Реорганизация юридических лиц: как изменились возможности защиты прав всех заинтересованных субъектов

| статьи | печать

В 2014 г. институт реорганизации был подвергнут существенным законодательным изменениям. Пришло время оценить, насколько эффективными оказались обновленные нормы и какие проблемы сохранились в данной сфере. Как реорганизуемое лицо может пресечь шантаж кредитора? При каких условиях можно повернуть реорганизацию вспять? В ходе правовой беседы, организованной «ЭЖ» и Институтом развития гражданского законодательства, Рустем Мифтахутдинов, судья ВАС РФ в отставке, доцент кафедры предпринимательского и корпоративного права МГЮУ им. О.Е. Кутафина, рассказал о ключевых новациях в регулировании реорганизации и основных проблемах, связанных с защитой реорганизуемых юридических лиц и их кредиторов.

Реорганизация — эффективный правовой механизм оптимизации бизнеса. Посредством нее возможно диверсифицировать производство, разрешить корпоративные конфликты, объединить активы и реализовать различные бизнес-стратегии. Востребованность данного института в российской экономике возросла в последние годы. За 2015 г. посредством реорганизации было создано 11 792 юридических лица, прекратило свою деятельность 78 151. В то же время за 2013 г. подобным путем было создано 6623 организации, 43 585 прекратили свою деятельность.

Реорганизация представляет собой достаточно сложный правовой институт. В ней пересекаются различные интересы: самих реорганизуемых лиц, их участников и кредиторов. Кроме того, реорганизация часто служит инструментом для различного рода злоупотреблений как со стороны участников юридического лица, так и кредиторов.

Федеральный закон от 05.05.2014 № 99-ФЗ (далее — Закон № 99-ФЗ) внес существенные изменения в статьи ГК РФ, посвященные реорганизации. Перед судебной практикой встал ряд вопросов о том, как соотносятся новые нормы с правилами законов об отдельных видах юридических лиц и с уже выработанными в системе арбитражных судов подходами к разрешению споров.

Злоупотребления правами при реорганизации

Необходимость реформирования института реорганизации была вызвана тем, что он часто использовался для различного рода злоупотреблений как со стороны самих реорганизуемых лиц, так и их кредиторов. Реорганизация рассматривалась в качестве инструмента получения необоснованных выгод и (или) ухода от обязательств.

По сути реорганизация — это изменение состава активов компании. Цель недобросовестной реорганизации (как правило, речь идет о разделении, выделении) заключается в том, чтобы передать обязательства одному лицу, а имущество — другому. При этом создается видимость равного распределения активов. Компании с долгами также передается некое имущество. Между тем речь идет о неликвидных активах — для них установлена балансовая стоимость, но реальной ценностью они не обладают. Сложность в таком случае в доказательственных моментах. Кредиторам необходимо обосновать, что активы, которые были переданы одной из компаний, не имеют действительной стоимости.

Кроме того, ГК РФ в прежней редакции позволял злоупотреблять правами кредиторам. Здесь было две основные проблемы.

ГК РФ закреплял последовательное проведение процедуры регистрации, что сильно увеличивало различные транзакционные издержки. Если вдруг структура бизнеса требовала сначала провести слияние, потом выделение, а потом преобразование, то в соответствии с прежними нормами все это нужно было делать постепенно, запускать три процесса реорганизации. Это долго, трудно и дорого. В новой редакции п. 1 ст. 57 ГК РФ данная проблема решена: закон допустил реорганизацию юридического лица с одновременным сочетанием различных ее форм.

Вторая проблема заключалась в неоднозначности нормы, которая давала кредиторам право на досрочное предъявление требования.

Реорганизация традиционно определяется как прекращение юридического лица с передачей прав и обязанностей. Однако такой подход не совсем корректен, так как прекращение юридического лица — это не цель, не причина, не побудительный мотив реорганизации. Это не более чем следствие, которое завершает сложный юридический состав. Целью же реорганизации является снижение определенных издержек, оптимизация бизнеса и управления. Конечно, возможны и исключения. Например, когда произошел конфликт между руководителями, учредителями общества и совместное ведение бизнеса становится затруднительным. Но это не является нормальной, типичной ситуацией — причиной реорганизации.

