1. Главная / Статьи 
ул. Черняховского, д. 16 125319 Москва +7 499 152-68-65
Логотип
| статьи | печать | 1463

Как справедливо распределить создаваемый сообща продукт?

К «традиционным» российским проблемам — коррупции, отсутствию общенациональной Стратегии развития, резкому торможению экономики, слабому рублю, нарастающему пессимизму граждан и т.д. — могут прибавиться последствия введённых против России санкций. Конечно, санкции — обоюдоострое оружие. Наши финансовые резервы (в частности, ФНБ, Резервный фонд, ЗВР) способны определённое время успешно «держать удар». Но сравним объёмы ВВП: у России — чуть более 2 трлн долл., у США и стран Евросоюза — свыше 32 трлн долл. В таких условиях традиционные рецепты противодействия и стимулирования экономики будут, скорее всего, мало эффективны. Актуален «несимметричный» ответ, сказывающийся одновременно и позитивно на различных сторонах общественной жизни.

*****

И до украинских событий прогноз темпов роста российской экономики в 2014 г. был неутешительный: по расчётам Минэкономразвития, не более 2—2,5% (с возможным понижением). Теперь же, по мнению аналитиков института «Центр развития» Высшей школы экономики, в лучшем случае 1,3% (на уровне 2013 г.). А некоторые зарубежные экспертные сообщества понизили показатель вплоть до нулевой отметки и даже отрицательного прогноза по росту. Президент Владимир Путин, констатируя стабильное состояние отечественной экономики, также отмечает недопустимо низкие темпы роста ВВП.

Информация к размышлению

1. Эксперты Moody’s выяснили возможные последствия девальвации рубля и экономических санкций для российского бизнеса. Сырьевые компании могут столкнуться с торговыми барьерами (квотами или полным запретом на импорт), а российское правительство также может ограничить экспорт в некоторые страны. Решение ЦБ повысить ставку до 7% увеличит стоимость банковского финансирования для компаний. Замедление роста кредитования ударит по экономике страны. Пострадают компании с большим долгом, который нужно погасить в ближайшее время, так как им будет сложно перекредитоваться («Финмаркет», 13 марта 2013 г.).

2. Экс-министр финансов Алексей Кудрин считает, что санкции ЕС и США могут в 2014 г. обнулить экономический рост в России. Чтобы не допустить спада, нужны долгосрочные стратегические меры, в частности, усиление торгового и финансового сотрудничества с Китаем и Юго-Восточной Азией. Возможные санкции — повод активизировать совместные проекты («Ведомости», 14 марта 2014 г.).

3. Международное рейтинговое агентство Fitch: темпы роста мировой экономики в 2014 и 2015 гг. ускорятся до 2,9 и 3,2% соответственно против 2,4% по итогам прошлого года. («Fitch прогнозирует рост мировой экономики в 2014 г. до 2,9%», «Экономика и жизнь», 14 марта 2014 г. — см. здесь же).

4. Алексей Ведев, Институт Гайдара: «… в этом году мы в лучшем случае вырастем на уровне статпогрешности – 0,0-0,2%. Не хочется говорить, что мы движемся в красную зону отрицательного роста» («Финмаркет», 19 марта 2014 г.).

Положение дел в экономике и экономические перспективы во многом определяют настроения в российском обществе. Это убедительно подтверждают многочисленные социологические исследования, в частности, итоги недавнего голосования читателей Slon.ru (см. таблицу).

Таблица. Что будет с экономикой после Олимпиады, %

Продолжится падение

61,2

Будет так же, как в прошлом году

26,4

Начнётся рост

12,4

(Slon.ru, 25 февраля 2014 г.)

Опрос Левада-Центра также выявил пессимистический настрой россиян: 54% считают ситуацию в стране предкризисной, застойной или близкой к хаосу. При этом более половины из них (55%) выступают за «осторожные и осмотрительные» действия. Быстрые и решительные перемены поддерживают порядка 35% («Независимая газета», 21 февраля 2014 г.).

