1. Главная / Статьи 
ул. Черняховского, д. 16 125319 Москва +7 499 152-68-65
Логотип
| статьи | печать

«Весенний призыв» старой команды

Возвращение реформаторов 90-х и нулевых в экономику порождает больше вопросов, чем ответов. Всегда ли мы понимаем, что в XXI веке успешные, но вчерашние американские, немецкие, шведские, японские и даже китайские практики обрекают нас на бесконечную погоню за лидерами? Что это не универсальные рецепты и   неспособность к   продуманному применению которых в российских условиях, — без объективного учёта национальных интересов, исторических традиций и культурных корней, догматизм, неистребимая надежда на «невидимую руку рынка» — усугубляет ситуацию.

*****

Доминик Стросс-Кан, бывший директор-распорядитель МВФ, выступая на Московском экономическом форуме, сделал вывод, что   одним из факторов неудачи российских реформ стала попытка перенести европейский образ жизни в другую культуру. Ибо «управление рынком —  чрезвычайно сложный вопрос, поскольку экономическая теория — это не законы физики. Экономика дает определенную информацию, но реальная жизнь сложнее, чем теоретические изыскания» («Независимая газета», 23 марта 2016 г.).

Четверть века российской экономикой рулили доморощенные либералы. Они обходились без стратегии и планирования (не путать с целенаправленно решёнными «задачами»), игнорировали промышленное развитие (как следствие — деиндустриализация и сокращение доли в глобальной экономике).

Подтверждение сказанному — принятые после долгих дебатов и проволочек федеральные законы «О стратегическом планировании в Российской Федерации» (2014 г.) и «О промышленной политике в Российской Федерации» (2015 г.).

Но вступление закона в силу ещё не означает его неукоснительное и эффективное исполнение.

Информация к размышлению

1. Юрий Болдырев, публицист: Госдума рассматривает законопроект о переносе сроков разработки стратегических документов на 2019 г. Это продолжение жизни без стратегии «в условиях крайне недружественного отношения к нам развитых государств мира». Однако преобразования неосуществимы «без широкого согласия по ключевым мировоззренческим позициям», разворота финансово-банковской системы от спекулятивной самодостаточности к реиндустриализации и обслуживанию реального сектора экономики (http://newsland.com/user/17729/content/est-li-alternativa-novoi-kudrinomike/5184425).

2. Алексей Кудрин, председатель совета директоров фонда Центра стратегических разработок (ЦСР): по поручению главы государства предстоит разработать стратегию развития страны после 2018 г. Предварительно понадобятся экспертные разработки по наиболее ключевым проблемам в экономике России (http://polytika.ru/info/59183.html).

Но нет стратегии — нет курса и нет ответственности! Приближённые к власти эксперты в ближайшие два года намерены мониторить и изучать (четверти века оказалось недостаточно!) ситуацию в отечественной экономике, которой остаётся одно — подобно парусу реагировать на порывы ветра, подчиняясь (разумеется, независимым от нас) переменам в его направлении.

Одновременно правительство, убедительно доказавшее свою неспособность бороться с кризисом, настигшим российскую экономику, будет принуждать граждан всё туже затягивать пояса. С одной стороны, перекладывая на них основную тяжесть проблем, одновременно призывая к терпению и сдержанности, с другой — ограничивая (ради сокращения бюджетного дефицита!) соцподдержку и доходы населения, в первую очередь «работающих бедных» и пенсионеров.

Чего стоит, например, предложение Минфина (поддержанное Минтрудом) не выплачивать пенсии работающим пенсионерам?! Чиновники даже не потрудились задуматься о дифференцированном подходе. Ведь основная часть пенсионеров получает не более 10 000—15 000 руб. в месяц. Работают порядка трети пенсионеров. Другое дело — те из них, чьи пенсии измеряются десятками и даже сотнями тысяч рублей. Если они продолжают работать, то и зарплата должна быть соответствующая, иначе «овчинка выделки не стоит». Но об этом власть скромно умалчивает — по своим не бьют…

Информация к размышлению

Илья Трунов, замглавы Минфина: опубликованная информация — это рабочие предложения внутри ведомства, которые будут вынесены на правительство позже.

Ольга Голодец, вице-премьер: «Реформирование пенсионной системы в РФ не входит в компетенцию Минфина» («Финмаркет», 29 апреля 2016 г.).

