1. Главная / Статьи 
ул. Черняховского, д. 16 125319 Москва +7 499 152-68-65
Логотип
| статьи | печать | 1947

Сокращение штата: точки в спорах ставят суды

Увольнение по сокращению штата — стресс для работников, которые попали «под гребенку». Но саму по себе неприятную ситуацию могут усугубить и неправомерные действия работодателей. О спорах, возникающих при проведении такого мероприятия, как сокращение штата компании, — наша статья.

Без обновления штатного расписания не обойтись

В Апелляционном определении Свердловского областного суда от 24.07.2018 по делу № 33-12834/2018 суд пришел к выводу, что сокращаемая единица должна быть убрана из штатного расписания в день увольнения работника или на следующий день. Если это сделано позже, увольнение по сокращению штата является незаконным.

Суть спора

В компании 11 декабря 2017 г. был издан приказ об исключении с 22 февраля 2018 г. из штатного расписания семи штатных единиц машиниста оборудования. В связи с этим работник, занимавший такую должность, был 13 декабря 2017 г. предупрежден о предстоящем увольнении и 15 февраля 2018 г. был уволен по сокращению штата.

Посчитав увольнение незаконным, работник обратился в суд с требованием о восстановлении на работе. По его мнению, сокращение носило формальный характер, обусловлено предвзятым к нему отношением работодателя. После увольнения его и остальных машинистов некоторые из уволенных работников вновь были приняты на работу шлифовальщиками. Эта работа по своей сути тождественна той, которую ранее выполняли машинисты.

Позиция арбитров

Суд встал на защиту работника. Он указал, что на момент увольнения работника (15 февраля 2018 г.) в штатном расписании имелось семь ставок машинистов оборудования. Они были исключены из штатного расписания только 22 февраля 2018 г. Таким образом, на день увольнения и еще в течение шести дней после увольнения штатная единица, которую занимал работник, у работодателя имелась. И тот факт, что к 15 февраля 2018 г. истек двухмесячный срок со дня уведомления работника о предстоящем увольнении, не дает оснований для его увольнения по сокращению штата.

Последствием незаконного увольнения является восстановление работника на работе (ст. 394 ТК РФ). Суд указал, что отсутствие в штатном расписании ответчика с 22 февраля 2018 г. ставки, которую занимал истец, не препятствует восстановлению истца на работе, решение суда будет исполнимым, так как в этом случае истец будет работать сверх штата, что не лишает стороны спора права реализовать предусмотренные трудовым законодательством права.

В результате суд принял решение о признании приказа об увольнении незаконным и восстановлении работника на работе с 16 февраля 2018 г., а также о выплате ему среднего заработка за все время вынужденного прогула.

Вывод о том, что увольнение по сокращению штата является незаконным, если сокращаемая должность была исключена из штатного расписания уже после увольнения, содержится и в апелляционных определениях Кемеровского областного суда от 11.11.2014 по делу № 33-11238-2014, Московского областного суда от 26.02.2014 по делу № 33-2832/14, Липецкого областного суда от 17.12.2012 по делу № 33-3036/2012.

Не путайте реорганизацию с сокращением

Еще один спор, связанный с исключением должности работника из штатного расписания, был рассмотрен в Апелляционном определении Московского городского суда от 30.11.2018 № 33-52576/2018. В нем арбитры указали, что исключение должности из штатного расписания является сокращением, а не изменением организационных или технологических условий труда.

Суть спора

Работница занимала должность начальника отдела правового обеспечения. В феврале 2018 г. в компании было решено провести организационно-штатные мероприятия. В соответствии с ними отдел правового обеспечения подлежал ликвидации, а взамен него создавались два новых отдела: отдел имущественных отношений и юридический отдел.

Работница 2 февраля 2018 г. получила уведомление об изменении определенных сторонами условий трудового договора с предложением перевода на одну из имеющихся в компании вакантных должностей, в частности ведущего юрисконсульта юридического отдела. От предложенных вакансий работница отказалась, при этом выразив согласие на занятие должности начальника юридического отдела.

