1. Главная / Статьи 
ул. Черняховского, д. 16 125319 Москва +7 499 152-68-65
Логотип
| статьи | печать | 738

Влияние антимонопольщиков небезгранично

Сам по себе факт несогласия субъекта, занимающего доминирующее положение, с предложением контрагента внести изменения в действующий договор нельзя расценивать как навязывание невыгодных контрагенту условий.

Организация-потребитель заключила договор снабжения тепловой энергией. Но вскоре между сторонами возник спор о границах балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности тепловых сетей энергоснабжающей организации и потребителя, установленных актом, являющимся по условиям договора его неотъем­лемой частью. По данному акту пользователь оказался ответственным за бесхозный участок сети, хотя согласно техническому паспорту на теплосеть на его балансе этот участок не находился.

Организация-потребитель предложила энергоснабжающей организации внести изменения в договор, исключив из него бесхозный участок.

Энергоснабжающая организация не нашла оснований для пересмотра границ балансовой принадлежности.

Посчитав отказ в изменении договора незаконным, потребитель обратился в антимонопольную службу с жалобой на нарушение п. 3 ч. 1 ст. 10 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее — Закон о защите конкуренции).

Антимонопольная служба в этой ситуации усмотрела навязывание невыгодных условий договора в отношении объема предъявляемых тепловых потерь и границ балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности тепловых сетей и выдала энергоснабжающей организации предписание внести изменения в договор в части определения границ в соответствии с техпаспортом на участок теплосети, принадлежащий потребителю.

Энергоснабжающая организация отправилась в суд. Суд первой инстанции признал ее предписание незаконным, отметив, что спор двух хозяйствующих субъектов (потребителя и энергоснабжающей организации) об изменении условий договора энергоснабжения имеет гражданско-правовой характер, следовательно, выходит за рамки полномочий антимонопольного органа.

Апелляция пришла к иным выводам. Она решила, что, поскольку спорными гражданско-правовыми правоотношениями затрагиваются безопасность эксплуатации тепловых сетей, интересы не только организации-потребителя, но и последующих потенциальных потребителей, требования антимонопольного законодательства вполне применимы.

Кассационный суд поддержал суд первой инстанции. Логика его рассуждений была такова.

Потребитель, подписывая договор энергоснабжения, фактически добровольно принял на себя эксплуатационную ответственность за бесхозные сети, к которым непосредственно присоединены теплосети обслуживаемого им жилого дома.

Таким образом, на стадии заключения договора антимонопольным органом факт именно навязывания энергоснабжающей организацией невыгодных условий договора, злоупотребления доминирующим положением не доказан.

Более того, не было такого и на стадии отказа от изменения условий договора, поскольку доказательств, подтверждающих совершение энергоснабжающей организацией каких-либо действий, свидетельствующих о злоупотреблении своим доминирующим положением путем навязывания организации-потребителю невыгодных для нее условий договора (например, понуждение к исполнению договора снабжения тепловой энергией именно в действующей редакции под угрозой или предупреждением ограничения или прекращения подачи энергии (мощности) и т.п.) после получения предложения о внесении изменений в условия действующего договора, нет.

По мнению суда, сам по себе факт несогласия энергоснабжающей организации с предложением потребителя внести изменения в действующий договор, нельзя расценивать как обстоятельство, свидетельствующее о навязывании субъектом, занимающим доминирующее положение, своему контрагенту невыгодных условий. Недостижение согласия на этапе рассмотрения названного предложения о внесении изменений в договор само по себе не приводит к таким последствиям, как недопущение, ограничение, устранение конкуренции либо ущемление чьих-либо прав в том смысле, который устанавливается в ст. 10 Закона о защите конкуренции.

В данном случае суд констатировал наличие между сторонами договорного спора, подлежавшего разрешению в гражданско-правовом порядке с определением условий, по которым у сторон имеются разногласия (постановление ФАС Уральского округа от 15.04.2010 № Ф09-1488/10-С1 по делу № А50-19112/2009).

Обратите внимание

Согласно п. 3 ч. 1 ст. 10 Закона о защите конкуренции к незаконным действиям занимающего доминирующее положение хозяйствующего субъекта отнесено в том числе навязывание контрагенту условий договора, невыгодных для него или не относящихся к предмету договора (экономически или технологически не обоснованные или прямо не предусмотренные законодательством требования о передаче финансовых средств, иного имущества, в частности имущественных прав, а также согласие заключить договор при условии внесения в него положений относительно товара, в котором контрагент не заинтересован, и другие требования.