1. Главная / Статьи 
ул. Черняховского, д. 16 125319 Москва +7 499 152-68-65
Логотип
| статьи | печать | 567

Взыскать убытки с органа государственной власти не получится, если компания выполнила работы за свой счет без заключения госконтракта

Выполнение компанией работ без заключения государственного контракта не влечет возникновения на стороне органа государственной власти неосновательного обогащения, а является предпринимательским риском юридического лица (Определение ВС РФ от 13.03.2015 № 307-ЭС14-4768 по делу № А56-19884/2013).

Суть дела

Распоряжением правительства города федерального значения в одном из районов был запланирован новый квартал под жилищно-гражданское строительство.

Тремя годами позже правительство города провело открытый аукцион на право заключения договора аренды земельного участка для реализации инвестиционного проекта. Государственным заказчиком выступал комитет по строи­тельству (далее — комитет субъекта, ответчик). Он должен был осуществить разработку проектной до­кумен­тации объектов с финансированием работ за счет городского бюджета. С победителем аукциона был заключен договор, согласно которому ООО (далее — арендатор, общество, заявитель) обязалось сдать объект в эксплуа­тацию с готовыми к использованию коммунальными сетями.

Обязанности по разработке до­кумен­тации и финансированию должен был осуществлять комитет субъекта. Однако средств на реализацию инвестиционного проекта из бюджета выделено не было.

Арендатор неоднократно направлял обращения в комитет субъекта и губернатору города об открытии финансирования, но ему рекомендовали выполнить проектирование и строительство меж­квартальных инженерных сетей за счет собственных средств с последующим возмещением понесенных расходов.

Общество профинансировало инвестиционный проект и обратилось в арбитражный суд с требованием о взыскании с комитета по строительству убытков в размере 57,5 млн руб.

­Судебное разбирательство

Суд первой инстанции удовлетворил заявленные требования в полном объеме.

Без проектирования и строительства межквартальных инженерных сетей было бы невозможно подключить строящиеся объекты к коммунальным сетям, что в свою очередь повлекло бы невозможность ввода объекта в эксплуатацию и нарушение заявителем условий договора ­аренды.

Размер затраченных обществом денежных средств подтверждался агентскими договорами, до­говорами подряда, актами сдачи-приемки выполненных работ и платежными поручениями. Вопрос о зачете затрат заявителя на проектирование и строительство инженерных сетей, в том числе путем изменения инвестиционных условий по иным проектам, обсуждался на совещаниях в комитете по строительству в феврале и июле 2010 г. Было решено продолжать строительство, ввести объекты в эксплуатацию и передать их на баланс городских инженерных ведомств.

Построенные заявителем меж­квартальные сети находились в процессе передачи городским эксплуатирующим организациям, а правительство города в лице комитета по строительству не возражало против проведения обществом проектных и строительных работ.

Суд пришел к выводу, что проведение заявителем работ за свой счет привело к сбережению средств городского бюджета, предназначенных для выполнения инвестиционного проекта.

Ответчик сослался на пропуск заявителем срока исковой давнос­ти, но суд отклонил этот довод. Общий срок исковой давности составляет три года (п. 1 ст. 196 ГК РФ). Начало течения этого срока определяется днем, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права (п. 1 ст. 200 ГК РФ). Заявитель обратился к губернатору города с просьбой о зачете денежных средств 13 июня 2012 г., но ответа не получил. Письменное обращение, поступившее в государственный орган, орган местного самоуправления или должностному лицу в соответствии с их компетенцией, должно рассматриваться в течение 30 дней со дня его регистрации (ст. 12 Федерального закона от 02.05.2006 № ­59-ФЗ «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации»). Следовательно, течение срока исковой давности началось 29 июля 2012 г. — с момента истечения срока для ответа на обращение заявителя.

Ответчик и комитет финансов города попытались обжаловать решение, но судьи апелляционной инстанции оставили его без изменения, а жалобу — без удовлетворения.

Обязательство из неосновательного обогащения возникает только при наличии определенных условий, которыми являются, во-первых, приобретение имущества одним лицом за счет другого, а во-вторых, приобретение или сбережение имущества без предусмотренных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований. Лицо, неосновательно пользовавшееся чужим имуществом либо услугами без намерения их приобретения, должно возместить потерпевшему то, что оно сберегло, по цене, существовавшей во время окончания пользования, и в том месте, где оно происходило (п. 2 ст. 1105 ГК РФ).

Судьи отметили, что направление заявителем обращений в органы власти города, а также обсуждение вопроса о зачете затрат общества при строительстве свидетельствовали о признании долга.

Доводы подателей жалобы о необходимости применения к спорным правоотношениям норм Федерального закона от 21.07.2005 № ­94-ФЗ «О размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд» (далее — Закон № ­94-ФЗ) были отклонены. По смыслу положений данного закона, финансирование работ для нужд субъектов РФ и их государственных заказчиков осуществляется за счет средств бюджета соответствующего субъекта РФ, поэтому заключение государственного контракта (далее — госконтракт) является обязательным условием. Арендатор же выполнял работы, не заключая госконт­ракта.

В то же время Закон № ­94-ФЗ регулирует отношения, связанные с размещением заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных, муниципальных нужд и нужд бюджетных учреждений (ст. 1 Закона № ­94-ФЗ). Арендатор, участвуя в финансировании работ по возведению меж­квартальных инженерных сетей, не являлся подрядчиком и не выполнял работ для нужд субъектов, указанных в ст. 1 Закона № ­94-ФЗ.

Судьи кассационной инстанции отказали в удовлетворении жалобы, а принятые судебные акты оставили без изменения.

­Позиция ­Верховного ­Суда

Верховный суд РФ решение и постановления нижестоящих судов отменил и принял новый акт об отказе в удовлетворении иска.

Возложение на комитет по строи­тельству обязательств по возмещению затрат общества на выполнение несогласованных работ является неправомерным. Комитет субъекта, являясь органом государственной власти, был не вправе принимать на себя какие-либо обязательства вне установленных Законом № ­94-ФЗ. Арендатор же финансировал работы, не заключая госконтракт, что не влечет возникновения на стороне комитета по строительству неосновательного обогащения.

Суд обратил внимание на то, что протоколы совещаний комитета не могут являться до­кумен­тами, подтверждающими возникновение обязательств, так как орган государственной власти принимает на себя обязательства в специальном порядке — в форме размещения государственного заказа.

Более того, комитет по строительству не имел каких-либо публичных обязательств по финансированию частных организаций при проведении работ только в силу его компетенции и полномочий. Соответственно, выполнение обществом работ за свой счет было предпринимательским риском.

Издание постановлений городского правительства о комплексе мероприятий по подготовке территорий для строительства является правотворчеством органа государственной власти и не может рассматриваться как принятие на себя гражданско-правовых обязательств.

Вывод судов о неприменении к рассматриваемым правоотношениям норм Закона № ­94-ФЗ также является неправомерным, так как комитет субъекта является органом государственной власти.

Удовлетворение требования о взыскании неосновательного обогащения создает возможность для недобросовестных исполнителей работ и государственных (муниципальных) заказчиков приобретать незаконные имущественные выгоды в обход действующих процедур размещения государственных заказов. А суды не установили, что при выполнении спорных работ арендатор действовал в имущественных интересах комитета по строительству, и выполнение этих работ привело к необоснованному приобретению или сбережению имущества на стороне комитета.