с. Кроме того, поступали сообщения, что Ирак стал отправлять нефтепродукты автоцистернами через Сирию, однако едва ли здесь возможны большие объемы. Обходные маршруты поставок есть, но их мощностей недостаточно, чтобы компенсировать выпадающие с рынка объемы.
Оценки снижения добычи нефти странами ОПЕК Персидского залива разнятся, но даже по самым оптимистичным речь идет о 6—8 млн баррелей в сутки. То есть сокращение добычи в ОПЕК+ сейчас близко к рекордному уровню, который был установлен в мае 2020 г. (9,7 млн б/с), в период разгара пандемии COVID-19. Кроме того, Иран разрешил пропускать через Ормузский пролив суда под флагами невраждебных стран: Китая, России, Индии, Ирака и Пакистана. Но в мирное время через пролив проходило около 130—140 судов в сутки, из которых 40—60 были нефтяными танкерами. А в марте в день через пролив в среднем проходило всего три-четыре судна.
Таким образом, решение «восьмерки» ОПЕК+ носит пока больше декларативный, нежели практический характер. Это сигнал рынку о том, что альянс готов увеличить предложение нефти, но лишь после того, как конфликт на Ближнем Востоке будет закончен, а Ормузский пролив окажется открыт.
При этом эксперты отмечают, что ОПЕК, конечно, хочет как можно скорее компенсировать свои потери. Но даже если пролив откроется, нормализация экспортных потоков займет недели или даже месяцы. Об этом уже предупреждают трейдеры. А Barclays оценивает выпавший объем поставок нефти и нефтепродуктов в 13—14 млн баррелей в сутки. Таким образом, существенное наращивание добычи не даст быстрого восстановления экспорта в моменте.
При этом, как сообщает Bloomberg, хотя запасы нефти в странах Европы и США пока находятся на высоком уровне, объем «нефти в танкерах» упал практически до нуля. То есть если Ормузский пролив в ближайшее время не откроется, западным странам придется быстро тратить свои запасы. И в этом случае котировки барреля продолжат свой уверенный путь наверх.
Следует напомнить, что в «восьмерку» ОПЕК+ входят страны, участвующие в добровольном дополнительном сокращении добычи нефти. Они начали восстановление производства с марта прошлого года. Изначально планировалось, что восемь стран ОПЕК+ выйдут из добровольных сокращений в 2,2 млн б/с в период с марта 2025 г. по сентябрь 2026 г., но по факту это удалось сделать уже к октябрю 2025 г. После этого участники сделки начали выходить из более раннего добровольного сокращения добычи на 1,6 млн б/с. После нынешнего решения «восьмерке» осталось вернуть на рынок около 800 тыс. б/с, однако в действительности сейчас отставание добычи от квот значительно больше. Следующая встреча «восьмерки» состоится 3 мая.
К сведению
Прогноз по росту
Международный валютный фонд прогнозирует рост цен на нефть в мире на 21,4% в 2026 г. до среднего значения в 82,22 долл. за баррель, говорится в опубликованном докладе международной организации.
Согласно представленным оценкам МВФ, цена барреля нефти, которую фонд рассчитывает как простое среднее из цен на марки Brent, Dubai Fateh и WTI, в текущем году вырастет до 82,22 долл. за баррель по сравнению с показателем 2025 г., когда она составляла 67,74 долл. за баррель. В 2027 г. МВФ прогнозирует снижение средней цены барреля нефти на 7,6%, до уровня 75,97 долл. за баррель.