1. Главная / Статьи 
ул. Черняховского, д. 16 125319 Москва +7 499 152-68-65
Логотип
| статьи | печать | 1638

«Тучные» годы и «худая» экономика

(подводим итоги)

Миллиарды – в кармане, инвестиций – нет

Судя по ответам, большинство читателей еженедельника и посетителей сайта «ЭКОНОМИКА и ЖИЗНЬ», участвовавших в опросах, всё же не относится к категории нуждающихся. А потому фактическая ситуация вполне может быть ещё более тяжёлой, требующей качественно иного осмысления и более действенных путей решения проблем – как назревших, так и постепенно вызревающих.

Набирает силу опасное социальное расслоение, которое власть, без сомнения, замечает, но эффективных мер противодействия выработать не может. Собственность сконцентрирована в руках немногих в количествах чрезмерных, что угнетающе действует не только на социально-экономическую обстановку, но и на политическую ситуацию в стране.

Американский журнал Forbes подсчитал, что в настоящее время в Москве проживают 79 официальных долларовых миллиардеров – больше, чем в любом другом городе мира (догадки о доморощенных неофициальных миллиардерах опускаем). Среди россиян треть (101 из 300) миллиардеров Европы и 15 представителей мирового топ-100 – больше, чем у остальных стран BRIC вместе взятых. Это, пожалуй, единственные «успехи в кавычках» отечественной экономики в сравнении с реальными конкурентными достижениями других развивающихся и развитых экономик. То обстоятельство, что число граждан, задекларировавших доходы за 2010 год свыше одного миллиарда рублей, снизилось по сравнению с 2009 годом на 15% и составило 385 человек (по словам заместителя руководителя ФНС России Светланы Андрющенко), сути дела не меняет.

Характерно, что бурный рост числа российских миллиардеров в прошлом году сопровождался невыразительным 4%-ным увеличением ВВП (во многом за счёт повышения цен на нефть). Не случайно, но симптоматично, что 66% читателей «Известий» на вопрос «Почему больше всего миллиардеров мира проживает в Москве?» ответили – это следствие антинародной приватизации. Вряд ли ошибёмся, если предположим, что в большинстве ответов заложен даже более широкий смысл: миллиардеры как явление в отсталой экономике потому и возможны, что приватизация оказалась откровенным и безнаказанным расхищением госсобственности, состоявшимся и продолжающимся безудержным обогащением меньшинства за счёт беднеющего большинства и «проедания» (в т.ч. разворовывания) национальных богатств, созданных упорным, кропотливым трудом многих поколений. Иными словами, для россиян приватизация 90-х – исторически антиобщественный акт.

Повышение зарплат, индексация пенсий и другие меры административного характера практически не сглаживают проблему неравномерного и несправедливого распределения доходов от общественно произведённого продукта.

Кстати, в Китае не противопоставляют друг другу решение социальных вопросов и успешное экономическое развитие, опирающееся на конкурентное производство и масштабное использование передовых технологий как основу непрерывной модернизации национальной промышленности. Это у нас «или – или», а у них «и – и». В очередной китайской пятилетке на социальные расходы запланировали 25% бюджета вместо нынешних 10%. И провозгласили переход от «богатой страны и бедных людей» к «зажиточной стране и зажиточному народу». Всего-то за пять ближайших лет. «Мы хотим, чтобы плоды развития доставались людям», – провозгласил премьер Госсовета Вэнь Цзябао («Коммерсант», 3 марта 2011 года). По российским меркам – утопия. По китайским – вполне достижимая цель, достойное воплощение некогда у нас популярного «мы рождены, чтоб сказку сделать былью».

Отчуждение как набирающая силу опасность

Работники отчуждены от результатов труда, собственности, дохода и управления; не влияют либо слабо влияют на деятельность компаний, по сути, бесправны и зачастую находятся в недопустимой зависимости от хозяев и менеджмента, не мотивированы на заинтересованный, эффективный труд. А если и трудятся с полной отдачей – это уже на уровне чуть ли не рефлекса (будто в генах заложено!?) – просто не могут иначе.

