Минюст хочет «разогнать» исполнение решений третейских судов

Ключевой новеллой законопроекта является введение в АПК РФ и ГПК РФ новой процедуры — производства по делам, связанным с выдачей исполнительного листа на принудительное исполнение постановления третейского суда об обеспечительных мерах. Эта возможность предусмотрена только для третейских судов, администрируемых постоянно действующими арбитражными учреждениями (ПДАУ), и только при условии, что постановление об обеспечительных мерах принято на территории России.

Если третейский суд принял такое постановление, то сторона разбирательства, в пользу которой оно принято, вправе обратиться в государственный суд (арбитражный суд, суд общей юрисдикции) с заявлением о выдаче исполнительного листа.

Заявление подается в арбитражный суд по месту принятия постановления об обеспечительных мерах, либо по адресу или месту нахождения имущества должника. Оно может быть подано в любой момент до окончания разбирательства в третейском суде. К заявлению прилагается заверенная ПДАУ копия подписанного арбитрами постановления об обеспечительных мерах, а также соглашение о третейском разбирательстве.

Заявление рассматривается судьей без проведения судебного заседания в срок, не превышающий четырнадцати дней. Другая сторона спора вправе представить свои возражения в течение семи дней со дня поступления заявления в суд.

Суд может истребовать из ПДАУ материалы дела, по которому испрашивается исполнительный лист.

При рассмотрении дела суд устанавливает исключительно наличие или отсутствие предусмотренных законом оснований для отказа в выдаче исполнительного листа. Суд не вправе переоценивать установленные третейским судом обстоятельства либо пересматривать постановление об обеспечительных мерах по существу.

Суд вправе отказать в выдаче исполнительного листа, если другая сторона третейского разбирательства представит доказательства того, что третейское соглашение недействительно, состав третейского суда или процедура рассмотрения заявления об обеспечительных мерах не соответствовали соглашению сторон или закону, если постановление об обеспечительных мерах прекратило действие, изменено или отменено, а также если имеется вступивший в силу судебный акт о принятии тех же обеспечительных мер по тождественному спору.

Суд обязан отказать в выдаче исполнительного листа, если установит, что спор не является арбитрабельным, либо если принудительное исполнение обеспечительных мер противоречит публичному порядку.

Определение суда по делу о выдаче исполнительного листа об обеспечительных мерах может быть обжаловано в кассационном порядке.

Если постановление об обеспечительных мерах отменено, изменено или утратило силу, лица, участвующие в деле, вправе заявить о пересмотре вступившего в законную силу судебного акта по новым обстоятельствам.

Остальные положения законопроекта носят характер точечных изменений и не предусматривают каких-либо существенных преобразований.

Проект закона предлагает новый подход к решению вопроса о принятии обеспечительных мер в поддержку ведущегося третейского разбирательства. Меры, принимаемые самим арбитражем, не могут быть исполнены принудительно, и поэтому остаются неэффективными.

Законопроект предполагает упростить этот процесс по аналогии с порядком приведения в исполнение третейских решений. Если третейский суд применит обеспечительные меры, то заявителю не придется повторно доказывать обоснованность этих мер в государственном суде. Государственный суд ограничится проверкой отсутствия оснований для отказа в выдаче исполнительного листа, перечень которых является закрытым. Пересматривать обоснованность принятых мер суд не вправе.

Вместе с тем важно понимать, что предлагаемая новелла касается только третейских судов, администрируемых ПДАУ. Второе ограничение заключается в том, что просить суд о выдаче исполнительного листа можно будет только при условии, что соответствующее постановление третейского суда об обеспечительных мерах принято на территории России.

С учетом консервативного подхода российских судов к определению места арбитража (отсутствие разделения фактического и юридического места третейского разбирательства) это означает, что предлагаемые нормы будут касаться только постановлений о мерах, принятых российскими ПДАУ. На иностранные арбитражные учреждения, официально имеющие статус ПДАУ, новые нормы, скорее всего, распространяться не будут.

Законопроект предусматривает внесение изменений в АПК РФ, ГПК РФ и законодательные акты, регламентирующие деятельность третейских судов, в целях повышения эффективности третейского правосудия в России. Достигать этого планируется двумя способами.

