1. Главная / Статьи 
ул. Черняховского, д. 16 125319 Москва +7 499 152-68-65
Логотип
| статьи | печать | 53

Компенсация и переквалификация

На практике у судов имеется полномочие осуществлять переквалификацию ненадлежащего искового требования на надлежащее. Должен ли арбитражный суд по делам о защите деловой репутации переквалифицировать требование о компенсации морального вреда юридическому лицу на какое-либо другое? И если да, то на какое именно?

Обязанность переквалификации

В соответствии с п. 9 Постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25, если при принятии искового заявления суд придет к выводу о том, что избранный истцом способ защиты права не может обеспечить его восстановление, данное обстоятельство не является основанием для отказа в принятии искового заявления, его возвращения либо оставления без движения. Согласно ст. 148 ГПК РФ или ст. 133 АПК РФ на стадии подготовки дела к судебному разбирательству суд выносит на обсуждение вопрос о юридической квалификации правоотношения для определения того, какие нормы права подлежат применению при разрешении спора. По смыслу ч. 1 ст. 196 ГПК РФ или ч. 1 ст. 168 АПК РФ суд определяет, какие нормы права следует применить к установленным обстоятельствам. Суд также указывает мотивы, по которым не применил нормы права, на какие ссылались лица, участвующие в деле. В связи с этим ссылка истца в исковом заявлении на не подлежащие применению в данном деле нормы права сама по себе не является основанием для отказа в удовлетворении заявленного требования.

Данное разъяснение означает закрепление полномочия суда осуществлять переквалификацию ненадлежащего искового требования на надлежащее. В случае ненадлежащего формулирования истцом способа защиты при очевидности преследуемого им материально-правового интереса суд не должен отказывать в иске ввиду неправильного указания норм права, в этом случае суд определяет, из какого правоотношения возник спор и какие нормы подлежат применению1. Иными словами, если истец будет требовать реализации избранного им способа защиты своих прав, но при этом к спорным правоотношениям следует применять иные нормы права, другой способ защиты, суд обязан сам определить, какие нормы права нужно применить к установленным обстоятельствам и каким способом защиты руководствоваться. В. Белов, комментируя указанное разъяснение, пишет, что «суд сам должен сформулировать и удовлетворить требования, которые... никто не предъявлял»2.

В настоящее время вопрос о переквалификации является актуальным в отношении требования о компенсации морального вреда юридическим лицам, деловая репутация которых нарушена распространением не соответствующих действительности порочащих сведений (далее – диффамация).

Юридические лица и моральный вред

Напомним, что ныне действующая редакция ст. 152 ГК РФ не позволяет применять положения о компенсации морального вреда к защите деловой репутации юридического лица (п. 11 ст. 152 ГК РФ). В действующем российском законодательстве отсутствует прямое указание на возможность компенсации морального вреда юридическим лицам (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ от 17.08.2015 по делу № 309-ЭС15-8331, А50-21226/2014)3. По делам о защите деловой репутации данный тезис подтвержден Обзором практики рассмотрения судами дел о защите чести, достоинства и деловой репутации, утвержденным Президиумом ВС РФ 16.03.2016, а также Определением Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ от 18.11.2016 № 307-ЭС16-8923 по делу № А56-58502/2015.

Что делать, если истец (юридическое лицо) в целях защиты своей деловой репутации все же требует компенсацию морального вреда?

По нашему мнению, разъяснение, содержащееся в п. 9 Постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25, дает суду полномочие по переквалификации ненадлежащего требования (в данном случае требования о компенсации морального вреда юридическому лицу) на надлежащее, которое вытекает из существа нарушенного права и характера последствий этого нарушения.

Переквалификация на компенсацию нематериального вреда

Учитывая тесную, но не абсолютную связь компенсации морального вреда (данная компенсация запрещена для организаций) и компенсации нематериального вреда (для юридических лиц напрямую не запрещена), считаем, что в настоящее время имеются правовые основания для судебной переквалификации требования о компенсации морального вреда юридическому лицу, деловая репутация которого нарушена диффамацией, на компенсацию ему нематериального вреда, имеющего свое собственное содержание, отличающееся от содержания морального вреда, причиненного гражданину.

