1. Главная / Статьи 
ул. Черняховского, д. 16 125319 Москва +7 499 152-68-65
Логотип
| статьи | печать | 66

Высоким технологиям в медицине грозит понижение дальнейшего роста

С 1 января 2016 г. средства для финансирования всей высокотехнологичной медицинской помощи будут поступать из фондов обязательного медицинского страхования. Об этом сообщили в ОНФ, отметив при этом, что с 1 января 2016 г. к 459 оплачиваемым из средств ОМС видам ВМП добавятся ещё 1007 видов. В 2015 г. на оказание 459 видов высокотехнологичной медпомощи было выделено 82,1 млрд руб., при этом в 2016 и 2017 гг. на финансирование 1466 видов ВМП в бюджете Фонда ОМС запланировано соответственно 99,5 млрд и 103,5 млрд руб.

«Совершенно очевиден дефицит финансирования медицинской помощи в стране, — отметил член Центрального штаба ОНФ, ректор Первого Санкт-Петербургского государственного медицинского университета Сергей Багненко. — Он может привести к снижению доступности высокотехнологичной медицинской помощи для граждан. В такой ситуации каждое действие в этой сфере должно просчитываться семь раз, прежде чем будет принято решение. В этой связи вызывают сомнения расчёты расходов на ВМП: число видов медпомощи вырастает в три раза, а финансирование — лишь на 23%. Что касается нормированного страхового запаса в системе ОМС, то, прежде чем вытаскивать эту „подушку безопасности“ из-под российского здравоохранения, направляя её на финансирование ВМП, также надо хорошенько подумать».

В ОНФ также напомнили, что Президент РФ Владимир Путин в своём Послании Федеральному Собранию в декабре 2014 г. поставил задачу по увеличению к концу 2016 г. числа получивших ВМП пациентов до 750 000 человек.

В своём нынешнем ежегодном Послании Федеральному Собранию президент поручил правительству создать в системе обязательного медицинского страхования специальную федеральную часть, бюджет которой будет направлен на финансирование высокотехнологичной медицинской помощи. Кроме того, несмотря на звучавшую в последнее время со всех сторон критику системы ОМС, он подтвердил неизменность курса властей на внедрение страховых принципов в здравоохранении.

«Прямая обязанность страховой компании, работающей в системе ОМС, — отстаивать права пациента, в том числе при необоснованных отказах в оказании бесплатной медицинской помощи, — заявил президент и поручил правительству взять деятельность операторов системы под строгий контроль. — Если страховая компания этого не делает, она должна нести ответственность вплоть до запрета работы в системе ОМС».

Владимир Путин отметил, что за последнее время в России существенно нарастили объёмы высокотехнологичной медпомощи: в 2005 г. в стране делали 60 000 высокотехнологичных операций, а в 2014-м — 715 000. «Значительную часть таких операции стали проводить без очереди, и это действительно достижение, — сказал В. Путин. — Стоимость некоторых операций высока, и как правило, их делают в ведущих федеральных медицинских центрах и клиниках. Для финансирования таких операций предлагаю создать в системе ОМС специальную федеральную часть. Необходимые поправки в законодательство прошу принять уже в весеннюю сессию».

Изначально большинство экспертов опасались, что переход на одноканальное финансирование всех видов помощи, в том числе и высокотехнологичной, приведёт к серьёзному дефициту квот.

«Недавно мы обратились к властям с открытым письмом с требованием не сокращать финансирование здравоохранения в 2016 г., как это предусмотрено проектом бюджета, — говорит председатель Всероссийского общества гемофилии Юрий Жулев. — ВМП — это импортные лекарства, технологии, техника; всё это требует расходных материалов, а индексации не предусматривается. Власти должны продолжать финансировать эту сферу, ведь ВМП — это тяжелейшие заболевания. И финансирования всё равно недостаточно. Проблемы есть, но существует и позитивная составляющая в развитии ВМП. На неё выделены большие средства, и острых ситуаций, когда квоты заканчивались в середине года, как было раньше, в этом году не было. Мы видим это по отсутствию массовых жалоб. Кроме того, многие учреждения в регионах получили лицензии на оказание ВМП, поэтому, с одной стороны, уже не надо ехать в федеральные центры. Но негатив в том, что пациенты чаще всего не знают о том, что у них есть право выбора — местные власти делают всё, чтобы такая помощь оказывалась в регионе. В результате многие федеральные учреждения оказались незагруженными, некоторые на грани закрытия».

«Объёмы выросли, и это можно только приветствовать, — считает директор Научно-практического центра интервенционной кардиоангиологии Давид Иоселиани. — Однако потенциальные возможности у многих учреждений выше. Так, наш центр может делать в 1,5—2 раза больше операций, чем сейчас. Кроме того, наша работа серьёзно осложняется препятствиями организационного характера. В частности, задержками с приобретением расходных материалов (стентов, игл, ниток, оксигенаторов, клапанов, катетеров и пр.), которые теперь закупаются централизованно. В этом году из того, что нам выделили на ВМП, на 3 декабря мы получили лишь 50% расходного материала. Остаётся 22 дня, за которые нужно сделать объём работ, запланированный на полгода. Конечно, виноваты не высшие начальники, а мелкие чиновники, которые затягивают и неуклюже выполняют распоряжения. Приходится выходить из ситуации за счёт экономии, порой приобретать стенты за свой счёт. И всё равно у нас большая задолженность: до конца года мы должны сделать 38 операций (в том числе десять новых и очень сложных операций аортального протезирования) и около 80 стентирований, что возможно лишь с очень большим напряжением. И до сих пор у меня нет стентов для сонных и почечных артерий. Мы люди, а не роботы, и сделать за 20 дней то, что мы могли бы распределить равномерно на год, очень сложно. Я считаю, что центры ВМП должны получать расходные материалы 1 января на весь год вперёд».