Оптимизации бизнеса нередко препятствовала норма о досрочном предъявлении требований кредиторов. Согласно п. 2 ст. 60 ГК РФ в прежней редакции кредитор юридического лица, если его права требования возникли до опубликования уведомления о реорганизации юридического лица, вправе потребовать досрочного исполнения соответствующего обязательства должником, а при невозможности досрочного исполнения — прекращения обязательства и возмещения связанных с этим убытков. Таким образом, ГК РФ поддерживал тезис, что нельзя поменять должника без согласия кредитора. Данный подход проявился и в положениях о переводе долга (ст. 391 ГК РФ), и в ст. 60 ГК РФ. Между тем если рассматривать юридическое лицо в качестве обособленного имущества, то оправданность такого подхода, по крайней мере в случае с реорганизацией, вызывает сомнения. Казалось бы, какая разница кредитору, из чьего имущества будут удовлетворены его требования? В коммерческих отношениях личность должника не имеет определяющего значения. Конечно, возможны исключения. Например, по обязательствам об оказании услуг и проведении работ. Но если речь идет об обязанности выплатить денежные средства, то кредитору, по сути, должно быть все равно, кто ее исполнит, главное, чтобы деньги были выплачены.

С позиции развития права необходим нюансированный подход. При определенных условиях, когда личность должника не важна, а для кредитора ничего принципиальным образом не изменится, перевод долга может осуществляться и без согласия кредитора.

На практике кредиторы часто использовали положение п. 2 ст. 60 ГК РФ в недобросовестных целях, для шантажа. Понимая, что юридическому лицу необходимо оптимизировать свой бизнес, провести реорганизацию, они заявляли ему о своем намерении воспользоваться правом на досрочное предъявление требований. Должник начинал уговаривать их не делать этого: он планировал отдать позже, одновременное предъявление нескольких требований может привести к его банкротству. Соглашаясь на уступки, кредиторы требовали закрепить в договоре более выгодные для них условия.

Закон № 99-ФЗ решил данную проблему. Реорганизуемое юридическое лицо может защититься от досрочного предъявления требований, предоставив достаточное обеспечение (п. 2 ст. 60 ГК РФ). Под достаточным обеспечением ГК РФ понимает:

  • независимую безотзывную гарантию кредитной организации, кредитоспособность которой не вызывает обоснованных сомнений, со сроком действия, не менее чем на три месяца превышающим срок исполнения обеспечиваемого обязательства;

  • любое другое обеспечение, которое согласился принять кредитор (п. 4 ст. 60 ГК РФ).

Главный вопрос, который может здесь возникнуть: должно ли это быть специальное новое обеспечение перед реорганизацией? Иными словами, должен ли должник выговорить с кредитором обеспечение именно на случай реорганизации или можно считать достаточным обеспечение, которое было предоставлено заранее, не в связи с реорганизацией? В практике ответа на этот вопрос пока не было.

Если отталкиваться от буквального толкования нормы, то выданное ранее обеспечение следует признавать допустимым и достаточным. Для тех случаев, когда речь идет о других обеспечениях (не безотзывной гарантии кредитной организации), важно, чтобы кредитор выявил свою волю на то, чтобы считать такое обеспечение достаточным для целей реорганизации. Тогда такое обеспечение будет точно соответствовать тому, которое предусмотрела ст. 60 ГК РФ.

Есть еще одна проблема, которая так и не была решена. Речь идет о неравных гарантиях прав кредиторов, срок исполнения по обязательствам перед которыми к моменту опубликования уведомления о реорганизации еще не наступил и уже наступил. Как было отмечено выше, первые могут требовать досрочного исполнения обязательств. При этом в случае, если обязательство досрочно не исполнено, кредитор может рассчитывать на солидарную ответственность. Прежняя редакция устанавливала для таких случаев солидарную ответственность «вновь созданных в результате реорганизации (продолжающих деятельность) юридических лиц». Согласно же действующей редакции солидарную ответственность перед кредиторами наряду с юридическими лицами, созданными в результате реорганизации, несут лица, имеющие фактическую возможность определять действия хозяйственных обществ, члены их коллегиальных органов и лицо, уполномоченное выступать от имени реорганизованного юридического лица, а при реорганизации в форме выделения — реорганизованное юридическое лицо. В случае же, если срок исполнения обязательства наступил до реорганизации, а лицо, которому было передано данное обязательство, не спешит его исполнять, у кредитора не возникает возможности солидарного взыскания.

В 2013 г. данная проблема стала предметом рассмотрения в Президиуме ВАС РФ (постановление Президиума ВАС РФ от 28.05.2013 № 16246/12 по делу № А56-65460/2011). В ходе исполнительного производства должник — ООО «Фирма „Мир“» реорганизовался в форме выделения из него ООО «Фирма „Новый мир“». Взыскатель — ООО «Ренессанс-Лизинг СПб» обратился с иском к обществу «Фирма „Новый Мир“» о взыскании задолженности, ссылаясь на положения ст. 60 ГК РФ о солидарной ответственности правопреемника по долгам реорганизованного юридического лица.

