1. Главная / Документы / Судебные решения 
ул. Черняховского, д. 16 125319 Москва +7 499 152-68-65
Логотип
| судебные решения | печать | 570

Решение по делу № 73/2002

Международный коммерческий арбитражный суд при Торгово-промышленной палате Российской Федерации решение от 17.04.2003 № 73/2002

В Международный коммерческий арбитражный суд при Торгово-промышленной палате Российской Федерации (далее - МКАС) поступило исковое заявление от Общества с ограниченной ответственностью, имеющего местонахождение на территории России (далее - Истец), о взыскании денежной суммы с Предприятия, имеющего местонахождение на территории Узбекистана (далее - Ответчик).

Из искового заявления и приложенных к нему документов следует, что в соответствии с заключенным между Истцом и Ответчиком Контрактом от 14 мая 1999 г. (далее - Контракт) Истец поставил Ответчику товар, что подтверждается копиями товаросопроводительных документов. Согласно Контракту оплата должна была быть произведена Ответчиком в течение 60 дней после прибытия товара путем приобретения на товарно-сырьевой бирже продукции на вырученные от реализации полученного товара денежные средства с последующей поставкой этой продукции Истцу. Срок оплаты не должен был превышать 90 дней с даты выпуска товара таможенными органами РФ. В установленный Контрактом срок Ответчик не произвел встречные поставки, ссылаясь на Постановление Кабинета Министров Узбекистана, запрещающее вывоз продукции с территории Узбекистана. За нарушение таможенных правил РФ российской таможней на Истца был наложен штраф.

Согласно положению Контракта споры и разногласия, могущие возникнуть из Контракта, подлежат рассмотрению «в арбитражном суде в торгово-промышленной палате страны Истца». Истец обратился с иском в МКАС и, руководствуясь Контрактом, просил взыскать с Ответчика:

- сумму убытков за неисполнение Ответчиком обязательства по встречной поставке;

- убытки, возникшие вследствие уплаты Истцом штрафа, наложенного органом таможни;

- проценты годовых за пользование чужими денежными средствами;

- расходы Истца по уплате государственной пошлины в арбитражном суде по делу о признании постановления таможни недействительным.

Исковые материалы были вручены Ответчику. Ответчик оспорил компетенцию МКАС, ссылаясь на копию Контракта от 14 мая 1999 г., по содержанию отличающуюся от копии Контракта, представленной с исковым заявлением. Согласно Контракту, который предъявил Ответчик, разногласия, возникшие из Контракта, подлежат рассмотрению в Высшем Хозяйственном Суде Республики Узбекистан.

Письмо Ответчика и приложенные к нему материалы были направлены Истцу, который представил в МКАС копию Контракта с отметкой таможни о выпуске груза с территории России, идентичную копии, приложенной к исковому заявлению.

Сторонам было предписано представить в заседание оригинал Контракта, а Истцу предложено обосновать компетенцию МКАС на рассмотрение данного дела с учетом Регламента МКАС.

Ответчик, в принципе не отрицая факта получения товара от Истца, настаивал на несоответствии копии Контракта, представленного Истцом в МКАС, подлинному Контракту, на основании которого была произведена поставка, что объясняет, в частности, наличие разных арбитражных оговорок.

В отзыве на иск Ответчик оспорил исковые требования и компетенцию МКАС, опираясь на свой вариант Контракта.

В заседании МКАС, состоявшемся в отсутствие представителей Ответчика, извещенного надлежащим образом о времени и месте слушания, состав арбитража при рассмотрении возражений Ответчика по вопросу о компетенции МКАС констатировал неисполнение Ответчиком требования арбитража представить суду оригинал Контракта. Представитель Истца передал составу арбитража на обозрение оригинал Контракта, а также признал в заседании неточность арбитражной оговорки, сообщив, что под «арбитражем в торгово-промышленной палате страны Истца» стороны имели в виду Международный коммерческий арбитражный суд при ТПП РФ.

В заседании МКАС с учетом п. 1 параграфа 34 Регламента отклонил ходатайство Истца запросить таможню о закрытии Контракта.

