1. Главная / Статьи 
ул. Черняховского, д. 16 125319 Москва +7 499 152-68-65
Логотип
| статьи | печать | 1043

Эх, налоги, пыль да туман…

Старикам везде у нас почёт?

К концу года вместо того, чтобы расчистить горизонты, власть нагоняет тучи. Не прекращается обсуждение вариантов пенсионной реформы, с завидным постоянством проваливающейся. В отличие от результатов НИОКР, внедрение которых, хотя бы на бумаге, сулит ожидаемый экономический эффект, многолетние опыты по реализации пенсионных схем наверняка обошлись казне в сотни миллионов рублей убытка. Неслучайные команды разработчиков сменяют у «кормушки» друг друга, но воз, как говорится, и ныне там. Очередной «эксперимент века» продолжается.

Пенсионную реформу, видимо, «намертво» связали с пока обсуждаемым, но рано или поздно объективно неизбежным повышением возраста выхода на пенсию в России. Правда, по мнению социологов, наблюдающееся старение населения, всё более ощутимо давящее на бюджет (цинично, но факт: при существующей модели жизнеобустройства чем больше пенсионеров, тем хуже для экономики), связано не столько с ростом продолжительности жизни, сколько с низкой рождаемостью. Так что серьёзным предостережением авторам реформ должны стать прогнозы (при существующей продолжительности жизни) о том, что с изменением пенсионного возраста до пенсии не будет доживать около 40% мужчин и 10% женщин.

Но там где минус, изощрённый ум чиновника, отягощённый проблемой хронического дефицита Пенсионного фонда России, обязательно найдёт плюс: в таком случае сумма ежегодно не востребованных пенсий (дармовых доходов ПФР) составит порядка 60 млрд руб. Рассчитывать на регулярное обнародование подобной информации не приходится. Дело не только в суммах, отчисленных и накопленных «группой безвременно ушедших граждан», но и в их числе цифра может оказаться шокирующей для россиян и прямо или косвенно вступить в противоречие с другими официальными статистическими данными.

Так, может быть, поступить неожиданно порядочно? Например, выстроить временной график повышения пенсионного возраста в России не только в зависимости от фактического повышения продолжительности жизни мужчин и женщин? Но постепенно приближаясь к этому непростому и непопулярному решению, одновременно законодательно принять, что в случае смерти гражданина до достижения пенсионного возраста ближайшие родственники наследуют накопленные им пенсионные отчисления, находящиеся в ПФР? Безусловно, рекомендация более чем наивная с точки зрения идеологии и традиций действующей социальной политики. Но ведь раньше или позже (лучше раньше) модернизация придёт и в социалку, меняя взгляды, подходы и пути решения проблем. И тогда станет очевидно: отбирая – предлагай!

Далее сделать следующий шаг – например, установить взаимозависимость продолжительности «пенсионного дожития» и наследуемого остатка неиспользованных пенсионных накоплений? Разумеется, за вычетом определённых сумм, учитывающих и пополняющих госрасходы на тех пенсионеров, которые прожили дольше и получили выплат больше, чем отчислили сами. В хорошем смысле здесь и кнут, и пряник: и материальное, и моральное, и ответственность работодателя за регулярные пенсионные отчисления, и известное удовлетворение работника, и заботливое государство, и ухоженная старость…

Щедрая бесхозяйственность

Параллельно разгораются дискуссии о российской налоговой политике в ближайшие годы и на перспективу. Министр финансов объявил о «тенденции повышения налогов и отмены налоговых льгот». Увеличение налоговой нагрузки составит 2% ВВП (порядка 1 трлн руб.) в 2011 г. у и ещё 1–1,5% в последующие два года. При всей возмутительности, вызываемой оттоком капитала за рубеж, нельзя не заметить, что и борьба с коррупцией и якобы меры по защите прав собственности и прав человека – скорее, слова, призванные успокоить общество, а налоговый пресс всегда реален.

Любопытная закономерность. Когда нужно что-то отобрать у физических и юридических лиц, власть ссылается на аналогичную практику ведущих экономик мира, не обращая внимания на критерии, обеспечение которых было непременным предварительным условием таких решений в других странах. Но когда общество обращает внимание власти на отсутствие в стране необходимых условий или предлагает хотя бы временно откорректировать фискальные намерения с учётом не «желаемого, а действительного», чиновники ссылаются на неразвитость российской экономики, несовершенство законов, последствия мирового экономического кризиса, безвыходность ситуации и т.д.

Сокращение бюджетных расходов (в том числе неэффективных и нецелевых), рост налогового бремени – тема опять-таки скорее дискуссионная (чем выше статус участников, тем жарче обсуждения), а не осуществляемая на практике. Случившаяся на днях полемика между министром финансов Алексеем Кудриным, помощником президента Аркадием Дворковичем и главой Сбербанка Германом Грефом лишь укрепила общественность во мнении, что по животрепещущим вопросам отсутствует определённость и ясность, потому что «в товарищах согласья нет».