Торможение, рецессия, стагнация, стагфляция — очевидные признаки нарастающего кризиса, берущего начало в экономике и системно охватывающего российское общество. Процесс становится двусторонним — всё более отчётливые кризисные явления в других сферах, в свою очередь, усугубляют экономическую ситуацию.

Ещё один опрос Левада-Центра показал, что за постсоветские 20 лет россияне постепенно разочаровались в экономической системе, основанной на частной собственности и рыночных отношениях. Число приверженцев экономической системы, основанной на государственном планировании и распределении, выросло почти вдвое. В феврале 1992 г. сторонники госпланирования были в явном меньшинстве — 29% против 48% «рыночников». В январе 2014 г. соотношение изменилось: соответственно 54% против 29%. Следовательно, большинство граждан предпочитает патерналистскую модель взаимодействия с государством — государственное планирование и распределение вместо личной активности в условиях рыночной экономики («Финмаркет», 25 февраля 2014 г.).

Безусловно, сказались очевидные пороки российской экономики: монополизм, отсутствие добросовестной конкуренции, всеохватная коррупция, бюрократические барьеры, неисполняемые законы и т.д.

Информация к размышлению

Валерий Крюков, заместитель директора Института экономики и организации производства Сибирского отделения РАН, член-корреспондент РАН: «В условиях олигополии вертикально интегрированные нефтяные компании недоинвестируют в производство, нет рыночных стимулов к модернизации и технологическим инновациям.

В советские годы проектный коэффициент извлечения нефти (КИН) в среднем по нефтяной промышленности был 44%, сейчас 31—33%. На лучших норвежских месторождениях КИН превышает 50% с устойчивой тенденцией к росту.

В России отсутствует системная государственная политика стимулирования нефтеотдачи. В Западной Сибири дебит скважины на уровне 8 т в сутки считается нерентабельным, а в США чуть менее 30% нефтедобычи обеспечивается скважинами с дебитами чуть более 2 баррелей — 320 л в сутки» («Эксперт», 10 марта 2014 г.).

Таким образом, экономические санкции, застарелые и вновь приобретённые «родимые пятна» российской экономики вполне могут привести к её сокращению в ближайшие три года. Правда, как заметил один федеральный чиновник, «безвыходных ситуаций нет. Мы все объединимся. Всё население. Ничего страшного не случится, мы станем сильнее. Это шанс решить структурные проблемы, улучшить институты, кардинально улучшить инвестиционный климат» («Ведомости», 14 марта 2014 г.).

Есть, однако, ещё одно обстоятельство, всё больше волнующее граждан — опасное социальное и имущественное расслоение как следствие нарастающего отчуждения работающих граждан от результатов их труда и несправедливого распределения производимого ими национального богатства.

Это не только сугубо российская проблема, а негативный глобальный тренд, дестабилизирующий обстановку внутри отдельных стран и мировую экономику в целом.

Информация к размышлению

На 1,2 млрд беднейших жителей планеты приходится всего 1% мирового потребления, тогда как на один миллиард наиболее обеспеченных людей — 72%. По мнению генерального секретаря ООН Пан Ги Муна, развитие не может быть устойчивым при растущем социальном и экономическом неравенстве между странами и внутри стран, мешает процветанию наций, порождает преступность и болезни, приводит к ухудшению состояния окружающей среды, подрывает сплоченность обществ и экономические стимулы («Кому достаётся „дырка от бублика“» — см. здесь же).

Несмотря на множество деклараций, заявлений и действий руководителей различных стран и представителей мировой элиты, не наблюдается даже малейших признаков перемены к лучшему. Напротив, в ряде исследований сделан вывод, что ситуация может лишь ухудшаться вследствие того, что неизбежная дальнейшая концентрация капитала (теперь уже не столько материального, сколько интеллектуального) приведёт к ещё большей монополизации дохода внутри отдельных стран и их неправедному перераспределению между странами.

