1. Главная / Статьи 
ул. Черняховского, д. 16 125319 Москва +7 499 152-68-65
Логотип
| статьи | печать | 79

Залоговый кредитор сохраняет свои права, даже если предмет залога утрачен, а вместо него в конкурсную массу поступили взысканные убытки

Заложенное в пользу банка имущество должника было утрачено в рамках исполнительного производства после передачи его на ответственное хранение третьему лицу. В связи с этим банк был вправе претендовать на сумму, выплачиваемую в порядке возмещения убытков, предъявив требование к Российской Федерации напрямую. Однако банку было отказано во вступлении в дело в качестве третьего лица по той причине, что это привело бы к удовлетворению его требований в обход процедуры банкротства должника. В результате убытки взыскал конкурсный управляющий должника. А ВС РФ признал за банком статус залогового кредитора в отношении суммы взысканных управляющим убытков.

Карточка дела

Реквизиты судебного акта

Определение ВС РФ от 09.07.2018 № 304-ЭС18-1134 по делу № А03-140/2014

Заявитель

Публичное акционерное общество «Сбербанк России»

Должник

Общество с ограниченной ответственностью «Николаевское»

Конкурсный управляющий

Калясин Е.В.

Суть дела

Между ООО «Николаевское» (далее — должник) и ПАО «Сбербанк России» (далее — банк) был заключен кредитный договор, обязательства по которому обеспечивались залогом крупного рогатого скота. В связи с неисполнением обществом своих обязательств банк обратился в суд с требованиями о взыскании задолженности по кредитным договорам и обращении взыскания на предмет залога, а также с заявлением о принятии мер по обеспечению иска. Суд требования банка удовлетворил и наложил арест на заложенных животных. Во исполнение определений суда о принятии обеспечительных мер судебный пристав — исполнитель изъял у ООО «Николаевское» сельскохозяйственных животных и передал на ответственное хранение в ООО «Поволье». А спустя некоторое время выяснилось, что часть животных (302 головы) была утрачена.

В январе 2014 г. было возбуждено дело о банкротстве ООО «Николаевское» по заявлению должника. И конкурсный управляющий должника обратился в суд с исковым заявлением к Российской Федерации в лице Федеральной службы судебных приставов России о взыскании с Российской Федерации за счет ее казны 9 млн руб. стоимости утраченного после ареста имущества. Суд эти требования удовлетворил (решение АС Алтайского края от 12.04.2016 по делу № А03-15338/2015), а вышестоящие инстанции с таким решением согласились.

Банк, ставший кредитором в деле о банкротстве ООО «Николаевское», считал, что на взысканную в пользу должника сумму убытков распространяется залоговый режим, а значит, ему полагается 80% (п. 2 ст. 138 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», далее — Закон о банкротстве) от взысканных в конкурсную массу убытков. Конкурсный управляющий с такой позицией банка не согласился, поэтому банк обратился в суд с заявлением о разрешении возникших разногласий по вопросу распределения суммы, полученной в порядке возмещения убытков от утраты предмета залога.

Позиция судов

Суд первой инстанции в удовлетворении требования банка о распределении суммы убытков в режиме залогового имущества отказал. Как он отметил, убытки, взысканные с казны РФ, по своей правовой природе не могут быть приравнены в деле о банкротстве к продажной стоимости заложенного имущества, реализация которого осуществляется в порядке, предусмотренном специальной нормой — п. 4 ст. 138 Закона о банкротстве.

Законом о банкротстве предусмотрено получение залоговым кредитором от должника удовлетворения своих требований в деле о банкротстве за счет денежных средств после реализации предмета залога в порядке, определенном специальными нормами законодательства о банкротстве (ст. 138). Правовая природа денежных средств, поступивших в конкурсную массу в связи с исполнением судебного акта по делу № А03-15338/2015, заключается в том, что они получены не в порядке ст. 138 Закона о банкротстве. Данное имущество должника (деньги) не обеспечивало требования банка. В связи с утратой предмета залога его реализация становится, по мнению суда, невозможной.

Апелляция с такой позицией первой инстанции не согласилась. Суд апелляционной инстанции применил положения п. 2 ст. 334 ГК РФ, закрепляющего принцип эластичности залога, сослался на п. 83 постановления Пленума ВС РФ от 17.11.2015 № 50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства» и указал, что статус залогодержателя предполагает возможность получения преимущественного удовлетворения не только от самого заложенного имущества, но и от иных денежных поступлений, с ним связанных. Поскольку возмещение убытков связано с утратой предмета залога, взысканные в конкурсную массу суммы должны быть распределены в пользу банка как залогового кредитора в приоритетном порядке.

Суд округа согласился с выводами суда первой инстанции.

Позиция ВС РФ

Коллегия ВС РФ поддержала позицию апелляции, отметив следующее.

Согласно разъяснениям, изложенным в абз. 3 п. 83 постановления Пленума ВС РФ от 17.11.2015 № 50, в случае утраты в рамках исполнительного производства переданного на хранение иному лицу заложенного имущества, на которое судом обращено взыскание, вред подлежит возмещению взыскателю-залогодержателю в размере такого утраченного имущества без учета того обстоятельства, имеет ли должник другое имущество, на которое возможно обратить взыскание. Истцу необходимо доказать лишь факт утраты заложенного имущества. По общему правилу такое требование о возмещении убытков залогодержатель может реализовать непосредственно в свою пользу.

В рассматриваемой ситуации судами установлено, что заложенное в пользу банка имущество было утрачено в рамках исполнительного производства после передачи его на ответственное хранение третьему лицу. Следовательно, вопреки выводам судов первой инстанции и округа, банк был вправе претендовать на сумму, выплачиваемую в порядке возмещения убытков, предъявив требование к Российской Федерации напрямую. Однако Определением от 12.04.2016 по делу о возмещении убытков № А03-15338/2015 банку было отказано во вступлении в дело в качестве третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, по той причине, что это привело бы к удовлетворению его требований в обход процедуры банкротства должника.

Действительно, Законом о банкротстве предусмотрен ряд особенностей при удовлетворении требований залогового кредитора, в частности, касающихся доли из стоимости имущества, которую такой кредитор может получить (п. 1 и 2 ст. 138). Поэтому распределение средств, выплачиваемых взамен утраченного имущества, должно производиться таким способом, чтобы мог быть осуществлен контроль со стороны суда, рассматривающего дело о банкротстве. Следовательно, принимая во внимание недопуск заявителя в процесс по возмещению убытков с причинителя вреда в качестве третьего лица с самостоятельными требованиями, банком был избран надлежащий способ защиты права.

В связи с изложенным ВС РФ посчитал правильным вывод суда апелляционной инстанции о распределении 9 млн руб., взысканных в рамках дела № А03-15338/2015, в порядке п. 2 ст. 138 Закона о банкротстве.