1. Главная / Статьи 
ул. Черняховского, д. 16 125319 Москва +7 499 152-68-65
Логотип
| статьи | печать | 4804

Взыскание убытков компании с ее руководителей: когда директора могут привлечь к ответственности

В последнее время судебная практика по взысканию убытков с руководителей компаний складывается таким образом, что при определенном стечении обстоятельств к имущественной ответственности могут привлечь даже вполне добросовестного директора. О том, какие вопросы на практике возникают в судах в процессе применения механизма привлечения к ответственности руководителя компании, какие действия менеджмента компаний могут стать основанием для предъявления соответствующего иска и какие доводы могут быть использованы в защиту привлекаемого к ответственности руководителя, читайте в этом обзоре.

Правовые механизмы взыскания убытков с недобросовестных и некомпетентных руководителей компаний (здесь и далее под термином «руководитель» понимается лицо, осуществляющее функции единоличного исполнительного органа, а также членов коллегиальных органов юридического лица) играют значительную роль в становлении цивилизованной и справедливой предпринимательской среды.

В России положительная судебная практика по таким делам стала складываться совсем недавно. В 2000-х гг. решения о привлечении к ответственности руководителей были весьма немногочисленны, при этом суды очень часто отказывали в иске по таким формальным основаниям, как недоказанность размера убытков (см., например, постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 24.01.2012 по делу № А45-3558/2011) или неоспоренность самой сделки, причинившей обществу убытки (см., например, постановления ФАС Центрального округа от 21.08.2007 по делу № А35-7430/06-С5, Московского округа от 19.11.2009 № КГ-А40/11855-09 по делу № А40-82713/08-57-641).

Первым значительным шагом в исправлении этой ситуации стало так называемое дело Кировского завода и принятое по нему постановление Президиума ВАС РФ от 06.03.2012 № 12505/11 по делу № А56-1486/2010. В этом постановлении впервые подробно анализировались понятия разумности и добросовестности поведения руководителя, были затронуты вопросы о действиях руководителя в условиях конфликта интересов, а также вопросы распределения бремени доказывания в подобных спорах.

Затем в 2013 г. Пленум ВАС РФ выпустил свое знаковое постановление от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее — постановление № 62), в котором уже детально разбирались материальные и процессуальные аспекты взыскания убытков с руководителей юридических лиц.

Таким образом, была однозначно обозначена тенденция на формирование справедливой положительной судебной практики в подобных делах — на удовлетворение обоснованных исков участников обществ к руководителям компаний.

Эта тенденция продолжилась с принятием в 2014 г. изменений в главу 4 «Юридические лица» ГК РФ: в ней появилась отдельная ст. 53.1, касающаяся ответственности лица, уполномоченного выступать от имени юридического лица, членов коллегиальных органов юридического лица и лиц, определяющих действия юридического лица.

Вслед за правовой базой в последние три года сформировался значительный пул судебной практики по взысканию убытков с руководителей компаний.

Переложение на руководителя имущественных санкций, примененных к обществу

Первой, наиболее обширной категорией дел являются дела, связанные с переложением на руководителя мер имущественной ответственности, которые были применены к обществу по его вине.

В пункте 4 постановления № 62 было прямо сказано, что добросовестное и разумное исполнение руководителем своих обязанностей предполагает, что им принимаются необходимые и достаточные меры для надлежащего исполнения обществом своих публично-правовых обязанностей, поэтому в случае привлечения юридического лица к публично-правовой ответственности (налоговой, административной и т. п.) по причине недобросовестного и (или) неразумного поведения руководителя понесенные в результате этого убытки юридического лица могут быть взысканы с руководителя.

В настоящее время практика по применению данного пункта уже сформирована обширная — с руководителей взыскиваются убытки, связанные с назначением обществу административных штрафов за нарушения:

  • в сфере раскрытия и предоставления информации (постановления АС Волго-Вятского округа от 21.08.2015 № Ф01-2629/2015 по делу № А43-19732/2014, Уральского округа от 26.05.2015 № Ф09-2693/15 по делу № А76-3780/2014, от 30.07.2015 № Ф09-3727/15 по делу № А60-46240/2014, Восточно-Сибирского округа от 08.12.2014 № Ф02-5518/2014 по делу № А10-825/2014);

  • в сфере интеллектуальной собственности (постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 21.11.2013 по делу № А67-8652/2012);

  • требований пожарной безопасности (постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 30.03.2015 № Ф04-16354/2015 по делу № А46-6878/2014);

  • правил охраны труда (постановление Арбитражного суда Московского округа от 27.04.2015 № Ф05-2779/2015 по делу № А41-15774/2014);

  • а также убытки, причиненные обществу взысканием с него в пользу работников денежных компенсаций в связи с нарушением руководителем трудового законодательства (постановление ФАС Северо-Западного округа от 11.06.2014 № Ф07-3112/2014 по делу № А56-48229/2013).

