Центр макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования представил свежий обзор ключевых тенденций. Весенние месяцы принесли российской экономике противоречивый набор сигналов. С одной стороны, заметно улучшилась внешнеэкономическая конъюнктура, возобновился потребительский спрос и продолжила замедляться инфляция. С другой — инвестиционная активность демонстрирует глубокий спад, а прирост выпуска в ключевых несырьевых секторах остается крайне неуверенным. Это порождает главную интригу текущего года: сумеет ли экономика опереться на оживление потребления и экспорта, или же риски стагнации, связанные с охлаждением инвестиций и слабостью гражданских отраслей, окажутся сильнее.
Высокочастотные данные, агрегируемые по основным отраслям реального сектора, два месяца подряд указывают на определенное улучшение общей хозяйственной ситуации. Однако этот рост пока не смог до конца компенсировать последствия январского спада. Таким образом, динамика первых месяцев года выглядит скорее как осторожный восстановительный отскок, нежели уверенный разворот к устойчивому подъему. Основными драйверами зафиксированного оживления выступили расширение потребления населения и, по всей видимости, наращивание экспортных поставок. Одновременно с этим инвестиции в основной капитал, напротив, снижаются, причем довольно быстро.
Промышленность: ниже уровней IV квартала
Состояние промышленности иллюстрирует эту двойственность. В декабре прошлого года произошла резкая коррекция вниз, а в феврале и марте фиксировалось лишь незначительное восстановительное увеличение. В результате мартовский выпуск оценивается всего в 99,4% от уровня IV квартала даже после устранения сезонного фактора. Отрасль пока не может выйти на рубежи конца 2025 г., оставаясь в зоне околонулевой динамики.
Дополнительный штрих к настроениям в секторе добавляет индекс деловой активности S&P Global PMI® обрабатывающих отраслей. Сезонно скорректированный показатель несколько понизился и остается ниже критической отметки в 50% уже практически полтора года подряд. Столь длительный период негативных оценок ситуации со стороны менеджеров по закупкам превратился в самостоятельный фактор, угнетающий инвестиционную активность в промышленности.
Проблема загрузки
Картина загрузки производственных мощностей подтверждает отсутствие фронтального перегрева в экономике. В целом по экономике уровень загрузки продолжает падать и вышел примерно на 77% с устранением сезонности. Таким образом, аргумент о повсеместной перегрузке мощностей, который ранее приводился в пользу политики «дорогих денег», на агрегированном уровне уже не работает. Однако структурная ситуация остается очень разной. В добыче полезных ископаемых уровень загрузки стабилизировался с учетом новых реалий на мировом рынке, но на исторически низких значениях. В обрабатывающей промышленности загрузка быстро снижается и достигла 69% (сезонность устранена); в целом по обработке, где сосуществуют высокозагруженная «оборонка» и проблемные инвестиционные отрасли, острого дефицита мощностей, по оценкам аналитиков, уже нет. В логистических отраслях падение остановилось, показатель стабилизировался на уровне 77%.
Инвестиции: тревожное снижение
Инвестиционная активность, аппроксимируемая предложением товаров инвестиционного назначения, включая продукцию и услуги сектора ИКТ, по итогам I квартала заметно понизилась. Январское падение не было компенсировано ни в феврале, ни в марте. Среднемесячное предложение инвестиционных товаров в экономике за I квартал оказалось на 2,7% ниже уровня IV квартала. Еще более настораживает то, что установившийся уровень уже на 16% (!) уступает показателям 2024 г. и даже немного ниже, чем в кризисные месяцы 2022 г. Особенно болезненным выглядит спад в сегменте наиболее ценного компонента инвестиций — машин и оборудования.
Внешний сектор и валютный рынок
Внешнеэкономическая конъюнктура в апреле существенно улучшилась. Средняя цена на нефть марки Urals подскочила до 94,9 долл./барр. после 77,0 долл./барр. в марте. На этом фоне произошло заметное укрепление рубля как к доллару США, так и к евро. Курс бивалютной корзины к рублю на 1 мая 2026 г. составил 80,8 руб., снизившись за месяц на 6,1%. Рост курса рубля в апреле был обеспечен резким увеличением объема продаж валютной выручки российскими экспортерами под влиянием ощутимо более высокой нефтяной цены. Стоимостные объемы экспорта товаров в текущих ценах с устранением сезонности по состоянию на март стали постепенно расти — очевидно, благодаря действию ценового фактора и некоторому смягчению ограничений на экспорт. В то же время рост импорта товаров существенно ускорился. Эта тенденция, прямой результат укрепления рубля, оказывает неоднозначное влияние на общую ситуацию: она способствует сбалансированности потребительского рынка, но как минимум крайне неоднозначно сказывается на внутреннем выпуске. Если экспансия конкурирующего потребительского импорта сохранится и усилится, а ее наличие уже подтверждается опросами бизнеса, она может стать важным фактором торможения экономического роста.
Потребительские настроения, спрос и инфляция
В части потребительских настроений ситуация ухудшилась. Инфляционные ожидания и наблюдаемая инфляция по состоянию на май немного разошлись: ожидания очень медленно снижаются, а наблюдаемая инфляция чуть-чуть выросла — причем на фоне устойчивого замедления общей инфляции.
Между тем потребление населения возобновило рост. Почти весь его прирост сосредоточен в торговле непродовольственными товарами и пока носит характер «отскока» после глубокого спада в январе: минус 4,2% в январе, плюс 1,5% в феврале и плюс 3,4% в марте. В других секторах рост заметно медленнее (продовольствие) или отсутствует вовсе (услуги). По мере исчерпания запасов в торговых организациях, где важным фактором стал всплеск продаж товаров длительного пользования, а также по мере удовлетворения навеса «отложенного спроса» рост потребления, очевидно, замедлится, хотя и, несомненно, продолжится.
Инфляция тем временем постепенно снижается. На неделе с 13 по 18 мая даже была зафиксирована легкая дефляция в минус 0,02%. Замедление роста цен стало результатом сочетания двух факторов: укрепления рубля и серьезных проблем со спросом на рубеже 2025—2026 гг.
Баланс рисков: что хорошо и что плохо
Сводя воедино позитивные и негативные сигналы, аналитики констатируют весьма неоднозначную ситуацию. К числу явных плюсов текущего момента можно отнести: существенное улучшение внешнеэкономической конъюнктуры как в отношении мировых цен на нефть, так и в части смягчения экспортных ограничений; возобновление роста потребления населения; сохранение роста заработной платы и реальных располагаемых доходов; а также продолжающееся снижение инфляции с реальным шансом выйти на уровень 5—5,5% по итогам года.
Вместе с тем список тревожных сигналов остается внушительным. Отмечен «отскок» ряда макроэкономических показателей, так и не компенсировавший их предшествовавшего падения. Даже с учетом улучшения во внешнеэкономической сфере, при сохранении нынешних тенденций и текущего характера макрофинансового регулирования прирост ВВП в 2026 г. едва ли превысит 1-процентный уровень — и это на фоне глубокого спада инвестиций. В основной массе гражданских секторов промышленности наблюдается стагнация или спад. Инвестиционный процесс буксует, особенно сильно спад бьет по машинам и оборудованию. Зафиксировано снижение реальных располагаемых доходов населения (с устранением сезонности), вероятно, связанное с падением доходов от финансовых активов. Наконец, на рынке промышленной продукции возобновился рост цен, что может постепенно транслироваться в потребительский сегмент. Сочетание этих факторов задает высокий уровень неопределенности для экономической динамики во II квартале и по итогам года в целом.