1. Главная / Статьи 
ул. Черняховского, д. 16 125319 Москва +7 499 152-68-65
Логотип
| статьи | печать | 1893

Прямые инвестиции из России за пределы СНГ стремительно растут

Вывод, вынесенный в заголовок, содержат первые результаты нового проекта Центра интеграционных исследований ЕАБР, реализованного в партнерстве с Институтом мировой экономики и международных отношений РАН, — мониторинга прямых инвес­тиций России, Беларуси, Казахстана и Украины в странах Европы и Восточной Азии за пределами СНГ и Грузии (МПИ-Евразия). Данные доклада ЦИИ ЕАБР, охватившего период 2009—2012 гг., значительно расходятся с официальной статистикой. Представляем читателям основные его выводы.

Одной из главных причин обращения к анализу ПИИ России, Беларуси, Казахстана и Украины в европейских странах, а также в Восточной Азии (главным образом в Монголии, Китае и Вьетнаме) стало желание авторов исследования сравнить достигнутые масштабы прямых инвес­тиций на двух конкурирующих векторах корпоративной интеграции в Евразии за пределами СНГ.

Масштабы и динамика ПИИ

Как показал анализ собранной базы данных МПИ-Евразия, несмотря на мировой экономический кризис, накопленные ПИИ России в странах Европы за пределами СНГ и Восточной Азии стремительно растут. Если в конце 2008 г. они составляли 24,1 млрд долл., то к концу 2012 г. выросли до 41,3 млрд долл. Еще быстрее увеличились накопленные ПИИ Казахстана, хотя в целом в массиве ПИИ стран СНГ они играют роль на порядок меньшую, нежели российские капиталовложения.

Что касается белорусских и украинских капиталовложений, то в рассматриваемые годы их объем был в целом стабильным. В итоге суммарные ПИИ «четверки» в рассматриваемых в базе данных МПИ-Евразия государствах увеличились за четыре года с 28,5 млрд до 48,1 млрд долл.

При этом особая связь между членством страны в ТС и ее зарубежной экспансией за пределами СНГ пока не прослеживается.

Прямые инвестиции из России за пределы СНГ стремительно растут

По-видимому, считают авторы мониторинга, этот вопрос в принципе пока нет смысла ставить, учитывая абсолютное доминирование России в потоках ПИИ. На нее приходится 86,4% всего зарегистрированного в базе данных МПИ-Евразия объема накопленных на конец 2012 г. прямых инвестиций. Особенно хорошо заметна роль России при рассмотрении крупных сделок.

Для сравнения: в базе данных мониторинга взаимных прямых инвестиций СНГ (МВИ СНГ) на российские ТНК приходится 82,6% — разница не слишком большая, но подтверждающая наблюдение многих исследователей ПИИ, что страны с более масштабной зарубежной инвес­тиционной экспансией характеризуются и большей географической диверсификацией.

Географическая и отраслевая структура ПИИ

На начальном этапе составления базы данных МПИ-Евразия были выявлены инвестиционные проекты стран СНГ в 37 государствах Европы и Восточной Азии. Такая высокая диверсификация обусловлена активностью российских ТНК. Ведь белорусские ПИИ выявлены лишь в десяти странах (причем часто это небольшие инвестиционные проекты, связанные с развитием товаропроводящей сети (ТПС)), украинские дочерние структуры расположены в 12 странах (наиболее крупные с точки зрения объема ПИИ — в Великобритании, Венгрии и Польше), а казахстанские — только в пяти государствах (Болгария, Румыния, Латвия, Турция и Китай).

В целом по ПИИ «четверки» лидируют Турция (7,3 млрд долл.), Италия (6,4 млрд), Румыния (5,7 млрд), Германия (3,7 млрд), Великобритания (3,5 млрд) и Болгария (3,5 млрд). Среди государств Восточной Азии на первом месте находится Вьетнам (1,9 млрд долл.). ­Более чем по 1 млрд долл. ПИИ из России, Беларуси, Казахстана и Украины накопили в общей сложности 12 стран, по 500—999 млн долл. — еще восемь стран. Фокус инвестиционной экспансии компаний «четверки» явно смещен на ЕС. На 15 «старых» членов ЕС в конце 2012 г. пришлось 44,7% накопленных ПИИ России, Беларуси, Казахстана и Украины, на вступившие в ЕС в 2004 и 2007 гг. страны — еще 28,7%.