Компания 5 апреля 2018 г. уволила работницу на основании п. 7 ст. 77 ТК РФ из-за отказа от продолжения работы в связи с изменением определенных сторонами условий трудового договора. Сочтя увольнение незаконным, работница обратилась в суд и получила там поддержку.

Позиция арбитров

Согласно ст. 74 ТК РФ в случае, когда по причинам, связанным с изменением организационных или технологических условий труда (изменения в технике и технологии производства, структурная реорганизация производства, другие причины), определенные сторонами условия трудового договора не могут быть сохранены, допускается их изменение по инициативе работодателя, за исключением изменения трудовой функции работника. Если работник не согласен работать в новых условиях, то работодатель обязан в письменной форме предложить ему другую имеющуюся у работодателя работу, которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья. При отсутствии указанной работы или отказе работника от предложенной работы трудовой договор прекращается в соответствии с п. 7 ст. 77 ТК РФ.

Суд указал, что обязательным условием увольнения по п. 7 ст. 77 ТК РФ является изменение организационных или технологических условий труда. В пункте 21 постановления Пленума Верховного суда РФ от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что работодатель обязан, в частности, представить доказательства, подтверждающие, что изменение определенных сторонами условий трудового договора явилось следствием изменений организационных или технологических условий труда, например изменений в технике и технологии производства, совершенствовании рабочих мест на основе их аттестации, структурной реорганизации производства. При отсутствии таких доказательств прекращение трудового договора по п. 7 ст. 77 ТК РФ не может быть признано законным.

В рассматриваемом деле компания не представила доказательств изменения организационных или технологических условий труда, которые влекут возможность проведения работодателем процедуры изменения условий трудового договора с работником и возможность последующего его увольнения по п. 7 ст. 77 ТК РФ. Фактически компания лишь изменила штатное расписание, полностью исключив из него отдел правового обеспечения и одновременно включив в него юридический отдел и отдел имущественных отношений. При этом работнице были предложены должности, изменяющие трудовую функцию, определенную должностной инструкцией начальника отдела правового обеспечения.

Изменение штатного расписания с ликвидацией отдела правового обеспечения и созданием иных структурных подразделений свидетельствует о сокращении занимаемой работницей должности и влечет необходимость проведения в связи с этим процедуры сокращения штатов по п. 2 ст. 81 ТК РФ. В результате суд признал увольнение незаконным, восстановил работницу в должности начальника отдела правового обеспечения и взыскал с компании в пользу работницы зарплату за время вынужденного прогула и компенсацию морального вреда.

Вывод о том, что исключение должности из штатного расписания является сокращением, а не изменением организационных или технологических условий труда, содержится в Определении Верховного суда РФ от 16.05.2014 № 5-КГ14-14, Кассационном определении Московского городского суда от 21.03.2018 № 4г-17263/2017, Апелляционном определении Хабаровского краевого суда от 05.06.2015 по делу № 33-3409/2015.

Кого сократят, а кого оставят

В постановлении Президиума Хабаровского краевого суда от 22.10.2018 № 44г-164/2018 суд посчитал, что именно на работодателе лежит бремя доказывания равной квалификации работников при увольнении по сокращению численности или штата (постановление).

Суть спора

В компании по штатному расписанию имелось 27 единиц водителей, из них две вакантных. Было принято решение сократить их численность на три единицы (включая две вакантные).

Для определения преимущественного права оставления на работе работников при сокращении численности была создана комиссия. Она установила, что все 25 работников, занимающих должности водителей, имеют равную квалификацию. Комиссия определила пять работников, которым предоставлено преимущественное право на оставление на работе в связи с наличием двух и более иждивенцев, а также 12 работников, которых комиссия рекомендовала оставить на работе с учетом наличия одного несовершеннолетнего и/или наград.

