1. Главная / Статьи 
ул. Черняховского, д. 16 125319 Москва +7 499 152-68-65
Логотип
| статьи | печать | 136

Цифровые технологии влияют на фундаментальные сферы права: к чему готовиться юристам в ближайшем будущем

Электронный мир все более вторгается в мир реальный, ключевым образом меняя привычные среды как личной, так и профессиональной деятельности. Все большую часть в уже устоявшихся, казалось бы, бизнес-процессах занимают цифровые технологии, что отнюдь не является исключительно благом: «цифра» несет не только технологические преимущества, но и значительные риски злоупотреблений и противоправных действий со стороны недобросовестных участников оборота. Как следствие, в «цифровую гонку» втягиваются контролирующие и регулятивные структуры, законодательная и судебная власти. Обо всем этом говорилось на февральской конференции, организованной Объединением Корпоративных Юристов (ОКЮР).

На конференции «Юристы и электронная реальность. Кто кого?» члены ОКЮР обсудили перспективы построения работы юристов компаний в электронном пространстве и с электронными активами. В мероприятии приняли участие представители Минюста России, Минтруда России, Верховного суда РФ, ФАС России. Солидный состав участников резонировал с важностью повестки дня. Ведь информационная среда меняется день ото дня, а значит, и правовое регулирование, правоприменительная практика должны поспевать за все появляющимися новыми объектами прав, новыми процессуальными доказательствами, новым электронным обменом информации.

Александра Нестеренко, президент ОКЮР, отметила, что интерес к данной теме у членов Объединения возник давно, и выразила надежду, что на конференции будут выработаны практические решения в помощь корпоративным юристам.

Правительство подготовило нормативную базу для цифрового правосудия

В рамках исполнения государственной программы «Цифровая экономика» Правительство РФ продолжает внедрять и развивать электронные технологии в сфере судопроизводства, нотариата и альтернативных механизмов разрешения споров. Об этом собравшимся на конференции рассказал заместитель министра юстиции России Денис Новак. По его словам, основной объем работы по созданию такого направления процессуального законодательства, которое позволяет взаимодействовать с судами электронно, уже выполнен. И можно констатировать, что в этой области законодательство уже приведено в соответствие с реалиями времени (другое дело, что иногда отстает материально-техническая база). Кардинальных изменений в процессуальном законодательстве ждать уже не приходится. Но точечные корректировки, несомненно, будут. Например, сейчас Минюстом прорабатывается вопрос о расширении возможностей дистанционного участия граждан и организаций в судебных заседаниях с использованием систем видео-конференц-связи.

Что касается модернизации института нотариата, то уже сейчас нотариусы совершают часть нотариальных действий в электронном виде, более того — обсуждаются перспективы расширения круга случаев удаленного совершения нотариальных действий, развития электронных систем фиксации юридических фактов, в том числе с помощью технологий распределенных реестров.

Наконец, Д. Новак приподнял завесу тайны над работой по разработке законопроекта, который создаст правовую основу для развития электронной медиации и онлайн-разрешения споров. Это наиболее актуально для споров в сфере электронной торговли с участием потребителей, поэтому логично, что данный законопроект будет разрабатываться Минюстом совместно с Роспотребнадзором. Задумка ведомства состоит в том, чтобы создать электронные сервисы, обеспечивающие возможность подачи онлайн-претензий и их автоматизированного рассмотрения. Планируется таким образом многократно снизить издержки сторон и снять часть нагрузки с судебной системы.

Кадровый электронный документооборот может появиться через два года

О намеченном на ближайшее время переходе с бумажного документооборота на электронный в сфере оформления трудовых отношений рассказала заместитель министра труда и социальной защиты РФ Любовь Ельцова.

С прошлого года Минтруд России совместно с работодателями и профсоюзами ведет работу по трем ключевым направлениям:

а) электронная трудовая книжка;

б) электронный кадровый документооборот в организации;

в) электронный надзор.

На данный момент проработка новых механизмов применения кадрового документооборота в электронном виде ведется на площадке Российского союза промышленников и предпринимателей, а вопросы по изменению нормативной правовой базы в рамках блока «электронный надзор» прорабатываются на базе Роструда. Все документы, проекты и предложения в обязательном порядке будут проходить обсуждение на Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений, в которой интересы работодателей представляет РСПП, а интересы работников — Федерация независимых профсоюзов России.

