1. Главная / Статьи 
ул. Черняховского, д. 16 125319 Москва +7 499 152-68-65
Логотип
| статьи | печать | 8174

Третье лицо заплатило за должника: почему это опасно для кредитора в банкротстве и как ему отстоять свои интересы?

В сложившейся практике нередки ситуации, когда обязательства за должника исполняются третьим лицом как по поручению обязанного лица, так и в отсутствие такового. Как кредитору отстоять свои права, если исполнение обязательств должника третьим лицом нарушает его интересы? В каких случаях принятие исполнения по обязательствам должника даже от добросовестного третьего лица может повлечь неприятные последствия для кредитора? Ответы на эти вопросы — в материале.

Статья 313 ГК РФ регламентирует исполнение обязательства лицом, не являющимся стороной сделки, и устанавливает обязанность кредитора принять такое исполнение:

  • при наличии поручения должника;

  • в отсутствие такого поручения при допущении должником просрочки обязательства и (или) при наличии для исполняющего обязательство третьего лица опасности утратить свое право на имущество должника в результате обращения взыскания на такое имущество.

Наличие возбужденного дела о банкротстве в отношении должника по обязательству устанавливает ряд ограничений на применение ст. 313 ГК РФ, нарушение которых может повлечь для кредитора, принимающего исполнение от третьего лица, негативные последствия в виде:

  • лишения его статуса заявителя по делу о банкротстве и сопутствующих прав;

  • оспаривания сделки по погашению требований кредитора по основанию преимущественного удовлетворения.

До недавнего времени была широко распространена практика, позволяющая третьему лицу погасить требования инициировавшего дело о банкротстве кредитора на стадии рассмотрения обоснованности его заявления в целях получения прав первого заявителя по банкротному делу (в том числе полномочий по предложению кандидатуры арбитражного управляющего) или наращивания количества голосов на собраниях кредиторов. Однако Верховный суд РФ развернул активную борьбу с многочисленными злоупотреблениями при банкротстве и сформировал правоприменительную практику, направленную на пресечение злонамеренного ущемления прав кредиторов должника. Как указывал суд, само по себе погашение требований кредитора третьим лицом на стадии рассмотрения заявлений о признании должника банкротом не является злоупотреблением (см. п. 17 Обзора судебной практики ВС РФ № 2 (утв. Президиумом ВС РФ 26.04.2017), Определение ВС РФ от 25.01.2017 № 305-ЭС16-15945 по делу № А41-108121/2015), однако в некоторых случаях совокупность обстоятельств, при которых произведено такое погашение, может свидетельствовать о намерении принудительного выкупа прав требования к должнику в целях установления контроля за ходом дела о банкротстве. Наличие признаков недобросовестности в действиях третьего лица, производящего оплату долга за должника, является основанием для признания перехода прав кредитора к такому лицу несостоявшимся и сохранения права требования за первоначальным кредитором (см. п. 21 постановления Пленума ВС РФ от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении», Определение ВС РФ от 16.06.2016 № 302-ЭС16-2049 по делу № А33-20480/2014).

Судебная практика пресекает недобросовестное использование положений ст. 313 ГК РФ

Обстоятельством, которое может свидетельствовать о принудительном выкупе прав требования к должнику со злоупотреблением правом со стороны производящего погашение лица, будет являться факт погашения только суммы основного долга без несения дополнительных издержек на приобретение требований в части финансовых санкций, которые в деле о банкротстве не дают права голоса и подлежат удовлетворению после сумм основного долга и причитающихся процентов. В такой ситуации произведшее оплату лицо использует предоставленное ст. 313 ГК РФ право в целях принудительного приобретения голосующей части требования кредитора. Как справедливо указал ВС РФ в приведенном выше Определении от 16.06.2016 № 302-ЭС16-2049, такие действия направлены на установление контроля над ходом процедуры банкротства либо получение дополнительных голосов на собрании кредиторов, что не отвечает целям института ст. 313 ГК РФ и принципам разумности и добросовестности.