В России социальная дифференциация уже достигла критических величин. Порядка 2% наших соотечественников владеют более чем третью всех российских активов. Понятно, что старт подобному процессу дала неправедная приватизация «лихих 90-х». Официально выявлена 15—16-кратная разница в доходах 10% богатых и 10% бедных россиян. Её превышение, как свидетельствует мировой опыт, чревато общественными катаклизмами. По мнению академика Роберта Нигматулина, в России децильный коэффициент равен 30—40, и уже произошло аномальное социальное расслоение («О неравенстве и легитимности в экономике» — см. здесь же).

*****

Примечательны и неслучайны высказывания многих известных общественных, политических и религиозных деятелей, учёных, бизнесменов на данную тему («Может ли экономика быть справедливой» — см. здесь же.).*

Жан-Шарль-Леонард Сисмонди (1773—1842 гг.), один из основоположников критического направления в политической экономии: «Богатство само по себе не имеет никакой цены, если оно не служит к удовлетворению потребности человека; оно не должно быть достоянием касты; промышленный успех состоит не в том, чтобы лица богатые обогащались ещё более, а в том, чтобы большинство членов общества было обеспечено в средствах к безбедному существованию». Иными словами, «содействовать возвышению общего благосостояния народа, а не одного какого-нибудь класса».

Папа Римский Иоанн Павел II (энциклика Laborem Exercens («Совершая труд»)): «Человек должен трудиться ради своего ближнего, прежде всего ради своей семьи, но также и ради общества, к которому он принадлежит, ради того народа, сыном или дочерью которого он является, ради всей человеческой семьи, с которой он связан, будучи наследником труда предшествующих поколений и в то же время участником построения будущего для тех, кто в ходе истории придёт после него…

Человек труда — это не просто орудие производства, но и личность, имеющая в ходе всего производственного процесса приоритет перед вложенным в дело капиталом. Самим актом своего труда человек становится господином на своём рабочем месте, хозяином трудового процесса, хозяином продуктов своего труда и их распределения».

Папа Римский Франциск на аудиенции по случаю вручения верительных грамот чрезвычайными и полномочными послами ряда стран при Святейшем Престоле напомнил слова святого Иоанна Златоуста: «Не позволять бедным иметь участие в своих собственных благах — значит обкрадывать их и лишать их жизни. Не свои у нас богатства, а их». И добавил: «Деньги должны служить, а не управлять!» («Человек. Экономика. Духовность» — см. здесь же).

Антон Раушер, руководитель крупнейшего католического исследовательского центра ФРГ («Частная собственность в интересах человека труда», 1994 г.): «Речь должна идти не об отмене частной собственности, а о справедливом распределении собственности и имущества...

Отношения собственности способны выполнить свою упорядочивающую функцию, если большая часть общества будет причастна к собственности: чем больше число собственников, чем шире дробится собственность, тем больше будет и внутреннее согласие граждан в обществе с частной собственностью.

Государство несёт ответственность за то, чтобы социальные обязательства собственника не только были зафиксированы, но и выполнялись, чтобы обеспечивался принцип социальной справедливости при распределении имущества и собственности.

Вопрос о том, сумеют ли собственники лучше воспользоваться средствами производства, повысить производство и производительность, найдёт решение тогда, когда частная собственность будет служить трудящемуся человеку, а не какому-то классу».

Из Конституции ФРГ (ст. 14, абз. 2): «Собственность обязывает. Её употребление должно одновременно служить общему благу».

Нуриэль Рубини, профессор экономики Нью-Йоркского университета, убеждён, что «просвещенная европейская буржуазия уже давно осознала: во избежание революций необходимо защитить права трудящихся и создать социальное государство для перераспределения богатства. Каждая экономическая модель, которая соответствующим образом не занимается вопросом неравенства, рано или поздно сталкивается с кризисом легитимности» («От трудового ресурса — к человеческому капиталу» — см. здесь же).