Странные, однако, порядки во властных структурах… Заметим, Минфин с порога отметает любые предложения ввести прогрессивную шкалу налогообложения доходов физических лиц. Популярный аргумент: равный налог позволил вывести зарплату из тени, и возврат к его дифференциации недопустим. А вот иезуитские идеи любым способом «ободрать как липку» «работающих бедных» (коих большинство!) и пенсионеров отторжения не вызывают…

*****

В тезисах об институциональном обеспечении реиндустриализации страны Ю. Болдырев пишет: «Разворот всей энергетической, транспортной, жилищно-коммунальной и иной инфраструктуры не на максимизацию прибыли, но на обслуживание производящего сектора экономики, промышленного производства, сельского хозяйства, науки, образования и здравоохранения. Соответственно, требование… сбалансированности уровней заработной платы: уборщица в Газпроме не должна получать больше, чем та же уборщица в школе или больнице» (за одинаково выполненную работу. — В.Т.).

При этом «реиндустриализация не должна быть симулятивной», когда власть, делая вид, что меняет курс, ожидает, что всё вернётся на круги своя и «можно будет продолжить паразитировать на природных ресурсах, а значит, и далее деградировать» (там же).

Реиндустриализация состоится, если общество признает приоритет «общего интереса… над личным интересом тех, для кого деградация страны не препятствие к личному успеху».

Соответственно, «достижение частного интереса должно быть жёстко поставлено в зависимость от реализации нашей общей задачи» (выделено мной. — В.Т., там же). Иными словами, необходима среда, в которой прибыль зависит от реиндустриализации, а не от вывоза непереработанного сырья или финансовых спекуляций.

Отсюда требование проведения суверенной экономической и социальной политики — не отгораживаясь от остального мира, от новейших научных, технологических и социальных достижений.

Не менее актуально ответственное управление — на уровне президента, правительства, министерств, Госдумы, Центробанка, Счётной палаты, всех тех, кто реально принимает решения и обязан нести за них всю полноту ответственности (там же).

Информация к размышлению

Ю. Болдырев: мы в одной лодке и по ключевым вопросам не должны отстаивать только своё решение. Нужен социальный компромисс тех, кто за сохранение и развитие своей страны, за приоритет национальных интересов над любыми иными интересами (там же).

*****

Известно, что капитализм — это конкурентные рынки. Но диктатура конкуренции, в целом выгодная всем согласно теории и практике, далеко не однозначна «в частности». Каждый экономический агент хочет равных правил игры для всех, но льгот и преференций — для себя лично (Борис Грозовский, http://www.forbes.ru/finansy/regulirovanie/256543-diktatura-konkurentsii-kak-zashchitit-kapitalizm-o....

Рагхурам Раджан, глава Нацбанка Индии: капиталистическая модель, ориентирующаяся на интересы капиталистов, «порождает экономическую неэффективность и социальную несправедливость. Сталкиваясь с коррумпированным капитализмом, люди выбирают социализм» (выделено мной. — В.Т.).

Но «дух капитализма» заключается не в частной собственности или рыночном обмене, а в свободном доступе к конкуренции. Отсюда мудрое и осторожное госрегулирование, обеспечивающее баланс рисков и поддержание конкуренции (там же).

Следует важное предупреждение: в развивающихся странах олигархи часто останавливают и даже поворачивают вспять развитие рынков, используя тех, кто боится конкуренции — пенсионеров, безработных, бедняков-фермеров. В итоге рыночная экономика теряет способность к развитию и разрушается, а «капитализм для своих» торжествует.

Информация к размышлению

Б. Грозовский: «Ложная дихотомия государство — рынок (на самом деле без государства, создающего инфраструктуру, позволяющую участникам рынков торговать свободно и уверенно, современные рынки невозможны) внушает политикам неверные представления об их функциях в регулировании экономики» (там же).

Формирование эффективной системы рыночных институтов неотделимо от взвешенной внутренней политики, не отягощённой «частными» интересами.

По Р. Раджану, необходимо (Forbes, 7 мая 2014 г.):

— реформировать финансовую систему, отказавшись от правил игры, выгодных немногим,… покончить с правительственными субсидиями и привилегиями, которыми пользуются финансовые институты в отличие от компаний реального сектора, сделать регулирование по-настоящему контрциклическим и выключить стимулы, подталкивающие банки к безудержной погоне за побочными рисками;

— остановить рост социальной поляризации — не за счёт налогов, а за счёт сокращения неравенства в доступе к улучшению человеческого капитала;

— противодействовать дальнейшему накоплению дисбалансов (внутренних и торговых межстрановых), когда экономический успех страны-экспортёра зависит от иностранных потребителей и мировой конъюнктуры.