Еще одним примером явного злоупотребления правом со стороны третьего лица, позволяющего кредитору по обязательству возражать против перехода прав требований, является погашение в рамках дела о банкротстве требования заявителя таким образом, чтобы размер оставшихся непогашенными требований не позволял суду признать заявление о банкротстве обоснованным (см. Определение ВС РФ от 15.08.2016 № 308-ЭС16-4658 по делу № А53-2012/2015). Факт неоднократного осуществления подобных действий по отношению к ранее поданным заявлениям о признании должника банкротом будет считаться дополнительным подтверждением недобросовестности производящего погашение лица. Намеренное снижение размера требования кредитора ниже пороговых значений для юридического лица — 300 000 руб. (п. 2 ст. 6 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», далее — Закон о банкротстве), для физического лица (в том числе имеющего статус индивидуального предпринимателя) — 500 000 руб. (п. 2 ст. 213.3 Закона о банкротстве) лишает такого кредитора возможности реализовать свои права первого заявителя по делу (предложить кандидатуру арбитражного управляющего), а также снижает вероятность получения удовлетворения непогашенной части требования. Вместе с тем в Определении ВС РФ от 29.03.2018 № 307-ЭС17-18665 по делу № А56-81591/2009 (вошло в Обзор судебной практики ВС РФ № 3 (2018)) нашла отражение позиция о необходимости рассмотрения в совокупности требований кредиторов, ранее по отдельности погашенных до размера ниже порогового значения. Также в уже упомянутом Определении от 15.08.2016 № 308-ЭС16-4658 ВС РФ указал, что при наличии требований нескольких кредиторов, погашенных до размера ниже пороговых значений, совокупного размера которых после погашения достаточно для введения процедуры банкротства, суд обязан рассмотреть кандидатуру арбитражного управляющего, предложенную первым заявителем по делу. Более того, в п. 27 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства (утв. Президиумом ВС РФ 20.12.2016, далее — Обзор от 20.12.2016), закреплена позиция, согласно которой переход права требования от первого заявителя по делу о банкротстве не позволяет его правопреемнику пересмотреть предложенную кандидатуру арбитражного управляющего.

Недобросовестные лица могут предпринять попытки принудительного выкупа требования кредитора уже после признания обоснованным заявления о признании должника банкротом и введения процедуры банкротства. В таком случае кредитору важно помнить, что введение любой процедуры банкротства запрещает применение ст. 313 ГК РФ и допускает переход права требования к должнику от его первоначального кредитора только в результате уступки такого требования. Исключением являются требования уполномоченного органа по обязательным платежам, которые могут быть погашены третьим лицом в индивидуальном порядке по правилам специальных норм Закона о банкротстве (п. 28 Обзора от 20.12.2016). Следовательно, кредитор вправе возражать против процессуального правопреемства при попытке принудительного выкупа его требований на основании статьи 313 ГК РФ.

Таким образом, ВС РФ последовательно формирует практику, направленную на пресечение злоупотреблений при погашении требований кредитора на стадии рассмотрения обоснованности заявления о признании должника банкротом. В целях защиты прав первого заявителя по делу и недопущения наращивания количества голосов у недобросовестного или аффилированного с должником лица кредитору необходимо обратить внимание суда на оставленные непогашенными финансовые санкции (пени, неустойки, неголосующие проценты) либо на оставленные непогашенными требования в размере, не позволяющем ввести процедуру банкротства в отношении должника, а также на иные факты, которые, по мнению кредитора, свидетельствуют об использовании положений ст. 313 ГК РФ не по назначению.

Исполнение обязательства за должника третьим лицом могут признать сделкой с предпочтением

Если кредитор до введения процедуры банкротства принимает предложенное исполнение обязательства должника от третьего лица, такое погашение требований в некоторых случаях может быть оспорено по мотиву преимущественного удовлетворения на основании ст. 61.3 Закона о банкротстве.

