Верховный суд решил, что договорное условие, в котором есть техническая ошибка, можно не применять

| статьи | печать

Стороны случайно указали в соглашении к договору неверный коэффициент потребления электричества. Из-за этого компания переплатила полмиллиона рублей. Верховный суд РФ признал это технической ошибкой и пришел к выводу, что такое условие применяться не должно (Определение ВС РФ от 01.09.2017 № 305-ЭС17-4711 по делу № А40-52520/2016).

Суть дела

Между ПАО «Мосэнергосбыт» (далее — энергоснабжающая организация) и ООО «ИКАР» (далее — общество) был заключен договор энергоснабжения. По этому договору энергоснабжающая организация поставляла обществу электроэнергию с 2012 г. Через год после заключения договора стороны заключили дополнительное соглашение в связи с изменением условий технологического присоединения. Они указали в реестре средств учета электроэнергии и мощности новый счетчик, а также номинал измерительного трансформатора 150/5 А и коэффициент трансформации 30. Такая же информация была указана в акте разграничения балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности. Этот акт подписали представители электросетевой организации, энергоснабжающей организации и общества. После заключения дополнительного соглашения к договору общество оплачивало потребляемую электроэнергию, определяя ее объем по показаниям счетчика с умножением на коэффициент 30.

Позже общество установило индивидуальные счетчики. С их помощью оно обнаружило, что показания за электроэнергию отличаются. Чтобы выяснить, в чем проблема, была проведена проверки узла учета. Выяснилось, что счетчик фактически подключен через трансформаторы тока с номиналом 100/5 А с коэффициентом трансформации 20, а не 30, как это было указано в дополнительном соглашении к договору и в акте разграничения балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности. А это значит, что общество оплатило большее количество электроэнергии, чем фактически потребило. По его расчетам, за три года переплата составила почти 500 000 руб.

Общество потребовало от энергоснабжающей организации вернуть переплаченную сумму, но та отказалась перечислить деньги. Тогда общество подало иск в суд о взыскании с энергоснабжающей организации суммы переплаты, а также процентов за пользование чужими денежными средствами на сумму чуть более 100 000 руб.

Судебное разбирательство

Энергоснабжающая организация заявила в суде, что какие-либо основания для изменения условий договора энергоснабжения отсутствуют, поскольку общество не обращалось за заменой трансформатора и оформлением нового акта о разграничении балансовой ответственности и эксплуатационной принадлежности. Перерасчет, который общество подготовило самостоятельно, не соответствовал требованиям договора энергоснабжения. В связи с этим энергоснабжающая организация просила отказать в иске.

Суд первой инстанции согласился с позицией энергоснабжающей организации и отказал в удовлетворении исковых требований. Он указал, что иск общества фактически направлен на пересмотр составления акта о разграничении балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности, а также дополнительного соглашения к договору энергоснабжения. К тому же эти документы общество само и подписало, без каких-либо возражений. Логика суда была следующая: раз общество согласилось с определенным коэффициентом, подписав дополнительное соглашение, значит, на таких условиях и должно было оплачивать электроэнергию.

Также суд указал, что для возникновения обязательства вследствие неосновательного обогащения необходимо наличие одновременно двух обстоятельств:

  • обогащения одного лица за счет другого;

  • nприобретения или сбережения имущества без предусмотренных законом, правовым актом или сделкой оснований.

Однако общество не представило доказательств в подтверждение таких обстоятельств.

Суды апелляционной и кассационной инстанций поддержали выводы первой инстанции и оставили ее решение без изменения.

Общество подало жалобу во вторую кассацию. Оно сослалось на то, что энергоснабжающая организация имела законные основания для получения платы только за то количество электроэнергии, которое фактически поставила потребителю (ст. 544 ГК РФ). То есть она не имела права получать плату за непоставленную электроэнергию. Применение недостоверных учетных величин привело к неосновательному обогащению энергоснабжающей организации. Искажение выразилось в неправильном применении номинала трансформатора тока и коэффициента трансформации, являющихся по своей сути техническими характеристиками электросетевого оборудования. Трансформаторы тока уменьшают токовую нагрузку на измерительный прибор, поэтому во сколько раз уменьшилась нагрузка, во столько раз подлежит увеличение измеренных величин.

В иске фактически было заявлено о возврате части произведенной оплаты в связи с ошибочной выплатой по недействительному условию. По мнению общества, оно представило достаточные доказательства его недействительности. Также общество указало, что прибор учета и трансформатор тока не меняли с момента установки, то есть с 23 мая 2013 г. Произвольный доступ общества к трансформатору тока ограничен, так как он установлен в подстанции, принадлежащей электросетевой организации.

Позиция ВС РФ

Судебная коллегия по экономическим спорам ВС РФ отменила судебные акты нижестоящих инстанций, признав, что ошибочное условие договора не должно применяться, и направила дело на новое рассмотрение.

Свою позицию суд обосновал следующим образом: законодательство обязывает осуществлять расчеты за энергоресурсы на основании данных о количественном значении потребленных энергетических ресурсов, определенных при помощи приборов учета (п. 2 ст. 13 Федерального закона от 23.11.2009 № 261-ФЗ «Об энергосбережении и о повышении энергетической эффективности и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации»). Характеристики приборов учета являются существенным условием договора (п. 40, 42 Основных положений функционирования розничных рынков электрической энергии, утвержденных постановлением Правительства РФ от 04.05.2012 № 442). Однако технические характеристики, в частности коэффициент трансформации измерительного трансформатора, отражают объективные физические величины, обусловленные конструкцией самого прибора, и не могут зависеть от воли сторон договора. Как правило, эти сведения указываются в технической документации (паспорте) или на самом измерительном трансформаторе. В связи с этим произвольное указание величин, не соответствующих паспортным данным, недопустимо ни в договоре, ни в документах о технологическом присоединении. Иной подход нивелирует значимость приборов учета энергоресурсов.

Помимо этого, Верховный суд РФ сделал вывод, который важен для споров по любым договорам, в которые попали ошибочные условия. Вторая кассация отметила, что указание в договоре энергоснабжения неправильного коэффициента трансформации, из-за чего общество заплатило лишнее, по существу вызвано не волеизъявлением сторон, а технической ошибкой. Причем эта ошибка была допущена при участии представителей энергоснабжающей и электросетевой организаций — профессиональных участников рынка электроэнергетики. Такая ошибка не дает права энергоснабжающей организации удерживать плату за объем энергоресурса, который фактически она не поставила. В противном случае нарушались бы требования ст. 539, 541, 544 ГК РФ, а энергоснабжающая организация неосновательно обогащалась.

При новом рассмотрении суду первой инстанции придется снова оценить все доказательства и установить обстоятельства, связанные с расчетом взыскиваемых переплаты и процентов за пользование чужими денежными средствами.

День
Неделя
Месяц