1. Главная / Статьи 
ул. Черняховского, д. 16 125319 Москва +7 499 152-68-65
Логотип
| статьи | печать | 1342

«Антипиратский» закон: 48 дней на страже доходов правообладателей

С 1 августа этого года вступил в силу так называемый «антипиратский» закон, который ввел возможность досудебной блокировки сайтов, размещающих контент без согласия правообладателей. На прошедшей 17 сентября конференции «Право на Download — 2013: защита интеллектуальной собственности в Интернете: юридические, технологические, процедурные, организационные аспекты» представители власти и бизнеса обсуждали достоинства и ­недостатки новых правил игры и векторы развития правоприменения.

Федеральный закон от 02.07.2013 № 187-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ по вопросам защиты интеллектуальных прав в информационно-телекоммуникационных сетях» (далее — Закон № 187-ФЗ) был принят народными избранниками, мягко говоря, впопыхах. Законопроект был внесен в Госдуму в начале июня 2013 г. группой депутатов, спустя неделю он уже успешно прошел первое чтение, а еще через неделю — сразу второе и третье и был направлен в Совет Федерации.

«Антипиратский» Закон № ­187-ФЗ вызвал обширное недовольство в обществе: пользователи протестуют против платного скачивания фильмов в Сети, информационные посредники — против дополнительной нагрузки и необходимости премодерации размещаемого не ими контента. На сайте Российской общественной инициативы www.roi.ru более 100 000 подписей набрала инициатива отмены Закона № 187-ФЗ, где он назван не более и менее, чем «законом против Интернета». При этом против проголосовало чуть более 300 человек. В качестве причин названы непроработанность документа в силу его экспресс-принятия, непроведение консультаций и обсуждений с представителями общественности, несмотря на резонансный характер этого закона, и риски, которые влечет его принятие. В настоящее время эта инициатива передана на рассмот­рение в экспертную группу.

Напомним три основные новеллы, предусмотренные Законом № 187-ФЗ. Во-первых, это возможность применения предварительных обеспечительных мер по ограничению доступа к информационным ресурсам, направленных на обес­печение защиты исключительных прав заявителя на фильмы, в том числе кинофильмы, телефильмы, в информационно-телекоммуникационных сетях, в том числе в Интернете, до предъявления иска. Меры представляют собой блокировку сайта операторами связи после уведомления сайта Роскомнадзором при отказе удалить материал или бездействии. Применяются такие меры на основании поданного в суд заявления гражданина или организации (ст. 144.1 ГПК РФ) и приложенных к нему доказательств использования объектов исключительных прав и права заявителя на данные объекты. При этом, удовлетворяя заявление о применении обеспечения, суд указывает срок для подачи соответствующего иска, который не может превышать 15 дней. Во-вторых, это беспрецедентное изменение подсудности споров, связанных с защитой исключительных прав на фильмы, в том числе кинофильмы, телефильмы, в информационно-телекоммуникационных сетях, в том числе в Интернете, по которым приняты предварительные обеспечительные меры. Такие споры в качестве суда первой инстанции теперь рассматривает Мосгорсуд (ч. 3 ст. 26 ГПК РФ), его же апелляционная инстанция пересматривает принятые по таким спорам решения (п. 5 ст. 320.1 ГПК РФ). И в-третьих, Гражданский кодекс РФ дополнен новой ст. 1253.1, легализовавшей статус нового субъекта правоотношений — информационного посредника, а также основания его освобождения от ответственности за размещение нелегального контента на принадлежащем ему ресурсе (подробнее см. «ЭЖ», 2013, № 27, с. 14).

В рамках конференции, которая прошла 17 сентября, эти три нововведения подверг­лись жесткой критике со стороны участников обсуждения. Но у каждого из них правда своя, что неудивительно — интернет-индустрия, правообладатели и власть каждый преследуют свои, разные, цели.

