1. Главная / Новости 
ул. Черняховского, д. 16 125319 Москва +7 499 152-68-65
Логотип
| новости | печать | 785

Повысилась вероятность реализации сценария «Кризис»

Месяц назад, 18 февраля, Центр макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования представил два своих сценария влияния эпидемии коронавируса на мировую экономику и применительно к России — плохой («Большой грипп») и очень плохой («Кризис»). Первый из сценариев мы тогда читателям представили, поскольку сами ученые ЦМАКП отвели ему вероятность реализации в 80—85%, а второму, соответственно, — всего 15—20%. Но за прошедший месяц ситуация в мире, связанная с коронавирусом, изменилась столь стремительно в негативном ключе, что вероятность очень плохого варианта развития событий явно возросла. Словом, пора представить и второй сценарий ЦМАКП, выполняя обещание читателям сделать это, если что…

Для начала представим те реальные «страшилки», которые «вдохновили» аналитиков ЦМАКП взяться за написание и сценария «Кризис».

А они в нем сообщают, что на «вызревание» предпосылок дестабилизации мировой экономики указывает поведение сводного опережающего индикатора (СОИ) глобального экономического кризиса. К концу 2019 г. этот индикатор, оценивающий вероятность одновременного падения темпов экономического роста в большинстве крупнейших экономик мира, перешел из зоны низкой вероятности возникновения рецессии в зону средней. Исходя из поведения СОИ, ученые ЦМАКП заключают, что риск возникновения новой мировой рецессии со средним уровнем вероятности может реализоваться на временном горизонте 2020—2022 гг.

Далее, авторы сценария считают, что схлопывание поставок по кооперации выглядит наиболее опасным проявлением возникающего на глазах кризиса. И приводят следующие факты, накопившиеся на время подготовки сценария.

Из-за карантинных мер в Китае закрыли некоторые заводы, являющиеся поставщиками комплектующих для производств в других странах.

После китайского нового года были закрыты автомобильные заводы. Это помешало мировым автопроизводителям Volkswagen (VLKAF), Toyota (TM), Daimler (DDAIF), General Motors (GM), Renault (RNLSY), Honda (HMC) и Hyundai (HYMTF) возобновлению операций на крупнейшем в мире автомобильном рынке. Согласно S&P Global Ratings, вспышка вынудит автопроизводителей в Китае сократить производство примерно на 15% в первом квартале. Toyota заявила, что будет закрывать свои заводы.

Nissan остановил завод в Японии из-за прекращения поставок из Китая и остановит завод в Санкт-Петербурге, если к 17 февраля не возобновятся поставки из Китая.

Hyundai Motors приостановила работу своего производственного комплекса в Ульсане. Комплекс является крупнейшим в мире по объему производства, может выпускать 1,4 млн автомобилей в год. По оценкам аналитиков, пятидневная остановка комплекса, а также других заводов Hyundai Motors в Южной Корее обойдется компании не менее чем в 500 млн долл.. KIA и SsangYong остановили выпуск автомобилей на своих заводах в Южной Корее в связи с нехваткой китайских комплектующих. Концерн Fiat Chrysler Automobiles (FCAU) может приостановить выпуск автомобилей на одном из своих европейских предприятий.

КамАЗ будет вынужден корректировать производственные планы с марта, если поставки не возобновятся. АвтоВАЗ пока обладает необходимыми запасами, но не уточняет, сколько времени сможет работать без поставок из Китая.

Airbus остановила производство в Китае в Тянцзине из-за коронавируса. Этот завод должен был выйти на объем производства шесть самолетов А20 в месяц, но теперь он остановлен на неопределенный срок.

Qualcomm (QCOM), крупнейший в мире производитель чипов для смартфонов, предупредил, что вспышка вызвала «значительную» неопределенность в отношении спроса на смартфоны и поставок, необходимых для их производства.

