Ответственность заказчика и подрядчика по госконтракту должна быть соразмерной последствиям нарушения

| статьи | печать

Вопрос о размере ответствен­ности подрядчика за просрочку исполнения обязательств по государственному контракту зависит от того, имела ли место также просрочка заказчика. Непринятие последним мер, необходимых для своевременной передачи подрядчику всей необходимой для выполнения работ документации и сведений, приведет к снижению размера санкций за просрочку, предусмотренных контрактом для подрядчика. При этом необходимо учитывать, что различные размеры санкций для государственного заказчика и подрядчика устанавливать в госконтракте недопустимо (постановление Президиума ВАС РФ от 17.12.2013 №12945/13 по делу № А68-7334/2012).

Суть дела

Правительство Тульской области (далее — заказчик, истец) и общество, находившееся в г. Брянске (далее также — подрядчик), 22 февраля 2012 г. заключили госконтракт на изготовление гербовых бланков в соответствии с техническим зданием и их доставку по указанному в контракте адресу. Госконтракт был заключен в электронной форме, путем подписания в тот же день заказчиком в 12:52, а обществом через два часа.

Эскизы бланков заказчик должен был передать обществу в течение одного рабочего дня после подписания госконтракта. Эскизы были направлены экспресс-почтой с уведомлением общества по электронной почте 27 февраля, поскольку 23, 25 и 26 февраля были нерабочими днями.

Согласно госконтракту максимум через три рабочих дня после получения эскизов общество должно было передать контрольные макеты гербовых бланков по одному экземпляру каждого, а заказчик в течение двух рабочих дней после этого — согласовать или вынести мотивированный письменный отказ от согласования.

Начало выполнения работ стороны определили моментом подписания госконтракта, а окончание — в течение десяти рабочих дней с этого момента, то есть 22 февраля — 11 марта 2012 г. При неисполнении обществом обязательств в срок заказчик фиксировал нарушение в протоколе, а общество должно было уплатить пени за каждый день просрочки в размере 10% от цены госконтракта и штраф в размере 15% от той же цены. В то же время за просрочку платежа с заказчика подлежали взыс­канию пени в размере 1/300 действующей на день оплаты ставки рефинансирования ЦБ РФ за каждый день просрочки.

В последний день для исполнения контракта, 11 марта, бланки не были доставлены подрядчиком, и заказчик зафиксировал в протоколе нарушение подрядчиком сроков выполнения работ. Гербовые бланки были доставлены только на следующий день. Они оказались с недостатками, которые заказчик выявил при приемке и отра­зил этот факт еще в одном протоколе от 12 марта.

После этого обществу был предоставлен новый срок доставки — не позднее 20 марта, но в него общество снова не уложилось. В соответствии с очередным протоколом от 20 марта заказчик дал еще три дня на исполнение госконтракта, по истечении которых бланки были доставлены заказчику. В этот же день, 23 марта, заказчик составил акт сдачи-приемки и подписал товарную накладную.

Оплата выполненных обществом работ должна была производиться путем перечисления ему денежных средств в течение 30 календарных дней после подписания акта сдачи-приемки, то есть до 22 апреля. Заказчик же произвел оплату только 18 июня.

Посчитав, что обществом в ходе исполнения госконтракта были нарушены сроки выполнения работ, заказчик направил в адрес общест­ва претензию о необходимости уплаты указанных выше неустойки и штрафа за период просрочки с 12 по 22 марта. Однако претензия осталась без удовлетворения.

Общество направило ответную претензию заказчику с требованием уплатить проценты за пользование чужими денежными средствами, которая не была исполнена со ссылкой на пункт госконтракта об окончании исполнения заказчиком обязательств с даты подписания акта сдачи-приемки.

В результате заказчик обратился в суд с иском о взыскании с общества неустойки и штрафа за ненадлежащее исполнение условий госконтракта. А общество обратилось к правительству со встречным иском о взыскании процентов за неправомерное пользование денежными средствами в период с 22 апреля по 18 июня и о признании недействительным пункта гос­контракта, устанавливавшего, что договорные обязательства считаются исполненными с момента составления акта сдачи-приемки (через десять дней после дня подписания контракта).

Судебное разбирательство

Суд первой инстанции удовлетворил оба иска, хотя в мотивировочной части решения указал на оставление без рассмотрения неимущественного требования общества. Кроме того, суд произвел взаимозачет встречных требований. Госконтракт суд квалифицировал как договор подряда, потому применял к нему положения главы 37 ГК РФ. Так, госконтракт был признан заключенным, поскольку сторонами было достигнуто соглашение по всем существенным условиям, в том числе и о сроке выполнения работ (п. 1 ст. 432, п. 1 ст. 708 ГК РФ).

Общество выполнило работы с нарушением срока, то есть ненадлежащим образом исполнило госконтракт, поэтому в соответствии с его условиями обязано уплатить неустойку, пени или штраф (п. 1 ст. 721, п. 1 ст. 330 ГК РФ). Расчет пеней и штрафа истца был признан обоснованным.