Актуальны перемены, в основе которых – изменение взаимоотношений между собственниками и наёмными работниками. Однако это вряд ли возможно в нынешних условиях, когда «правят бал» временщики и «спецы по захватам и распилам» (взять по максимуму сегодня, а завтра хоть трава не расти), процветает коррупция, чиновник властвует над предпринимателем. Работники отчуждены также и от информации, и, как правило, не осведомлены о текущем состоянии компании, не мотивированы на будущее её развитие. Системное отчуждение (анализ политической составляющей выходит за рамки статьи) в экономике означает тотальное наёмничество – унизительное, бесправное, всё более противоречащее национальным интересам страны.

Сегодня в России 70-75% работников – «работающих бедных» (отечественное ноу-хау) – едва сводят концы с концами, направляя весь свой доход на текущие личные нужды. Эти цифры подтверждаются и другими опросами. «Известия» показали, что почти две трети респондентов не верят данным Росстата о реальном повышении уровня жизни за последние 10 лет – в так называемые «тучные» годы – и убеждены, что опять доходы олигархов делят на всё население России, а если и стало лучше, то только отдельно взятым людям.

Грошовые зарплаты и мизерные пенсии существенно ограничивают внутренний спрос вместо того, чтобы стать основным источником финансирования экономического саморазвития. Это значит, что у российской экономики в таких условиях нет шансов ни на всестороннюю модернизацию (отдельные примеры не в счёт), ни на конкурентное, по мировым меркам, расширенное воспроизводство в экономике. Рост ВВП и бездефицитный бюджет либо сведение дефицита к минимуму – возможны, прежде всего, благодаря именно резкому взлёту цен на нефть, а потому не должны никого вводить в заблуждение.

Мимо отечественного рынка

Богатеющее меньшинство будет всё более полно удовлетворять свои материальные и духовные потребности на западных рынках, одновременно переводя туда же и свои капиталы. Как показывают опросы, полноценный внутренний спрос не имеет существенных перспектив роста вследствие фактической стагнации платёжеспособности, консервации либо падения реальных доходов населения, инфляции, роста цен. По отдельным группам товаров и услуг массового потребления возможно относительное или абсолютное сокращение внутреннего спроса. В свою очередь, это будет означать, что российский рынок «скукоживается» внутри страны и теряет свою стратегическую привлекательность для иностранных инвесторов.

За последние полгода (сентябрь — февраль), при растущих ценах на нефть чистый отток составил 45 млрд долл. (в феврале 6 млрд долл.). Рынки прогнозируют политические риски, ускорение процессов перераспределения и отъёма собственности, неопределённость будущей политики российского правительства после 2012 года («левый или правый уклон», экономический рост или перераспределение доходов, рыночные реформы или рост госрасходов и т.д., «Ведомости», 29 марта 2011 года).

Мы не рассматривали ситуацию между 10% самых богатых и 10% самых бедных – она давно вышла за рамки нормальной и достаточно хорошо известна обществу (соотношение доходов между ними превысило допустимые 15-17 раз, причём в ряде расчётов фигурируют значения порядка 30-40 раз, но реальный разрыв может быть ещё значительнее).

Позволим себе, однако, предположить, что общепринятое соотношение «10:10» «работает», если в обществе сформирован и играет важную роль «средний класс». В России этого нет. По этой причине представляется возможным утверждать, что данный показатель для более узкого, например, 5%-ного диапазона выборки, будет не только существенно выше, но и более адекватно отражать удручающее положение дел. В мировой практике такую выборку не формируют и не исследуют. Однако подтверждение правомерности и возможности использования подобного оценочного подхода применительно к российской экономике – в таких её особенностях, как набирающая силу концентрация собственности, капиталов и доходов, засилье монополий, интенсивная социальная дифференциация и общественная поляризация и т.д.