Как показал МПИ-Евразия, лишь несколько стран не привлекли сколько-нибудь значимых ПИИ из России, Беларуси, Казахстана и Украины. Среди них ряд небольших и удаленных от постсоветского пространства государств (например, Мальта и Исландия), а также закрытые для иностранных инвесторов страны (прежде всего КНДР, где есть лишь несколько очень небольших проектов с ПИИ, которые авторами мониторинга пока в базу данных не включались). Из крупных государств незначительными ПИИ отличаются Япония и Республика Корея — как в силу сравнительно высокого инвестиционного протекционизма, так и по причине отсутствия выгодных объектов приложения капитала компаниями стран СНГ. Например, в Южной Корее, согласно местной статистике, все накоп­ленные российские ПИИ не достигают 10 млн долл., причем средний размер проекта оценивался в 105 000 долл., что на два порядка меньше выбранного исследователями порога учета инвестиций.

За последние несколько лет в большинстве рассматриваемых стран объем накопленных ПИИ вырос. В девяти странах за четыре года показатель увеличился более чем на 1 млрд долл., еще в десяти странах — на 100—999 млн долл. Самый впечатляющий рост был в странах Черноморского бассейна — Турции и Румынии.

В то же время в нескольких странах ПИИ «четверки» сократились. В худшую сторону при этом выделяются несколько восточноевропейских государств: Словения (на 345 млн долл. — за счет распродажи активов компании «Кокс»), Польша (на 172 млн долл.) и Чехия (на 149 млн долл.).

Сравнение данных о накоп­ленных российских ПИИ, полученных в МПИ-Евразия, с официальной статистикой ЦБ РФ показывает большие расхождения. С одной стороны, это свидетельствует о различном охвате инвестиционных проектов. Например, авторы доклада пока не учитывают полностью массив незначительных проектов. Это хорошо видно на примере российских проектов в Германии. В частности, Бундесбанк регистрирует в стране лишь 26 инвестиционных проектов с российским участием (Bundesbank, 2013), тогда как по данным Национального атласа Института страноведения им. Лейбница в ФРГ зарегистрировано почти 2600 предприятий, по крайней мере один из владельцев которых является россиянином (Фалькнер, 2013). Стократный разрыв показателя объясняется единственной причиной — Бундесбанк рассматривает только проекты, где ПИИ превышают 3 млн евро. Кроме того, ведущими мониторинг исключен на начальном этапе составления базы данных МПИ-Евразия анализ капиталовложений в европейскую недвижимость. С другой стороны, налицо различия в методике учета ПИИ. Если Центробанк России (как и статистика украинского Госкомстата или Национального банка Казахстана) учитывает первого получателя ПИИ, то в МПИ-Евразия рассматривается конечная локализация капиталов, даже если они «путешествуют» через несколько стран (чаще всего офшорных юрисдикций).

Прежде всего, от учета фактической локализации ПИИ падает показатель по Кипру — с более чем 100 млрд долл. по версии ЦБ РФ до примерно 100 млн долл. в МПИ-Евразия. Завышены официальные статистические показатели по Великобритании, Нидерландам, Люксембургу и еще ряду стран ЕС, используемых российским бизнесом в качестве «перевалочных баз». Есть и примеры значительного занижения российских ПИИ в статистике ЦБ РФ — например, по Италии в четыре раза и т.д.

Похожая ситуация возникает и при сравнении географической структуры украинских ПИИ, отраженной в МПИ-Евразия и в статистике украинского Госкомстата.

Если официально на Кипре накоплено свыше 6 млрд долл.украинских ПИИ, то фактичес­ки крупнейший украинский инвестиционный проект на острове — филиал «ПриватБанка», капиталовложения в который составляют не более 10 млн долл. Напротив, Великобритания, Венгрия или Италия не числятся в статистике украинского Госкомстата в качестве значимых получателей ПИИ украинского бизнеса. Однако согласно данным МПИ-Евразия первые две страны привлекли более чем по 0,4 млрд долл., а Италия — около 0,1 млрд долл.украинских ПИИ.