Предполагается, что электронная трудовая книжка будет представлять собой базу данных о трудовой деятельности гражданина, которая формируется путем передачи работодателем сведений в электронном виде в информационную систему Пенсионного фонда РФ. Собственно говоря, это будет процедура, аналогичная той, по которой сегодня работодатели каждый месяц в электронном виде перечисляют в ПФР данные о своих работниках. Просто в электронную отчетность добавятся некоторые поля. В Минтруде предполагают, что электронная трудовая книжка в России начнет действовать с 1 января 2020 г. Перевод данных о трудовой деятельности в электронный вид имеет ряд преимуществ: снижение издержек работодателя и работника при трудоустройстве за счет удобства и скорости получения информации, дополнительные возможности трудоустройства для удаленных работников за счет простоты взаимодействия с кадровой службой работодателя. Введение электронной трудовой книжки также должно позволить при обращении гражданина за государственными и муниципальными услугами исключить обязанность предоставления гражданином сведений о трудовой деятельности. Органы, оказывающие услуги, будут запрашивать данные сведения посредством использования единой системы межведомственного электронного взаимодействия в режиме реального времени.

Правда, при всех плюсах «цифрового отдела кадров» он несет в себе и значительные риски, связанные в первую очередь с возможностью утраты базы данных при экстренных происшествиях, а также дополнительные риски, которые возникают у бизнеса в связи с доступом органов власти к электронным данным. Возможно, свести такие риски к минимуму поможет совместная работа Минтруда России и представителей бизнеса в рамках эксперимента по введению элетронного кадрового документооборота. Благо договоренность о такой работе была достигнута тут же, на конференции. В дискуссии после выступления Е. Ельцовой несколько членов ОКЮР предложили свои организации в качестве экспериментальной площадки, что с благодарностью было принято представителем ведомства. Уже по окончании конференции была организована встреча, на которой обсуждались различные аспекты и график проведения эксперимента.

ФАС России выступает за отмену иммунитета для РИДов

Иммунитет, который сейчас закреплен на законодательном уровне, от применения антимонопольного законодательства в отношении результатов интеллектуальной деятельности сдерживает конкуренцию в условиях цифровизации, а это однозначно не то, к чему нужно стремиться в развитии нашей рыночной экономики. Такое заявление в ходе конференции сделал начальник Правового управления ФАС России Артем Молчанов. Представитель антимонопольного ведомства указал, что служба в своей деятельности сталкивается с недобросовестными участниками гражданского оборота, которые готовы совершить противоправные действия с одной единственной целью — получение преимущества на рынке.

В настоящее время ФАС отмечает широкое распространение таких негативных явлений, как «цифровые картели», установление «цены за клик», а также платформы-агрегаторы, собирающие данные о спросе и предложении. В ФАС в данный момент сосредоточились на разработке собственных информационных технологий по борьбе с «цифровыми картелями».

По заявлению А. Молчанова, 21 февраля 2018 г. Президиум ФАС рассмотрел очередной, уже пятый, «антимонопольный пакет», который подразумевает, в том числе и отмену иммунитета от антимонопольного законодательства в отношении РИДов. В ближайшее время соответствующий законопроект будет предложен для публичного обсуждения.

Электронная подпись требует к себе особого отношения

Весьма ощутимый акцент в ходе конференции был сделан на том, что новая реальность (в нашем случае — цифровая) требует выработки и соблюдения новых подходов в вопросе безопасности бизнесов. Этому, к примеру, был посвящен доклад Екатерины Кузнецовой, старшего юриста коммерческой практики Gotlsblat BLP, и Антона Гусева, руководителя практики уголовно-правовой защиты бизнеса Goltsblat BLP.

Выделим одну практическую проблему, с которой сталкиваются компании при использовании электронного документооборота, — передачу электронной подписи. Очень часто руководители компаний, на которых выдана электронная подпись, безответственно относятся к этой флешке, на которой записана соответствующая программа. В чем это выражается? В практике можно встретить немало случаев, когда, например, директор передал флешку финансовому директору. Тот вставил устройство в свой ноутбук, и на протяжении длительного времени подписывает документы. А далее со счета компании списывается крупная сумма. Финансовый директор в панике звонит в банк. Выясняется, что ноутбук был заражен вирусом. Пока флешка была соединена с компьютером, электронный ключ взломали. Предъявлять претензии к банку, а тем более обращаться в суд по поводу несанкционированного списания средств бесполезно: директор нарушил главное правило, прописанное в ст. 10 Федерального закона от 06.04.2011 № 63-ФЗ «Об электронной подписи» — он не обеспечил конфиденциальность электронной подписи. Практически во всех судебных спорах, если в деле появляется упоминание о передаче электронного ключа, суды встают на сторону банков и отказывают истцам в требовании о взыскании убытков, причиненных списанием денежных средств.

Это только один из примеров, на самом деле вариаций развития событий, спровоцированных передачей электронной подписи третьим лицам, может возникнуть великое множество.