Во-первых, с помощью сокращения сроков и упрощения процедуры рассмотрения госсудами вопросов, связанных с приведением к принудительному исполнению судебных актов третейских судов:

• направление запроса и передача материалов дела из третейского суда для рассмотрения госсудами заявлений о приведении к принудительному исполнению или оспариванию решений третейских судов будут возможны посредством не только почтовой связи, но и электронной почты (ч. 2 ст. 232, ч. 2 ст. 238 АПК РФ, ч. 2 ст. 420, ч. 1 ст. 425 ГПК в редакции законопроекта);

• этап предварительного судебного заседания предлагается исключить из процедуры рассмотрения заявлений о приведении к принудительному исполнению судебных актов постоянно действующих третейских судов (ч. 1 ст. 238 АПК РФ, ч. 1 ст. 425 ГПК РФ в редакции законопроекта);

• заявление о приведении к принудительному исполнению постановления третейского суда должно быть рассмотрено в течение 14 рабочих дней с даты его поступления в госсуд (срок может быть продлен до одного месяца в случае необходимости получения и исследования дополнительных доказательств) без проведения судебного заседания. В свою очередь, другая сторона третейского разбирательства может подать возражения в течение семи дней с даты поступления заявления в суд (ч. 1 и 4 ст. 240.8 АПК РФ, ч. 1 и 5 ст. 427.8 ГПК РФ в редакции законопроекта).

Отметим, что законопроект унифицирует правовое регулирование рассмотрения арбитражными судами и судами общей юрисдикции вопросов, связанных с приведением к принудительному исполнению судебных актов третейских судов, устанавливая по существу идентичные правила для процедур рассмотрения указанных вопросов.

Во-вторых, расширяется возможность получения сторонами в период третейского разбирательства обеспечительных мер, которые будут принудительно исполнены аналогично, как обеспечительные меры государственных судов.

Данные изменения носят революционный характер, поскольку до недавнего времени третейские суды могли выносить только постановления и иные акты о принятии обеспечительных мер, которые подлежат выполнению сторонами, но не могут быть принудительно исполнены в порядке, установленном для исполнения решений третейских судов. Поэтому акты третейских судов об обеспечительных мерах не могут быть принудительно исполнены (п. 36 постановления Пленума ВС РФ от 10.12.2019 № 53).

Согласно законопроекту, сторона третейского разбирательства может получить соответствующие обеспечительные меры двумя независимыми друг от друга способами:

• путем обращения с соответствующим заявлением в государственный суд, который по правилам АПК РФ или ГПК РФ должен рассмотреть обоснованность соответствующего заявления, либо

• путем вынесения третейским судом постановления об обеспечительных мерах.

В последнем случае соответствующее постановление третейского суда подлежит приведению к принудительному исполнению соответствующим государственным судом путем выдачи исполнительного листа. Для этого законопроект предполагает введение в ГПК РФ и АПК РФ принципиально новой процедуры производства по делам, связанным с выдачей исполнительных листов по таким постановлениям третейских судов.

Можно выделить следующие основные моменты этой процедуры:

• для вынесения третейским судом постановления об обеспечительных мерах устанавливаются основания, аналогичные тем, что сейчас установлены для госсудов, что, в свою очередь, повышает гарантии прав сторон третейского разбирательства и служит основой для упрощения процедуры рассмотрения государственным судом вопроса о приведении к принудительному исполнению;

• заявление о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение постановления о применении обеспечительных мер может быть подано по усмотрению стороны в государственный суд по месту принятия постановления, или по месту жительства/нахождения должника, или по месту нахождения имущества последнего. В последнем случае, скорее всего, речь идет о ситуации, когда именно индивидуально определенное имущество должника является объектом обеспечительных мер и прямо указано в постановлении третейского суда;

• закрытый исчерпывающий перечень оснований для отказа приведения к принудительному исполнению постановления третейского суда. Данные основания разделяются в законопроекте на две группы: безусловные (при их наличии суд обязан отказать в выдаче исполнительного листа независимо от того, заявляли ли стороны о них) и применяемые только по заявлению стороны третейского разбирательства (сторона должна доказать наличие таких оснований).

К недостаткам законопроекта, на наш взгляд, можно отнести следующее:

• отсутствие традиционной процедуры исследования и оценки доказательств на основании принципа состязательности сторон, поскольку неясно, будет ли у стороны возможность оспорить доводы, обстоятельства и доказательства стороны, возражающей касательно выдачи исполнительного листа;

• не установлена возможность третьих лиц, не являющихся участниками третейского разбирательства, вступить в процесс рассмотрения вопроса о выдаче исполнительного листа, если принятые третейским судом обеспечительные меры непосредственно затрагивают их права и интересы;

• неясность формулировок ч. 6 ст. 240.7 АПК РФ и ч. 6 ст. 427.8 ГПК РФ — в каких случаях заявление оставляется без движения, а в каких — возвращается заявителю.

Одним из ключевых нововведений законопроекта является внедрение механизма принудительного исполнения обеспечительных мер, принятых третейскими судами по спорам, администрируемым постоянно действующими арбитражными учреждениями (ПДАУ).