Среди секторов экономики, получающих в Европе и Восточной Азии ПИИ крупных стран СНГ, выделяются топливный комплекс, финансовый сектор и черная металлургия. На эти три сектора приходится 2/3 накопленных ПИИ России, Беларуси, Казахстана и Украины. При этом наиболее диверсифицирована отраслевая структура российских ПИИ, далее следует Украина (хотя черная металлургия явно лидирует). У Беларуси основная часть ПИИ связана с оптовой и розничной торговлей (развитием ТПС), а у Казахстана — с топливным комплексом (за счет капитало­вложений компании «Каз­МунайГаз»).

В значительной мере отраслевая структура базы данных МПИ-Евразия определяется крупнейшими инвестиционными проектами ведущих ТНК, которыми в СНГ в индустриальном секторе выступают нефте­газовые и металлургичес­кие гиганты, а в сфере услуг — банки и телекоммуникационные компании. При этом в ряде случаев речь идет о приобретении не более чем 50% акций компании.

Среди названных проектов некоторые появились лишь недавно. В частности, по приросту ПИИ в 2009—2012 гг. в первую пятерку попадают только следующие проекты:

  • Сбербанк в Турции (все инвестиции по проекту, то есть 3 млрд долл.);
  • «КазМунайГаз» в Румынии (2,6 млрд долл.);
  • ММК в Турции (1,8 млрд долл.);
  • «ВымпелКом» в Италии (все инвестиции по проекту, то есть 1,5 млрд долл.);
  • «Роснефть» в Германии (все инвестиции по проекту, то есть 1,4 млрд долл.).

Детальное рассмотрение инвестиционных проектов показывает дополнительные существенные отличия отраслевой структуры МВИ СНГ от МПИ-Евразия. В частности, ориентация российского концерна «Газпром» на европейских потребителей привела к особой роли ПИИ за пределами СНГ в транспортировку и продажу газа. Другим примером служит структура ПИИ в транспортном комплексе, где более заметную роль играют «портовое хозяйство и морской транспорт», что обусловлено использованием стран за пределами СНГ для развития экспортной инфраструктуры. Так, в МВИ СНГ эту отрасль представляли лишь три сделки из более чем тысячи, а в МПИ-Евразия — уже шесть, причем накопленные ПИИ в них были в полтора раза больше.

Представленный доклад содержит лишь первые, во многом предварительные итоги по МПИ-Евразия. В рамках последующей реализации исследования его авторы планируют расширить базу данных за счет небольших проектов, перейдя к тому же минимальному объе­му обязательного учета капиталовложений, что и в случае МВИ СНГ — 3 млн долл. Кроме того, будут более тщательно изу­чены прекратившиеся проекты, которые в период 2008—2011 гг. могли давать существенный вклад в накопленные объемы ПИИ. Как показывает авторам исследования опыт по ведению МВИ СНГ, возможны серьезные уточнения и по параметрам некоторых уже занесенных в базу МПИ-Евразия проектов.

Структура базы данных МПИ-Евразия по странам — источникам инвестиций

Страна

Число сделок в базе данных на конец 2012 г.

Число сделок с ПИИ более 1 млрд долл.

Число сделок с ПИИ от 100 млн до 1 млрд долл. на конец 2012 г.

Накопленные ПИИ на конец 2012 г., млрд долл.

Россия

266

12

57

41,3

Казахстан

5

1

0

4,4

Украина

17

0

3

1,4

Беларусь

23

0

0

0,1

Совместные





проекты

5

0

1

0,9

Всего

316

13

61

48,1

Источник: ЦИИ ЕАБР

Сравнение данных МПИ-Евразия и официальной статистики о накопленных российских ПИИ по ключевым странам-получателям

Страна

Накопленные российские ПИИ на конец 2011 г., млрд долл.

Накопленные российские ПИИ на конец 2012 г., млрд долл.

МПИ-Евразия

ЦБ РФ

МПИ-Евразия

ЦБ РФ

Турция

7,9

3,7

7,3

5,7

Италия

5,6

1,4

6,3

1,6

Германия

3,4

6,7

3,7

9,1

Болгария

2,1

2,7

3,4

2,9

Бельгия

1,1

0,1

2,4

0,7

Великобритания

1,9

10,7

2,1

10,0

Вьетнам

1,9

1,1

1,9

0,4

Франция

2,0

0,5

1,6

3,3

Сербия

1,4

1,5

1,6

1,8

Нидерланды

1,2

57,3

1,5

64,6

Источник: ЦИИ ЕАБР