1. Главная / Статьи 
ул. Черняховского, д. 16 125319 Москва +7 499 152-68-65
Логотип
| статьи | печать | 166

Российские организации и ЕСПЧ

Юридические лица наряду с физическими лицами являются субъектами права на обращение в Европейский Суд по правам человека (ЕСПЧ). Российские организации не часто, но обращаются в ЕСПЧ за защитой своих прав. В настоящей статье рассмотрим те дела, по итогам которых ЕСПЧ присудил российским организациям компенсацию нематериального вреда, а также ответим на вопрос, зачем необходимо учитывать эту практику в российском праве.

Право на обращение

В соответствии со ст. 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее – Конвенция) ЕСПЧ может принимать жалобы от любого физического лица, любой неправительственной организации или любой группы частных лиц, которые утверждают, что явились жертвами нарушения одной из высоких договаривающихся сторон их прав, признанных в Конвенции или в протоколах к ней. Практика ЕСПЧ подтверждает, что под категорию «неправительственные организации» подпадают юридические лица, в частности коммерческие и некоммерческие организации, а также организации, не обладающие статусом юридического лица.

Любые лица, неправительственные организации или группы лиц, которые утверждают, что они являются жертвами нарушения Российской Федерацией их прав, изложенных в Конвенции, протоколах к ней, имеют право на обращение в ЕСПЧ на основании Федерального закона от 30.03.1998 № 54-ФЗ «О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и протоколов к ней».

Денежная компенсация

Согласно ст. 41 Конвенции, если ЕСПЧ объявляет, что имело место нарушение Конвенции или протоколов к ней, а внутреннее право высокой договаривающейся стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, ЕСПЧ в случае необходимости присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне.

В соответствии с п. 6, 13–15 практической инструкции Председателя ЕСПЧ «Требования о справедливой компенсации» (далее – Практическая инструкция ЕСПЧ) одной из разновидностей вреда, при наличии которого присуждается справедливая компенсация, является нематериальный вред.

По мнению ЕСПЧ, природа нематериального вреда заключается в том, что он не поддается точному расчету. Если наличие такого вреда установлено и если ЕСПЧ считает денежную компенсацию необходимой, то он делает оценку на справедливой основе и на основании стандартов, которые установлены его прецедентным правом (п. 13, 14 Практической инструкции ЕСПЧ).

ЕСПЧ в необходимых случаях взыскивает компенсацию нематериального вреда не только в отношении физических лиц, но и в пользу организаций, которые обращаются в ЕСПЧ за защитой своих прав, которые предусмотрены ст. 6–11, 13–14 Конвенции, ст. 1 Протокола № 1 к ней. В некоторых случаях компании защищают в ЕСПЧ свои корпоративные интересы1.

Пожалуй, впервые ЕСПЧ признал наличие у коммерческой компании нематериального вреда по делу «Манифаттура ФЛ против Италии» (Case of Manifattura FL v. Italy (application no. 12407/86), 27.02.1992) в 1992 году. По этому делу ЕСПЧ отметил, что компания-заявитель способна испытать такой вред, однако в данном случае достаточно установления факта выявленного нарушения § 1 ст. 6 Конвенции. В свою очередь, одним из первых случаев взыскания компенсации нематериального вреда в пользу организации-заявителя является дело «Партия Свободы и Демократии (ÖZDEP) против Турции» (Case of Freedom and Democracy Party (ÖZDEP) v. Turkey (application no. 23885/94), 08.12.1999), по итогам которого в 1999 году ЕСПЧ пришел к выводу, что роспуск политической партии-заявителя является нарушением ст. 11 Конвенции, и это расстраивает учредителей и членов этой организации. ЕСПЧ обязал государство-ответчика выплатить конкретному представителю организации-заявителя 30 тыс. французских франков в качестве компенсации за нематериальный вред, испытываемый учредителями и членами партии-заявителя.

В наиболее полном виде правовая позиция ЕСПЧ о нематериальном вреде юридических лиц была сформулирована им по делу «Компания Комингерсол С.А.» против Португалии» (Case of Comingersoll S.A. v. Portugal (application no. 35382/97), 06.04.2000) в 2000 году: нематериальный вред, причиненный компании, может включать виды требований, которые являются в большей или меньшей степени объективными или субъективными. Среди них необходимо принять во внимание репутацию компании, неопределенность в планировании решений, препятствие в управлении компанией (для которого не существует четкого метода подсчета последствий) и, наконец, хотя и в меньшей степени, беспокойство и неудобство, причиненные членам руководства компании.