В случае оспаривания получения кредитором удовлетворения своих требований от третьего лица необходимо учитывать, что в силу положений п. 1 ст. 61.1 Закона о банкротстве могут быть признаны недействительными сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника. Таким образом, кредитору в первую очередь необходимо оценить, произведено ли погашение за счет денежных средств должника или за счет средств третьего лица, непосредственно производящего оплату.

Согласно сформированному в правоприменительной практике подходу сделка по погашению требований кредитора может быть признана совершенной за счет должника лишь в случае, если перечисление денежных средств было произведено в счет исполнения обязательства плательщика перед должником (см. постановление АС Уральского округа от 12.03.2018 № Ф09-8499/17 по делу № А47-13533/2014). Иными словами, сделкой, совершенной другими лицами за счет должника, является сделка, в отсутствие которой имущество должно было поступить в конкурсную массу для целей пропорционального удовлетворения требований кредиторов (см., например, постановление АС Московского округа от 11.10.2018 № Ф05-1593/2016 по делу № А40-171885/2014). Соответственно, если у третьего лица имеются неисполненные обязательства перед должником, то погашение таким лицом требований отдельного кредитора будет считаться произведенным за счет средств должника (см., например, Определение ВС РФ от 03.09.2018 № 305-ЭС18-12396 по делу № А40-175603/2015, постановления АС Волго-Вятского округа от 31.10.2017 № Ф01-4650/2017 по делу № А82-9449/2015, АС Восточно-Сибирского округа от 22.06.2018 № Ф02-1677/2018 по делу № А58-556/2016).

Но если погашение требований кредитора будет произведено третьим лицом, не имеющим обязательств перед должником, то такое погашение не признают произведенным за счет денежных средств должника и, соответственно, недействительным на основании ст. 61.3 Закона о банкротстве (см., например, постановления АС Поволжского округа от 26.01.2016 № Ф06-4792/2013 по делу № А57-17244/2012, АС Уральского округа от 24.01.2018 № Ф09-6531/17 по делу № А76-14223/2015).

Если оспаривающее сделку лицо докажет, что погашение требований кредитора было произведено третьим лицом в счет исполнения собственных обязательств перед должником, то суд будет обязан рассмотреть доводы о наличии предусмотренных Законом о банкротстве оснований для признания такого погашения недействительным и применения последствий недействительности сделки в виде обязания кредитора вернуть должнику (а не плательщику) полученные денежные средства с восстановлением прав требования кредитора к должнику.

Если удовлетворение требований кредитора было произведено третьим лицом в течение одного месяца до возбуждения дела о банкротстве должника или после, то для признания сделки недействительной достаточно доказывания одного лишь факта преимущественного удовлетворения требований кредитора перед иными лицами (п. 2 ст. 61.3 Закона о банкротстве). В данной ситуации необходимо учитывать, что после возбуждения дела о банкротстве могут быть погашены как требования, подлежащие включению в реестр требований кредиторов должника, так и текущие обязательства должника.

В удовлетворении заявления о признании недействительным погашения текущих требований будет отказано, если не найдется подтверждения факту наличия у должника иных текущих обязательств более высоких очередей удовлетворения (например, требования об оплате труда (вторая очередь) при оспаривании удовлетворения требования кредитора по эксплуатационным платежам (четвертая очередь)) и иных обязательств, подлежащих удовлетворению в рамках той же очереди, но возникших ранее погашенного требования. Так, к примеру, нельзя признать совершенным с преимущественным удовлетворением погашение требования кредитора, возникшего на основании договора оказания услуг (пятая очередь), если при этом у должника отсутствует непогашенная задолженность перед арбитражным управляющим, иные лица для обеспечения деятельности арбитражного управляющего не привлекались, задолженности по оплате труда, налогу на доходы физических лиц, взносам на обязательное пенсионное страхование и по эксплуатационным платежам не имеется, а иные обязательства пятой очереди возникли позже, чем погашенное требование.

