1. Главная / Статьи 
ул. Черняховского, д. 16 125319 Москва +7 499 152-68-65
Логотип
| статьи | печать | 1918

Вероника Скворцова: «По поводу финансирования медицины россиянам волноваться не стоит»

Министр здравоохранения РФ Вероника Скворцова ответила на вопросы «ЭЖ» о том, что будет с российской медициной в связи со сложной экономической ситуацией в мире и в стране, урежут ли бюджет на лекарства, чего ждать от оптимизации здравоохранения и т.д.

— Что такое «оптимизация» здравоохранения, каких перемен ждать?

— Оптимизация — это всего лишь речевой штамп для обозначения комплекса мероприятий, цель которых — повышение доступности и качества медицинской помощи. Так сложилось, что система здравоохранения на сегодняшний день недостаточно эффективна. Ошибки и проблемы в ней накапливались в течение многих лет, как минимум с начала 70-х гг. Если говорить о самых базовых недостатках российского здравоохранения, которые видны не только специалисту, но и пациенту, то их два.

Первый — несовершенство системы оказания первичной медико-санитарной помощи, в которой чаще всего нуждаются люди в их каждодневной жизни и которая является самым близким к пациенту звеном здравоохранения. Нередко помощь в поликлинике оказывается формально, отсутствует индивидуальный подход, не в полной мере внедряются профилактические программы, диагностические и стационарзамещающие лечебные методы. А ведь главной задачей первичного звена является постоянный контроль за здоровьем прикреплённого населения, самое раннее выявление заболеваний или даже факторов риска их развития и проведение индивидуализированной профилактики.

Второй недостаток системы — неполное соответствие стационарной медицинской помощи современным технологическим возможностям. Каждый человек в течение своей жизни заболевает хотя бы один раз так, что ему требуется серьёзное лечение в стационарных условиях. Задача стационара — быстро распознать причину заболевания и максимально качественно и своевременно оказать помощь, включая самые современные высокие технологии. Человек не должен просто лежать в больнице, в больнице он должен лечиться, причём теми методами, проведение которых невозможно в амбулаторных условиях. А чтобы широко внедрять самые передовые и дорогостоящие медицинские технологии и обеспечить их равнодоступность для каждого россиянина, нужно существенно повысить эффективность организации всего лечебного процесса, подготовить медицинские кадры и медицинскую инфраструктуру к правильному распределению ответственности между амбулаторным уровнем, дневными и круглосуточными стационарами.

— Общество стареет, тяжёлых заболеваний становится больше. Может, следует расширять стационарное лечение?

— Нужно стремиться к развитию здорового и активного долголетия. А для этого прежде всего необходимо внедрять здоровый образ жизни, новые технологии сохранения здоровья. Современная диспансеризация, в том числе лиц старшего возраста, позволяет не только выявлять заболевания на самых ранних стадиях, но и препятствовать их хронизации или появлению осложнений. В 2013 г. впервые за последние 30 лет мы провели диспансеризацию более 35,5 млн россиян, в том числе 4,5 млн представителей старших возрастных групп, включая все 455 тысяч ветеранов и инвалидов Великой Отечественной войны. Многим из них это спасло жизни и предотвратило попадание в больницу.

Безусловно, при выявлении патологии, требующей стационарного лечения, оно должно проводиться. Напомню: за 2013 г. был существенно увеличен объём высокотехнологичной медицинской помощи — до 506 тысяч человек, в том числе оказанной нашим гражданам старших возрастных групп — до 250 тысяч человек, что на 43 тысячи больше, чем в предыдущем году. В 2014 г. граждане старше 60 лет — это уже более 50% получателей высокотехнологичной медицинской помощи. За пять лет объём операций по протезированию суставов у пожилых увеличился на 70%. А это — мобильность, возможность жить нормальной жизнью. Несколько лет назад практически не оперировали лиц старше 80 лет. Ситуация изменилась в 2013 г.: эндопротезирование было сделано 10,6 тысячам пациентов старше 80 лет, увеличение объёма за один год — на четверть.

— Как намерены снижать спрос на стационарное лечение?

— С 2013 г. мы начали активно развивать реабилитационную службу, в том числе за счёт перепрофилирования коек. Впервые были внедрены нормативы финансового обеспечения медицинской реабилитации, приняты порядки её проведения. Очень важно, чтобы после интенсивного лечения подключалась стационарная и амбулаторная реабилитация для максимально полного восстановления нарушенных функций организма. Пассивное длительное нахождение в больнице нередко имеет не положительный, а отрицательный эффект на здоровье, особенно у людей старшего возраста.