Все это прозвучало еще месяц назад. С тех пор ВОЗ объявила уже о пандемии коронавируса, многие страны закрыли границы, а некоторые — даже транспортное сообщение внутри себя, котировки на мировых биржах обвалились, цены за баррель нефти рухнули ниже 30 долл., валюты развивающихся стран, особенно завязанные на сырьевой экспорт, резко сдали, те же мировые автоконцерны один за другим начали объявлять о приостановке производств в Европе и США… В общем, в мире воцарились уныние, а местами паника, дающие повод ожидать полноценного кризиса глобальной экономики и, в частности, вспомнить о сценарии ЦМАКП «Кризис».

Из последнего мы отобрали только результирующую часть, представляющую конкретные, в цифрах, ожидания ученых от «большого кризиса». Несомненно, их прогнозы местами покажутся читателям, знающим реальную текущую ситуацию, уже даже оптимистичными.

Действительно, кто бы мог ожидать, что, вскоре после обнародования сценария, ОПЕК в лице Саудовской Аравии и Россия «разругаются» по поводу дальнейшего сокращения добычи нефти и цена барреля, а за нею и курс рубля упадут ниже прогнозного дна. Да, время побежало быстрее, а ситуация заварилась круче. Но в любом случае сравнивать экспертные прогнозы с реальностью всегда интересно. К тому же, сцена мировой экономики, как можно было убедиться, способна быстро обновляться.

Итак, из «Кризиса» ЦМАКП:

Основные сценарные условия

1. Мировые цены на нефть «проваливаются» под воздействием сигналов о сжатии спроса и вывода активов с нефтяного рынка до уровня 47—50 долл. за баррель в 2020 г. (Ursals; дно кризиса — в III—IV квартале, 43—46 и 41—45 долл. за баррель соответственно). В 2021 г. нефтяные цены начинают расти и выходят на 56—59 долл. за баррель в 2021 и 58—61 долл. в 2022 г.

2. На пике кризиса темп мировой экономики снижается до 2,3—2,6% (что означает жесткое торможение Китая и стагнацию в ЕС и США), в 2021—2022 гг. — восстанавливается до 2,7—3,0 и 2,8—3,1% соответственно.

3. Сжатие спроса ведет к потерям в объемах экспорта российских нефти и нефтепродуктов — на 28—31 млн т в 2020 г., 16—19 млн т в 2021 г. и 5—8 млн т в 2022 г.

4. Можно ожидать нарастания оттока капитала иностранных инвесторов с российских рынков в первом полугодии 2020 г., усиленное паническими покупками валюты резидентами; во втором полугодии 2020 г. также возможны эпизодические волны оттока капитала.

5. Монетарные власти в данной ситуации будут проводить ярко выраженную антикризисную политику. Можно ожидать прекращения покупок валюты Минфином, предоставления Банком России валютного рефинансирования отечественным банкам, повышение ключевой ставки.

Воздействие на финансовые рынки

В случае если к негативным экономическим факторам в данном сценарии добавится эпидемический — нарастание числа заражений после окончания карантина предприятий в «центре» эпидемии, это вызовет новую волну пессимизма на фондовых рынках и еще один отток средств глобальных инвесторов с развивающихся рынков.

Для российского финансового рынка удар окажется усилен ожиданиями продолжения падения цен на нефть и повышения ставки ЦБ РФ (по аналогии с действиями Банка России в кризисы 2008—2009 и 2014—2015 гг.).

Результаты прогнозных расчетов

В данном сценарии распространение коронавируса и связанные с этим изменения в мировой экономике окажут заметное влияние на российскую экономику. В 2020 г. вероятен спад ВВП на 0,4—0,7%, в последующие годы предполагается восстановление роста (на 1,0—1,3% в 2021 г. и на 1,6—1,9% в 2022 г.).

Как и в сценарии «большой грипп», наибольшее негативное влияние на динамику ВВП будет оказывать сжатие экспорта.

