1. Главная / Статьи 
ул. Черняховского, д. 16 125319 Москва +7 499 152-68-65
Логотип
| статьи | печать | 386

Вычет НДС по сделкам с недобросовестными контрагентами

Верховный суд РФ в Определении от 14.05.2020 № 307-ЭС19-27597 рассмотрел дело «СПТБ Звездочка» против налоговой, которая отказала компании в вычете НДС из-за нереальности сделки с контрагентом. Прокомментировать решение суда мы попросили Ольгу Пономареву, управляющего партнера Юридического Бюро «Пронина, Пономарева и партнеры».

Дело «СПТБ Звездочка» против налоговой — из категории самых распространенных налоговых дел. Оно связанно с обвинениями в работе с «однодневками». Этот спор еще не закончен: Верховный суд отправил его на новое рассмотрение, при этом сделал ряд выводов, которые повлияют на налоговые споры в дальнейшем1.

Рассмотрим подробнее два самых значительных вывода ВС РФ.

Вывод 1: необходимость проявлять должную осмотрительность никто не отменял

Закон не содержит четких и однозначных требований по поводу того, как нужно проявлять должную осмотрительность. При этом желание налоговой инспекции знать все о деятельности контрагента очень велико. Предъявляемые в связи с этим налоговиками требования кажутся бизнесу чрезмерными и неосуществимыми на практике.

На сегодняшний день судебная практика показывает, что если налогоплательщик доказал реальность совершения финансово-хозяйственных операций, то доказательства проявления осмотрительности становятся важной составляющей защиты налогоплательщика и принимаются и оцениваются судами. А если доказательств реальности нет, то любые доказательства проявления должной осмотрительности не помогут налогоплательщику и не интересуют судей.

Верховный суд сделал важное обобщение этой практики: оценка проявления налогоплательщиком должной осмотрительности не сводится к выявлению изъянов в эффективности и рациональности его хозяйственных решений. В тех случаях, когда налоговым органом не ставится вопрос об участии налогоплательщика в уклонении от уплаты НДС в результате согласованных действий с поставщиками, но приводятся доводы о том, что налогоплательщик знал или должен был знать об уклонении его поставщика от уплаты налогов, судебная практика исходит из стандарта осмотрительного поведения в гражданском (хозяйственном) обороте, ожидаемого от его разумного участника в сравнимых обстоятельствах.

То есть ВС РФ подчеркнул, что нет никаких особых налоговых требований в отношении выбора контрагентов. Налогоплательщик должен действовать в разумных рамках, регулируемых гражданским правом. В том числе определять, способен ли контрагент исполнить обязательство, — запрашивать у контрагента те документы и сведения, которые помогут определить возможность контрагента исполнить конкретное обязательство в рамках конкретного договора, учитывать сведения из открытых источников, взвешивать предложенные условия сделки и возможности конкретного контрагента, сравнивать их с рыночными и собирать досье контрагента на случай возможных налоговых претензий. Иными словами, действуя осмотрительно, предприниматель может действовать так, как ему диктует логика и рынок, — выбрать контрагента, который точно способен выполнить договор и предложил разумную цену, но при этом свой выбор надо быть готовым объяснить.

Вывод 2: сам по себе факт неуплаты НДС контрагентом не должен автоматически приводить к доначислениям

Нельзя не процитировать Верховный суд, который справедливо указал: «Право налогоплательщика на налоговый вычет не может быть обусловлено исполнением непосредственными контрагентами (продавцами, поставщиками) и предшествующими им лицами своей обязанности по уплате НДС, а также финансово-экономическим положением и поведением третьих лиц». Иными словами, суд сказал, что только лишь факт того, что контрагент или последующие звенья в цепочке не заплатили НДС, не должен приводить к тому, что налогоплательщику будут вменять заплатить налог за этого контрагента в бесспорном порядке.

Если налогоплательщик 1) действовал разумно и осмотрительно при выборе контрагента, 2) не преследовал цели уклонения от уплаты налогов, 3) «не знал и не должен был знать» о допущенных контрагентами нарушениях, 4) не действовал согласованно с контрагентом, то при неуплате НДС его контрагентом (источник для уплаты не сформирован в бюджете) лишение его права на вычет НДС по существу означало бы применение меры имущественной ответственности за неуплату налогов, допущенную другими лицами, к налогоплательщику-покупателю, не имевшему возможности предотвратить или избежать эти последствия.

ВС РФ обратил внимание на необходимость при вменении налоговыми органами получения необоснованной налоговой выгоды в подобных делах изучать и доказывать:

  • реальность осуществления сделок;

  • преследовал ли налогоплательщик цель уклонения от налогообложения либо в отсутствие такой цели знал (должен был знать) о нарушениях контрагента.

Верховный суд также высказался о распределении бремени доказывания и указал налоговикам, что они не должны ограничиваться лишь констатацией фактов о том, что у контрагента не было достаточных ресурсов, он был номинальным (исполнил обязательство кто-то другой) и платил мало налогов. Необходимо анализировать конкретные правоотношения сторон, доказывая, что налогоплательщик намеренно выбрал сомнительного контрагента и сделка была исполнена другим лицом.

В свою очередь, налогоплательщик имеет право доказывать, что он не знал и не мог знать о недобросовестности контрагентов, приводить доказательства реальности операций и отсутствия номинальности у контрагента.

Примечательно то, что ВС РФ несколько раз ссылается на нормы постановления Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды», подтверждая справедливость его выводов и возможность применения к текущим правоотношениям.

Подводя итог сказанному, можно порекомендовать налогоплательщикам в спорах, где контрагент не исполнял свои налоговые обязательства, формировать правовую позицию с учетом необходимости доказывания реальности хозяйственных операций, проявления должной осмотрительности и отсутствия взаимозависимости и согласованности действий со спорным контрагентом.

1 Подробнее о сути спора см. «ЭЖ-Юрист», № 21, 2020.