Представитель Истца поддержал заявленные исковые требования в полном объеме и просил суд рассмотреть дело по существу в отсутствие представителей Ответчика.

Рассмотрев материалы дела и заслушав представителя Истца, МКАС установил следующее.

1. В связи с возражением Ответчика по вопросу о компетенции МКАС рассматривать данное дело, изложенным в его письме и в отзыве на иск, состав арбитража отмечает, что в соответствии с Законом РФ «О международном коммерческом арбитраже» от 7 июля 1993 г. (ст. 16) и Регламентом МКАС при ТПП РФ (п. 5 параграфа 1) решение вопроса о компетенции МКАС по конкретному делу решается составом арбитража, рассматривающим спор.

Условием для признания МКАС компетентным рассматривать конкретный спор в соответствии с предписаниями вышеуказанных актов является наличие письменного соглашения между сторонами о передаче на его разрешение уже возникшего или могущего возникнуть спора. Из-за отсутствия Ответчика в заседании и невыполнения им возложенной на него МКАС обязанности предоставить оригинал имеющегося у Ответчика Контракта МКАС считает, что Ответчик не доказал факт наличия иного Контракта, чем тот, который был представлен Истцом и на котором имеется отметка таможни о выпуске груза с российской таможенной территории. Таким образом, рассматривая настоящий спор, МКАС основывается на оригинале Контракта от 14 мая 1999 г., представленном Истцом в заседании.

Контракт предусматривает рассмотрение споров в арбитражном суде в торгово-промышленной палате страны Истца. Формулировка арбитражной оговорки содержит явные неточности, но, поскольку Истцом по настоящему делу является российская организация, «арбитражный суд в торгово-промышленной палате страны Истца» следует считать арбитражным судом при Торгово-промышленной палате Российской Федерации (ТПП РФ). При ТПП РФ существует три суда: Третейский суд, рассматривающий споры между российскими организациями; Морская арбитражная комиссия (МАК), рассматривающая споры, связанные с торговым мореплаванием; Международный коммерческий арбитражный суд (МКАС), рассматривающий споры, возникающие при осуществлении внешнеторговых и иных видов международных экономических связей, в частности, отношения по купле-продаже (поставке), если коммерческое предприятие хотя бы одной из сторон находится за границей (п. 2 параграфа 1 Регламента). Содержание исковых требований, предъявленных Истцом, соответствует предметной компетенции МКАС; соответствует компетенции МКАС и субъектный состав сторон спора.

На основании изложенного и учитывая, что Ответчик в своих возражениях не заявил об ином понимании арбитражной оговорки Контракта, МКАС, руководствуясь п. 5 параграфа 1 Регламента МКАС, пришел к выводу, что рассмотрение настоящего спора относится к его компетенции.

2. Рассмотрев вопрос об отсутствии в заседании представителей Ответчика, МКАС установил, что повестка, направленная заказным письмом, была вручена Ответчику под расписку, что подтверждается уведомлением почтового ведомства. На основании п. 2 параграфа 28 Регламента МКАС неявка стороны, надлежащим образом извещенной о времени и месте слушания, не препятствует разбирательству дела и вынесению решения, если только неявившаяся сторона не заявила в письменной форме ходатайства об отложении слушания дела по уважительной причине.

Подобного письменного ходатайства в МКАС от Ответчика не поступало.

Следовательно, у арбитража отсутствуют препятствия к рассмотрению дела по существу в отсутствие Ответчика.

3. В Контракте от 14 мая 1999 г., из которого возник спор, отсутствует соглашение сторон о применимом праве. С учетом того, что Российская Федерация и Узбекистан являются участниками Конвенции ООН о договорах международной купли-продажи товаров 1980 г., отношения сторон по Контракту подлежат регулированию нормами указанной Конвенции, поскольку коммерческие предприятия сторон находятся в государствах-участниках Конвенции (п. 1 «а» ст. 1 Конвенции). Вопросы, не урегулированные Конвенцией, в силу п. 2 ст. 7 регулируются правом, применимым в силу норм международного частного права.