*****

По мнению депутата Госдумы Валерия Зубова, правительство не способно на действия, адекватные современным вызовам: «Сегодня идёт процесс выталкивания (и самовыталкивания) российской экономики из мировых технологических цепочек, сокращение доступа к современным производственным технологиям, менеджменту — это серьёзная заявка на технологическое отставание… Импортозамещение тормозит развитие технологичных отраслей», актуализируя возврат в современную мировую кооперацию (РБК, 28 апреля 2016 г.).

Среди основных факторов роста издержек отечественной экономики — нерациональное для рыночной экономики размещение производительных сил и социальной сферы, доминирование госкомпаний и корпораций, неспособность административными методами провести диверсификацию экономики.

Чтобы переломить ситуацию в пользу опережающего роста новых производств, необходимо изменить взаимоотношения бизнеса и правоприменительной системы, создать условия для более честной конкуренции и стимулирования более эффективных компаний, видоизменить инвестиционную систему и не направлять налоги, уплачиваемые эффективными компаниями, на поддержку заведомо нерентабельных проектов и т.д. (там же).

Как подчёркивает В. Зубов, важно «трансформировать экономику продавцов (экспорт сырья) в экономику потребителей (стимулирование внутреннего потребления). В первую очередь через налоговую систему: сократить налогообложение сырья, идущего на внутреннее потребление, — НДПИ, акцизы. Это будет выгодно для бизнеса и населения» (Slon.ru, 28 апреля 2016 г.).

Требует неотложного решения проблема эффективного администрирования налогообложения: налоги и сборы для бизнеса — это повышение издержек. У предпринимателей должна быть ясность, в какой среде они формируют долгосрочные инвестиционные решения и готово ли правительство эту среду защищать (там же).

Информация к размышлению

Тщетность попыток правительственных чиновников сгладить негативные тренды в российской экономике и придать импульс инновационному развитию подтверждается одним из важнейших показателей эффективности — производительностью труда, рост которой отстаёт от запланированных темпов. Соответствующий показатель составил в 2015 г. 97,7% от показателя 2014 г. при плане 102,1%. Наибольшее отставание в обрабатывающей промышленности (96,8% при плане 109,5%), авиационной промышленности (112,9% вместо 125,9%), судостроении (102,1% при плане 112,5%) и строительстве (98,8% вместо 106%). Лишь сельское хозяйство достигло или несколько превысило плановый уровень — 104,1% при плане 103,8% («Коммерсантъ», 28 апреля 2016 г.).

*****

Гульнара Биккулова, заместитель генерального директора Российской венчурной компании (РВК), считает, что темпы внедрения инноваций в крупных российских компаниях далеки от мировых образцов. Бизнесу мешают четыре препятствия («Ведомости», 5 мая 2016 г.):

— отсутствие конкурентной среды и целей, достижение которых невозможно без развития инноваций (в России мало компаний, реально нуждающихся в инновациях для развития бизнеса);

— нет понимания, с каких инноваций начинать (в процессах, сервисах, продуктах, со стратегических инноваций);

— нехватка кадров и доминирование корпоративной культуры над предпринимательской (внутри корпораций нужны сотрудники-предприниматели, владеющие маркетингом, технологической экспертизой, опытом руководителя, знанием потребительского спроса);

— неумение пользоваться инновационной экосистемой (для поиска перспективных технологических разработок, которые нуждаются в инвестициях).

Г. Биккулова предупреждает, что «превращение российских крупных предприятий в подобные платформы — процесс небыстрый. В Германии на вовлечение немецких госкомпаний в инновационную активность ушло несколько десятилетий. Первые программы инновационного развития в России появились только в 2010 г., но уже сейчас отдельные компании и люди начинают менять психологию российского бизнеса. Самое главное— оказать им поддержку» (там же).

По мнению ещё одного заместителя генерального директора РВК Евгения Кузнецова, анализ результатов развития инновационного комплекса — от научного до производственного сектора — позволяет сформулировать ключевой вывод: в стране нет дефицита в поддержке инноваций. Проблема в катастрофической разобщенности и отсутствии соответствующих синергетических или комплексных показателей. Например, технопарки и университеты вместо сотрудничества конкурируют за стартапы и темы. Необходимо их эффективное соединение на федеральном и региональном уровне (http://sntr-rf.ru/events/sotrudnichestvo-produktivnee-konkurentsii/).