Данное требование должно подлежать удовлетворению, если будет доказано возникновение у организации нематериального вреда деловой репутации, проявляющегося в неблагоприятных последствиях нематериального характера (утрате юридическим лицом в глазах общественности и делового сообщества положительного мнения о его деловых качествах, утрате конкурентоспособности, невозможности планирования деятельности и др.). Кроме того, должны быть доказаны и другие условия деликтной ответственности, как то: наличие противоправного деяния со стороны ответчика (диффамации), причинно-следственной связи между действиями ответчика и возникновением неблагоприятных последствий на стороне истца. При этом для взыскания компенсации нематериального вреда самого признания факта диффамации и судебного решения об опровержении должно быть недостаточно для восстановления баланса прав участников спорных правоотношений. При взыскании компенсации нематериального вреда деловой репутации юридического лица следует руководствоваться среди прочего правовыми позициями, изложенными в Определении КС РФ от 04.12.2003 № 508-О, Постановлении Президиума ВАС РФ от 17.07.2012 № 17528/11 по делу № А45-22134/2010, Определении Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ от 18.11.2016 № 307-ЭС16-8923 по делу № А56-58502/2015.

Переквалификация на возмещение убытков

Если же при обсуждении вопроса о юридической квалификации спорного правоотношения будет установлено, что под своим «моральным вредом, причиненным умалением деловой репутации» организация понимает материальный вред деловой репутации, то есть убытки (например, упущенную выгоду от отказа партнера заключать договор поставки из-за диффамации или реальный ущерб, выраженный в затратах на ребрендинг и новую рекламу из-за этого же), то необходимо переквалифицировать требование о компенсации морального вреда юридическому лицу на возмещение убытков. При этом нужно руководствоваться нормами ГК РФ о возмещении убытков, так как вред деловой репутации может заключаться не только в неблагоприятных последствиях нематериального характера, но и в убытках (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ от 18.11.2016 № 307-ЭС16-8923 по делу № А56-58502/2015). Аналогичный подход следует применять, если истец (юридическое лицо) необоснованно требует «возмещение нематериального (репутационного) вреда», в то время как его репутационный вред проявляется исключительно в убытках (Постановление Девятнадцатого ААС от 21.04.2016 № 19АП-1296/2016 по делу № А08-7996/2015).

Обращаем внимание, что новеллой ГК РФ является норма о том, что размер убытков может быть определен судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению, когда размер убытков не может быть установлен с разумной степенью достоверности (п. 5 ст. 393 ГК РФ). При этом важно, чтобы судебная переквалификация требования о компенсации морального вреда юридическому лицу, равно как и требования о компенсации нематериального (репутационного) вреда, на возмещение убытков, определенных по усмотрению суда, на системном уровне не привела к стиранию граней между защитой от имущественных (материальных) и неимущественных (нематериальных) разновидностей вреда (самими этими категориями вреда) с трудно прогнозируемыми последствиями. Иными словами, недопустимо возмещать (компенсировать) убытки, когда их нет, а есть лишь нематериальные проявления вреда, для устранения которых должна применяться компенсация нематериального вреда.

В судебно-арбитражной практике

Как показывает проведенное нами исследование, большинство арбитражных судов не осуществляют исследуемую переквалификацию: автоматически отказывают в удовлетворении требования о компенсации морального вреда юридическому лицу по причине того, что истцом выбран ненадлежащий способ защиты (постановления МО от 28.05.2015 № Ф05-6449/2015 по делу № А40-108562/14, от 27.07.2015 № Ф05-6361/2015 по делу № А40-159534/14; АС СКО от 23.11.2015 № Ф08-7774/2015 по делу № А63-13644/2014; АС СЗО от 11.02.2016 по делу № А21-1140/2015; АС ПО от 15.02.2016 № Ф06-5593/2016 по делу № А12-21772/2015).

Проиллюстрируем это на примере дела № А12-21772/2015.

В 2015 году ООО «Лидер-В» обратилось в Арбитражный суд Волгоградской области с исковыми требованиями к Каралину Александру Викторовичу о признании не соответствующими действительности и порочащими деловую репутацию ООО «Лидер-В» сведений, изложенных в заявлении Каралина А.В. от 16.02.2015 на имя начальника ГУВД по Волгоградской области Кравченко А.Н. Истец среди прочего просил взыскать с ответчика денежную компенсацию причиненного морального вреда в сумме 100 тыс. руб.

Решением Арбитражного суда Волгоградской области от 18.08.2015 исковые требования удовлетворены в части, что послужило основанием для обращения ответчика в суд с апелляционной, а позднее с кассационной жалобами.

