1. Главная / Статьи 
ул. Черняховского, д. 16 125319 Москва +7 499 152-68-65
Логотип
| статьи | печать | 184

Первые итоги одноканального финансирования медицины РФ

С 2017 г. государство планирует прекратить федеральное участие в расходах на высокотехнологичную медпомощь (ВМП). Благодаря принятым поправкам к Бюджетному кодексу и закону об ОМС к этому сроку главным распорядителем всех средств станет Федеральный фонд обязательного медицинского страхования (ФФОМС).

«Федеральное место» займёт лечение по экспериментальным методикам. Такая практика сегодня используется в странах ЕС. С 1 января 2015 г. российская медицина перешла на одноканальное финансирование из бюджета ФОМС. Все средства ЛПУ теперь идут через Фонд обязательного медицинского страхования (ФОМС). За бюджетом оставлена только покупка дорогостоящего оборудования и капремонт. Более того, согласно бюджету на 2016 г. на оказание высокотехнологичной медпомощи, не включённой в базовую программу обязательного медицинского страхования, Правительство РФ распределило всего 5,4 млрд руб. субсидий. Эти средства будут поделены между 65 регионами. Пока идёт поэтапный переход на новые условия существования, медицинское сообщество погрузилось в нескончаемые дебаты. Чиновники, врачи, производители и поставщики медицинской техники обсуждают практические итоги перехода высокотехнологичной медпомощи на одноканальное финансирование. Очередное обсуждение с участием члена Комитета СФ РФ по социальной политике, заслуженного врача РФ Владимира Круглого, президента Национального агентства безопасности пациентов, члена общественного совета при Росздравнадзоре Алексея Старченко и заместителя председателя комитета Межрегионального союза медицинских страховщиков по методологии Людмилы Романенко состоялось в пресс-центре «Парламентской газеты».

«Передача высокотехнологичной помощи в систему ОМС сделала её доступнее для сограждан, — заявила Людмила Романенко. — За последние несколько лет объёмы медпомощи возросли в полтора раза: если в 2013 г. высокотехнологичную помощь получили 505 000 россиян, то в 2015 г. — уже 815 000 человек». Людмила Романенко также указала на то, что сейчас утверждены два перечня высокотехнологичной медпомощи: те методы, которые включены в программу ОМС, и те, которые не включены в базовую программу. Если в прошлом году при передаче высокотехнологичной медпомощи в базовую программу системы ОМС в ней оказалось 449 методов лечения, то сейчас их уже 506. Таким образом, объёмы оказания ВМП в стране выросли на треть. Комментируя преимущества новой системы одноканального финансирования, чиновница отметила, что теперь высокотехнологичная помощь стала доступнее согражданам, в системе ОМС её оказывают более 600 лечебных учреждений. Кроме того, теперь высокотехнологичная медпомощь стала активнее развиваться в регионах.

Владимир Круглый, согласившись с оптимистичной оценкой ситуации в целом, отметил, что к сожалению, «не всё так гладко в датском королевстве», отметив, что существенно снизившееся финансирование крупных медцентров повлияло на их возможности оказания ВМП. По его словам это коснулось буквально всех категорий пациентов. Особенно существенно это отразилось в онкологии.

«К примеру, многие дети, которым не смогли помочь в регионах, были направлены в федеральные центры, где усреднённые цены не отражают реальные затраты, — говорит Владимир Круглый. — На лечение острого миелобластного лейкоза выделяется 200 000 руб. А этого сегодня не хватает даже на полноценный курс химиотерапии. Не говоря уже о диагностике и множестве дорогостоящих анализов. Одному ребёнку может понадобиться их сделать пять, а другому 20. Препараты, сопровождающие терапию, тоже весьма дорогостоящие. И их обычно требуется тоже достаточно много. Необходимо чётко просчитать все компоненты лечения, привести их в соответствие с реалиями. Конечно, не может не радовать, что ВМП переходит в регионы. Но и здесь есть нюанс. Существование его там требует софинансирования с региональными бюджетами, а всем известно, что в большинстве случаев его просто не хватает. Повсеместно имеется огромный дефицит бюджетных средств. Так что пока ещё рано праздновать, нужно много работать, чтобы задуманное реализовалось».

«Конечно, далеко не всё в датском королевстве благополучно, — согласился Алексей Старченко. — Я не совсем верю в сетования директоров крупных медцентров на то, что у них теперь ни на что нет денег. Вот чего действительно нет, так это реального списка медицинских услуг, которые должны оказываться бесплатно. Не просчитано и то, что входит в пакет ВМП. В результате пациент, получивший данную услугу, в дальнейшем не получает врачебного сопровождения и выписывается из клиники «условно здоровым». Его направляют обратно в регион, где он по определению не может получить необходимой медицинской поддержки просто ввиду отсутствия необходимого специалиста на месте. Огромные проблемы существуют с получением необходимой реабилитации. Здесь, конечно, надо говорить и о том, что необходимо менять функцию страховой компании. Всё должно быть чётко просчитано, и пациент должен знать, что и как он должен получить, чтобы впоследствии решать возможные конфликтные вопросы в досудебном порядке. А на сегодняшний день многие больные имеют дело с колоссальными поборами. И вынуждены соглашаться на непомерные доплаты, просто не имея возможности по состоянию своего здоровья получить медицинскую помощь незамедлительно».

Авторы поправок к закону об ОМС объявили основной задачей одноканального финансирования «обеспечение прозрачности оплаты каждого отдельного пролеченного случая». На сегодняшний день говорить о реализации этого плана ещё очень рано. Пока не будет создана просчитанная модель получения ВМП, достаточно сложно приблизить работу здравоохранения РФ к модели ЕС.