1. Главная / Статьи 
ул. Черняховского, д. 16 125319 Москва +7 499 152-68-65
Логотип
| статьи | печать | 765

Современное звучание «советских» идей академика Анчишкина

В этом году ученому-экономисту, академику Александру Ивановичу Анчишкину исполнилось бы 80 лет. Из жизни он ушел рано, но оставил после себя такой научный багаж в области социально-экономического прогнозирования, что сегодня ему посвящают конференции, круглые столы, монографии, статьи в научной периодике. Эта публикация — тоже дань таланту выдающегося отечественного ученого, непреходящей актуальности его научного наследия. Слово — заслуженному работнику науки и образования, доктору экономических наук, профессору, научному руководителю ИД «Экономическая газета» Юрию Якутину.

При всем сказанном в пуб­ликациях, в выступлениях на конференциях, семинарах, круглых столах, посвященных сегодняшней востребованности научного задела академика Анчишкина, осталась, по-моему, некоторая недоговоренность, недосказанность того, что именно отличает характер его работ, придает им особый анчишкинский стиль и облик. А без них вряд ли получится в полной мере творческое использование научного наследия академика Анчишкина в нынешней практике долгосрочного прогнозирования и народно-хозяйственного планирования.

Прочно опираясь на статистику

Итак. Первое. Для работ Анчишкина характерна прочная опора на богатый, хорошо препарированный статистический материал.

Поэтому сегодня, чтобы говорить о полнокровной реализации идей Анчишкина в управлении будущим экономики, подчеркну еще раз, именно в управлении будущим экономики страны, необходима богатая и твердая статистическая основа. А ее-то как раз и нет. В советские времена экономисты располагали довольно обширной статистичес­кой информацией, которая, несмотря на идеологическую лакировку, политическую прилизанность и приглаженность, все же давала возможность выявить определяющие тенденции хозяйственных процессов, направления научно-технического прогресса, реального, а не продекларированного хозяйственного освоения различных территорий и регио­нов страны, динамики развития основных отраслей народного хозяйства. Сегодня нужного для этой цели статистического материала катастрофичес­ки не хватает. Статистическая база крайне бедна, худосочна, не отражает многих особенностей в экономическом самочувствии страны. Что здесь можно исправить, что здесь можно сделать — не знаю. Просто констатирую прискорбный факт. Законодательство, регулирующее работу независимых и самостоятельных хозяйствующих субъектов, ныне совсем другое. Их нельзя, как социалистичес­кое предприятие, директивно обязать регулярно сдавать кипы статистической отчетности, из которой и складывалась реальная статистическая картина положения дел в районе, отрасли, стране. И на основе которой формировались хозяйственные прогнозы, планы, программы. Сегодня строить такие плановые прогнозы и расчеты не на чем, а если они и есть, то крайне скупы, «неразговорчивы». А ведь если худосочна почва, то и урожай худосочен. Это реальность. И она сдерживает, да еще как сдерживает работу по прог­нозированию экономических процессов. Не будем забывать, что именно статистика, емкая, содержательная, богатая, была той фактологической основой, которая позволяла Анчишкину добиваться искомых результатов. Он умел ею пользоваться, умел ее интерпретировать, мог заставить ее работать не только на выявление факторов экономического роста в плановой экономике, но и для прогнозирования темпов и пропорций экономичес­кой динамики.

Стоять на своем

Второе. Глубокий и вдумчивый статистический анализ позволял Анчишкину выявлять объективные тренды и закономерности экономического развития, зримо, с цифрами на руках представлять перспективы будущего экономического роста, его узкие места и прорывные направления. Да, его выводы не всегда (это еще мягко сказано) совпадали с официальной политико-экономической трактовкой нарастающего «совершенствования социалистических производственных отношений и развития производительных сил, обобществленных социалистическим государством». Но что делать. Таков уж характер истинного ученого. Не поддаваться официозу, сиюминутной политической конъюнк­туре, стоять на своем.

И он стоял. Несмотря на соответствующие «товарищес­кие предупреждения» и бившие по больному месту «оргвыводы», из динамики объективных экономических трендов он выводил свои прогнозы, давал им свои количественные оценки, рисовал свои цифровые картины будущего экономики, отстаивал от политико-экономических волюнтаристов здравые идеи в принимаемых высшими органами власти решениях по экономи­ческой проблематике страны.