Такой подход, однако, нисколько не исключает необходимости развития паллиативной помощи тем, кого, к сожалению, современная медицина не может излечить.

Важно развивать и социальный уход за одинокими людьми старших возрастных групп. Этим занимается служба социальной защиты, но в тесном контакте с медицинским сопровождением.

Таким образом, само развитие медицины и появление высокоэффективных лечебных технологий требуют изменений организации системы здравоохранения. Однако эта сфера настолько чувствительная и значимая для каждого человека, что все преобразования должны быть выверенными и комфортными для людей.

— Вы вступили в должность министра в 2012 г. с идеей сделать первичное звено главным при оказании медицинской помощи людям. Каким видите это «звено» сегодня?

— Принципиальных задач первичного звена две. Первая — оказать человеку профилактическую помощь с качественными скринингами здоровья, чтобы любые негативные изменения в его организме были выявлены на самых ранних стадиях. И вторая — помочь в преодолении таких заболеваний, которые хоть и не угрожают жизни, но имеют наибольшее распространение и в результате влияют на продолжительность жизни.

Сегодняшние проблемы в первичном звене неслучайны, они имеют свою историю. Этот сегмент медицины с конца 60-х гг. был существенно обделён вниманием. Уже в 70-е гг. сложилась ситуация, что на враче практически ставили клеймо недостаточной профессиональности, если он «задерживался» на работе в первичном звене. Было престижно работать в стационарах, клиниках, на кафедрах — только не в поликлиниках. Постепенно разрушался образ врача «общей практики».

Диспансеризация, запущенная в начале 80-х, оказалась в большой степени формальной, потому что часто не сопровождалась ни хорошей диагностикой, ни конкретными мерами превентивного лечения. Кроме того, не были внедрены в первичное звено стационарзамещающие технологии, слабо развивались дневные стационары.

В 90-е гг. организация первичной медико-санитарной помощи стала полномочием муниципалитетов. В результате очень быстро качество её оказания стало существенно отличаться не только от региона к региону, но и внутри одного региона. Выравнять её, сделать качественной и доступной, а работу в ней престижной — наша основная задача в этом направлении.

— Специалистов в России сегодня не хватает. Треть выпускников медицинских вузов вообще уходит из системы...

— Многое удаётся изменить к лучшему. Мы активно развиваем сеть первичных медицинских учреждений: число центров и отделений врачей общей практики с 2009 по 2013 гг. увеличилось в 2,5 раза. Создано более 8000 выездных медицинских бригад, которые оснащены портативным диагностическим оборудованием.

Большое внимание уделяем решению кадровой проблемы. Важную роль сыграла программа «Земский доктор», благодаря которой более 14 тысяч молодых медиков приехали на работу в село. Чтобы восполнить кадровый дефицит в первичном звене, мы расширили целевой набор в медицинские вузы. И сегодня более 50% абитуриентов, поступающих в вуз, уже знают, где будут работать. Изменили саму финансовую модель первичной медицинской помощи — внедрили тариф на медицинскую профилактику, переориентируя первичное звено на предупреждение заболеваний, заставляя врачей больше внимания уделять пациентам. Впервые тариф и оплата труда врачей стали зависеть от результатов работы — состояния здоровья прикреплённого населения.

Кроме того, в этом году наши ведущие специалисты из НИИ организации и информатизации здравоохранения по заданию Минздрава провели масштабное фотохронометрическое исследование (последний раз оно проводилось в начале 80-х). Оно и позволило существенно пересмотреть нормативы времени, которое врач тратит на одного пациента. Время приёма как участковых врачей, так и специалистов первичного звена увеличится в среднем на 25%, прежде всего за счёт значительного сокращения «бумажной» нагрузки на врача, уменьшения числа справок и других документов, заполняемых врачами. Такой приказ уже подготовлен. Часть функциональных обязанностей врачей будет передана среднему медицинскому персоналу (его численность удалось увеличить на 11,3 тысячи человек).

Выравнивается и финансовая структура здравоохранения. С 2013 г. мы внедрили единый подушевой финансовый норматив для всей страны. Ещё в 2008 г. финансовое обеспечение здравоохранения на одного гражданина в разных регионах различалось в 25 раз! В прошлом году все базовые территориальные программы ОМС впервые стали бездефицитными.

— Почему тогда на лечение все стремятся попасть в Москву?

