1. Главная / Статьи 
ул. Черняховского, д. 16 125319 Москва +7 499 152-68-65
Логотип
| статьи | печать | 85

Разрешение корпоративных споров: ориентация на третейский суд

В корпоративных спорах зачастую сталкиваются интересы многих лиц. Такие споры отличаются сложностью вопросов права, требующих разрешения, а «видимый» корпоративный спор зачастую является лишь малой частью действительно существующего корпоративного конфликта. Особенностью правового регулирования корпоративных отношений является большое количество диспозитивных норм и регулирование их на уровне локальных корпоративных актов, договоров, что предопределяет индивидуальный характер практически каждого спора. Все это обуславливает предпочтение, которое отдается сторонами корпоративных конфликтов во многих зарубежных странах третейским судам. До недавнего времени российское законодательство и правоприменительная практика фактически не признавали возможности передавать корпоративные споры в третейские суды. Однако в последнее время этот подход изменился. Подробнее — в материале.

Для обеспечения устойчивого развития современной экономики важно эффективное правовое регулирование корпоративных отношений, создание условий, позволяющих оперативно, экономно и качественно преодолевать возникающие в этой сфере споры, конфликты и разногласия. От того, насколько взвешенными и результативными являются соответствующие юрисдикционные процедуры, зависят стабильность гражданского оборота, доверие его участников друг к другу и государству. Выбор наиболее оптимальных способов разрешения корпоративных споров определяется особенностями их природы, включая специфику их субъектного состава, объектов и сталкивающихся интересов.

Выбор сторонами в качестве форума для разрешения корпоративных споров третейского (а не государственного) суда объясняется рядом ключевых моментов, характеризующих арбитражное разбирательство как позволяющее во многих случаях наиболее оптимально отразить материальные и процессуальные интересы и ожидания участников корпоративного конфликта.

Преимущества третейского суда перед государственным

  • Конфиденциальность. Одним из важных принципов третейского разбирательства является его конфиденциальность, стороны никогда не столкнутся в зале, где будет проходить слушание дела, со сторонними лицами, что особенно важно по такой категории споров, как корпоративные, которые зачастую связаны с коммерческой тайной, от хода и результата рассмотрения которых может зависеть стоимость акций компании. Постановления и решения третейского суда не публикуются, а потому не получают огласки. Содержание решения третейского суда может стать доступным для всех лишь в случае его обжалования или же спора о приведении к принудительному исполнению, нежелательность чего в определенных случаях может способствовать быстрому и добровольному исполнению решения.

  • Предрасположенность к экспертно-специализированному (профилированному) рассмотрению дел. При усложняющейся инновационной экономике стороны споров, в том числе корпоративных, ожидают от судьи, рассматривающего спор, обладания узкоспециальными познаниями. Таким ожиданиям отвечает возможность выбора сторонами арбитров в третейском производстве, а в случаях формирования третейского суда администрирующим арбитраж учреждением — выбор учреждением арбитров из специалистов (в том числе академических) в конкретной отрасли, погруженных в решение в основном экономических споров, ориентированных на учет деловых традиций.

  • Индивидуализированность. Третейское разбирательство предполагает установление индивидуального правового регулирования для сторон, в котором содержание закона раскрывается, развивается и восполняется на основе сложившихся в доктрине и практике делового оборота представлений об экономической справедливости. Третейский суд — это всегда непосредственный диалог со сторонами в третейском разбирательстве, который позволяет глубже разобраться в спорной ситуации и вынести более взвешенное, мотивированное решение.

  • Неформалистичность. Регулирующий спорные правоотношения закон применяется третейским судом в соотнесении с обычаями, традициями делового оборота. В третейском суде стороны найдут необременительное, неизбыточное в плане возможных ограничений пользования правом или содержательного объема обязанностей толкование и применение релевантных норм.

  • Конструктивность (медиативность). Третейскому суду присуща нацеленность на примирение сторон, что особенно важно для корпоративных отношений, в основе которых лежат доверие, сотрудничество, начала солидарности в рамках объединений лиц и капиталов. Третейский суд ориентирован на поиск юридического компромисса между сторонами через налаживание их сотрудничества и гармонизацию интересов. Вместо фактора государственного принуждения, на котором во многом основывается эффективность государственного правосудия, в основе третейского разбирательства лежит урегулирование правового конфликта с целью продолжения дальнейшего сотрудничества.

