1. Главная / Статьи 
ул. Черняховского, д. 16 125319 Москва +7 499 152-68-65
Логотип
| статьи | печать | 86

За производственные травмы артистов иногда отвечают работодатели

Кинокомпания Foodles Production, признанная ответственной за безопасность в производстве фильма «Звёздные войны. Пробуждение силы», стала фигурантом судебного иска Комитета по вопросам здравоохранения Великобритании. Поводом для судебного иска стал инцидент на съёмочной площадке, в результате которого серьёзно пострадал актёр Харрисон Форд. Травматичный эпизод, во время съёмок которого на ногу актёра упала бутафорская дверь, сделал возможным предъявление четырёх обвинений. Форд получил травму 12 июня 2014 г. на съёмочной площадке, расположенной под Лондоном. На ногу актёра, вновь исполнявшего роль Хана Соло, капитана корабля «Тысячелетний сокол», тогда упала дверь звездолёта. Форд был доставлен на санитарном вертолёте в Оксфорд в одно из лучших медицинских учреждений Англии — госпиталь Джона Рэдклиффа, где врачи диагностировали у него перелом лодыжки.

Режиссёр картины Джей Джей Абрамс предоставил Форду «от шести до восьми недель отдыха», после чего он вновь появился на съёмочной площадке. При этом в ряде сцен из-за травмы снимали только крупные планы «выше пояса».

Спустя почти два года официальное разбирательство этого инцидента дошло до чиновников. Ожидается, что судебный процесс начнётся 12 мая 2016 г. «По закону работодатель должен принять необходимые меры для защиты работников, — говорится в иске Комитета по вопросам здравоохранения и безопасности Великобритании. — Это относится к съёмочной площадке так же, как и к заводскому цеху. Мы провели тщательное расследование и считаем, что у нас есть достаточные основания для переноса этого дела в суд». Как утверждают чиновники, согласно британскому законодательству продюсерская компания Foodles Productions была ответственна за управление рисками, которые могут возникнуть в процессе съёмок. Эксперты предполагают, что по результатам судебного разбирательства в случае доказанной вины кинокомпанию обяжут выплатить серьёзные суммы, несмотря на то что актёр получил своевременную медицинскую помощь и прошёл оплаченную реабилитацию.

Травмирование во время производственного процесса — нередкое явление на съёмках во всех странах с развитой киноиндустрией. Брюс Уиллис на съёмках «Крепкого орешка» почти оглох на левое ухо. Это произошло на съёмках сцены, где Маклейн стреляет из-под стола, отражая звук. Столешница сыграла роль ревербератора: Уиллис сидел под ней как в огромном фортепиано. Только вместо струн звучали выстрелы. Актёра не обеспечили берушами, и в результате контузии он навсегда потерял слух на две трети.

О болезни Уиллиса не принято говорить, но некоторое время назад журналисты, заметив, что он отвечает на вопросы интервью невпопад, объявили актёра странным. Тогда за него вступилась его дочь Румер Уиллис, напомнив о контузии и плохом слухе отца: «Мне кажется, половина проблем папы в общении возникает из-за того, что он недослышит. Он же не может ходить со слуховым аппаратом, иначе пострадает его репутация крутого парня».

Российский актёр Дмитрий Орлов практически никогда не пользуется услугами каскадёров, что постоянно причиняет вред его здоровью. На съёмках фильма «Бабий бунт, или Война в Новосёлково» актёр должен был с разбега запрыгнуть на лошадь и помчаться на ней, но прыжок не удался, нога Дмитрия попала под лошадиное копыто. Из-за травмы съёмки пришлось прервать, а на его место в срочном порядке поставили дублёра. За год до этого актёр разбил голову из-за ошибки декораторов. Они не учли высокий рост актёра и изготовили слишком маленькое окно, в которое должен был прыгать артист. Исполняя трюк, Дмитрий ударился об откос и упал, потеряв сознание. В больнице актёру диагностировали сотрясение мозга и рваные раны. Врачам пришлось наложить несколько швов. Сведения об обращении отечественного Минздрава к кинокомпании отсутствуют.