— С 2013 г. во всех регионах страны мы активно внедряем наиболее эффективный способ оплаты медицинской помощи — на основе клинико-статистических групп, применяющийся в мире на протяжении уже 40 лет и хорошо зарекомендовавший себя. Вместе с лучшими отечественными и международными экспертами мы разработали более 330 клинико-статистических групп. Их внедрение уже привело к более эффективному использованию ресурсов, позволило оказать качественную и современную медпомощь большему количеству пациентов. При этом удалось значительно сократить различия в стоимости одного и того же вида медицинской помощи, и сегодня не осталось ни одного региона, где отличие от расчетного норматива оплаты составляло бы более 20%. А ещё два года назад в 34 регионах различия превышали 50% и ещё более чем в 30 — превышение составляло от 20 до 50%.

Впервые в истории отечественного здравоохранения мы вместе с профессиональным сообществом разработали национальные клинические рекомендации, то есть протоколы лечения основных заболеваний. Это даёт возможность лечить пациентов и в Калининграде, и во Владивостоке в соответствии с одинаковыми требованиями и подходами. На сегодня таких протоколов уже создано около тысячи.

Для выравнивания доступности и качества медицинской помощи в каждом регионе должна быть также сформирована трёхуровневая система здравоохранения. Первый уровень — амбулаторная и стационарная помощь близко от дома или работы, оказываемая при распространённых, но не самых опасных заболеваниях. Второй (межрайонный) — для специализированной медицинской помощи при жизнеугрожающих состояниях, когда нужно быстро, в пределах «золотого часа», сделать всё необходимое с использованием самых современных диагностических и лечебных технологий (это сосудистые и травмоцентры, родильные дома с возможностью выхаживания детей). Третий уровень — учреждения регионального значения, оказывающие высокотехнологичную медицинскую помощь (перинатальные, онкологические центры, крупные областные больницы).

За последние два года остов трёхуровневой системы создан в каждом регионе страны, но система должна быть достроена. Только в этом случае мы сможем обеспечить качественной медицинской помощью любого человека.

— Так в чём суть «оптимизации» здравоохранения?

— Мы не называем реформой оптимизационные преобразования в отрасли, которые проходят уже в течение ряда лет. Минздрав совместно со всеми регионами пытается преобразовывать систему здравоохранения очень деликатно, безболезненно, с постоянной корректировкой своих действий. Ведь это самая чувствительная область для любого россиянина!

Каждый регион имеет свои особенности, и общего рецепта того, как повысить эффективность регионального здравоохранения, не существует. Поэтому мы устанавливаем лишь единые критерии качества и доступности медицинской помощи, определяем линии, вдоль которых целесообразно двигаться, оптимизируя медицину. Так, например, в сельской местности, где слабо развита транспортная и другая инфраструктура, ни в коем случае нельзя ликвидировать маломощные медицинские учреждения и лишать людей возможности получать стационарную помощь первого уровня.

Основной потенциал повышения эффективности отечественного здравоохранения — в городах, где реально есть пустующие, дублирующие друг друга мощности, часто устаревшие и не соответствующие современным требованиям. Согласитесь, если койка работает 260 дней в году вместо расчетных 330 — это неправильно. Полупустую и неэффективно работающую сеть нужно привести в порядок: высвобождающиеся ресурсы должны быть направлены на внедрение современных медицинских технологий, повышение качества медицинской помощи.

Большинство регионов именно так и сделали. Ведь мы слышим о проблемах лишь в нескольких районах и нескольких учреждениях, в то время как проводят преобразования в здравоохранении все субъекты РФ в течение последних лет. И это даёт свои результаты: улучшаются демографические показатели в стране, повышается удовлетворённость населения оказанной медицинской помощью, растёт заработная плата медицинских работников. Это общемировая практика.

— Как вы оцениваете происходящее сейчас в здравоохранении Москвы?

— Я думаю, никто не будет спорить, что оптимизация московскому здравоохранению нужна. Хотя важно не только то, что делается, но и как. Посмотрим объективно. В 2013 г. примерно 30% стационарных коек в столице простаивало, что требовало действий, порой не очень популярных. За последние три года Москва сократила несколько тысяч коек, при этом объём медицинской помощи даже увеличился. И на оставшихся койках проведено больше операций, чем в 2011 г., на четверть увеличился объём высокотехнологичной медицинской помощи.

