1. Главная / Статьи 
ул. Черняховского, д. 16 125319 Москва +7 499 152-68-65
Логотип
| статьи | печать

Пить или не пить, мыть или не мыть…

В одном из своих выступлений А. Дворкович как-то отметил, что налоговую нагрузку надо постепенно смещать с производства на потребление. Тогда, мол, и собирать будет проще. Правда, начальник Экспертного управления Президента подчеркнул, что эта система возможна только при высоких доходах. Но у нас все делается в обратном порядке. Зарплаты не поспевают за стремительным ростом цен, который подстегивают и налоги. Вряд ли дальше будет лучше, и долгие переговоры по акцизам тому подтверждение.

Законопроект Минфина по акцизам изначально предусматривал отмену льготы по денатурированному спирту и денатурированной спиртосодержащей продукции (планировалось исключить из п. 1 ст. 183 НКРФ подпункты 2 и 3). Однако после двух заседаний правительства было решено денатурат акцизами не облагать. И вот на налоговом подкомитете Госдумы, рассматривавшем законопроект на этой неделе, все вернулось на круги своя — речь снова зашла о техническом спирте. На этот раз инициаторами его налогообложения выступили депутаты.

Цель введения акцизов на технические спирты была сформулирована предельно ясно: уменьшение объема их потребления не по назначению (проще говоря, чтобы люди не пили лосьоны, одеколоны и прочую непредназначенную для внутреннего употребления продукцию). Рассматривалось два варианта:

✔ льгота отменяется и на сам денатурат (ставка устанавливается на уровне акциза для спирта этилового, то есть 21,5 руб.), и на содержащую его продукцию (ставка 159 руб. как для алкогольной продукции с объемной долей этилового спирта свыше 25%), для производителей действует зачетная схема;

✔ акциз вводится только для технического спирта — 21,5 руб., без зачетной схемы.

Какой из вариантов лучше, депутаты так и не решили. Получается, что главный вопрос в том, насколько, скажем так, не совсем питьевые спиртосодержащие растворы будут дешевле обычной водки после введения акцизов.

С этой точки зрения первый вариант выглядит более логичным. По расчетам ФНС в этом случае лосьоны подорожают на93%, жидкость для мытья посуды — на 9, освежители воздуха — на 47%. Повысится цена и на чистящие средства, и на растворители, и даже на эмали. По мнению О. Дмитриевой, предложенный механизм адекватной реакции с точки зрения здоровья нации не даст, а вот парфюмерно-косметическая продукция подорожает.

При втором варианте повышение цен будет не столь значительным, а значит, отбить охоту у любителей спиртного точно не удастся. Зато нужно будет решать, что делать с ввозимыми товарами, ведь иначе наши производители могут оказаться в худших условиях.

В этой связи председатель Комитета по аграрным вопросам Госдумы Г. Кулик даже предложил сохранить на год льготу на парфюмерную продукцию, разливаемую в емкости объемом 200 мл. Во-первых, чтобы посмотреть, как отреагирует рынок, а во-вторых, чтобы ближайшие соседи (например, Украина) не заняли нишу. Правильно, пить-то все равно будут, а об отечественном производителе кто позаботится?

Но вернемся к здоровью нации: законопроектом предполагается проиндексировать на 9% ставки акцизов на алкоголь.

Причем в процессе обсуждения выяснилось, что главный враг россиян — пиво. И по мнению члена Бюджетного комитета А. Когана, акциз на него нужно повысить не на 9, а минимум на 20%. Да, производство и потребление пива в стране постоянно растет и от повышения акцизов вряд ли серьезно пострадает. Но почему выбрано именно пиво?

Справедливости ради нужно отметить, что не всем понравилась инициатива депутата Когана. Так, по мнению Р. Кармазиной, ставки акцизов на пиво изменять не следует, поскольку в этом могут быть заинтересованы производители водки.

Однако в заключении налогового подкомитета на законопроект было решено дать мягкую формулировку: рассмотреть вопрос об индексации акцизов на пиво в большей мере, нежели предложено правительством.

Также в мягкой формулировке было решено поддержать предложение правительства по введению акцизов на прямогонный бензин. Более конкретного решения принять не удалось, поскольку прямо во время подкомитета обнаружилось, что Минфин уже не настаивает наставке акциза по прямогонному бензину на уровне ставки, действующей по бензину с октановым числом до «80»,то есть 2657 руб.

По словам М. Моторина, директора Департамента налоговой и таможенно-тарифной политики, необходимо «установить ненулевую ставку на прямогонный бензин. Мы не говорим о размере, но это не 2657 руб. Акциз должен быть таким, чтобы не пострадала нефтехимия». Причем он пообещал, что предложения правительства будут «скорректированы с учетом озвученного».

Партия была разыграна блестяще. Понятно, что Минфин категорически не устраивала система вычетов для предприятий нефтехимической промышленности, использующих прямогонный бензин в качестве сырья для производства неподакцизных товаров (см. «ЭЖ» № 21).Депутаты наконец-то такой механизм вычетов разработали и к заседанию подкомитета представили (насколько он удобоварим — другой вопрос). Но выяснилось, что он ни к чему, потому что Минфин сам обеспокоился судьбой нефтехимии.

Однако что-то мешает поверить, что главное финансовое ведомство перестала волновать судьба бюджета. Против системы вычетов оно протестовало потому, что в бюджете на следующий год уже заложены поступления в 11,7 млрд руб.от акцизов на прямогонный бензин. И вычеты означали бы потерю 9 млрд из них. Поэтому надеяться на то, что ставка будет действительно символической, не стоит. Для предприятий обычно приемлема одна цифра, для Минфина — другая. И 100 руб. за тонну, о которых кто-то упомянул вовремя обсуждения (конечно же это был не М. Моторин),— несбыточная мечта.

Может быть, именно поэтому зампредседателя Комитета по бюджету и налогам А. Макаров задал сакраментальный вопрос: а для чего проводится индексация акцизов? Действительно, правительство постоянно жалуется, что в стране переизбыток денежных средств, не знает, как обуздать инфляцию, и одновременно любой ценой стремится повысить налоговые изъятия. Зачем?