Роскомнадзор: государство за саморегулирование в интернет-бизнесе

Заместитель руководителя Рос­комнадзора (органа, который и занимается блокировкой ресурсов с нелегальным контентом) Максим Ксензов делал упор в своем выступлении на необходимость саморегулирования отрасли в условиях минимального вмешательства государства в бизнес-процессы. Он отметил, что на 48-й день существования Закона № 187-ФЗ (на день проведения конференции, 17 сентяб­ря. — Примеч. ред.) подводить какие-либо итоги его применения рано. Правоприменение должно ориентироваться в первую очередь на интересы бизнеса, и говорить про запросы общества здесь не стоит. Главная цель — урегулирование бизнес-отношений между участниками рынка, если они на то согласны. В этом смысле Закон № 187-ФЗ лишь сделал приглашение участникам в сторону переговоров. Однако же говорить о его полноценности тоже нельзя: предусмотренные им предварительные обеспечительные меры не предполагают каких-либо компенсационных мер, которые есть, к примеру, в арбит­ражном процессе. То есть если выяснится, что блокировка сайта была произведена необоснованно, то непонятно, сможет ли владелец ресурса потребовать возмещения причиненных ему такой блокировкой убытков, и если сможет, то к кому такое требование нужно предъявлять. Также законодательно не рег­ламентирована процедура разблокировки ресурса, в том числе оперативной разблокировки сайта при удалении нелегального контента.

Кроме того, смущают Рос­­комнадзор и формулировки ст. 1253.1 ГК РФ, не содержащие четкого разграничения субъектов, к которым могут применяться меры гражданско-правовой ответственности в связи с распространением объектов исключительных прав в информационно-телекоммуникационных сетях.

Сами меры по блокировке «черных» сайтов М. Ксензов назвал не новыми, поскольку такая практика существовала и до 1 августа. Ограничение доступа к интернет-ресурсам обес­печивается Роскомнадзором посредством предоставления операторам связи сведений об информационном ресурсе, указанном в судебном акте (DN, IP, URL), и производится исходя из имеющихся у оператора связи технологий. И хотя на сегодняшний день блокировка в 50% случаев производится по URL-адресам, а в остальных 50% — по ip-адресам, последний вариант представляется недостаточно эффективным для наведения порядка в Интернете. Это, по словам спикера, слишком грубый инструментарий, но на данном этапе его применение оправданно. Как минимум такой способ ограничения доступа к интернет-ресурсам понудил «пиратов» и нелегальные площадки начать контактировать с правообладателями и с правоприменителем и начать договариваться о бизнесе.

Сейчас Роскомнадзор ведет активную работу по настройке всех процедур, связанных с реализацией Закона № 187-ФЗ. Уже состоялось более 25 встреч с представителями отрасли — правообладателями, интернет-платформами, телеканалами в целях обсуждения актуальных вопросов, снятия разногласий, выработки взаимоприемлемых подходов правоприменения.

По словам М. Ксензова, уже за полтора месяца действия Закона № 187-ФЗ можно констатировать его позитивное воздействие. Практически все ресурсы, получившие уведомления об удалении фильмов, исполнили требования Роскомнадзора. Кроме того, Закон № 187-ФЗ способствует исполнению Россией международных обязательств по обеспечению адекватной и эффективной правовой охраны интеллектуальной собственности.

Однако же стоит учитывать, что блокировка контента — это крайняя мера, как и обращение в суд. Идеальный вариант — саморегулирование, к которому отрасль уже готова. Необязательно устанавливать правила игры на уровне законов и соответствующими мерами обеспечивать их исполнение. Достаточно будет принятия меморандума, который мог бы стать прообразом правил саморегулирования.

Необходимо перейти от государственного контроля интернет-сферы к контролю общественному или профессиональному. В этой части задача Роскомнадзора — создать благоприятные условия работы для бизнеса, ведь этот орган власти, по сути, не является регулятором в полной мере, он не имеет права законодательной инициа­тивы.

По мнению М. Ксензова, при дальнейшем применении Закона № 187-ФЗ обеспечивать защиту различных типов объектов интеллектуальной собственнос­ти в Интернете должны спе­циализированные некоммерчес­кие организации. Например, Российский книжный союз мог бы отвечать за защиту литературных произведений.

Среди наполеоновских планов Роскомнадзора по повы­шению правосознания интернет-поль­зователей и интернет-площадок названы создание эффективного механизма мониторинга сетей на предмет размещения нелегального контента, создание реест­ра заблокированных информационных ресурсов. Возможна и государственная поддержка провайдеров хостинга путем инвестиций в инфраструктуру и установления льгот, в том числе налоговых, а также создание предпосылок для развития легальных площадок (гранты, предоставление доступа к информации и контенту, относящемуся к категории всенародного достояния).

Интернет-компании: «антипиратский» закон требует уточнений

Директор по правовым вопросам ООО «Яндекс» Екатерина Фадеева представила свою критику Закона № 187-ФЗ с юридической точки зрения, отметив и те недостатки, на которые указывал представитель Рос­комнадзора. Как и последний, она подчеркнула, что подводить итоги применения Закона № 187-ФЗ пока рано. Однако нет никаких гарантий, что и в дальнейшем применение предусмот­ренных законом жестких мер повысит доходы правообладателей. Между тем именно данная цель была обозначена разработчиками тогда еще законопроекта в качестве приоритетной.