Наиболее распространенной ситуацией, пожалуй, можно назвать именно взыскание убытков, связанных со штрафами, назначаемыми ЦБ РФ как регулятором на рынке ценных бумаг (ст. 15.19 и 15.23.1 КоАП РФ). Это можно объяснить тем, что штрафы, причем существенные (500 000—700 000 руб.), ЦБ РФ выписывает повсеместно, на жалобы об имеющихся нарушениях реагирует оперативно, а сама правовая сфера такова, что нарушения при необходимости можно найти практически у любой компании.

Ни для кого не секрет, что зачастую такие административные штрафы становятся аргументом в корпоративном конфликте — любой миноритарный участник может выявить/сподвигнуть общество на соответствующее нарушение, пожаловаться в ЦБ РФ и тем самым спровоцировать взыскание с общества значительного штрафа. Теперь в связи с появлением проработанной практики взыскания убытков с органов управления юридических лиц невольной жертвой таких корпоративных конфликтов может стать именно руководитель компании, если контролирующий общество участник или акционер решит переложить убытки на него либо если миноритарный участник или акционер изначально инициировал жалобу в ЦБ РФ, чтобы впоследствии предъявить иск именно к руководителю и таким образом воздействовать персонально на него.

В свете такой обширной судебной практики становится интересным другой вопрос: в каких случаях суды отказывают в переложении ответственности на руководителя?

В том же п. 4 постановления № 62 сказано, что руководитель в обосновании своей добросовестности может ссылаться на то, что квалификация действий (бездействия) общества как правонарушения является неоднозначной. Например, в связи с отсутствием единообразия в применении законодательства налоговыми, таможенными и иными органами руководитель не мог знать, что соответствующие действия (бездействие) юридического лица являются неправомерными.

Есть несколько дел, связанных с налогообложением, в которых суды согласились с подобным доводом руководителя. ВАС РФ в делах № А65-16556/2012 (постановление Президиума ВАС РФ от 10.12.2013 № 10481/13) и № А55-30272/2011 (Определение ВАС РФ от 31.01.2014 № ВАС‑988/14) указал, к примеру, что в ситуации правовой неопределенности в отношениях, связанных с уплатой НДС при реализации заложенного имущества в процедуре конкурсного производства, в действиях конкурсного управляющего отсутствовали признаки недобросовестности или неразумности.

Таким образом, по аналогии при наличии правовой неопределенности в квалификации действий (бездействия) общества в качестве правонарушения нельзя говорить об ответственности руководителя за такое правонарушение, поскольку он не мог однозначно знать, что такие действия (бездействие) общества являются правонарушением и могут привести к неблагоприятным последствиям.

Из иных доводов, на которые суды ссылались при отказе во взыскании с руководителя убытков, связанных с привлечением общества к публично-правовой ответственности, можно отметить следующие:

  • в период вынесения предписания и наложения штрафа ответчик находился в ежегодном отпуске, в связи с чем по объективным причинам не мог повлиять на своевременность исполнения предписания и избежать наложения административного штрафа (постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 14.07.2015 № 05АП‑5116/2015 по делу № А59-4454/2014);

  • учитывая значительный масштаб деятельности общества, генеральный директор обязан организовывать деятельность общества в целом, а не обеспечивать исполнение конкретных действий (постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 14.07.2015 № 05АП‑5116/2015 по делу № А59-4454/2014);

  • привлечение общества к административной ответственности было вызвано фактическим отсутствием хозяйственной деятельности общества, а не виной руководителя (постановление ФАС Волго-Вятского округа от 21.01.2014 по делу № А29-2641/2013).