Общество заявило о снижении размера неустойки по ст. 333 ГК РФ, но не доказало ее несоразмерность последствиям нарушения обязательства. В то же время в данном случае бремя доказывания лежало именно на обществе, ведь соразмерность неустойки последствиям нарушения обязательств изначально предполагается (абз. 1 и 3 п. 1 постановления Пленума ВАС РФ от 22.12.2011 № 81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 ГК РФ»). Явной несоразмерности суд не обнаружил (Определение КС РФ от 26.05.2011 № 683-О-О). Кроме того, необоснованное уменьшение неустойки судами с экономической точки зрения позволило бы подрядчику получить финансирование за счет другого лица, да еще и незаконно (постановление Президиума ВАС РФ от 13.01.2011 № 11680/10).

Истец не исполнил в срок свою обязанность по оплате выполненных обществом работ, хотя и принял бланки с изоб­ражением герба по акту (п. 1 ст. 702 ГК РФ). Расчет подрядчика был также признан обоснованным.

Что касается требования общества о признании незаконным пунк­та об исполнении обязательств заказчиком с даты утверждения акта сдачи-приемки, то суд с данным доводом общества согласился. Указанное обстоятельство ставит общество в зависимость от воли заказчика или от события, которое не должно неизбежно наступить, что противоречит императивной норме абз. 2 ст. 190 ГК РФ. Однако суд не стал рассмат­ривать данное требование по существу, поскольку стороны не соблюли досудебный порядок урегулирования спора, и в мотивировочной части решения указал на оставление неимущественного требования общества без рассмотрения. В резолютивной же час­ти встречные исковые требования были удовлетворены.

Суд апелляционной инстанции поддержал позицию нижестоящего суда, за исключением вывода по встречному неимущественному требованию общества, в удовлетворении которого ему было отказано, поскольку сроки, порядок приемки и оплаты выполненных работ устанавливаются госконтрактом (ст. 711, 720 ГК РФ). Суд кассационной инстанции поддержал позицию нижестоящего суда.

Позиция ВАС РФ

Президиум ВАС РФ отменил все три акта по делу и направил его на новое рассмотрение.

Течение срока, определенного перио­дом времени, начинается на следующий день после календарной даты или наступления события, которым определено его начало (ст. 191 ГК РФ). Сроки исполнения по госконтракту исчислялись рабочими днями, поэтому начало исполнения было 24 февраля, когда заказчик должен был передать эскизы гербовых бланков, а окончание исполнения — 11 марта.

Если обязательство предусматривает или позволяет определить день его исполнения, оно подлежит исполнению в этот день (п. 1 ст. 314 ГК РФ). Поскольку эскизы относятся к документации, иное госконт­рактом не определено и не следует из существа обязательства, а расстояние между городами заказчика и общества составляет около 330 км, выполнение такой обязанности могло быть осуществлено заказчиком с использованием современных средств связи. Но заказчик отправил эскизы обычной почтой 27 февраля с уведомлением по электронной почте, а общество получило их лишь 6 марта. Приступить к работе подрядчик смог 7 марта; 8, 9 и 10 марта 2012 г. являлись нерабочими, 11-е — выходным. Соответственно, общество должно было передать контрольные макеты бланков до 12 марта. И оно уложилось в этот срок, хотя заказчик на один день раньше срока составил протокол и начал начисление неустойки и штрафа за якобы просрочку. При этом заказчик бланки не принял, обнаружил в них дефекты и дважды устанавливал новые сроки для их устранения. Суды не исследовали вопрос о том, является ли такое установление новых сроков продлением срока исполнения обязательств, что в принципе исключает просрочку подрядчика. Кроме того, заказчик не предоставил информацию об описании и изображении герба.

Суды не дали оценку поведению заказчика и допущенной им просрочке. Подрядчик не мог быть привлечен к ответственности за просрочку исполнения, обусловленную просрочкой заказчика (п. 3 ст. 405, п. 1 ст. 406 ГК РФ). Поэтому вопрос о соразмерном снижении ответственнос­ти подрядчика нужно рассмотреть с учетом вины заказчика. Также необходимо оценить соразмерность начисленной неустойки последствиям нарушения обязательства, установить, какие убытки были причинены правительству. При этом судам нужно учитывать, что закон предусмат­ривает ответственность подрядчика за просрочку исполнения обязательств, аналогичную по размеру установленной в госконтракте для заказчика (ч. 9, 11 ст. 9 Федерального закона от 21.07.2005 № 94-ФЗ, ч. 5, 7 ст. 34 Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ, ст. 124 ГК РФ).

В постановлении имеется оговорка о возможности пересмотра вступивших в законную силу судебных актов по новым обстоятельствам на основании п. 5 ч. 3 ст. 311 АПК РФ.

День
Неделя
Месяц