С принятием законопроекта станет возможным получение исполнительного листа на принудительное исполнение решения арбитража об обеспечительных мерах без его проверки или пересмотра со стороны госсуда по существу. Соответствующее заявление будет рассматриваться судьей в срок, не превышающий 14 дней, без проведения судебного заседания.

Также предлагается закрепить возможность использования электронной почты, указанной в государственных реестрах (в первую очередь, в ЕГРЮЛ), для уведомления сторон о начале и ходе третейского разбирательства. Практическая реализация данного нововведения будет во многом зависеть от подхода конкретного арбитражного учреждения и его готовности проводить процедуру арбитража в электронном формате. Например, в Арбитражном регламенте РАЦ уже предусмотрена возможность направления документов сторонам по электронной почте (по тем адресам, которые указаны в арбитражном соглашении) и размещения материалов дела в электронной системе РАЦ (ЭСАЦ). В то же время Правила арбитража МКАС по-прежнему требуют предоставления всех документов в трех бумажных экземплярах, что создает дополнительное бремя для сторон и влия­ет на сроки рассмотрения дел.

Законопроект также включает в себя изменения, направленные на ускорение рассмотрения дел и повышение эффективности работы как судов, так и арбитражных учреждений. В частности, предлагается, чтобы госсуды рассматривали заявления о принудительном исполнении решений третейских судов без предварительного судебного заседания, а также предусмотреть возможность обмена документами между арбитражными учреждениями и государственными судами по электронной почте. Учитывая текущую тенденцию к цифровизации и автоматизации правосудия, а также необходимость улучшения работы судов и арбитражных учреждений, данные предложения могут быть только приветствованы.

Тем не менее, остаются вопросы практической реализации: насколько оперативно судами будут обрабатываться запросы, направленные по электронной почте, и не окажутся ли они потерянными среди множества входящей корреспонденции?

Кроме того, законопроект предлагает урегулировать вопросы, связанные с рассмотрением дел в арбитраже, решения по которым требуют внесения изменений в юридически значимые реестры. Ранее КС РФ подтвердил право третейских судов рассматривать споры о недвижимости, указав на необходимость соблюдения при этом публичного порядка. С учетом данной правовой позиции Минюст предлагает ограничить возможность рассмотрения таких споров третейскими судами ad hoc, оставив возможность их разрешения только у арбитражей, администрируемых ПДАУ.

Полагаю, что предлагаемые нововведения будут способствовать укреплению авторитета и независимости арбитража в России, основанного на признании исчерпывающей роли третейского суда в разрешении споров по существу.

Центральное место в рассматриваемом проекте занимают вопросы, связанные с обеспечительными мерами. При этом в проекте есть аспекты, которые также важно иметь в виду.

1. Обеспечительные меры. Замена / отмена обеспечительных мер, введенных третейским судом, будет осуществляться не только посредством испрашивания соответствующих мер от суда в поддержку арбитража, но и посредством подачи соответствующего ходатайства в суд с приложением надлежащим образом заверенного постановления третейского суда (ст. 95 АПК РФ). При этом законопроект существенным образом конкретизирует порядок «исполнения» обеспечительных мер, введенных третейским судом.

Так, главу 30 АПК РФ предлагается дополнить параграфом 4, в котором будет определен порядок подачи, рассмотрения и выдачи / отказа в выдаче исполнительного листа на исполнение постановления третейского суда о принятии обеспечительных мер.

Уже сейчас весьма бурно и с легким скептицизмом обсуждается 14-ти дневный срок на рассмотрение заявлений о выдаче исполнительного листа на исполнение постановления третейского суда о принятии обеспечительных мер, утверждается, что это чрезмерно большой срок. Между тем, несмотря на наличие мнения о затянутости сроков рассмотрения таких заявлений, необходимо посмотреть на ситуацию более комплексно, в том числе с точки зрения лица, против которого направлено такое процессуальное действие. С такой позиции при известной комплексности и сложности, свойственной многим третейским разбирательствам, 14-ти дневный срок на рассмотрение подобных заявлений с 7-ми дневным сроком на предоставление возражений становится более разумным, поскольку позволяет сохранить баланс интересов между сторонами арбитража.

Довольно важное дополнение заключается в том, что сторона, против которой были приняты те или иные обеспечительные меры может потребовать взыскания убытков с другой стороны арбитража, если докажет, что такие меры были непропорциональны и привели к негативным последствиям. Примечательно, что решение о взыскании убытков за «неразумные и непропорциональные» обеспечительные меры будет принимать тот же состав третейского суда, который ранее такие меры сам же дал.