  • Ожидаемая от третейского суда нейтральность, беспристрастность при рассмотрении корпоративных споров, касающихся аффилированных с государством компаний, и, соответственно, более высокий уровень доверия к ним со стороны частноправовых хозяйствующих субъектов. Расширение сферы государственно-частного экономического взаимодействия, реализация совместных инвестиционных проектов связаны с ожиданиями частноправовыми субъектами более высоких гарантий доверия в отношении применяемых юрисдикционных процедур, тогда как обращение к юрисдикционным процедурам в системе государственной власти не всегда таким ожиданиям удовлетворяет.

  • Тщательность. Третейский суд не будет ограничивать время выступления представителей сторон со ссылкой на очередь в коридоре из таких же, как они, желающих разрешить спор, слушание в третейском суде при необходимости может продолжаться часами, а то и растягиваться на несколько дней. У арбитров, рассматривающих споры в третейском суде, нет потока дел, который есть у судей государственных судов, зачастую «в производстве» каждого арбитра находится только один спор, в связи с чем стороны могут быть уверены в том, что арбитры будут внимательны к доводам и отлично помнят детали каждого устного слушания.

  • Оперативность. В третейском суде, в отличие от государственной судебной системы, отсутствуют проверочные инстанции, при этом стороны вправе исключить в своем арбитражном соглашении возможность отмены решения третейского суда. Завершение рассмотрения спора в третейском суде происходит обычно быстрее, чем если бы дело проходило все инстанции в государственном арбитражном суде.

  • Удобство (процессуально-правовой комфорт). Нацеленный на сотрудничество третейский суд всегда учтет пожелания спорящих сторон при определении даты слушания дела. При достижении сторонами мирового соглашения им не придется ждать наступления назначенной даты слушания — третейский суд перенесет эту дату по просьбе сторон. Переписка со сторонами, помимо почтовой службы, будет всегда осуществляться также и по электронной почте.

При этом третейский суд, так же как и государственный, позволяет окончательно решить спор о праве. Обязательность итоговых актов третейского суда, принимаемых по вопросам права на условиях, не противоречащих принципам правосудия, официально признается, а не исполненное добровольно решение третейского суда может быть исполнено принудительно по правилам исполнительного производства, на основе выданного компетентным государственным судом исполнительного листа.

Неарбитрабельность корпоративных споров до реформы третейских судов

Несмотря на перечисленные преимущества, в силу разных причин в России не развивалась практика разрешения корпоративных споров третейскими судами. Самым серьезным препятствием на ее пути стал широко распространенный и поддерживаемый судебной практикой подход, согласно которому корпоративные споры признавались неарбитрабельными. Многие специалисты в сфере права полагали, что на территории России корпоративные споры вправе разрешать исключительно государственные арбитражные суды.

Такой подход сформировался благодаря расширительному толкованию ограничений права на передачу корпоративных споров на рассмотрение в третейский суд. Государственные суды исходили из того, что установленная в ст. 33 и 225.1 АПК РФ в их ранее действовавшей редакции специальная подведомственность любых корпоративных споров государственным арбитражным судам являлась, по сути, исключительной подведомственностью.

В этой связи отметим, что в силу неравнозначности понятий «специальная подведомственность» и «исключительная подведомственность» представляется, что не имелось достаточных даже формально-юридических оснований для подобного расширительного ограничения юрисдикции третейских судов в этой сфере. Кроме того, поскольку урегулирование экономического корпоративного конфликта между частноправовыми субъектами относится к сфере их собственных интересов, нет и не было никаких разумных причин ограничивать их свободу экономической деятельности и обязывать обращаться за разрешением такого спора исключительно в государственный суд. Федеральный законодатель в рамках предоставленной ему дискреции вправе определять перечень видов споров, которые могут быть переданы на рассмотрение третейского суда, в зависимости от их социальной значимости, конкретных условий развития гражданского оборота и социально-экономической системы в целом, правовой культуры и других факторов, но право на передачу дела на рассмотрение в третейский суд является общепризнанным, находится под защитой Конституции РФ и не может быть ограничено произвольно.

