1. Главная / Статьи 
ул. Черняховского, д. 16 125319 Москва +7 499 152-68-65
Логотип
| статьи | печать | 422

Частное определение в адрес судьи

Согласно закону судебное разбирательство ведется строго в отношении конкретных лиц и только в рамках предъявленного им обвинения. Вместе с тем в поле зрения суда порой попадают факты, которые в обязательном порядке должны стать достоянием самого широкого круга общественности, потому что они стали причиной преступления, нарушили нормальный ход предварительного расследования или судебного разбирательства. Способом легализации такой информации является институт частного определения (постановления). Проанализируем, как работает этот институт в отношении судей.

Отсутствие механизма обжалования

В силу ч. 4 ст. 29 Уголовно-процессуального кодекса РФ (далее –УПК РФ), ст. 226 Гражданского процессуального кодекса РФ (далее –ГПК РФ), ст. 200 Кодекса административного судопроизводства РФ (далее –КАС РФ) частное определение (постановление) выносится в адрес:

–должностных лиц министерств и ведомств федерального уровня;

–органов государственной власти в субъектах РФ;

–руководителей органов местного самоуправления;

–дознавателей, следователей, их начальников и руководителей;

–прокуроров;

–адвокатов;

–судов (их председателей), отдельных судей.

Понятно, что частное определение (постановление) затрагивает права и интересы лиц, в отношении которых оно вынесено. Нередко частное определение (постановление) является основанием для увольнения соответствующих должностных лиц (прекращения полномочий судьи). Анализ частных определений (постановлений) позволяет сделать вывод о том, что иногда действительно серьезных оснований для их вынесения не было, поскольку факт выявленного нарушения, совершенного конкретным должностным лицом, уже был описан в «базовом» судебном решении. Частные определения (постановления), как и иные судебные решения, вообще могут быть незаконными, необоснованными и несправедливыми, что подтверждается практикой отмены определенного (пусть и незначительного) числа частных определений (постановлений).

В силу данного обстоятельства должностные лица, в отношении которых вынесено частное определение (постановление), должны иметь право на их обжалование. На первый взгляд, данное право закреплено в ст. 46 Конституции РФ, некоторых процессуальных нормах (ст. 19 УПК РФ, ч. 1 ст. 331 ГПК РФ, ч. 2 ст. 200 КАС РФ). Однако, если в новейшем КАС РФ право на обжалование частного определения (постановления) закреплено прямо и четко, а в ГПК РФ лишь смутно угадывается, то в УПК РФ о таком специальном праве (несмотря на его официальное признание в ст. 19 УПК РФ) вообще умалчивается (пробел в законе).

Наличие данного пробела в специальных нормах закона, определяющих право на обжалование частного определения (постановления), механизм принесения жалоб на частное определение (постановление), а также порядок рассмотрения частных жалоб, толкуется практиками (судьями вторых и третьих инстанций) как прямой запрет на обжалование частных определений (постановлений), каковые ими расцениваются как решение суда в последней инстанции.

Как видим, налицо явное противоречие между конституционным правом всех (без исключения) лиц, интересы которых затронуты судебным решением, на обжалование и фрагментарностью закрепления данного права в специальных нормах УПК РФ. Иными словами: право данных лиц на обжалование признано как в Конституции РФ, так и в отраслевом законодательстве, не хватает лишь регламента принесения таких жалоб.

Отсутствие механизма обжалования частных определений (постановлений) должностными лицами преодолевается применением норм ГПК РФ и УПК РФ по аналогии.

В уголовном судопроизводстве реальной свободой обжалования частных определений (постановлений) из перечня должностных лиц, в отношении которых те были вынесены, обладают лишь участвовавшие в деле конкретные прокуроры, а также все вышестоящие прокуроры, включая Генерального прокурора РФ.

Анализ судебной практики последних двух десятилетий позволяет сделать вывод о том, что постепенно признается право на обжалование частных определений (постановлений) всеми категориями должностных лиц, в адрес которых они были вынесены.

Сначала «явочным методом» сложилась практика обжалования частных определений (постановлений), вынесенных в отношении адвокатов, затем стала появляться (хотя и противоречивая) судебная практика рассмотрения частных определений (постановлений), вынесенных в адрес дознавателей, следователей, их начальников и руководителей.

В настоящее время возник вопрос о праве обжалования частных определений (постановлений), касающихся судей. Чтобы показать всю серьезность проблемы, приведем пример.

Человек-невидимка

Судебная коллегия по гражданским делам ВС РФ, выявив факт грубого нарушения норм ГПК РФ, которое было допущено некоторыми московскими судьями, не только вынесла в их адрес частное определение, но и направила его копию председателю СК России. Об обоснованности данного решения можно судить на основе анализа фабулы гражданского дела по иску Екатерины1.

Екатерина –собственник квартиры. 11?февраля 2015 года она заключила с М. договор коммерческого найма, по которому передала свою квартиру во временное владение и пользование семье М.