Валериан Николаевич Майков, русский литературный критик и публицист («Об отношении производительности к распределению богатства», 1842 г.): «Никто не сомневается в том, что со стороны правительства нет ничего безрассуднее, как сделаться самому хозяином всех промыслов, существующих в государстве…

Работники должны были бы иметь часть права собственности на произведённые ими ценности, иными словами, они должны были бы получать известную часть барышей, получаемых от продажи их изделий…

Делаясь подёнщиком, человек приобретает только возможность существовать и не умереть с голоду…

Сменить её (подёнщину. — В.Т.) может только такой порядок вещей, при котором насилие будет невозможно, работникам будет предоставлено право собственности на их произведения, качество и количество труда признается масштабом распределения богатства, наконец, человеку возвращён будет характер человеческий…

Альтернатива подёнщине — дольщина. В признании дольщины заключается всё разрешение современной задачи… о водворении равновесия между интересами хозяев, капиталистов и работников…

При системе дивидендов работник постоянно имеет в виду возможность в будущем обеспечить себя и своё семейство, если только захочет трудиться в настоящем…

При господстве дольщины значительно уменьшится враждебное отношение хозяев и работников, потому что интересы их сделаются общими».

Академик Святослав Николаевич Фёдоров (из статей и интервью 1990-х гг.): «Нужно изменить сам характер современных производственных отношений, то есть превратить наёмников в хозяев производства, чтобы каждый работающий человек имел полное право распоряжаться продуктом своего труда. Если мы совместно производим, то и должны совместно владеть тем, что произвели. Механизм прост: надо передать предприятие в собственность трудовому коллективу, сделать его народным. Это возможно путём акционирования, превращения предприятия в закрытое акционерное общество работников.

Нужно поднимать нашу экономику снизу, с трудовых коллективов. Будут они хорошо работать — будет хорошо жить и вся страна.

Россия исчерпала лимит ошибок. Пора, наконец, по примеру других, восстановить естественную связь между трудом и его оценкой, преодолеть противоречия между работником и собственностью, трудом и капиталом.

Идея „третьего пути“ — отбрасывая жадность частнособственнического капитализма и зависть бюрократического социализма — позволит ликвидировать нищету и несправедливость во всём мире.

Демократия должна начинаться с экономического базиса общества. Демократия — это, прежде всего, справедливость в распределении того общественного продукта, который люди сообща создают».

* Выделено. — В.Т.

*****

Зададимся вопросом: «Может ли эффективное быть справедливым, а справедливое — эффективным?»

Собственнику капитала важна максимизация получаемого дохода при минимизации издержек. Одно из основных условий стабильности общества — социальная справедливость в отношении трудящегося большинства. Однако продолжающаяся концентрация доходов в руках немногих постоянно воспроизводит в увеличивающихся масштабах несправедливое распределение национального богатства.

Можно ли одновременно стимулировать творческий, мотивированный труд каждого, обеспечить искомую прибыль, конкурентное инновационное развитие и общественную консолидацию на принципах социальной справедливости? Возможна ли ситуация, при которой экономическая эффективность и коммерческая выгода с одной стороны, социальная справедливость и социальная защищённость — с другой не противостоят друг другу, а солидарно взаимодействуют как две стороны одной медали, неразделимые и взаимообусловленные? Образно говоря, могут ли волки быть сыты, если овцы целы?

Сегодня владеющее собственностью меньшинство присваивает доход на капитал и распоряжается им. А большинство, производящее национальный продукт с использованием этого капитала, продаёт свой наёмный труд и получает зарплату. Исторически труд и капитал противостоят друг другу как антиподы. Но в высокоразвитом индустриальном и постиндустриальном обществах вызревают объективные условия, способствующие сглаживанию существующих противоречий (распыление капиталов, доступные формы участия работников в собственности компаний, массовая возможность приобретения акций и прочих ценных бумаг и др.).