При такой неясности результатов Закон № 187-ФЗ тем не менее внес изменения в глобальные, базовые нормативные правовые акты: АПК РФ, ГПК РФ, ГК РФ и Федеральный закон от 27.07.2006 № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации».

В прессе большое внимание было уделено применению новых предварительных обеспечительных мер и инстанции, которая уполномочена их применять — Мосгорсуду. Однако при этом остаются в тени положения «свежей» ст. 1253.1 ГК РФ. Она является новеллой и устанавливает способ защиты, по сути, параллельно существующий с применением предварительных обеспечительных мер. Они никаким образом не связаны, они существуют сами по себе, и поскольку ст. 1253.1 была введена в отрыве от других изменений в Кодекс, то сегодня она порождает достаточно много сложностей при ее применении на практике.

В отличие от положений ст. 144.1 ГПК РФ, ст. 1253.1 ГК РФ может применяться любым российским судом и по любому гражданскому иску. Уже сейчас приходится сталкиваться с тем, что в силу неясности формулировок рассматриваемой нормы ее пытаются применить ко всем видам споров, например к рек­ламным отношениям.

Гражданская ответственность в ст. 1253.1 ГК РФ установлена для всех видов посредников. Это не ограничение ответственности, как предполагалось ранее, а наоборот, ее установление. Причем те виды посредников, которые названы в данной статье, никоим образом не пользуются другими материальными благами, при этом подвергаясь риску применения мер ответственнос­ти. Что это за меры ответственности, которые им грозят и о которых говорится в ст. 1253.1 ГК РФ? Непонятно. Очевидно, что нечеткость нормы дает широкий простор для судебного творчества.

Пока эффект применения блокировок незаконного контента оценить сложно, хоть и практика такого применения уже есть. Правда, непонятно, что же происходит после блокировки — в законе об этом тоже ничего не сказано. Не установлено, каким образом снимаются обеспечительные меры по истечении 15 дней, отведенных на подачу иска.

Предварительные обеспечительные меры, по мнению Е. Фадеевой, являются слишком жесткими мерами. Они были заимствованы из арбитражного процесса без интеграции также и механизма сдержек и противовесов. Например, в ГПК РФ отсутствует возможность оспорить применение предварительных обеспечительных мер, в то время как в арбитражном процессе такая возможность существует.

Статья 1253.1 ГК РФ распространяется не только на объекты копирайта, но и на все объекты интеллектуальных прав — это промышленная собственность, товарные знаки, ноу-хау, все, что может называться интеллектуальной собственностью. Прецедентов по части такого широкого регулирования в мире еще нет.

Меры по блокировке, аналогичные предусмотренным ст. 144.1 ГПК РФ, не сегодня завт­ра может применить любой арбитражный суд, ведь обес­печительные меры из АПК РФ никто не исключал. Каким образом суд применяет решение о блокировке, как он устанавливает соразмерность применения таких мер? Ответов на эти вопросы Закон № 187-ФЗ не дает. До сих пор нет понимания того, какие меры для освобождения информационного посредника от ответственности являются необходимыми и достаточными. По словам представителя ООО «Яндекс», самое неприятное в ст. 1253.1 ГК РФ то, что ее формулировки, по сути, устанавливают необходимость премодерации всего контента для информационных посредников.

Сейчас Закон № 187-ФЗ предлагается «модернизировать», в частности, установить для информационных посредников административную ответственность в виде штрафа в размере до 1 млн руб. Более того, предлагается такой штраф установить не только за нарушение в виде неприменения мер по предписанию Роскомнадзора, но и просто за непринятие добровольных мер. Такой механизм Е. Фадеева сравнила с ответственностью за нарушение договорных обязательств: «Это примерно то же самое, как если бы мы с вами заключили договор, а я его нарушила, и я не просто вам должна эти деньги, а государство еще и наложит на меня штраф. Возможно, сильно превышающий то, что я вам должна». По словам спикера, такая ответственность — вмешательство государства в частно-правовые отношения, а это совершенно неприемлемо.

Среди инициатив также имеется и законодательное закреп­ление процедур досудебного урегулирования конфликтов по поводу использования контента. По словам Е. Фадеевой, такая процедура уже сейчас существует на практике, многие интернет-площадки все десять лет существования Рунета предпочитают договариваться, а не спорить в судах. Нет столь очевидной необходимости возводить эти правила в ранг закона, устанавливая для информационных посредников еще и жесткие временные рамки для реагирования на жалобы о незаконном размещении контента.