2. «Ускоренная» процедура. Исключение предварительного судебного заседания при рассмотрении заявлений о выдачи исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда.

Исключение этой стадии представляется довольно рисковой мерой, которая предлагается только с оглядкой на рядовые споры, в которых, например, был без каких-либо проблем взыскан долг. Действительно, в таком случае может показаться, что при рассмотрении такого рода заявлений нет необходимости в предварительном заседании.

Между тем, существуют споры, в которых даже вопрос о выдаче исполнительного листа на исполнение третейского решения может потребовать проведения полноценного разбирательства, так как будет требовать анализа большого количества правовых аргументов.

В такой ситуации лицо, возражающее против исполнения, заведомо находится в невыгодной позиции, так как вынуждено и так за короткий срок представить обоснованную позицию о недопустимости исполнения того или иного решения. При этом исключение данной стадии еще больше ущемит возможность таких лиц должным образом защитить свои права на данной стадии.

3. Дополнительные ограничения для арбитража ad hoc. В проекте предлагается исключить возможность рассмотрения в арбитраже ad hoc споров, решения по которым могут влечь внесение изменений в юридически значимые реестры (ст. 43 Закона об арбитраже), при условии, что местом арбитража является Россия. В принципе указанное предложение является логичным продолжением усиления контроля над арбитражем ad hoc.

1. Ускорение производства по делам о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение третейского решения

Предлагается отменить предварительное судебное заседание по делам о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение третейского решения. Представляется, такая поправка позволит быстрее реализовывать механизм принудительного исполнения третейских решений.

2. Возможность принудительного исполнения обеспечительных мер арбитров и введение аналога чрезвычайного арбитра

Принудительное исполнение обеспечительных мер, вынесенных третейским судом, может стать возможным за счет выдачи отдельного исполнительного листа государственным судом. Предложенные основания для отказа в его выдаче соответствуют основаниям для отказа в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение третейского решения (недействительность третейского соглашения, нарушение процедуры и др.). Данное предложение соотносится со ст. 17(H) Типового закона ЮНСИТРАЛ о международном коммерческом арбитраже (ред. 2006 г.).

Также предлагается ввести аналог чрезвычайного арбитра: лицо, согласованное сторонами или «назначенное комитетом по назначениям», вправе принять обеспечительные меры, даже если состав третейского суда еще не сформирован, но только при администрировании спора ПДАУ. Для принудительного исполнения мер, принятых до формирования состава третейского суда, необходимо последующее подтверждение третейским судом, после чего их статус будет приравнен к сразу принятым сформированным составом третейского суда. Можно было бы убрать правило об утверждении обеспечительных мер, чтобы повысить эффективность процедуры – ведь обеспечительные меры требуют быстрой реакции.

Помимо этого, предлагается новая норма о возможности взыскания убытков, если они были причинены обеспечительными мерами, чтобы предотвращать процессуальные злоупотребления.

3. Ограничения для арбитража ad hoc с местом арбитража в России

Предлагается запретить арбитраж ad hoc (арбитраж, который администрируется не ПДАУ) по спорам, решения по которым могут повлечь изменения в юридически значимые реестры.

Иными словами, предлагается установить предварительный (ex ante) контроль на уровне запрета закона вместо лишь последующего (ex post) контроля на стадии принудительного исполнения. С одной стороны, эта мера разгрузит суды. С другой стороны, предложенные изменения не согласовываются с ключевой позицией из Постановления КС РФ от 26.05.2011 № 10-П о том, что юридические последствия в качестве внесения изменений в юридически значимые реестры влечет именно принудительное исполнение третейского решения через суд, а не само третейское решение. Поэтому предложение может привести к чрезмерно императивному правовому режиму для третейского разбирательства.

4. Цифровизация

Предлагается ввести ряд изменений в рамках электронного обмена документами. Во-первых, появляется возможность электронного взаимодействия между ПДАУ и государственными судами для истребования судом материалов дела у ПДАУ, в частности, по которому испрашивается исполнительный лист на принудительное исполнение постановления об обеспечительных мерах. Вместе с тем, истребуя документы, суды должны помнить, что их компетенция ограничена: они не могут пересматривать третейские решения по существу и заново оценивать доказательства. Процедура может быть полезна, когда возникают сомнения в надлежащем уведомлении стороны спора, которая в нем не участвовала. Во-вторых, в рамках процедуры третейского разбирательства предлагается ввести правило о допустимости уведомлений сторон по электронной почте. На практике такой метод применяется, но введение этого правила может исключить вероятность отмены третейского решения в связи с тем, что сторона была уведомлена, например, не по обычной почте, а электронно.