Также комиссией принято решение о том, что кандидатура для сокращения должна быть предоставлена директором, с учетом выводов комиссии и с приложением материалов, обосновывающих его выбор. Директор рекомендовал уволить одного водителя, который находился в простое в связи с отсутствием закрепленного за ним автотранспорта.

Уволенный водитель обратился в суд. По его мнению, вывод о равной квалификации водителей ничем не подкреплен, поскольку работодатель не провел сравнительную оценку их квалификации. Между тем он имеет более высокий квалификационный разряд, водительский стаж и период работы у данного работодателя.

Позиция арбитров

Суды первой и апелляционной инстанций поддержали работодателя. Они отвергли довод работника о том, что работодатель не провел сравнительную оценку квалификации водителей, поскольку суду не представлено доказательств, свидетельствующих о наличии у работника лучших профессиональных качеств в период, относящийся к принятию решения о сокращении штата. Так как выбор критериев оценки работников является прерогативой работодателя, суды пришли к выводу о законности увольнения.

Работник подал кассационную жалобу, и, как оказалось, не зря. Президиум краевого суда признал выводы судов принятыми с существенным нарушением норм права. Он указал, что согласно п. 23 постановления Пленума Верховного суда РФ от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

Следовательно, в данном случае именно работодатель должен подтвердить наличие у работника, при имеющихся у него более высоких показателях (класса, категорий, стажа), равной с другими работниками квалификации. Однако это не было учтено судами вследствие неверного распределения бремени доказывания. В результате Президиум краевого суда решения судов отменил и отправил дело на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции в ином составе суда.

Вывод о том, что именно работодатель должен представить доказательства равной квалификации работников при увольнении по сокращению численности или штата, содержится и в Апелляционном определении Свердловского областного суда от 18.05.2018 по делу № 33-8271/2018.

Нужно ли платить выходное пособие за третий месяц?

Работодатель не вправе отказать в выплате сокращенному работнику среднего заработка за третий месяц после увольнения при наличии соответствующего решения службы занятости. Если работодатель считает данную выплату необоснованной, он должен оспорить решение службы занятости в судебном порядке. Такая точка зрения высказана Московским городским судом в Апелляционном определении от 12.10.2018 по делу № 33-44165/2018.

Суть спора

Работница была уволена по сокращению штата. В двухнедельный срок со дня увольнения она обратилась в службу занятости. Поскольку она не была трудоустроена в течение третьего месяца со дня увольнения, служба занятости приняла решение о сохранении работнице среднего месячного заработка на период трудоустройства на третий месяц.

Это решение работница представила бывшему работодателю. Но он выплату ей не произвел. Работодатель посчитал, что исключительные обстоятельства, необходимые для выплаты среднего заработка работнице за третий месяц, отсутствуют и служба занятости в решении не привела мотивов его принятия. Работница обратилась в суд.

Позиция арбитров

Суд поддержал работницу. Согласно ст. 178 ТК РФ при расторжении трудового договора в связи с сокращением численности или штата увольняемому работнику выплачивается выходное пособие в размере среднего месячного заработка. Также за ним сохраняется средний месячный заработок на период трудоустройства, но не свыше двух месяцев со дня увольнения (с зачетом выходного пособия). В исключительных случаях средний месячный заработок сохраняется за уволенным работником в течение третьего месяца со дня увольнения по решению органа службы занятости населения при условии, если в двухнедельный срок после увольнения работник обратился в этот орган и не был им трудоустроен.

По мнению суда, из этой нормы следует, что вопрос наличия исключительных обстоятельств для сохранения за работником среднего заработка решается именно органом занятости. Поскольку решение органа занятости о сохранении среднего заработка на третий месяц работодателем не оспорено, оснований для отказа в удовлетворении требований работницы у суда нет.