Владельцам ключа с усиленной электронной подписью следует соблюдать элементарные правила:

  • запомнить, что ЭП — это не факсимиле, и кто бы и как бы ни воспользовался ею, всю полноту ответственности всегда будет нести владелец электронной подписи;

  • передача электронной подписи всегда создает большой риск, поэтому передавать ее третьим лицам по возможности не следует;

  • электронная подпись должна храниться в надежном месте;

  • необходимо своевременно обновлять антивирусные программы;

  • если без передачи ЭП никак не обойтись, следует вести реестр передачи, в котором все перемещения флешки будут зафиксированы;

  • периодически проверять действие сертификата электронной подписи;

  • не работать часто в режиме «редакторской правки» в электронных документах, так как сложилась практика по доказыванию умысла стороной обвинения с помощью правок и комментариев в договорах.

Если же конфиденциальность ключа нарушена, следует действовать по алгоритму, представленному на схеме.


«Цифра» уже влияет на имущественные права. Что дальше?

О влиянии цифровой реальности на имущественные права, а вернее об их ослаблении в еще вчера бесспорных сферах правоприменения рассказал на конференции Виталий Калятин, главный юрист по интеллектуальной собственности УК «РОСНАНО».

Пока такие тенденции характерны для зарубежной практики, но не приходится сомневаться — скоро они войдут в обыденность и перестанут быть чем-то экзотическим и для российских правоприменителей. А это обещает существенные риски для покупателей современной техники и оборудования, и новые возможности для производителей.

Итак, как же влияет исключительное право на право собственности?

Когда вы покупаете какое-то оборудование, автомобиль, компьютер, то есть вещь, у вас возникает право собственности на этот материальный объект. Но этот материальный объект сопровождает программное обеспечение. И в этом случае складывается интересная ситуация: исключительное право «накладывается» на право собственности.

В последнее время многие мировые производители активно вводят четыре ограничения на свои высокотехнологичные товары в той части, в которой их использование напрямую зависит от программной начинки:

  • ограничение по территории использования;

  • ограничение по сроку использования;

  • ограничение по способу использования;

  • невозможность передачи права.

Количество примеров применения таких ограничений растет в геометрической прогрессии.

1. Покупатель приобретает так называемый «умный дом», а спустя какое-то время производитель перестает обслуживать сервер, на котором хранилось программное обеспечение, поддерживающее системы жизнеобеспечения такого «умного дома». А другое ПО просто не будет функционировать, поскольку производитель заблаговременно это предусмотрел.

2. Среди сервисов для распознавания музыки довольно популярным был TrackID от компании Sony, который был предустановлен на смартфонах компании. Sony решила закрыть свой сервис. Пользователи получили уведомление внутри приложения, в котором сообщалось, что работа службы распознавания будет прекращена. Вместе с закрытием приложения пользователи потеряли свои истории TrackID. При этом разработчики не предусмотрели абсолютно никакого способа для сохранения списка или экспорта его в другие приложения.

3. Крупная американская компания, специализирующаяся на продаже электронных книг, ограничила (и заложила это в программном обеспечении) территорию их использования пределами США. Покупатель, оплативший заинтересовавшие его произведения, с удивлением обнаружил, что насладиться чтением за границей Соединенных Штатов невозможно.

4. Некоторые производители автомобилей премиум-сегмента записывают в лицензионном договоре на ПО положение о том, что покупатель не имеет права передачи данного ПО третьим лицам без согласия производителя. А современный автомобиль без электронной начинки, по сути, является набором запчастей, не способным к выполнению своей основной функции — перемещать своего владельца.

Таким образом, мы видим, что цифровая, электронная реальность вносит свои «поправки» в фундаментальные права, незыблемые до сих пор. И с этим теперь, как говорится, придется жить. И работать.

Цифровая экономика — дело всех и каждого

Заключительным докладом конференции, осветившим направления развития российского законодательства в части цифровой экономики, стало выступление Дмитрия Тер-Степанова, директора направления «Нормативное регулирование» АНО «Цифровая экономика» о реализации одноименной правительственной программы. Он пояснил, что деятельность организации направлена на вовлечение бизнес-сообщества, экспертов в разработку законотворческих документов в сфере цифровой экономики на 2018—2020 гг. Причем привычный порядок разработки актов кардинально поменялся. Теперь в сфере цифровой экономики бизнес инициирует и разрабатывает нормативные акты, а органы власти вносят комментарии, а не наоборот, как это было до старта программы. Ключевыми направлениями работы являются снятие ограничений для роста бизнеса, развитие новых подотраслей законодательства, построение законотворческого процесса будущего на базе цифровых технологий.

Редакция благодарит пресс-службу ОКЮР за содействие в подготовке материала.