Вместе с тем судебная практика по данному вопросу все же не была единообразной — встречался и иной подход, наличие которого, впрочем, не устраняло для сторон российского корпоративного конфликта, решивших прибегнуть для его разрешения к рассмотрению спора в третейском суде, серьезного риска отмены и невозможности принудительного исполнения на территории России его решения. Причем такой риск несли даже стороны обычных договорных споров из договоров купли-продажи, залога российских акций, долей, акционерных соглашений, то есть абсолютно любых споров, примыкающих к корпоративным отношениям. Это было связано не столько с отрицанием арбитрабельности корпоративных споров в принципе, сколько с отсутствием единообразия в вопросе о том, какие споры все-таки следует относить к корпоративным.

Лишь весной прошлого года Верховный суд РФ наконец сформулировал позицию о том, что спор о взыскании денег из договора купли-продажи акций является обычным гражданско-правовым спором в том случае, если предметом этого спора не является установление принадлежности акций, их обременение или реализация вытекающих из них прав (см. Определение ВС РФ от 06.02.2018 № 5-КГ17-218). Данная позиция по аналогии может быть использована во многих других случаях, требующих определения вида спора.

Справедливости ради следует отметить, что поскольку корпоративные споры часто связаны с участием более чем двух лиц, то в отсутствие правил о многостороннем арбитраже российские третейские суды не были приспособлены разрешать многие корпоративные споры. В этой сфере государственные арбитражные суды оказывались гораздо эффективнее. Так было до начала в России арбитражной реформы.

Какие категории корпоративных споров арбитрабельны сегодня

С 1 сентября 2016 г. вступила в силу большая часть двух законов, реформировавших арбитраж:

Новые положения законодательства допустили рассмотрение большинства корпоративных споров в арбитраже, однако в ч. 7 ст. 13 Закона № 409-ФЗ было установлено правило о неисполнимости арбитражных соглашений о передаче в третейский суд корпоративных споров, заключенных ранее 1 февраля 2017 г., о котором следует помнить.

По условиям арбитрабельности можно выделить следующие три категории споров (см. таблицу):

1) закрытый перечень корпоративных споров, не подлежащих рассмотрению третейскими судами (абсолютно неарбитрабельные корпоративные споры). В эту группу попали те споры, которые связаны с оценкой публично-правовых аспектов в правоотношениях сторон — такие споры могут быть рассмотрены только государственными арбитражными судами;

2) подлежащие рассмотрению третейскими судами только при соблюдении определенных условий (арбитрабельные корпоративные споры, требующие специальной процедуры) — это большая часть из существующих корпоративных споров, преимущественно внутренние споры, затрагивающие само юридическое лицо. Специальными условиями для них являются:

  • место арбитража в России;

  • спор администрирует постоянное арбитражное учреждение (не в порядке ad hoc);

  • спор передан на рассмотрение третейского суда арбитражным соглашением всех участников общества и самого общества, которое может содержаться в уставе;

  • в постоянном арбитражном учреждении приняты специальные правила арбитража корпоративных споров;

3) подлежащие рассмотрению третейскими судами при соблюдении лишь первых двух из перечисленных выше условий без соблюдения особой процессуальной формы (арбитрабельные корпоративные споры, не требующие специальной процедуры).

Обновление правового регулирования

В последних числах декабря 2018 г. были приняты изменения в Закон об арбитраже, коснувшиеся и некоторых корпоративных споров, а именно споров из акционерных соглашений (см. Федеральный закон от 27.12.2018 № 531-ФЗ).

Так, статья 7 Закона об арбитраже дополнена указанием на необходимость подписания арбитражной оговорки для разрешения споров по акционерному соглашению только участниками такого соглашения, а не всеми участниками общества и самим обществом, как это предусмотрено в действующей пока редакции закона (изменения вступят в силу 29.03.2019).

Также изменения предполагают рассмотрение споров из акционерных соглашений третейским судом и при отсутствии в администрирующем его учреждении специальных правил о рассмотрении корпоративных споров (ч. 7.1 ст. 45 Закона об арбитраже в редакции от 29.03.2019).

Такие изменения следует только приветствовать, хотя бы потому, что до их вступления в силу существует неопределенность в вопросе о порядке рассмотрения корпоративного спора о принадлежности акций/долей, вытекающего из корпоративного договора, так как спор о принадлежности акций относится к третьей категории арбитрабельных корпоративных споров, для которых не требуется специальной процедуры, а спор из корпоративного договора — ко второй категории условно арбитрабельных корпоративных споров. Кроме того, достаточно сложно понять логику законодателя, с одной стороны, не препятствующего заключению корпоративного договора отдельными (не всеми) участниками/акционерами общества, а с другой — санкционирующего рассмотрение третейским судом споров из такого соглашения только при условии заключения арбитражного соглашения абсолютно всеми участниками и самим обществом.