Проблема ведь не в форме собственности. Как любил говорить отец китайских реформ Дэн Сяопин, неважно, какого цвета кошка, – важно, чтобы она ловила мышей. Право собственности, безусловно, должно быть гарантировано и надёжно защищено законом. Но собственность должна быть легитимной и функционировать общественно полезно, гармонично сочетая общественные интересы и интересы владельцев, а не служить, в основном, корыстно-эгоистическим или сугубо корпоративным целям.

У нас же сложилась парадоксальная ситуация: неразрывная «тучность» одних и нищета других – словно сообщающиеся сосуды, две стороны плохой медали.Потому что нормально – когда бизнес-лидеры «произрастают» из успешно развивающейся, эффективной, конкурентной экономики богатеющего общества, а не «за его счёт». Разве не благополучием каждого гражданина, в первую очередь, должно прирастать могущество России? Разве не российской земле и общему благу, прежде всего, должны служить результаты совместного труда большинства наших граждан? И разве не прав был академик Святослав Федоров, в самый разгар «чубайсовской» приватизации заявлявший, что из права собственности на средства производства не должно однозначно следовать право собственности на результаты труда, полученные с помощью этой собственности?

Акционерам – быть?

Законы об акционерных обществах есть, они совершенствуются, но, учитывая малочисленность российских акционеров, – в интересах немногих. Практически отсутствует институт российских акционеров как демократическая форма распыления капиталов и борьбы с монополизмом, массового участия граждан в капитале и доходах. Общее число российских акционеров составляет всего доли процента от числа жителей страны, а число акционеров, реально влияющих на деятельность акционерных обществ, – и того многократно меньше. Понятно, речь идёт не о формально-послушных голосованиях на собраниях акционеров, а о массовых актах купли-продажи ценных бумах, осуществляемых десятками миллионов граждан.

А ведь в современных гражданских обществах давно и активно реализуется концепция «демократии участия» – фактического вовлечения большинства граждан в управление общественными процессами. В экономике это проявляется в предоставлении работникам возможности участвовать в распределении доходов, принятии решений и управлении – в частности, через приобретение на тех или иных условиях акций компаний, вплоть до контрольного пакета у трудового коллектива.

Более 70 государств мира (от либеральных США до коммунистического Китая) ещё в последние десятилетия 20-го века приняли пакеты соответствующих законов. В этом направлении сформулированы многие рекомендации Евросоюза. А в 2009 году Нобелевскую премию по экономике получила Элинор Остром. В её работах доказана перспективность общей (коллективной) собственности – наряду с традиционными формами (частной и государственной), а также эффективность совместного управления.

Мы представили результаты опросов тех, кто относится к работающему большинству, – читателей еженедельника «ЭКОНОМИКА и ЖИЗНЬ». Вряд ли будем далеки от истины, резюмируя на основании полученных данных, что от двух третей до трёх четвертей (66–75%) россиян не столько живут, сколько выживают. Их более чем скромный достаток – результат отчуждения от возможностей индустриальной стадии (прежде всего в экономике и социальной сфере). Они пользуются более чем скромным и весьма ограниченным перечнем благ из числа гарантированных гражданам в развитых и всё более доступных в развивающихся странах.

Логично предположить, что в существующих условиях власть, с помощью нефтедолларов, по возможности, будет стремиться осуществлять периодические финансовые инъекции в экономику, инфраструктуру, социальную сферу. Пытаться удержать баланс между доходами и расходами федерального бюджета, затыкая «дыры» импортом, упреждая и гася растущее недовольство населения, сдерживать которое будет всё труднее и всё дороже.

Среднестатистическое благополучие абстрактного россиянина не должно вводить в заблуждение. Сырьевая зависимость отечественной экономики, словно дамоклов меч, висит над страной и её будущим. И если цены на сырье снова рухнут…