Проведенное исследование показывает, что к настоящему времени ЕСПЧ вынесено более 100 постановлений, по итогам которых ЕСПЧ присудил компенсацию нематериального вреда юридическим лицам и организациям, не обладающим статусом юридических лиц. Среди указанных постановлений более пяти случаев взыскания компенсации нематериального вреда в пользу российских юридических лиц и организаций.

Прецедентная практика

По делу «ООО «Русатоммет» против России» (Сase of OOO Rusatommet v. Russia (application no. 61651/00), 14.06.2005) ЕСПЧ в 2005 году пришел к выводу, что российская компания-заявитель понесла указанный вред в результате установленного нарушения § 1 ст. 6 Конвенции, ст. 1 Протокола № 1 к ней (очень долгое исполнение Министерством финансов Российской Федерации своих финансовых обязательств (по погашению облигации внутреннего государственного валютного займа) перед компанией-заявителем). ЕСПЧ присудил компании-заявителю 2 тыс. евро компенсации нематериального вреда.

По делу «Московское отделение Армии спасения против России» (Case of the Moscow Branch of The Salvation Army v. Russia (application no. 72881/01), 05.10.2006) ЕСПЧ в 2006 году взыскал в пользу российской организации 10 тыс. евро компенсации указанного вреда в связи с произвольным отказом российских властей в перерегистрации организации в качестве юридического лица и распространением о ней негативной информации, связанной с отнесением ее к категории «военизированных организаций». Было установлено нарушение ст. 11 Конвенции, рассматриваемой в свете ст. 9 Конвенции.

По делу «Церковь сайентологии Москвы против России» (Case of Church of Scientology Moscow v. Russia (application no. 18147/02), 05.04.2007) ЕСПЧ в 2007 году взыскал в пользу организации 10 тыс. евро компенсации нематериального вреда в связи с установленным фактом нарушения ст. 11 Конвенции, рассмотренной в свете ст. 9 Конвенции (произвольное лишение статуса юридического лица (в результате отказа перерегистрации в качестве религиозной организации), и, как следствие, – серьезное нарушение управления организацией и ее деятельностью, отвлечения ресурсов на административные вопросы, касающиеся перерегистрации и судебного разбирательства).

По делу «Сутяжник против России» (Case of Sutyazhnik v. Russia (application no. 8269/02), 23.07.2009) ЕСПЧ в 2009 году пришел к выводу, что общественная организация в результате отказа в перерегистрации ее в качестве некоммерческой организации и судебного разбирательства в связи с этим претерпела «некоторые неудобства» (some inconvenience); взыскал в пользу организации-заявителя 500 евро компенсации нематериального вреда в связи с нарушением ст. 6 Конвенции. Руководство организации-заявителя сообщило о том, что эта сумма будет потрачена на торты «для всех выпускников Сутяжника к 15-летию организации...».

По делу «Свидетели Иеговы Москвы и другие против России» (Сase of Jehovah’s Witnesses of Moscow and others v. Russia (application no. 302/02), 10.06.2010) ЕСПЧ в 2010 году присудил всем заявителям, включая организацию, 20 тыс. евро в счет денежной компенсации указанного вреда, мотивируя это тем, что заявители испытали чувства горя, беспокойства, несправедливости, лишились возможности сообща исповедовать свою религию и вести «религиозную жизнь» (religious life). Было установлено нарушение § 1 ст. 6, ст. 9, 11 Конвенции.

По делу «Церковь сайентологии Санкт-Петербурга и другие против России» (Сase of Church of Scientology of St. Petersburg and others v. Russia (application no. 47191/06), 02.10.2014) ЕСПЧ в 2014 году установил нарушение ст. 9 Конвенции, толкуемой в свете ст. 11 Конвенции (отказ в регистрации организации-заявителя в качестве религиозной организации), и присудил всем заявителям по этому делу, включая организацию, в общей сумме 7,5 тыс. евро компенсации нематериального вреда.

Влияние на российское право

В соответствии с ч. 4 ст. 15 Конституции РФ общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы. Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора.

Российская Федерация, в соответствии со ст. 46 Конвенции, признает ipso facto юрисдикцию ЕСПЧ обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции и протоколов к ней в случаях предполагаемого нарушения Российской Федерацией положений этих договорных актов, когда предполагаемое нарушение имело место после их вступления в действие в отношении Российской Федерации (Федеральный закон от 30.03.1998 № 54-ФЗ).