Британо-американский актёр Энтони Хопкинс тоже серьёзно пострадал на съёмках фильма «На грани». На съёмки Хопкинс прибыл с больной шеей и работал на обезболивающих. Во время съёмок он упал в горную реку. Обезболивающие так притупили восприятие Хопкинса, что он не только не осознал, что переохладился, но и на уровне вегетативной нервной системы его организм не прореагировал и просто «выключился» — начал готовиться к смерти от гипотермии. Врачи экстренно привели Хопкинса в чувство, и на следующий день актёр снова приступил к съёмкам.

Актриса Театра на Таганке 34-летняя Ольга Шатрова недавно сломала позвоночник во время репетиции, упав с плохо закреплённого оборудования. Инцидент произошёл ещё 2 февраля, во время прогона спектакля «Мамаша Кураж и её дети» в здании проекта «Открытая сцена» на Поварской улице. Актриса, поднявшаяся по лестнице, по просьбе режиссёра направилась на парапет второго этажа. Плохо установленные крепления не удержали актрису. Она сорвалась и упала на спину. Актрису госпитализировали в Боткинскую больницу, где 5 февраля ей была сделана операция.

Сейчас, по заверению заведующего труппой Сергея Трифонова, О. Шатрова чувствует себя хорошо. По его словам, проводится внутренняя проверка соблюдения техники безопасности в театре. Между тем в профкоме театра отмечают, что администрацию театра предупреждали о ненадёжности сценических конструкций ещё в прошлом году. Актёр Театра на Таганке и председатель профкома Иван Рыжиков отмечает, что уже направил письмо директору театра о недопустимой халатности в вопросах техники безопасности и охраны труда. Несчастный случай с О. Шатровой — не первый эпизод с травмированием артистов во время производственного процесса. Ведущая актриса театра Ирина Линдт во время репетиции также упала, сорвавшись с высоты.

«После падения меня привезли в Институт Склифосовского, где поставили диагноз — сотрясение мозга и множественные ушибы, – вспоминает И. Линдт. — Через несколько дней я отправилась на обследование в другую больницу, потому что у меня сильно болела рука. Там мне сказали, что повреждены связки, хотя о том, что они разорваны, по-прежнему речь не шла. Когда боли усилились, я попала в ЦИТО. Наконец диагноз поставили правильно и категорично сказали: „На операцию! Без вариантов. Иначе рука начнет усыхать“. Когда я со страхом спросила, сколько будет стоить пребывание и лечение в этой известной больнице, врачи ответили: „С Таганки денег не берём“. Операцию сделали совершенно бесплатно, а реабилитацию оплатил театр. Во время Авиньонского фестиваля, на котором мы играли спектакль „Марат и маркиз де Сад“, у меня начала очень сильно болеть спина. И хотя рентген делали к тому моменту уже не раз, правильно поставить диагноз удалось лишь одному опытному профессору. Он просто провёл пальцем по моему позвоночнику и точно указал место компрессионного перелома. Оказалось, что позвонки срослись неправильно. Компьютерная томография подтвердила диагноз. Мне не оставалось ничего, как по его совету начать качать пресс, для того чтобы уменьшить нагрузку на травмированный позвоночник. Даже появились кубики на животе. К моменту рождения сына я полностью восстановилась, и, конечно, от родов меня никто не отговаривал».

Определение несчастного случая на производстве приведено в ст. 3 Федерального закона № 125-ФЗ: это событие, в результате которого застрахованное лицо получило увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору (контракту) и в иных случаях. Полученную работником травму можно считать производственной согласно двум основным признакам. Во-первых, если она получена на рабочем месте, месте командирования и пути следования на работу (с работы) на служебном транспортном средстве (или личном автомобиле в оговоренных случаях). А во-вторых, при выполнении служебных обязанностей согласно трудовому договору и распоряжениям работодателя. Возмещение пострадавшему работнику морального вреда, причинённого в связи с несчастным случаем на производстве, осуществляется причинителем вреда (п. 3 ст. 8 Федерального закона № 125-ФЗ), обычно это работодатель. Размер компенсации определяется судом (п. 2 ст. 1101 ГК РФ). При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.