Юристы: закон не идеален, но это лучше, чем ничего

Выступление Артема Толкачева, управляющего партнера юридической фирмы «Толкачев и партнеры», было посвящено судебной практике защиты интересов правообладателей до и после введения в действие Закона № 187-ФЗ.

После полутора месяцев применения Закона № 187-ФЗ в Мосгорсуд было подано более 40 заявлений о блокировке незаконного контента в рамках применения предварительных обеспечительных мер. Однако инициировано было лишь три полноценных судебных процесса. Это говорит о том, что в основном правообладатели и администраторы все-таки договариваются до суда. И блокировка сайта имеет скорее стимулирующее значение, подталкивая стороны к началу таких переговоров. По сути, Закон № 187-ФЗ сейчас не используется так, как планировалось на этапе его разработки — для возмещения убытков или компенсации для правообладателей. Но в любом случае необходимость в законодательном регулировании данной сферы назрела уже давно. На самом деле Закон № 187-ФЗ лишь упорядочил практику в части оснований освобождения информационных посредников от ответственности, которая складывалась уже достаточно давно. Основной тренд судебной практики до 1 августа был следующий. Суды считали, что если администратор не предпринимал каких-либо действий по предотв­ращению нарушения права, он должен быть привлечен к ответственности. Условиями освобождения от ответственности признавались:

■ невовлечение администратора в процесс загрузки, отсутствие его влияния на целостность и содержание контента (дело № А40-75669/08);

■ размещение правил пользования сайтом, удаление незаконно размещенного контента и наличия возможности установить нарушителя (дела № А40-42674/11, А56-44999/2008);

■ неосведомленность администратора о размещении противоправного контента, отсутствие поступивших от правообладателя письменных претензий и удаление контента в последующем (дело № А40-90178/10).

С 1 августа введен институт предварительной блокировки, который, по мнению А. Толкачева, для гражданского права совершенно не характерен и свойственен скорее уголовному процессу. В то же время в качестве плюса Закона № 187-ФЗ спикер отметил введение ст. 1253.1 ГК РФ, которая, несмот­ря на критику, все же закрепила условия освобождения информационных посредников от ответственности. Формулировки данной статьи оставляют желать лучшего, но это все же лучше, чем ­ничего.

В качестве рекомендаций для владельцев интернет-ресурсов, которые помогут им снизить риск блокировки сайта, А. ­Толкачев привел следующие меры:

■ доработать правила пользования сайтом и обсудить изменение договора с хостинг-провайдером. Стоит отметить, что таким инструментом защиты, как пользовательские правила, оперируют крайне мало администраторов, что не играет им на руку при возникновении правовых споров. В правилах пользования сайтом необходимо предусмот­реть два важных момента: ­ответственность пользователя за контент, который он размещает (на это можно будет ссылаться в суде), а также возможность администратора безусловно блокировать доступ к любому контенту, если на него поступила жалоба;

■ разместить на сайте информацию для правообладателей и регламент взаимодействия с ними;

■ ограничить объем размещаемой пользователями информации и ее доступность для неопределенного круга пользователей;

■ по возможности ограничить или исключить возможность по размещению пользователями на сайте видеоматериалов и ссылок на иные ресурсы. Правда, такая рекомендация подойдет далеко не всем, и, возможно, в некоторых случаях будет слишком радикальной. Ее применение зависит от желания администратора и, конечно, характера самого ресурса — позволяет ли он вообще вводить такого рода ограничения для пользователей;

■ оперативно и адекватно реагировать на претензии правообладателей и сообщения из Рос­комнадзора.

Но что же делать, если сайт все же заблокирован? Закон № 187-ФЗ сейчас сконструирован таким образом, что суд в любом случае вынесет определение о блокировке. Обжаловать такое определение можно, но в общем порядке — в течение двух месяцев с вызовом сторон в судебное заседание и рассмот­рением дела по существу. Вот что предлагает А. Толкачев в таком случае:

■ при законной блокировке администратору необходимо удалять спорный контент, либо блокировать доступ к нему и обращаться к правообладателю с целью досудебного разрешения спора;

■ при незаконной блокировке следует приостановить доступ к спорному контенту до момента выяснения всех обстоятельств, обжаловать определение о применении предварительных обеспечительных мер, оценить причиненные убытки и собрать подтверждающие их доказательства, а затем предъявлять требование о возмещении убытков.