В текущем году в данном сценарии экспорт станет главным фактором, «сбивающим» экономику с траектории восстановительного роста — его вклад в торможение роста может составить 1,9—2,0 п.п. ВВП. Существенное падение экспорта в 2020 г. объясняется как снижением совокупного внешнего спроса, так и шоком поставок из-за разрыва технологических цепочек. В 2021—2022 гг. экспорт будет быстро восстанавливаться, что станет основным фактором постепенного преодоления кризиса.

В условиях кризиса можно ожидать серьезного сжатия инвестиционной активности. В 2020 г. ожидается спад инвестиций на 6,0—6,4%. Отрицательный вклад инвестиций в общеэкономическую динамику по сравнению с базовым вариантом в 2020 г. составит 1,5—1,6 п.п. ВВП. Спаду инвестиций будут способствовать общая неопределенность с внешним и внутренним спросом, рост рисков, а также ужесточение финансовых условий бизнеса.

В этой ситуации лишь в 2021—2022 г. возможен выход на траекторию роста инвестиций (рост на 2,6—3,0 и 5,0—5,3% соответственно).

В 2020 г. в данном сценарии можно ожидать падения доходов населения — с соответствующими последствиями для потребительского спроса. Спаду реальных доходов будут способствовать экономия бизнеса на зарплатах в условиях неопределенности и ускорение инфляции.

Можно ожидать сжатия импорта (что, «арифметически», поддержит рост) как из-за действия макроэкономических факторов (курс рубля, высокие процентные ставки, сжатие конечных рынков), так и в силу собственно прерывания поставок из Китая. Однако уже с 2021 г. вследствие восстановления внутреннего спроса и частичного преодоления последствий девальвации рубля ожидается возобновление роста импорта.

Девальвация рубля станет основной причиной резкого ускорения инфляции (до 5,5—5,8% в текущем году, 4,9—5,2% в 2021 г.). Ожидается, что только в 2022 г. индекс потребительских цен вернется в целевой коридор Банка России и составит 3,7—4,0%.

Воздействие на обменный курс рубля

Жесткая антикризисная политика Банка России и Минфина будет, очевидно, немного смягчать давление внешних факторов на курс рубля. Однако сочетание «негатива» и по текущим, и по капитальным операциям (как в 2008—2009 гг. и в 2014—2015 гг.) создаст ситуацию, похожую на «идеальный шторм», в которой влияние стабилизирующей политики будет ослаблено.

Это обусловит довольно чувствительное ослабление рубля к концу II квартала 2020 г. (до 75—76 руб./долл.) и, после некоторой передышки, новую, более слабую, волну коррекции в III квартале (до 77—78 руб./долл.). К концу года вероятно некоторое укрепление рубля из-за эффекта предшествующего «перелета» курса (возврат к уровням около 75 руб./долл.).

С 2021 г. под влиянием начала восстановительного роста мировых цен на нефть и окончания турбулентности трансграничных капитальных потоков произойдет «умиротворение» отечественного валютного рынка.

При этом, с одной стороны, последующее за ослаблением рубля уменьшение объемов импорта товаров и услуг приведет к восстановлению значительного чистого притока валютных средств по каналам текущих операций начиная с 2021 г. С другой стороны, еще в течение некоторого времени будут ослаблены приток прямых иностранных инвестиций и возможности привлечения зарубежных заимствований.

Однако в целом баланс различных факторов будет складываться в сторону стабилизации, а затем — укрепления рубля.

В 2020—2021 гг. среднегодовой курс доллара к рублю окажется примерно на 15-16% выше, чем в гипотетическом сценарии отсутствия эпидемии. К 2022 г. эта разница сократится примерно до 10%.

Реальный эффективный курс рубля, по сравнению с гипотетическим сценарием отсутствия эпидемии, будет ниже на 9—10% в 2020—2021 гг., и примерно на 4% в 2022 г., прогнозируют эксперты ЦМАКП.