Участникам корпоративных отношений следует обратить внимание на то, что изменения внесены лишь в Закон об арбитраже, тогда как требование о том, что сторонами арбитражного соглашения по спорам из корпоративных договоров должны быть все участники общества и оно само, а также о необходимости наличия специальных правил рассмотрения корпоративных споров, установлено в ч. 3 ст. 225.1 АПК РФ, изменения в которую не внесены. Чем будут руководствоваться суды после вступления в силу поправок в Закон об арбитраже, пока неясно, остается лишь надеяться на то, что специальным законом.

Проблемы рассмотрения корпоративных споров в третейских судах

Текущее регулирование рассмотрения корпоративных споров третейскими судами, помимо обозначенной несогласованности, высвечивает и ряд иных проблемных, по сравнению с государственным арбитражем, моментов, что не способствует популяризации в России данной юрисдикционной процедуры. Одним из них является необходимость заключения арбитражного соглашения самим обществом и всеми его участниками для возможности рассмотрения большинства корпоративных споров. На практике это может оказаться проблематичным как в аспекте достижения соглашения о форуме, так и в техническом плане. В случае изменения в составе участников общества возникнет вопрос о распространении на новых участников существующего соглашения или же необходимости заключать новое. Однозначно данный вопрос на практике еще не решен, но представляется, что по аналогии с регулированием отношений по договору цессии новые участники должны быть связаны существующим в обществе арбитражным соглашением.

Еще одним не решенным пока вопросом является распространение заключенной обществом и его участниками арбитражной оговорки на директоров компании (как единоличного директора, так и членов коллегиального органа, членов совета директоров). Если исходить из того, что на них она не распространяется, открываются широкие возможности для обхода арбитражной оговорки посредством предъявления косвенных исков, что не согласуется с целями законодательного регулирования. В этой связи представляется, что арбитражной оговоркой должны считаться связанными все директора общества, как действующие на момент ее заключения, так и их преемники.

Еще одна сложность третейской процедуры для рассмотрения корпоративных споров может проявиться при формировании третейского суда по корпоративному спору со множественностью лиц, ведь обычно каждая из сторон выбирает арбитра. При этом количество арбитров не соответствует количеству участников спора. Арбитражные учреждения на такой случай обычно предусматривают формирование всего состава третейского суда учреждением, администрирующим рассмотрение спора, без участия сторон, хотя стороны в своем соглашении могут решить этот вопрос и иначе.

***

В заключение следует отметить, что корпоративные споры, как об этом свидетельствует анализ данных картотеки арбитражных дел, являются одной из самых малочисленных категорий (не более 1% от общего количества дел). Данный показатель, на первый взгляд, весьма обнадеживающий в плане состояния дел в корпоративной сфере, в действительности при более глубоком осмыслении ситуации в условиях реального экономико-правового контекста дает повод задуматься над тем, насколько существующие юрисдикционные процедуры рассматриваются участниками корпоративных отношений как в полной мере пригодные для урегулирования возникающих в данной сфере конфликтов, разногласий. Малочисленность корпоративных споров отражает сложившиеся за последние десятилетия установки на разрешение корпоративных конфликтов скорее на основе неформальных договоренностей, чем посредством той или иной институционализированной правовой процедуры. Причины, по которым это происходит, требуют обстоятельного и комплексного анализа на стыке права, экономики и социологии.

Вместе с тем можно с уверенностью констатировать, что присущий корпоративным спорам объективно высокий уровень латентности во многом порождается неготовностью участников данных отношений прибегнуть к открытому судебному разбирательству вследствие неизбежной огласки имеющихся внутри компании разногласий, которые могут негативно отразиться на ее капитализации и причинить дополнительные имущественные потери как участникам компании, так и корпорации в целом. Нельзя не учитывать также известный правоохранительный уклон российского правосудия, как и зачастую применяемые судами сугубо формальные подходы. Разумеется, третейское разбирательство не является панацеей и само имеет определенные сложности при становлении в российских условиях, на исправление которых направлены проводимые в последнее время реформы в этой сфере. Тем не менее роль законодателя состоит в том, чтобы обеспечить участникам корпоративных отношений как можно более широкие возможности выбора наиболее приемлемых для них институциональных способов цивилизованного разрешения возникающих споров, конфликтов, разногласий, при том что обращение к любому такому способу должно сопровождаться наличием принципиальных гарантий справедливого судебного разбирательства. Развитие третейских процедур, основанных на общеюрисдикционных принципах равенства и справедливости и вместе с тем предоставляющих сторонам наиболее широкие возможности диспозитивности, примирительности и конфиденциальности, является важным фактором укрепления корпоративного правопорядка и повышения уровня правового комфорта для российского бизнеса.