На основании п. 2 ст. 28 Закона РФ «О международном коммерческом арбитраже» от 07.07.1993 № 5338-1 МКАС применяет право, определенное в соответствии с коллизионными нормами, которые он считает применимыми. В силу п. 1 ст. 166 Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик 1991 г., действовавших на дату заключения Контракта, к отношениям сторон субсидиарно применяется право страны, где учреждена, имеет место жительства или основное место деятельности сторона, являющаяся продавцом в договоре купли-продажи, т.е. в данном случае российское право.

4. МКАС не согласился с мнением Ответчика, изложенным в отзыве на исковое заявление, о том, что Контракт от 14.05.1999 является консигнационным, а не бартерным. Из текста Контракта не вытекает, что поставщик (Истец) обязался поставить товар на консигнационных началах. Напротив, оплата товара предусматривалась путем получения денежных средств от реализации товара и последующей закупки на вырученные денежные средства продукции. Контрактом предусмотрен также срок оплаты согласно действующему российскому законодательству. С учетом изложенного МКАС считает Контракт от 14.05.1999 комплексным, сочетающим черты договоров купли-продажи и мены. В силу ч. 2 ст. 567 ГК РФ к договору мены применяются правила о купле-продаже. Следовательно, применима Конвенция ООН о договорах международной купли-продажи.

5. Материалами дела подтверждается факт поставки Истцом товара Ответчику. В письме Ответчик подтвердил факт получения товара. С учетом изложенного МКАС признает подлежащим удовлетворению требование Истца о взыскании с Ответчика на основании ст. 53 Венской конвенции суммы задолженности за товар.

6. Требование Истца о возложении на Ответчика убытков, взысканных с Истца таможней в качестве штрафа, МКАС считает необоснованным. Правомерность взыскания с Истца этого штрафа подтверждается решением арбитражного суда от 17 августа 2001 г., ввиду совершения Истцом правонарушения, выразившегося в невозврате валютной выручки или иного товара по встречным поставкам. Принимая такое решение, МКАС учел, что Ответчик был лишен возможности осуществить встречную поставку товара и тем самым совершить платеж вследствие запрета Кабинетом Министров Узбекистана на бартерный вывоз продукции, о чем должно было быть известно Истцу на момент заключения Контракта. Следовательно, вследствие правительственного запрета на экспорт у Ответчика возникло форс-мажорное обстоятельство, воспрепятствовавшее ему в выполнении его части обязательства по Контракту. Однако это обстоятельство не слагает с него обязательства по возвращению основной части долга (п. 5 настоящего решения).

7. Обязанность стороны уплатить проценты при просрочке уплаты цены товара предусмотрена ст. 78 Венской конвенции. Поскольку ставка процентов в Конвенции не установлена, применению подлежат положения российского права. Согласно ст. 395 ГК РФ проценты годовых при просрочке исполнения денежного обязательства взыскиваются в размере существующей в месте нахождения кредитора учетной ставки банковского процента на дату исполнения либо (по усмотрению суда) на день заявления иска или на день вынесения решения судом. Каких-либо доказательств размера процентной ставки, периода просрочки, а также расчета заявленной суммы процентов Истцом представлено не было, в связи с чем МКАС признал заявленное требование недоказанным и оставил его без рассмотрения.

8. В соответствии с п. 2 параграфа 6 Положения об арбитражных расходах и сборах арбитражный сбор, уплаченный Истцом, подлежит возмещению Ответчиком пропорционально размеру удовлетворенных требований Истца.

Руководствуясь параграфами 38 и 40 Регламента, Международный коммерческий арбитражный суд при Торгово-промышленной палате Российской Федерации обязал Предприятие, имеющее местонахождение на территории Узбекистана, уплатить Обществу с ограниченной ответственностью, имеющему местонахождение на территории России, сумму основного долга, а также возместить расходы Истца по уплате арбитражного сбора.

В части взыскания с Ответчика процентов годовых за пользование чужими денежными средствами оставил требование Истца без рассмотрения.

В остальной части иска отказал.