После внедрения федеральной сосудистой программы в Москве в три раза снизились летальность при инфаркте миокарда и примерно на 17% смертность от сосудистых причин. Реализация федеральной программы по охране матери и ребёнка позволила Москве достичь одного из самых низких в стране показателей младенческой смертности, несмотря на то что это огромный город с очень пёстрым населением.

Но... Любые преобразования необходимо обсуждать с населением и профессионалами из отрасли, нужно совместно искать наиболее правильные решения. Самый главный для нас камертон — отношение населения к оптимизационным мероприятиям. Перемены не должны снижать ни качества, ни комфортности получения медицинской помощи. Жизнь и здоровье каждого человека — это самое ценное, что он имеет, и первейшее из его прав. Поэтому любые преобразования нужно совершать мелкими шагами, с их коррекцией при необходимости. И каждый шаг должен быть сопряжён с общественным обсуждением. Любые преобразования можно проводить, лишь имея стопроцентный контакт и с населением, и с медработниками. Объяснять суть и даже советоваться с ними в каких-то вещах. Тогда это будут правильные преобразования.

Каждый регион свои реорганизационные мероприятия проводит в собственном формате, потому что потребности разные. Но для всех есть общее правило: начинать системные преобразования надо не «сверху вниз», а «снизу вверх». Нельзя отменять старое, закрывать привычные возможности для людей, пока не создано новое: пока нет условий для амбулаторно-поликлинического лечения с внедрением стационарзамещающих технологий, дневных стационаров, удобной формы долечивания, амбулаторной реабилитации.

Если возникают опасения, что доступность медицинской помощи станет ниже, этого допускать нельзя. Ни в коем случае не должно увеличиваться время ожидания участкового врача, специалистов первичного звена, диагностических исследований, плановой госпитализации. Появление любого недовольства пациентов — это сигнал, когда нужно задуматься: правильно ли выбран путь и правильны ли конкретные шаги? Реформа не должна проводиться ради реформы.

—У вас есть рычаги влияния на то же московское здравоохранение? Или Москва — отдельное государство?

— У нас состоялся ряд очень конструктивных встреч с вице-мэром Москвы Леонидом Михайловичем Печатниковым и с главой Департамента здравоохранения столицы Алексеем Ивановичем Хрипуном. Первое, о чём мы условились, — это проведение обязательных встреч руководителей здравоохранения Москвы с коллективами врачей, в особенности с коллективами тех учреждений, где планируются реорганизационные меры, с профсоюзами. Возмутительно, когда некоторые главные врачи общаются со своими коллективами через юристов и отдел кадров. Первые встречи уже дали свой результат: по отдельным учреждениям приняты решения об их перепрофилировании, созданы центры помощи в трудоустройстве медицинских работников и др.

Минздрав России совместно с самым крупным интернет-порталом по поиску работы запустил проект, целью которого является помощь медицинским работникам оперативно находить интересную работу в любом регионе страны. Мы надеемся, это облегчит им планирование профессиональной деятельности и профессионального роста.

— В своём послании Федеральному Собранию Владимир Путин объявил 2015 г. годом борьбы с сердечно-сосудистыми заболеваниями — главной причиной смертности и инвалидности россиян. Как вы видите свои действия?

— Минздрав уже готовит комплексный план по профилактике и коррекции не только самих заболеваний, но и их факторов риска — артериальной гипертонии, сердечных аритмий, атеросклероза сосудов мозга и сердца, диабета и других. К его выполнению потребуется подключение всех регионов страны и многих ведомств — министерств образования и науки, культуры, связи, спорта, сельского хозяйства и др. Ведь в основе любой профилактики лежит информирование населения и формирование здорового образа жизни.

— Вопрос о финансировании здравоохранения вызывает много дискуссий. Чего ждать в 2015 г.?

— На сегодняшний день по этому поводу волноваться не стоит. Совокупные средства в системе здравоохранения в 2015 г. не только не уменьшаются, но и увеличиваются. Объём всей программы госгарантий на будущий год составляет около 2 трлн руб., увеличиваясь на 253 млрд руб.

Впервые в будущем году появится отдельная часть средств фонда ОМС для лечения пациентов с применением более 1000 высокотехнологичных методов. На эти цели дополнительно выделено 82 млрд руб. И лекарственное обеспечение также сокращено не будет.

Конечно, мы надеемся на устойчивое развитие экономики страны.

— Вы когда-нибудь мечтали о карьере министра?

— Никогда. Даже не думала об этом. Но, как известно, человек предполагает…