1. Главная / Статьи 
ул. Черняховского, д. 16 125319 Москва +7 499 152-68-65
Логотип
| статьи | печать | 1238

КС РФ защитил основной закон от «неконституционных» решений Страсбургского суда

На прошлой неделе Конституционный суд РФ вынес важное постановление по вопросу о допустимости неисполнения Россией актов Европейского суда по правам человека, если они противоречат основному закону страны. Судьи пришли к выводу, что ограниченное применение решений Страсбургского суда в исключительных случаях возможно, но подчеркнули, что речь идет о противоречии Конституции РФ не положений Конвенции по правам человека, а только лишь актов ее толкования.

Если постановление Европейского суда по правам человека, вынесенное по жалобе против России, основано на толковании положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод, приводящем к их противоречию Конституции РФ, то такое постановление не может быть исполнено. К такому выводу пришел КС РФ в постановлении от 14.07.2015 № 21-П (далее — постановление № 21-П), вынесенном по делу о проверке конституционности отдельных положений федеральных законов от 30.03.98 № 54-ФЗ «О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней» и от 15.07.95 № 101-ФЗ «О международных договорах Российской Федерации», а также ГПК РФ, АПК РФ, КоАП РФ, УПК РФ по запросу группы депутатов Госдумы. Оспариваемые нормы кодексов устанавливают обязанность суда или иного уполномоченного органа рассматривать дела в соответствии с международными договорами Российской Федерации, без оговорки на соответствие таких договоров положениям Конституции РФ.

Европейский суд по правам человека vs Конституция России

Конвенция о защите прав человека и основных свобод (подписана 04.11.50 в Риме, далее — Конвенция) вместе с протоколами к ней была ратифицирована Россией в 1998 г. Конвенция предусматривает специальный правовой механизм защиты декларированных в ней прав и свобод: жалобы на нарушения странами — участницами Конвенции ее положений рассматривает специальный межгосударственный орган — Европейский суд по правам человека.

Россия ратифицировала Конвенцию со следующим заявлением:«Российская Федерация в соответствии со статьей 46 Конвенции признает ipso facto и без специального соглашения юрисдикцию Европейского Суда по правам человека обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции и Протоколов к ней в случаях предполагаемого нарушения Российской Федерацией положений этих договорных актов, когда предполагаемое нарушение имело место после их вступления в действие в отношении Российской Федерации». Помимо этого, в самой Конституции РФ закреплен приоритет международных договоров перед национальным правом (ч. 4 ст. 15). Однако такие правила порождают правовые коллизии в случаях, когда решения Европейского суда по правам человека противоречат положениям Конституции, хоть и не являясь международным договором, но будучи принятыми на его основании. Решить вопрос о применимости в таких случаях актов толкования Конвенции Страсбургским судом пришлось Конституционному суду РФ.

В качестве наглядного примера коллизии между толкованием Конвенции и Конституции РФ в постановлении № 21-П приводится постановление Европейского суда по правам человека от 04.07.2013 по делу «Анчугов и Гладков против России». В нем наличие в российском законодательстве ограничения избирательного права лиц, осужденных по приговору суда, было признано нарушением ст. 3 «Право на свободные выборы» протокола № 1 к Конвенции о защите прав человека и основных свобод. В то же время такой вывод прямо противоречит ч. 3 ст. 32 Конституции РФ, согласно которой не имеют права избирать и быть избранными граждане, содержащиеся в местах лишения свободы по приговору суда. Согласие Российской Федерации на исполнение такого постановления, как отмечает КС РФ, означало бы нарушение ею положений Конституции РФ или же необходимость принятия новой Конституции. Притом что присоединение к Конвенции о защите прав человека и основных свобод и участие в ней России как правового демократического государства, в котором человек, его права и свободы являются высшей ценностью, обусловлено как раз самим принятием, соблюдением и действием Конституции РФ.

Конвенция не противоречит Конституции, а вот ее толкование — да

Вопрос об исполнимости постановлений Европейского суда по правам человека, противоречащих Конституции РФ, уже поднимался при рассмотрении судом иных жалоб (постановление КС РФ от 06.12.2013 № 27-П). Но только в постановлении № 21-П содержится указание на право законодателя предусмотреть специальный правовой механизм разрешения КС РФ вопроса о возможности или невозможности с точки зрения принципов верховенства и высшей юридической силы Конституции РФ исполнить вынесенное по жалобе против России постановление Европейского суда по правам человека, в том числе в части мер общего характера. Так что, вероятно, в ближайшее время стоит ожидать поправок в Федеральный конституционный закон от от 21.07.94 № 1-ФКЗ «О Конституционном Суде Российской Федерации». Окончательного вывода о том, можно или нельзя не исполнять противоречащие Конституции РФ решения Европейского суда по правам человека, в резолютивной части постановления № 21-П не содержится. Ответ на этот вопрос, очевидно, судьи будут давать на основании конкретных запросов и жалоб.

При этом Конституционный суд РФ несколько раз подчеркнул, что при использовании слова «коллизия» речь идет не о противоречии Конвенции (которую Россия ратифицировала вместе с протоколами) Конституции РФ, а о противоречии основному закону страны актов толкования Конвенции — постановлений Европейского суда по правам человека. Судьи указали, что безусловное исполнение Россией решений межгосударственного органа, принятых на основании Конвенции в не согласующемся с Конституцией РФ истолковании, могло бы повлечь нарушение ее положений.

Однако выражение Россией согласия на обязательность для нее Конвенции в нарушение того или иного положения Конституции РФ может выявиться только после того, как Европейский суд по правам человека примет решение, основанное на истолковании нормы Конвенции в смысле, приводящем к ее несогласованности с положением Конституции РФ. Речь в таких случаях идет не о действительности или недействительности для России Конвенции в целом, а лишь о невозможности соблюдения обязательства о применении ее нормы в истолковании, приданном ей Европейским судом в рамках рассмотрения конкретного дела.

Заметим, что, приводя подобные аргументы, Конституционный суд РФ «оберегает» Россию от нарушения одного из принципов международного права — принципа добросовестного выполнения обязательств по международному праву (pacta sunt servanda — лат. «договоры должны исполняться»). В то же время подобная позиция отстаивает право России на суверенитет, уважение которого, кстати, также входит в число принципов международного права.

В постановлении № 21-П судьи апеллируют к опыту иностранных государств, в частности, Германии, Италии, Австрии, Великобритании, где судебные органы также сформировали позицию о невозможности применения положений Конвенции в истолковании Европейского суда по правам человека, противоречащем нормам национального конституционного права.