Отдельно стоит отметить, что весьма распространена практика отказа во взыскании с руководителя убытков, связанных с налоговыми правонарушениями (постановления АС Западно-Сибирского округа от 05.08.2015 № Ф04-20765/2015 по делу № А27-12161/2014, Московского округа от 06.08.2015 № Ф05-10059/2015 по делу № А40-166191/14, Северо-Западного округа от 16.10.2014 по делу № А66-312/2014). В таких делах суды особое внимание уделяют вопросу наличия у руководителя умысла на причинение вреда компании, и если речь не идет о злонамеренных соглашениях и (или) целенаправленном выводе активов, то с позиции судов такие нарушения охватываются предпринимательским риском и не могут быть оценены как недобросовестные и неразумные действия. Однако если доначисление налогов и применение к обществу штрафных санкций обусловлено умышленными виновными действиями руководителя, такими как, например, сокрытие первичной бухгалтерской документации (постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 02.10.2015 № 09АП‑37203/2015 по делу № А40-3077/2015) или вывод активов из общества (постановления Арбитражного суда Уральского округа от 25.06.2015 № Ф09-3904/15 по делу № А60-31065/2014, Третьего арбитражного апелляционного суда от 24.12.2014 по делу № А33-5110/2014), то, безусловно, такие убытки могут быть взысканы с руководителя.

Все вышеупомянутые дела были основаны на привлечении компании к публично-правовой ответственности. Однако необходимо иметь в виду, что также имеет место практика взыскания с руководителей убытков, связанных с привлечением общества к гражданско-правовой ответственности, например:

  • в деле № А40-4891/14 суд удовлетворил требование о взыскании убытков с генерального директора, по указанию которого компания приняла заведомо неисполнимые обязательства по возврату кредита, что повлекло за собой начисление предусмотренных кредитным договором штрафных санкций (постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 13.07.2015 № 09АП‑25736/2015);

  • в деле № А32-8701/2014 суд удовлетворил требование о взыскании убытков с генерального директора, установив, что нарушение договоров с клиентами дилерского центра было вызвано бездействием генерального директора, который несвоевременно перечислял денежные средства и исполнял договоры с большой задержкой (постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 10.12.2014 № Ф08-9601/2014);

  • в деле № А24-4322/2009 суд удовлетворил требование о взыскании убытков, установив, что руководитель, действуя явно недобросовестно и неразумно и обладая денежными средствами в достаточном размере, сознательно не погашал займы, что причинило обществу убытки в виде начисления пеней (Определение Верховного суда РФ от 03.12.2014 № 303-ЭС14-4574)

Таким образом, переложение на руководителя примененных к обществу имущественных мер публично-правовой ответственности — наиболее распространенное основание для взыскания с руководителя убытков. В таких делах достаточно сложно подбирать доводы в защиту руководителя, поскольку презюмируется, что при добросовестном и разумном исполнении своих обязанностей он должен был обеспечить соблюдение обществом всех публично-правовых обязательств.

При этом надо отметить, что суды необоснованно редко учитывают довод о масштабах деятельности компании. В результате получается, что руководитель отвечает своим имуществом за соблюдение обществом любых, даже технических или формальных, обязанностей. Даже если в обществе имеется целый отдел сотрудников, которые следят за их исполнением, и контроль за каждым из таких сотрудников не может входить в круг непосредственных обязанностей руководителя. Было бы правильно учитывать этот момент в такого рода спорах.

Дела о переложении на руководителя мер имущественной гражданско-правовой ответственности встречаются значительно реже, поскольку пока нет презумпции, что соблюдение гражданско-правовых обязательств общества находится в зоне ответственности руководителя. Поэтому по данному основанию убытки взыскиваются с руководителя, как правило, только в тех случаях, когда отсутствует какое-либо разумное объяснение поведению директора.

Вывод активов общества

Категорию дел, в которых происходит вывод активов общества, можно назвать наиболее однозначной с точки зрения правовой квалификации. В большинстве случаев эти дела связаны с безосновательным перечислением генеральным директором денежных средств пострадавшего общества третьим лицам, в том числе:

  • по фиктивным (без встречного предоставления) договорам (постановления Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 07.04.2015 № Ф02-857/2015 по делу № А10-461/2012, Седьмого арбитражного апелляционного суда от 12.08.2014 № 07АП‑7416/2013 по делу № А67-2640/2013);

  • в счет погашения несуществующих задолженностей (постановления АС Уральского округа от 11.09.2014 № Ф09-5846/14 по делу № А71-11519/2013, Западно-Сибирского округа от 05.11.2015 № Ф04-24878/2015 по делу № А46-8444/2014);

  • в отсутствие каких бы то ни было договорных правоотношений вообще (постановление Арбитражного суда Московского округа от 10.06.2015 № Ф05-6532/2015 по делу № А40-182792/13).