12 марта 2015 года нотариусом составлена и удостоверена доверенность от имени Екатерины на имя Х. для представления ее интересов при совершении регистрационных действий, а также для сбора документов, необходимых для продажи квартиры, сроком на три месяца. В этот же день при неустановленных обстоятельствах неустановленными лицами был подготовлен и кем-то неизвестным подписан договор купли-продажи данной квартиры, сторонами по которому указаны ее собственник Екатерина и некая Елена (как потом будет установлено, лицо вымышленное).

Как видим, в один и тот же день от имени Екатерины совершены два действия: законное и незаконное. Является ли это случайным совпадением, судить читателю. Ясно одно: документы, предъявленные нотариусу, оказались в распоряжении злоумышленников.

9 апреля 2015 года между Еленой и ООО был заключен договор купли-продажи упомянутой выше квартиры с использованием кредитных средств.

В материалах дела имеются документы, выполненные от имени Екатерины:

–расписка от 12.03.2015 о том, что ею от Елены получены 7 млн руб.;

–заявление от 07.04.2015 об отсутствии претензий к Елене, удостоверенное Г., временно исполняющей обязанности нотариуса г. Москвы М.

По факту мошеннических действий с принадлежащей ей квартирой Екатерина обратилась в органы внутренних дел. Постановлением следователя 1-го отдела СЧ СУ ГУ МВД России по г. Москве от 07.07.2015 возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 Уголовного кодекса РФ, Екатерина признана потерпевшей.

Расследование уголовного дела продолжается.

В ответе УВД Витебского облисполкома Республики Беларусь указано, что гражданка Елена по имеющимся учетам автоматизированной системы «Паспорт» не значится, а указанный при совершении сделок с квартирой паспорт выдан 27 мая 2004 года Фрунзенским РУВД г. Минска на имя Ильи К., жителя г. Минска. По указанному в паспорте адресу регистрации находится административное здание, в котором расположено 7-е управление (по Витебской области) Управления по борьбе с организованной преступностью и коррупцией МВД Республики Беларусь.

Суд да дело

Не дожидаясь разрешения уголовного дела по существу, Екатерина обратилась в суд с иском к ООО и Елене:

–о признании договоров купли-продажи квартиры недействительными;

–о применении последствий недействительности сделки;

–об истребовании квартиры из чужого незаконного владения;

–о прекращении права собственности;

–о возложении обязанности аннулировать запись в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним.

Никулинский районный суд г. Москвы, частично удовлетворив исковые требования Екатерины, пришел к выводу о том, что:

–договор купли-продажи квартиры от 12.03.2015 подписан не истицей, а иным лицом;

–квартира выбыла из собственности истицы помимо ее воли.

На этом основании суд:

–признал недействительными договоры купли-продажи указанной квартиры, заключенные между Екатериной и Еленой, а также между последней и ООО;

–истребовал квартиру из незаконного владения ООО.

Разрешая спор, суд первой инстанции принял в качестве допустимых доказательств по гражданскому делу заключения экспертов Экспертно-криминалистического центра УВД по Западному административному округу Главного управления МВД России по г. Москве, полученные в ходе предварительного расследования уголовного дела, заключение судебной почерковедческой экспертизы, проведенной экспертом ООО «Независимое Агентство «ЭКСПЕРТ» (Решение Никулинского районного суда г. Москвы от 18.07.2016).

Решение суда первой инстанции новым собственником квартиры было обжаловано. Казалось бы, единственным основанием для кардинального пересмотра дела могла стать только явка в суд Елены с доказательствами, однозначно свидетельствующими о том, что Екатерина квартиру действительно ей продала, деньги от нее получила, а теперь еще пытается обмануть ООО. Но не тут-то было.

Судебная коллегия по гражданским делам Московского городского суда решение нижестоящего суда отменила, дело направила на новое рассмотрение в тот же суд, мотивируя это всего лишь тем, что суд первой инстанции, оказывается, не удосужился уточнить исковые требования, не выяснил, какие из них поддерживаются истицей в судебном заседании: об истребовании имущества из чужого незаконного владения или о признании сделок недействительными и применении последствий недействительности сделок. Кроме того, суд не разрешил требование о применении последствий недействительности сделки.

Более того, суд апелляционной инстанции усмотрел ошибочность выводов суда первой инстанции в оценке заключений экспертов, отметив, что вероятностные выводы не являются основанием для удовлетворения иска по настоящему делу, и тем самым подсказав нижестоящему суду, как следует разрешить дело по иску Екатерины, а именно –отказать в его удовлетворении (Определение Судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 10.01.2017 по делу № 33-0540/2017).

11 апреля 2017 года Никулинский районный суд г. Москвы принял «нужное» решение –в иске Екатерине было отказано. Данный факт может быть истолкован только так: судом достоверно установлено, что Екатерина квартиру продала, деньги от Елены получила и претензий к ней не имеет.