При оспаривании погашения требования кредитора, осуществленного в период не ранее шести месяцев и не позднее одного месяца до возбуждения дела о банкротстве, оспаривающему сделку лицу необходимо доказать, помимо факта преимущественного удовлетворения, осведомленность кредитора о наличии у должника признаков недостаточности имущества и (или) неплатежеспособности. При этом в п. 12 постановления от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона „О несостоятельности (банкротстве)“» Пленум ВАС РФ прямо указывает, что получение кредитором платежа в ходе исполнительного производства или со значительной просрочкой, или от третьего лица за должника, или после подачи этим или другим кредитором заявления о признании должника банкротом само по себе еще не означает, что кредитор должен был знать о неплатежеспособности должника.

Таким образом, кредитор, получивший удовлетворение своих требований от третьего лица, сможет защитить свои интересы при оспаривании произведенного погашения, если докажет отсутствие факта преимущественного удовлетворения (применимо при погашении текущих платежей должника) и отсутствие осведомленности о наличии у должника признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества (при осуществлении погашения требований в период не ранее шести месяцев и не позднее одного месяца до возбуждения дела о банкротстве).

Кроме того, независимо от срока погашения требования кредитора, последний может ссылаться на совершение оспариваемой сделки в рамках обычной хозяйственной деятельности (п. 2 ст. 61.4 Закона о банкротстве), то есть что размер исполненного обязательства не превышает 1% стоимости активов должника, определяемой на основании бухгалтерской отчетности должника за последний отчетный период, и при этом по своим условиям не отличается от ранее произведенных погашений. Однако необходимо учитывать, что погашение не может быть признано совершенным в обычной хозяйственной деятельности, если должником была допущена значительная просрочка исполнения обязательства (см. Определение ВС РФ от 22.03.2017 № 301-ЭС17-1527 по делу № А43-14290/2015). Также судом может быть отклонен довод о погашении требования кредитора в рамках обычной хозяйственной деятельности, если ранее обязательства исполнялись непосредственно должником без привлечения третьих лиц (см., например, постановления АС Московского округа от 01.06.2018 № Ф05-5837/2018 по делу № А40-175603/15, от 23.05.2018 № Ф05-5837/2018 по делу № А40-175603/2015).

Таким образом, кредитор, принявший исполнение обязательства за должника от третьего лица, несет риск последующего обжалования такого погашения как сделки, совершенной с предпочтением. А если такое третье лицо само имело неисполненные обязательства перед должником, произведенное погашение привело к преимущественному удовлетворению требования одного из кредиторов, при этом кредитору было или могло быть известно о наличии у должника признаков неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества, то с высокой долей вероятности такое погашение будет признано недействительной сделкой с обязанием кредитора вернуть должнику полученные денежные средства. В силу положений ст. 313 ГК РФ третье лицо, осуществившее исполнение обязанности должника, и кредитор, принявший подобное исполнение, не являются по отношению друг к другу сторонами сделки, третье лицо не имеет обязательств и не несет ответственности перед кредитором, что исключает возможность применения реституции в виде возврата денежных средств от кредитора третьему лицу (см., например, постановление АС Московского округа от 19.05.2017 № Ф05-3761/2014 по делу № А41-29928/13).

В целях минимизации рисков оспаривания полученного удовлетворения от третьего лица кредитору следует учитывать наличие возбужденного в отношении должника дела о банкротстве, поскольку при принятии исполнения в условиях наличия такого дела увеличивается риск получения преимущественного удовлетворения, при этом круг обстоятельств, подлежащих доказыванию при оспаривании сделки, будет максимально сужен. Также кредитору по возможности необходимо оценить, имеются ли между должником и производящим исполнение лицом самостоятельные обязательственные отношения либо плательщик действует в своих интересах и за свой счет.