В таких делах часто встает вопрос о конкуренции между иском о взыскании убытков с руководителя и другими способами защиты прав общества, поскольку в причинении убытков участвует не только руководитель общества, но и другие лица, с которых можно также попытаться получить имущественное возмещение (например, аффилированные с директором лица, которым он безосновательно перечислил денежные средства).

Как разъяснено в п. 8 постановления № 62, удовлетворение иска к руководителю не зависит от того, имелась ли возможность возмещения имущественных потерь юридического лица с помощью иных способов защиты гражданских прав (применение последствий недействительности сделки, взыскание неосновательного обогащения и т. д.). В иске к руководителю должно быть отказано только в случае, если общество уже получило возмещение своих имущественных потерь.

Тем не менее во многих случаях истец обращается с иском к руководителю только после неудачной попытки получить возмещение с компании, которой общество (по указанию руководителя) непосредственно перечислило денежные средства. И только если такие компании оказываются «пустышками» и получить с них возмещение невозможно (постановления АС Восточно-Сибирского округа от 18.11.2015 № Ф02-6066/2015 по делу № А58-5375/2014, Московского округа от 23.04.2015 № Ф05-3784/2015 по делу № А41-41538/14, Седьмого арбитражного апелляционного суда от 12.08.2014 № 07АП‑7416/2013 по делу № А67-2640/2013), общество обращается с иском к своему руководителю, виновному в причинении таких убытков.

Однако из п. 8 постановления № 62 прямо следует, что пострадавшее общество или его участники вправе сразу напрямую обращаться с иском о взыскании убытков к руководителю, делать перед этим попытки получить возмещение своих потерь каким-либо иным способом не обязательно.

Злоупотребления руководителя в сфере выплат сотрудникам компании

Такие злоупотребления представляют собой необоснованное либо совершенное в обход установленных в обществе процедур повышение руководителем оклада или осуществление выплат либо самому себе, либо иным сотрудникам.

Наиболее распространены, конечно же, ситуации, когда руководитель повышает оклад или выписывает премию самому себе (определения Верховного суда РФ от 13.10.2014 № 305-ЭС14-2049 по делу № А40-115151/2013, от 05.12.2014 № 305-ЭС14-5312 по делу № А41-33527/2013, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 12.11.2015 № 09АП‑45380/2015 по делу № А40-62262/15).

Так, в одном деле руководитель общества, являвшийся одновременно акционером, владеющим 51% акций этой компании, в течение нескольких лет подписывал дополнительные соглашения к своему трудовому контракту, которыми повышал свой оклад и закреплял свое право на получение премий и материальной помощи от общества на основании своих собственных приказов. Данные дополнительные соглашения, в отличие от самого трудового контракта, не проходили утверждения на общем собрании акционеров. Таким образом руководитель получил дополнительный доход в сумме около 8 млн руб.

Апелляционная инстанция отказала во взыскании убытков с руководителя, в том числе на том основании, что, имея 51% акций общества (то есть большинство голосов), он якобы мог и на общем собрании акционеров принимать решения в свою пользу на законных основаниях.

Кассация отменила акт нижестоящего суда и удовлетворила требование о взыскании убытков с руководителя, указав, что, поскольку повышение размера вознаграждения и установление иных материальных выплат генеральному директору, являющемуся одновременно и акционером общества, представляет для последнего сделку с заинтересованностью, то данный вопрос действительно должен был решаться на общем собрании акционеров, но только большинством голосов всех не заинтересованных в сделке акционеров, то есть исключая самого руководителя (постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 08.07.2015 № Ф07-2558/2015 по делу № А56-39553/2014).

Нередко директор идет на подобные махинации непосредственно перед увольнением и пытается недобросовестным образом повлиять на размер своего выходного пособия (Определение Верховного суда РФ от 06.07.2015 № 307-ЭС15-8603 по делу № А66-11084/2014).

Распространенным доводом ответчиков в подобных делах является ссылка на то, что именно к компетенции генерального директора уставом, как правило, относятся вопросы поощрения работников, определения размеров оплаты труда и иных материальных выплат.