Конвенция, решения ЕСПЧ (в той части, в какой ими, исходя из общепризнанных принципов и норм международного права, дается толкование содержания закрепленных в Конвенции, включая право на доступ к суду и справедливое правосудие) являются составной частью российской правовой системы, а потому должны учитываться федеральным законодателем при регулировании общественных отношений и правоприменительными органами при применении соответствующих норм права (абз. 2 п. 2.1 мотивировочной части Постановления КС РФ от 05.02.2007 № 2-П).

Необходимость применения правовых позиций ЕСПЧ и учета его постановлений закреплена во многих интерпретационных актах, в частности в п. 10–15 Постановления Пленума ВС РФ от 10.10.2003 № 5, подп. «в» п. 4 Постановления Пленума ВС РФ от 19.12.2003 № 23, абз. 5 п. 1 Постановления Пленума ВС РФ от 24.02.2005 № 3, Постановлении Пленума ВС РФ от 27.06.2013 № 21, Информационном письме ВАС РФ от 20.12.1999 № С1-7/СМП-1341.

При этом обращаем внимание, что анализ вышеназванных правовых источников позволяет утверждать, что в учет следует брать не только те постановления ЕСПЧ, которые вынесены против Российской Федерации, но и те, которые приняты против других государств.

Негативные случаи

К сожалению, встречаются случаи ограничительного применения указанных разъяснений либо вообще полное их игнорирование.

Так, из постановлений Арбитражного суда МО от 11.12.2014 № Ф05-13355/2014 по делу № А40-44792/14-296, от 27.07.2015 № Ф05-6361/2015 по делу № А40-159534/14 следует, что Постановление ЕСПЧ от 06.04.2000 по делу «Компания Комингерсол С.А.» против Португалии», на которое ссылался заявитель в обоснование необходимости денежной компенсации, не подлежит учету в рассматриваемых случаях, так как оно было принято не против Российской Федерации.

Некоторые арбитражные суды, не понимая разницы между компенсацией морального вреда, которая действительно запрещена в отношении юридических лиц по делам о защите деловой репутации (в силу п. 11 ст. 152 ГК РФ), и компенсацией нематериального вреда юридическим лицам как непоименованного способа защиты гражданских прав, не запрещенного законом (Определение КС РФ от 04.12.2003 № 508-О), вообще игнорируют ссылки заявителя на практику ЕСПЧ по вопросу компенсации нематериального вреда юридическим лицам и не объясняют, почему она не подлежит применению в рассматриваемом случае (Постановление Арбитражного суда УО от 24.03.2016 № Ф09-1048/16 по делу № А60-12213/2015).

Аналогичный случай «игнорирования» – Определение ВС РФ от 17.08.2015 по делу № 309-ЭС15-8331, А50-21226/20142.      В этом судебном акте Судебная коллегия по экономическим спорам ВС РФ (далее – Коллегия) не пояснила, почему практика ЕСПЧ, которой руководствовались арбитражные суды по указанному делу, не подлежит учету в рассмотренном случае, почему нормы национального законодательства, в котором отсутствует, по мнению Коллегии, прямое указание на возможность взыскания морального вреда в пользу юридического лица, имеют приоритет над правовыми позициями ЕСПЧ, допускающими подобную компенсацию в отношении юридических лиц.

Вместо заключения

Правовые позиции ЕСПЧ о компенсации нематериального вреда юридическим лицам и организациям необходимо учитывать в российском праве, в частности по делам о присуждении компенсации за волокиту (в силу прямого указания на учет практики ЕСПЧ в ч. 2 ст. 2 Федерального закона от 30.04.2010 № 68-ФЗ «О компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок»), при компенсации нематериального вреда юридическим лицам вследствие умаления их деловой репутации, причинения вреда со стороны органов государственной власти, местного самоуправления, их должностных лиц.

Необходимость учета вышеназванной практики ЕСПЧ о компенсации нематериального вреда обусловлена тем, что она является ориентиром в части определения правовых оснований и размера денежной компенсации в российских судах.

Настоящая публикация отражает частное мнение автора данной статьи, и ее не следует рассматривать в качестве официальной позиции Законодательного Собрания Красноярского края по исследуемому вопросу.

1. Emberland Marius. The Human Rights of Companies: Exploring the Structure of ECHR Protection. Oxford: Oxford University Press, 2006.

2. Гаврилов Е. Юридическим лицам запретили страдать // эж-ЮРИСТ. 2016. № 2.