Суды трех инстанций в удовлетворении иска отказали, указав на невозможность применения в данном случае п. 4 ст. 60 ГК РФ о солидарной ответственности вновь созданного в процессе реорганизации юридического лица. Дело попало на рассмотрение Президиума ВАС РФ, который отметил неравное положение кредиторов по обязательствам, срок исполнения которых наступил, по отношению к кредиторам по обязательствам с ненаступившим сроком исполнения. Но при этом он указал также, что нормы, содержащиеся в ст. 60 ГК РФ, действительно предусматривают гарантии лишь для тех кредиторов реорганизуемого юридического лица, срок исполнения обязательств перед которыми к моменту опубликования уведомления о реорганизации еще не наступил. И ГК РФ прямо не регулирует вопрос о том, какие гарантии на случай реорганизации должника имеют кредиторы, срок исполнения обязательств перед которыми к моменту опубликования уведомления о реорганизации уже наступил, но соответствующие обязательства должником все еще не были исполнены.

В качестве средства защиты интересов заявителя Президиум ВАС РФ предложил процессуальную замену должника на стадии исполнительного производства. Правда, солидаритета кредитор не получил — он должен был определиться только с одним должником.

Новая редакция ГК РФ разрешения этой ситуации также не предложила, хотя подобных споров было немало.

Еще один вопрос возникает в отношении установленного п. 2 ст. 60 ГК РФ 30-дневным сроком. Законодатель закрепил, что требования о досрочном исполнении обязательства или прекращении обязательства и возмещении убытков могут быть предъявлены кредиторами не позднее чем в течение 30 дней после даты опубликования последнего уведомления о реорганизации юридического лица. О каких требованиях в данном случае идет речь? Распространяется ли данный срок в том числе на предъявление иска? Скорее всего, на данный вопрос необходимо дать утвердительный ответ. Этот срок служит обеспечению баланса интересов и защитой от шантажа кредиторов. Законодатель стремился формализовать предъявление такого значимого требования, которое может парализовать деятельность юридического лица. Тем более что досрочное исполнение обязательства возможно только лицом, которое реорганизуется.

Недействительность решения о реорганизации или несостоявшаяся реорганизация

При реформировании российского гражданского права был воспринят общеевропейский тренд на обеспечение стабильности гражданского оборота. Значительно сложнее стало оспаривать сделки, признавать договоры незаключенными, особенно в тех случаях, когда стороны изначально выражали свое согласие с условиями сделки, волю на ее исполнение. Данный тренд проявился и при внесении изменений в нормы об институте реорганизации.

В дореформенном периоде в арбитражной практике отсутствовал единый подход относительно допустимости и последствий признания реорганизации недействительной. При этом зачастую участникам хозяйственного общества удавалось повернуть реорганизацию вспять.

Новая редакция ГК РФ предложила два новых института, ориентированных прежде всего на защиту добросовестных контрагентов, которые не должны зависеть от внутренних нарушений процедуры реорганизации:

  • недействительная реорганизация (ст. 60.1 ГК РФ);

  • несостоявшаяся реорганизация (ст. 60.2 ГК РФ).

У этих институтов совершенно разные правовые последствия. Если мы говорим о признании реорганизации недействительной, то имеем в виду, что признается недействительным только решение собрания о такой реорганизации. Но никакого поворота в части исполнения этого решения и создания новых юридических лиц не происходит. Юридические лица продолжают жить своей жизнью. Сделки, совершенные как с прежними, так и с новыми юридическими лицами, действительны. Единственный способ защиты, если решения принято с нарушениями (как правило, интересов миноритарных участников), — возмещение убытков. Согласно п. 4 ст. 60.1 ГК РФ лица, способствовавшие принятию недействительного решения о реорганизации, обязаны солидарно возместить убытки участнику реорганизованного юридического лица, голосовавшему против принятия решения о реорганизации или не принимавшему участия в голосовании, а также кредиторам. Интересы оборота в данном случае не затрагиваются.