Арбитражный суд Поволжского округа отметил, что, «вынося решение в части взыскания с ответчика компенсации морального вреда, являющегося юридическим лицом, суд счел возможным удовлетворить исковые требования в сумме 30 000 руб., при этом не учел, что на момент обращения Каралина А.В. в суд действовала иная редакция пункта 7 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации. Положения пункта 11 статьи 152 ГК РФ специально исключают применение положений о компенсации морального вреда в отношении юридического лица. Поскольку действующим законодательством не предусмотрена компенсация морального вреда юридического лица в связи с тем, что в силу особенностей своего правового положения оно лишено реальной возможности испытывать физические и нравственные страдания, на основании пункта 2 части 1 статьи 287 АПК РФ решение суда первой инстанции подлежит отмене в указанной части, с принятием нового судебного акта об отказе в удовлетворении исковых требований общества с ограниченной ответственностью «Лидер-В» к Каралину Александру Викторовичу о компенсации морального вреда…»4.

Имеются случаи, когда арбитражные суды вместо того, чтобы осуществлять переквалификацию спорного правоотношения, дополнительно указывают, что «заявитель не лишен права обратиться в суд с самостоятельным иском о возмещении убытков...» (постановления АС МО от 27.01.2015 № Ф05-15502/2014 по делу № А40-55370/14; АС ДО от 16.07.2015 № Ф03-2709/2015 по делу № А51-16272/2014; АС ВВО от 18.01.2016 № Ф01-5516/2015 по делу № А17-7903/2014).

Кроме того, имеется мнение, согласно которому «довод кассационной жалобы о том, что апелляционный суд, указывая о выборе истцом ненадлежащего способа защиты, должен был самостоятельно применить подлежащее применению нормы права, отклоняется, поскольку речь идет о способе защиты, который избирает сам истец, а не о правильной квалификации правоотношений и применении подлежащих применению к данным правоотношениям норм права» (постановление АС МО от 11.12.2014 № Ф05-13355/2014 по делу № А40-44792/14-296).

Однако встречаются примеры, когда арбитражные суды в результате фактической переквалификации не находят оснований для удовлетворения заявленного требования по правилам о компенсации нематериального вреда и (или) возмещения убытков ввиду отсутствия условий, наличие которых необходимо при ответственности за причинение вреда (постановления АС ВСО от 11.03.2015 № Ф02-595/2015 по делу № А33-7716/2014; АС ДО от 06.05.2016 № Ф03-1755/2016 по делу № А04-6255/2015).

Вместо заключения

По нашему мнению, в рамках применения п. 9 Постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25 недопустимо отказывать в требовании о компенсации морального вреда юридическому лицу лишь по причине того, что им выбран ненадлежащий способ защиты (в силу того, что организации не способны испытывать физические и (или) нравственные страдания, и того, что в действующем российском законодательстве отсутствует прямое указание на возможность компенсации морального вреда юридическим лицам).

Суд должен вынести на обсуждение вопрос о юридической квалификации правоотношения для определения того, какие нормы права подлежат применению при разрешении спора, какой способ защиты следует использовать. Если будет установлено, что истец имеет в виду компенсацию нематериального (репутационного) вреда, не являющегося вредом моральным, необходимо руководствоваться среди прочего правовыми позициями, изложенными в Определении КС РФ от 04.12.2003 № 508-О, Постановлении Президиума ВАС РФ от 17.07.2012 № 17528/11 по делу № А45-22134/2010, Определении Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ от 18.11.2016 № 307-ЭС16-8923 по делу № А56-58502/2015. Если же будет определено, что истец имеет в виду возмещение убытков, следует применять нормы о возмещении убытков (ст. 15, 393 ГК РФ).

Настоящая публикация отражает частное мнение автора данной статьи, и ее не следует рассматривать в качестве официальной позиции Законодательного Собрания Красноярского края по исследуемому вопросу.

1 Определение Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ от 21.11.2016 № 305-ЭС14-5756 по делу № А40-11689/2011.

2 Белов В.А. «Двадцать пятое» Постановление Пленума: толкование или ... законодательство? // Вестник экономического правосудия Российской Федерации. 2015. № 11.

3 Гаврилов Е. Юридическим лицам запретили страдать // «эж-ЮРИСТ». 2016. № 2.

4 Постановление Арбитражного суда ПО от 15.02.2016 № Ф06-5593/2016 по делу № А12-21772/2015.