Дальнейшее развитие третейского разбирательства как элемента судебно-правовой реформы на основе мониторинга правоприменения с участием профессиональных сообществ позволит негосударственному арбитражу занять свою нишу в системе взаимодополняющих юрисдикционных процедур. Соответственно, необходимо как создавать надлежащие правовые условия, так и информировать и популяризовать третейскую форму защиты прав в корпоративной сфере, обращение к которой связано не только с реализацией частных интересов, но и в конечном итоге служит достижению публичных целей в виде юридизации корпоративных отношений и конфликтов, снижению рабочей нагрузки на судебную систему, повышению уровня доверия между субъектами гражданского оборота.

Таблица. Арбитрабельность корпоративных споров

Абсолютно неарбитрабельные корпоративные споры

Арбитрабельные споры, рассмотрение которых требует специальной процедуры

Арбитрабельные споры, рассмотрение которых не требует специальной процедуры

споры о созыве общего собрания участников юридического лица (п. 7 ч. 1 ст. 225.1 АПК РФ)

споры, связанные с созданием, реорганизацией и ликвидацией юридического лица (п. 1 ч. 1 ст. 225.1 АПК РФ)

споры, связанные с принадлежностью акций и долей российских компаний, установлением их обременений и реализацией вытекающих из них прав, в частности споры из договоров купли-продажи акций и долей, споры по обращению взыскания на акции и доли (п. 2 ч. 1 ст. 225.1 АПК РФ)

споры, вытекающие из деятельности нотариусов по удостоверению сделок с долями в уставном капитале ООО (п. 9 ч. 1 ст. 225.1 АПК РФ)

споры по искам участников юридического лица, о возмещении убытков, причиненных юридическому лицу, признании недействительными сделок, совершенных юридическим лицом, и/или применении последствий недействительности таких сделок (п. 3 ч. 1 ст. 225.1 АПК РФ)

споры, связанные с размещением или обращением ценных бумаг, вытекающие из деятельности держателей реестра (п. 6 ч. 1 ст. 225.1 АПК РФ)

споры, связанные с оспариванием ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) должностных лиц и органов, наделенных публичными полномочиями (п. 2 ч. 2 ст. 225.1 АПК РФ)

споры, связанные с полномочиями и ответственностью членов органов управления и контроля юридического лица (п. 4 ч. 1 ст. 225.1 АПК РФ)

иные корпоративные споры, не перечисленные в п. 1—9 ч. 1 ст. 225.1 АПК РФ

споры с участием стратегического хозяйственного общества по Федеральному закону от 29.04.2008 № 57-ФЗ «О порядке осуществления иностранных инвестиций в хозяйственные общества, имеющие стратегическое значение для обеспечения обороны страны и безопасности государства» (за исключением споров, вытекающих из сделок с акциями, долями в уставном капитале таких юридических лиц, подлежащих предварительному согласованию в соответствии с указанным законом) (п. 3 ч. 2 ст. 225.1 АПК РФ)

споры, вытекающие из соглашений участников по поводу управления юридическим лицом (в том числе из корпоративных договоров) (п. 4 ч. 1 ст. 225.1 АПК РФ)

споры, связанные с приобретением и выкупом самим обществом размещенных акций, а также споры по обязательным и добровольным предложениям о приобретении акций в ПАО (п. 4 ч. 2 ст. 225.1 АПК РФ)

споры, связанные с эмиссией ценных бумаг и оспариванием сделок, совершенных в процессе размещения эмиссионных ценных бумаг (п. 5 ч. 1 ст. 225.1 АПК РФ)

споры, связанные с исключением участников юридических лиц (п. 5 ч. 2 ст. 225.1 АПК РФ)

споры об обжаловании решений органов управления юридического лица (п. 8 ч. 1 ст. 225.1 АПК РФ)