Отметим, что некоторые суды удовлетворяют иски компаний о признании необоснованным решения органа занятости о выплате уволенному работнику среднего заработка за третий месяц, принятому только на основании того, что работник в двухнедельный срок со дня увольнения обратился в службу занятости и в течение трех месяцев служба занятости не могла его трудоустроить. Так, Оренбургский областной суд в Апелляционном определении от 20.09.2017 по делу № 33-6597/2017 указал, что данные обстоятельства относятся к условиям для реализации права на выплату гражданину среднего месячного заработка за третий месяц со дня увольнения при наличии исключительных обстоятельств, а не к самим исключительным обстоятельствам. Аналогичный вывод содержится в Апелляционном определении Севастопольского городского суда от 26.06.2017 по делу № 33-1904/2017.

Досрочное увольнение

Дополнительная денежная компенсация за досрочное увольнение при сокращении численности или штата не заменяет собой выплаты среднего месячного заработка на период трудоустройства, предусмотренные ст. 178 ТК РФ. Такой вывод содержится в Апелляционном определении Московского городского суда от 14.12.2018 по делу № 33-52628/2018.

Суть спора

В компании проводилось сокращение штатов. Работница 31 июля 2017 г. была письменно уведомлена о том, что ее должность подлежит исключению из штатного расписания с 1 октября 2017 г.

По согласованию с работницей она была досрочно уволена с 1 августа 2017 г. в связи с сокращением штата на основании п. 2 ст. 81 ТК РФ. При этом ей было выплачено выходное пособие в размере среднего заработка и дополнительная компенсация за досрочное увольнение в размере среднего заработка работника, исчисленного пропорционально времени, оставшемуся до истечения срока предупреждения об увольнении, предусмотренная ст. 180 ТК РФ. В рассматриваемой ситуации размер дополнительной компенсации составил средний заработок работницы за два месяца.

Работница 8 августа 2017 г. зарегистрировалась в качестве безработной в Департаменте труда и социальной защиты населения. Устроиться на новую работу она смогла только 22 декабря 2017 г. Решением департамента от 2 ноября 2017 г. за работницей был сохранен средний заработок в течение третьего месяца трудоустройства со дня увольнения. Она обратилась к бывшему работодателю за выплатой среднего заработка за второй и третий месяцы трудоустройства, но получила отказ. Тогда работница подала иск в суд о взыскании с компании среднего заработка за второй и третий месяцы трудоустройства и процентов за задержку выплаты этих средств.

Позиция арбитров

Суды первой и апелляционной инстанций исковые требования удовлетворили. Они указали, что в силу ст. 178 ТК РФ при расторжении трудового договора в связи с сокращением численности или штата за увольняемым работником сохраняется средний месячный заработок на период трудоустройства, но не свыше двух месяцев со дня увольнения (с зачетом выходного пособия). А возможность сохранения за работником среднего заработка в течение третьего месяца после увольнения связана с наличием двух обстоятельств: соблюдения работником условия об обращении в органы службы занятости населения в двухнедельный срок после увольнения и факта его нетрудоустройства в течение трех месяцев. Эти условия работницей были соблюдены.

Компания не представила доказательств, что она выплачивала работнице средний заработок за второй и третий месяцы трудоустройства. Суды отклонили ссылку компании на то, что работнице при увольнении были фактически выплачены денежные средства на период трудоустройства в виде дополнительной компенсации в размере двухмесячного среднего заработка. Они указали, что эта компенсация за досрочное увольнение и ее выплата не лишает работницу права на сохранение за ней среднего месячного заработка на период трудоустройства в порядке, предусмотренном ст. 178 ТК РФ.

Вывод о том, что дополнительная компенсация за досрочное увольнение по сокращению не заменяет собой выплаты среднего заработка на период трудоустройства, предусмотренные ст. 178 ТК РФ, содержится и в Апелляционном определении Московского городского суда от 24.10.2018 по делу № 33-40894/2018.