Последствием же признания реорганизации несостоявшейся является ее поворот, реституция. Юридические лица, существовавшие до реорганизации, восстанавливаются. Лица, созданные после, прекращаются. Вносятся соответствующие записи в ЕГРЮЛ. Переход прав и обязанностей признается несостоявшимся. В то же время подп. 2 п.2 ст. 60.2 ГК РФ предусматривает, что сделки юридических лиц, созданных в результате реорганизации, с лицами, добросовестно полагавшимися на правопреемство, сохраняют силу для восстановленных юридических лиц.

Центральный вопрос в данном случае: в чем принципиальное различие между данными институтами? Различие заключается в наличии волеобразующего признака — воли участников юридического лица на реорганизацию. В случае с признанием решения недействительным такая воля была направлена на реорганизацию. Какая-то группа участников (как правило, мажоритариев) была за реорганизацию. Скорее всего, имел место корпоративный конфликт: кто-то был против реорганизации, кого-то не известили. В таком случае реорганизация не поворачивается вспять. Но у участников, не давших на нее одобрение, возникает право требовать возмещения убытков.

Несостоявшаяся же реорганизация предполагает более грубое нарушение. Воля участников не была направлена на реорганизацию. Участников вообще не спросили. Кто-то за них принял решение о реорганизации: решение подделано, принято участниками, которые выбыли из общества. Возникает вопрос: сколько же участников должно быть, чтобы реорганизация была признана состоявшейся? Например, 5% участников собрались и проголосовали за реорганизацию. Каковы последствия: недействительное решение о реорганизации или реорганизация не состоялась?

Интерес в рассматриваемом аспекте представляет Определение ВС РФ от 18.03.2015 по делу № 305-ЭС14-4611, А41-348/13. В этом деле участники, обладающие в сумме 50% долей участия в ООО «Априкус», не были извещены об общем собрании, на котором было принято решение о реорганизации общества в форме присоединения к ООО «Коралл». Они требовали признать недействительными данное решение и заключенный в соответствии с ним договор о присоединении, а также исключить из ЕГРЮЛ запись о прекращении деятельности общества «Априкус». Суды первой и кассационной инстанции повернули реорганизацию. Требования истца, в том числе об исключении записи из ЕГРЮЛ, были удовлетворены.

А вот Верховный суд РФ с таким решением не согласился. Он пришел к выводу, что истцы избрали ненадлежащий способ защиты своих прав. Само по себе признание недействительным (ничтожным) решения собрания о реорганизации и договора о присоединении не может повлечь таких правовых последствий, как восстановление юридических лиц, существовавших до реорганизации. Фактически Коллегия по экономическим спорам пришла к выводу, что одобрения реорганизации 50% участников достаточно для признания ее состоявшейся, воля на реорганизацию была.

Таким образом, можно предположить, что при одобрении реорганизации 50% и больше участников решение о ней может быть признано недействительным. Но сама реорганизация отмене не подлежит.

К сведению

В новой редакции п. 5 ст. 58 ГК РФ прямо закреплено, что при реорганизации в форме преобразования правопреемства не происходит: права и обязанности реорганизованного юридического лица в отношении других лиц не изменяются, за исключением прав и обязанностей в отношении учредителей (участников), изменение которых вызвано реорганизацией. Соответственно, к отношениям, возникающим при такой реорганизации, правила ст. 60 ГК РФ не применяются. В том числе у кредиторов реорганизуемого юридического лица не возникает права требовать досрочного исполнения обязательства.

При преобразовании юридического лица не требуется составления передаточного акта и государственной регистрации перехода прав на недвижимое имущество. Интерес в рассматриваемом аспекте представляет Определение ВС РФ от 19.07.2016 по делу № 310-КГ16-1802, А14-3915/2015. Сельскохозяйственная артель была преобразована в ООО, которое обратилось в регистрирующий орган с заявлением о внесении изменений в сведения ЕГРП о правообладателе принадлежавшего артели здания и выдаче свидетельства на него с измененными сведениями. Регистрирующий орган в совершении данных действий обществу отказал, указав, что для внесения изменений требуется регистрация перехода прав, и общество обратилось в суд.

Коллегия по экономическим спорам признала требования общества подлежащими удовлетворению, отметив, что особенностью реорганизации в форме преобразования является отсутствие изменения прав и обязанностей этого реорганизованного лица. Поскольку юридическое лицо при преобразовании сохраняет неизменность своих прав и обязанностей, закон не предусматривает обязательность составления в этом случае передаточного акта. В случае наличия обстоятельств, которые не влекут за собой прекращение или переход права на объект недвижимого имущества, в ЕГРП могут быть внесены соответствующие записи об изменениях без проведения государственной регистрации прав на недвижимое имущество.

День
Неделя
Месяц