Особо примечательна реплика Грефа, заметившего, что дополнительный 1 трлн руб. налоговых поступлений соответствует потерям бюджета от разворовывания денег при выполнении госзаказов. Тему первым озвучил президент. Теперь об этом говорят все. «Движение решений» началось. Возможно, вернут в бюджет несколько миллиардов рублей, кого-то посадят. Но будет ли «решительное движение»? Прекратится ли в значительной степени пресловутый «распил»? Удастся ли, хотя бы за несколько лет, уберечь от разворовывания этот самый триллион рублей?

В материале «Экономика бесхозяйственности» (от 16 ноября 2010 г. – здесь же) показано, что «мимо бюджета» ежегодно пролетают многие триллионы рублей (откаты и распилы, вывод капиталов за рубеж и теневая экономика, бесхозное имущество, имеющее реальную ценность, никому не принадлежащее и в ряде случаев на кого-то работающее).

Не пора ли навести порядок в столь бестолково щедром хозяйстве, а точнее, «бесхозяйстве»? Только не перераспределять потоки и не переназначать ответственных (чиновников и олигархов), а именно перекрыть большие ручьи и малые ручейки где умом, а где силой.

Рост сомнительных переводов с 8,7 до 22 млрд долл. за 2010 г. вместо планировавшегося притока валюты, по признанию ЦБ, это один из путей уйти от налогов, в связи с чем необходимо резко ужесточить валютный контроль. Есть, однако, и другие причины, среди них неблагоприятный инвестиционный и налоговый климат в России в отличие от других стран – лидеров по экспорту энергоресурсов, которые, напротив, прилагают огромные усилия, чтобы не допустить приток капитала.

Но разве многолетний отток капиталов в сотни миллиардов долларов – новость для финансовых и силовых структур, для законодателей? Выходит, придушить бизнес налогами, увеличив с 1 января будущего года страховые взносы с 26 до 34% фонда оплаты труда, проще и экономически выгоднее, чем создать эффективную модель государственного контроля «серых» операций с капиталом и импортом-экспортом товаров и услуг?

Федеральные законы по «Сколково» буквально молниеносно протащили через парламент. И подпись президента не заставила себя ждать. Когда и какие инновационные прорывы свершатся, ещё не известно. Будут ли конкурентны, эффективны и востребованы в России и за рубежом разработки иннограда – большой вопрос. Причем это мнение не только читателей «ЭЖ», но и достаточно большого числа россиян. Однако деньги, и немалые, уже выделены и, понятное дело, успешно осваиваются. Что касается рассмотренных выше проблем, ветви власти не столь оперативны. Потому что в любом действии, равно как и бездействии, всегда есть чьи-то интересы…

Какая власть такой и бизнес. Как две стороны одной медали, «тело проблем» которой эти стороны одновременно соединяет (оптимисты) и разъединяет (пессимисты). В России и сегодня, и вчера жаждут взять больше, а отдать меньше. Что же будет завтра – ведь чудес не бывает? Да, «нефтегазовая зависимость» отечественной экономики в немалой степени зло. Трудно, однако, переоценить значение высоких мировых цен на энергоресурсы для российского бюджета.

При слабо растущем ВВП, низкой производительности труда «брать всё больше» можно лишь за счет природной ренты, неоплаченных результатов труда россиян (почти «прибавочной стоимости» по Марксу), банального растаскивания и разворовывания ценностей, произведенных трудом нынешнего и предыдущих поколений. Причём эффективность такой политики неуклонно снижается.

Конечно, есть немало положительных примеров сотрудничества российской власти и бизнеса, в том числе иностранного. На добропорядочной основе строит в России свою работу золотодобывающий гигант Kinross Gold. Не приемля коррупционную практику, компания делит свой коммерческий успех с государством, регулярно отчисляет в казну налоги, стремится повышать благосостояние жителей регионов, где располагаются её предприятия, выплачивает дивиденды партнёрам. Это и есть именно то, что должна делать социально ответственная компания.

Итак, если сегодня критерии, достижение которых должно стать исходным условием принятия тех или иных государственных мер, недостижимы (что вполне естественно и объяснимо), то по крайней мере следует обозначить искомые сроки, поставив последовательное осуществление процесса в зависимость от результатов труда самих граждан, создав реальные условия, необходимые для такого заинтересованного труда. Чтобы люди убедились, что их благополучие в их же руках, и понимали, что и как для этого следует делать.

Зарабатывать своим умом и своими руками, сполна платить налоги должно стать престижно и выгодно. Воровать, брать взятки и скрывать доходы – постыдно и небезопасно. Управлять налогами – это искусство. Искусство должно принадлежать народу!