17 апреля 2017 года судья Московского городского суда, расценив апелляционное определение своих коллег от 10.01.2017 как законное и обоснованное, вынесла определение об отказе в передаче жалобы Екатерины для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции.

Резолюция Судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 10.08.2017 № 33-28434/2017, принятая по результатам судебного разбирательства в суде второй инстанции, была предсказуема: второе решение Никулинского районного суда г. Москвы законно и обосновано.

Истина в последней инстанции

Немного ранее, 19 июня 2017 года, судья ВС РФ по кассационной жалобе Екатерины истребовал ее дело из Никулинского районного суда г. Москвы для его проверки.

13 июля 2017 года в ВС РФ поступило письмо председателя Никулинского районного суда г. Москвы, датированное 4 июля 2017 года, в котором сообщалось, что делу по иску Екатерины оперативно было рассмотрено еще 11 апреля 2017 года, а на 20 июля 2017 года уже назначено его слушание в Судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда по апелляционной жалобе Екатерины.

Обращает на себя внимание тот факт, что Никулинским районным судом г. Москвы данное гражданское дело было направлено в Московский городской суд уже после получения запроса из ВС РФ.

20 июля 2017 года дело истребовано в ВС РФ из Московского городского суда, 29 августа 2017 года оно поступило в ВС РФ.

В этой связи Судебная коллегия по гражданским делам ВС РФ сочла необходимым обратить внимание своих московских коллег на то, что истребованное гражданское дело не было своевременно направлено в ВС РФ при получении соответствующих запросов Никулинским районным судом г. Москвы и Московским городским судом. Судьями названных судов проигнорированы разъяснения, содержащиеся в п. 15 Постановления Пленума ВС РФ от 11.12.2012 № 29 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регулирующих производство в суде кассационной инстанции», согласно которому в целях соблюдения разумных сроков судопроизводства (ст. 6.1 ГПК РФ) запрос судьи об истребовании дела подлежит незамедлительному исполнению судом.

Констатируется, что данное нарушение повлекло за собой увеличение сроков рассмотрения кассационной жалобы Екатерины и отмену всех судебных актов, постановленных после Апелляционного определения Судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 10.01.2017 по делу № 33-0540/2017, обжалованного в ВС РФ.

20 октября 2017 года Определением судьи ВС РФ кассационная жалоба Екатерины вместе с делом передана для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам ВС РФ.

Кассационная инстанция установила: Апелляционное определение Судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 10.01.2017 по делу № 33-0540/2017 вынесено с грубыми нарушениями норм ГПК РФ и разъяснений Пленума ВС РФ.

Суд второй инстанции сам принял новое решение вместо того, чтобы рассмотреть дело в соответствии со ст. 328 ГПК РФ, проигнорировав требование, содержащееся в п. 36 Постановления Пленума ВС РФ от 19.06.2012 № 13 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции», в котором указано, что направление дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции не допускается, если суд второй инстанции не согласен с первоначальным решением по делу. Данный механизм гарантирует реализацию прав лиц, участвующих в деле, на рассмотрение спора в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено законом.

Результат рассмотрения дела по кассационной жалобе Екатерины Судебной коллегией по гражданским делам ВС РФ –отмена трех судебных решений, два из которых были приняты Московским городским судом во второй инстанции (Определение Судебной коллегии по гражданским делам ВС РФ от 28.11.2017 № 5-КГ17-181).

С учетом характера имевших место нарушений закона Судебная коллегия по гражданским делам ВС РФ нашла нужным указать судьям Судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда, председателю Никулинского районного суда г. Москвы и судье этого же суда на допущенные грубые нарушения процессуального законодательства при рассмотрении настоящего гражданского дела, а также обратить внимание председателя Московского городского суда на соответствующие нарушения в целях принятия мер по предупреждению такого рода нарушений в будущем (Частное определение Судебной коллегии по гражданским делам ВС РФ от 28.11.2017 № 5-КГ17-181).

Копию частного определения Судебная коллегия по гражданским делам ВС РФ направила в СК России.

Продолжение следует?

Ощущение от анализа вышеприведенных документов такое.

Мошенничество, связанное с отчуждением квартиры у Екатерины, не окончилось, оно продолжается.

Что нужно сделать, чтобы пресечь преступную деятельность мошенников? Казалось бы, достаточно возбуждения уголовного дела. Но оно уже возбуждено, хотя и не расследуется.

Кто виноват? Следователь и его бесчисленные начальники, включая заместителя министра внутренних дел РФ, курирующего работу органов предварительного расследования этой системы.

Читатель также вправе спросить: а где же прокурорский надзор? Как видим, прокуратура тоже почему-то вмешиваться в сложившуюся ситуацию не спешит.

Последнее средство –председатель СК России Александр Бастрыкин. Может быть, хотя бы он найдет время разобраться в данном неоднозначном деле, поручив это своим креативным следователям.

1С учетом того, что производство по делу не завершено, данные участников процесса (как физических, так и юридических лиц) не разглашаются.