Не вызывает сомнений, что инновации становятся основным фактором развития. Новая модель глобализации включает в себя процессы как интеграции, так и регионализации. Энергично меняется архитектура мировой экономики. Тому примеры — два крупнейших интеграционных проекта, «Транстихоокеанское партнёрство» и «Трансатлантическое торговое и инвестиционное партнёрство». Наша страна останется в стороне или найдёт свой путь (http://tpprf.ru/ru/interaction/comments/123422/)?

Разобщённость, конъюнктурный подход, схематизм, игнорирование реального положения дел в угоду мейнстриму от economics, отсутствие системности и согласованности в принятии решений на всех уровнях управления — давняя и общепризнанная беда.

Как отмечает Владимир Гельман, профессор Европейского университета в Санкт-Петербурге, «эффективность управления не является приоритетом для российских чиновников, главное для них — результаты выборов и отсутствие социальных протестов» (РБК, 25 апреля 2016 г.).

По этой причине не приходится удивляться недавнему предложению главы правительства Дмитрия Медведева об очередной реформе государственного управления в России.

Спрашивается, почему воспроизводятся прежние дефекты системы госуправления? По В. Гельману, многое объясняет неизменность созданного в стране политико-экономического порядка: «Присвоение ренты — главная цель и основное содержание управления государством на всех уровнях… Аппарат управления на всех этажах вертикали власти прямо или косвенно заточен для решения этих задач». Органы исполнительной власти превратились в «кормушки» для чиновников и связанных с ними групп. «В отсутствие подотчётности по отношению к парламенту и общественности они стремятся не к преобразованиям во вверенных им сферах, а к сохранению статус-кво».

Информация к размышлению

В. Гельман: повышение качества управления для чиновников — «заморочка», навязанная с подачи либеральных советников-реформаторов, не способных создать действенные карьерные стимулы. Примечателен опыт Китая, где «назначение чиновников на многие посты на фиксированный срок сочетается с возможностью пойти на повышение лишь в случае реальных высоких достижений: региональные партийные секретари КПК жёстко борются друг с другом за назначение на должности в ЦК по специально предусмотренной квоте» (там же).

В России «продвижение вверх по карьерной лестнице для эффективно работающих чиновников по большей части обусловлено личными связями с начальством». Кардинального изменения стимулов и механизмов управления не будет. Неэффективные чиновники «окажутся советниками и консультантами в тех же офисах и/или организациях». Разве что увеличится вал отчётности на всех уровнях управления, появятся новые органы внутреннего контроля и различные комиссии, будут введены новые формальные показатели и др. Отсюда скепсис экспертов и скромные ожидаемые результаты от заявленной реформы госуправления (http://www.rbc.ru/opinions/politics/25/04/2016/571e19839a794714bbcad82b).

*****

На важную особенность общемирового развития, всё более проявляющуюся в последние годы, обращает внимание Фёдор Лукьянов, главный редактор журнала «Россия в глобальной политике»: реально существует и растёт повсеместно разрыв между делами и заботами глобализированного, участвующего в международных процессах высшего слоя и большинства, по-прежнему привязанного к национальной почве («Газета.ру», 5 мая 2016 г.).

Информация к размышлению

Ф. Лукьянов: действия США вынуждают «делать выбор: либо встраиваться в намного более жёсткие западные институты (партнёрства под американским управлением), либо искать новые способы обеспечения собственного роста и развития в условиях по-прежнему взаимозависимой, но уже не целостной глобальной экономики… А это конец модели глобализации конца ХХ — начала XXI века и начало чего-то совсем нового».

Для России это означает, что стратегия развития не может строиться на идее интеграции в «американский мир» — туда либо больше не приглашают, либо предлагают условия, которые смущают даже ближайших союзников Вашингтона (там же).

Проблемы фундаментальные. Не случайно В. Зубов ставит под сомнение способность правительственной команды вывести отечественную экономику из кризиса, в который сама же и завела..Он призывает правительство перейти от пассивного наблюдения за ситуацией к реальным действиям, даже если на первых порах это будут ошибочные действия.

Но время ошибок ушло безвозвратно. Ибо «растрата ресурсов ради иллюзорных целей, опирающихся на ложные приоритеты, ожидаемого результата не принесла» (Сергей Шелин, обозреватель ИА «Росбалт»). Добавим: и не принесёт…