Однако судебная практика по этому вопросу вполне определенно (постановления Арбитражного суда Московского округа от 16.07.2015 № Ф05-7322/2014 по делу № А40-100331/13, от 28.01.2015 № Ф05-15456/2014 по делу № А41-35729/14, от 30.12.2014 № Ф05-259/2014 по делу № А40-65239/13, Девятого арбитражного апелляционного суда от 12.11.2015 № 09АП‑45380/2015 по делу № А40-62262/15) указывает на следующее:

  • генеральный директор общества наделен правами и обязанностями работодателя лишь в отношениях с работниками общества и выступает в качестве работника в отношениях с обществом-работодателем;

  • из положений трудового законодательства (ст. 2, 21, 22, 57, 129, 135 и 136, 145 ТК РФ) следует, что любые денежные выплаты производятся исключительно с согласия и на основании выраженного волеизъявления работодателя, которым по отношению к генеральному директору выступает общество.

Таким образом, любое самостоятельное назначение денежных выплат руководителем самому себе является выходом за пределы его компетенции и может послужить основанием для взыскания с него убытков, причиненных обществу.

Другая ситуация складывается, когда руководитель действует в пределах своих полномочий — выплачивает премии, выходные пособия другим работникам. Однако это также может причинять убытки обществу, если такие действия являются экономически необоснованными.

Так, в одном деле (постановление ФАС Московского округа от 10.07.2013 по делу № А40-104578/12-22-1017) общество обратилось с иском к генеральному директору о взыскании убытков на сумму более 7 млн руб., причиненных выплатой неразумно высоких премий и выходных пособий ряду сотрудников.

Несмотря на то что директор действовал в рамках своих формальных полномочий, суд удовлетворил иск и привел следующие доводы неразумности действий ответчика и их противоречия интересам организации:

  • отдельным работникам премия выплачивалась в день увольнения или незадолго до него, что не согласуется с доводом ответчика о том, что «премия выплачивалась, чтобы каждый работник дорожил своей работой в обществе, осознавал, что от результатов работы общества в целом зависит его материальное положение»;

  • ответчик сослался на то, что согласовал с отдельными работниками условия о повышенных выходных пособиях, поскольку «такие условия труда наиболее заинтересуют профессионалов», однако эти работники работали в компании уже долгое время (некоторые более года), то есть были согласны и с прежними условиями трудовых договоров, следовательно, заключение с работниками дополнительных соглашений о повышенном выходном пособии явно неразумно и влечет для организации ничем не обоснованные дополнительные расходы;

  • размер годовой выручки общества составил 1,7 млн руб., соответственно, направление на выплату премий и пособий более 7 млн руб. являлось, с точки зрения суда, явно неразумным действием и противоречило интересам организации, целям ее деятельности.

Таким образом, даже в ситуации, когда руководитель действует в пределах своих полномочий (выплачивает работникам премии, пособия, зарплаты), суд может взыскать с него причиненные обществу убытки, если установит, что эти действия были экономически необоснованными, неразумными, противоречащими интересам организации. Отсутствие в документах организации практического обоснования необходимости повышения зарплат в таком случае может сыграть негативную роль для руководителя.

Заключение экономически невыгодных сделок

Даже если сделка юридически грамотно совершена (действительна), исполнима или уже исполнена, она тем не менее может быть экономически невыгодна или вовсе убыточна для общества, как в целом, так и по отдельным своим условиям.

В первом случае сделка убыточна для общества из-за ее отдельных невыгодных условий. Как правило, речь идет о заниженной цене сделки.

Так, в одном деле генеральный директор передал себе в аренду автомобили, принадлежащие обществу, по заниженной цене (постановление Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 13.10.2014 по делу № А31-5147/2013).

В других спорах директора реализовывали товар, производимый компаниями, по заниженной цене (постановления Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 19.02.2015 № Ф08-549/2015 по делу № А32-7549/2013, ФАС Восточно-Сибирского округа от 11.06.2014 по делу № А33-6029/2013).

Еще в одном деле суд взыскал с генерального директора убытки, связанные с продажей недвижимого имущества общества по заниженной цене (постановление Арбитражного суда Уральского округа от 09.04.2015 № Ф09-1019/15 по делу № А71-10688/2013).

В таких спорах для того, чтобы определить, насколько рыночными являются условия спорных сделок, суды назначали соответствующую экспертизу.

Во втором случае сделка убыточна, потому что у компании не было экономического интереса в заключении данной сделки как таковой, вне зависимости от ее условий.