Повсеместно растущая социальная дифференциация свидетельствует, что подобные факторы пока не стали стратегическим мейнстримом экономического развития. Системное решение, позволяющее фундаментальную проблему взаимоотношений между трудом и капиталом перевести из состояния конфронтации в режим эффективного сотрудничества, когда капитал выступает гарантом социального благополучия, а сами многочисленные пользователи социальных благ заинтересованы в росте капитала, отсутствует.

Возможен ли союз труда и капитала? Ответ утвердительный, если работник труда становится работником капитала, если тот, кто участвует в производстве товаров и услуг, одновременно является совладельцем капитала в той или иной форме. Исторический и современный опыт доказывают, что объединение труда и капитала приводит к результатам более значительным, чем достигаемым отдельно трудом и отдельно капиталом. Своеобразный синергетический эффект согласованного взаимодействия труда и капитала существенно повышает совместную отдачу, а следовательно, и экономическую эффективность.

Хорошо, когда, например, работник имеет пакет акций/ценных бумаг различных компаний, как это имеет место в развитых экономиках (даже несмотря на то что подавляющая часть акций компаний может быть сосредоточена у небольшой части населения). Ещё лучше, если такой работник, наряду с другими своими коллегами, является совладельцем предприятия, на котором трудится.

Более чем в 70 странах мира приняты соответствующие пакеты законов, содействующие демократизации производственных отношений, участию работников в управлении и распределении дохода. В России такие предприятия (акционерные общества работников) называются народными. Функционируя на принципах коллективной собственности, они успешно решают искомую двуединую задачу, достигая высокой эффективности производства при гарантированном уровне социальной защищённости работников («Народные предприятия России» — см. здесь же).

Как справедливо указывает известный экономист Андрей Колганов, на таких предприятиях «преодолевается отчуждение работника от собственности и от труда: становясь собственником, рабочий трудится на себя…

Трудовой коллектив становится самостоятельным экономическим субъектом, подчиняющим движение совокупного капитала предприятия интересам собственного воспроизводства. При этом не исключается возникновение антагонизма интересов между ростом заработной платы и уровнем накопления капитала. Однако в коллективной собственности заложена возможность самостоятельного регулирования самими работниками соотношения между личным доходом и накоплением с точки зрения прежде всего производственной целесообразности, поскольку и заработная плата, и накопляемый капитал — оба выступают как источники личного богатства работника» (выделено. — В.Т., http://economicdemocracy.ru/).

*****

В 2009 г., в разгар мирового кризиса, нобелевскую премию по экономике получила американка Элинор Остром за работы в области управления ресурсами общего/совместного пользования — общей собственностью, не принадлежащей частнику или государству. Её исследования доказали, что самоуправляемые сообщества (трудовые коллективы в том числе) могут эффективно использовать и воспроизводить общественный ресурс, отвергая крайности — приватизацию или национализацию.

Справедливо не обогащение как богатство немногих — справедливо производство и потребление в интересах свободного развития всех и каждого. Человеку свойственно стремление жить достойно. Но для этого недостаточно лишь требовать от государства справедливого распределения национального дохода. Среди обязательных условий — преодоление пассивности и апатии граждан, мотивация к эффективной общественно полезной трудовой деятельности, возможность получать не только зарплату, но и иметь доход на принадлежащий ему капитал.

Убеждение, основанное на практически достижимом взаимном интересе, как правило, эффективнее принуждения, каким бы заманчивым и доступным оно ни казалось.

Зачем идти путём, с которого неизбежно свернут лидеры? Пришло время содействовать проведению в России политики становления работников труда одновременно как работников капитала, совладельцев производимых ими благ, и тем самым, учитывая мировой опыт, глобальные тенденции и национально-исторические особенности, экономя силы, время и ресурсы, минуя промежуточные этапы там, где это целесообразно, успешно разрешать многие проблемы, ключики к которым ищут давно.

Чтобы уверенно развиваться, российская экономика должна эффективно и справедливо соединять мир людей и мир создаваемых ими благ.

Кто производит — тот владеет! Солидарная экономика и свободные труженики возродят Россию!