В деле № А56-29564/2014 (постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.02.2015 № 13АП‑27659/2014) суд удовлетворил заявленные требования о взыскании убытков с руководителя, согласившись с доводами о том, что необходимости в заключении договора поставки упаковочных картонных коробов не было, поскольку реализуемый обществом товар уже имел фабричную упаковку.

В деле № А70-6366/2014 (постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 19.06.2015 № Ф04-19529/2015) суд признал, что генеральный директор от имени общества приобрел за плату у банка право требования к третьему лицу в отсутствие экономического интереса общества в заключении данной сделки исключительно с целью погашения собственной задолженности перед банком, поскольку он являлся поручителем по данному обязательству.

В деле № А47-9938/2013 (постановление Арбитражного суда Уральского округа от 09.10.2014 № Ф09-6415/14) суд взыскал с руководителя убытки, возникшие в связи с заключением экономически невыгодного для общества договора подряда в пользу третьего лица.

Безусловно, в подобных спорных ситуациях бывает, что сделка является экономически целесообразной, хотя это не очевидно. Например, низкая цена может быть обусловлена крупным размером партии товара, а сделка в интересах третьего лица — общими экономическими интересами общества с этим лицом. В этом случае задача ответчика (руководителя) — представить суду доводы и доказательства, раскрывающие экономическую обоснованность его действий.

В целом, особенностью данной категории дел является то, что, с одной стороны, суд не должен подменять собой менеджмент компании и судить о правильности принятых бизнес-решений, с другой — он должен обеспечивать защиту прав юридических лиц и их участников от недобросовестных и (или) неразумных действий руководителей.

Перед судом встает нетривиальная задача — определить, где проходит граница обычного (предпринимательского) риска и вписываются ли в него действия привлекаемого к ответственности руководителя или нет. Для этого суду нельзя ориентироваться только на формальные признаки убыточности или невыгодности сделки, а нужно анализировать все обстоятельства, при которых была заключена соответствующая сделка (в том числе финансовое состояние общества, состояние соответствующего рынка товаров и услуг, статус взаимоотношений с контрагентами и иное). И только если несмотря на все проанализированные обстоятельства действия (бездействие) руководителя не находят логического обоснования, то можно говорить о его неразумном и недобросовестном поведении, повлекшем неблагоприятные последствия для компании.

Рекомендации руководителям

В настоящем обзоре обозначены только наиболее крупные категории дел, которые, естественно, не охватывают все возможные основания для исков о взыскании убытков с руководителей фирм. Закрепленная в ГК РФ общая обязанность руководителей компаний действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно позволяет любые действия менеджмента оценивать с точки зрения соблюдения этой обязанности и при наличии у общества неблагоприятных последствий от таких действий заявлять соответствующий иск.

Однако даже в рамках представленного обзора понятно, что в подобных делах имеется значительная доля судейского усмотрения, поскольку судье в какой-то степени приходится вставать на позицию менеджмента и оценивать персональную добросовестность и разумность привлекаемого к ответственности руководителя.

В этой ситуации формальное соблюдение процедуры согласования сделки внутри компании путем получения одобрений от компетентных органов управления общества не позволит полностью исключить возможные риски. Так, в п. 7 постановления № 62 сказано, что поскольку руководитель несет самостоятельную обязанность действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно, то сам по себе факт одобрения его спорных действий коллегиальными органами компании или ее участниками не является основанием для отказа в иске о взыскании с руководителя убытков.

В связи с этим на сегодняшний день юристам стоит уделять внимание экономическому (или иному субстантивному) обоснованию спорных действий руководителя, будь то повышение зарплаты, выплата премий, заключение сделок и т. д. Такое обоснование может содержать краткую оценку текущего состояния компании, рынка, ожидаемый эффект от совершаемых сделок или действий, какие цели при этом достигаются и пр. Естественно, желательно (хотя не обязательно), чтобы это обоснование предваряло соответствующие действия руководителя, например, было включено в тот же протокол об одобрении сделки, а не составлялось уже задним числом, после предъявления иска.

Если спорная ситуация предполагала несколько вариантов действий руководителя, то, наряду с обоснованием, имеет смысл запастись подтверждением того, что руководитель добросовестно исследовал все возможные варианты (например, путем запроса предложений от иных контрагентов и т. п.).

Подготовка таких доказательств добросовестного подхода руководителя к исполнению своих обязанностей поможет снизить риск привлечения руководителя к ответственности, особенно в условиях потенциального корпоративного конфликта, либо когда речь идет о значимых для бюджета компании решениях.