Политико-экономического волюнтаризма и сегодня более чем достаточно. Стоит вспомнить хотя бы предвыборные обещания чрезмерных социальных благ избирателю и вызванные ими последующие дефициты в бюджетных карманах страны, болезненно проявляющиеся на экономическом самочувствии народного хозяйства. Одна бесконечная и многолетняя чехарда с заработной платой государственных служащих, пенсиями, социальными выплатами военнослужащим тут много чего стоит. Близкие, понятные и внятные для Анчишкина точные народно-хозяйственные, межотраслевые управленчес­кие расчеты и решения до сих пор явно не в чести у тех, кто готовит и принимает решения «от ветра головы своея»…

Связь с реальным производством

Третье. Советская плановая экономика во времена творчес­кой активной научной деятельности академика Анчишкина и слыхом не слыхивала про биржи, котировки акций, движение фиктивного капитала и все связанные с ним спекулятивные инструменты — деривативы, векселя, долговые распис­ки… Они ей были генетически чужды. Поэтому в трудах Анчишкина нет привычных сегодняшнему слуху рассуждений о воздействии рыночных финансовых механизмов на экономическую динамику. Обедняет ли это обстоятельство наследие Анчишкина? Ответ может быть только один: нет. И еще раз нет. Почему? Да потому, что он изу­чал реальное производство, анализировал реальные народно-хозяйственные процессы, прогнозировал реальные тенденции реального экономического роста в его темповом пропорциональном и воспроизводственном акспектах. Да, фиктивный капитал, его тело­движения могут оказать косвенное влияние на темпы и пропорции всего воспроизводственного цикла. Но он потому и фиктивный, что оторван от капитала истинного, является его производной материального воплощения и в этом качестве зачас­тую живет своей собственной, не имеющей ничего общего с реальной жизнью истинного, материально воплощенного капитала. Реальное производство напрямую воздействует на фиктивный капитал, последний же на него может воздействовать лишь косвенно, опосредованно. Да и то не всегда. А потому изучение реального производства в народном хозяйстве страны лежит в основе, в фундаменте изучения его фантомных реплик в финансово-спекулятивном мире.

Как-то К. Маркс «обозвал» буржуазных экономистов вульгарными. Он не ругался. Нет. Он просто дал им, присвоил точную научную характеристику, отметив, что они потому-то и вульгарны, что не пытаются проникнуть в суть экономичес­ких процессов, оперируют поверхностными фактами и явлениями. То же можно сказать и о сегодняшнем мейнстриме в экономической теории. Он несет в себе ветры отъявленного, штормового вульгаризма, зациклен на поверхностных, превращенных формах деловой активности капитала. Поверхностных, превращенных, но отнюдь не безобидных, грубо искажающих реальные процессы в материальной основе производства. Не минула чаша сия и российскую экономическую мысль. Многие из ее молодых представителей поддались искушению легко, всего лишь по спекулятивным котировкам акций, по смахивающим на финансовые пирамиды IPO, по банковским ставкам судить об экономическом здоровье страны. Как легко и непринужденно вляпались они в категорию вульгарных со своими «идейками» оздоровления кризисной экономики при помощи создания в Москве Международного финансового центра или накачки близких к административным верхам банковских структур казенными деньгами, или же, что еще чище, перекладывания из одного государственного кармана в другой фондов и активов различных корпораций, созданных и управляемых тем же государством. Как уверены они в своей вульгарной правоте. Вот ведь, говорят они, и Нобелевские премии уже присуждают за исследования духовно-нравственных, психологических нюансов инвестиционного поведения рядового обывателя. Почитать бы им труды Анчишкина. Там есть чему научиться, есть научные рецепты «изготовления» истинно научных прогнозов близкой и далекой экономической перспективы. Именно научных прогнозов, а не их псевдозаменителей — суррогатных предсказаний.

Фундаментальное изучение материальной основы производства дало Анчишкину методологический ключ к построению фундаментальных макроэкономических прогнозов. И в этом своем качестве, в качестве автора фундаментальных прог­нозных исследований, он по праву становится в один ряд со своими замечательными предшественниками — М.И. Туган-Барановским, А.В. Чаяновым, Н.Д. Кондратьевым, В.В. Леонтьевым, Л.В. Канторовичем, А.Л. Лурье, В.С. Немчиновым.

Поработают на благо России

И наконец, последнее. Четвертое. Верно отмечалось в юбилейных публикациях, посвященных академику Анчишкину, что он жил и работал в системе социалистических мировоззренческих координат, а сами его работы выполнены «на базе экономической и социальной теории марксизма», что возможная реставрация капитализма им не обсуждалась, а хозяйственный расчет, активное использование товарно-денежных отношений он рассматривал как инструменты дополнительного усиления методов управления плановой экономикой, что главным он считал обеспечение ее устойчивого роста путем ускорения научно-технического прогресса, совершенствования структуры и пропорций народного хозяйства, что плановая работа по управлению народно-хозяйственным развитием должна строиться на основе принятой государством Комплексной программы научно-технического прогресса, а сами конкретные планы пятилеток должны верстаться исходя из «Методических указаний…» к разработке государственных планов экономичес­кого и социального развития страны — главного методического документа Госплана СССР (бывшего во времена Анчишкина центральным экономическим ведомством страны).

Так что же? Вместе с советским социализмом канули в Лету и наработки Анчишкина по созидательной работе государства на социально-экономическом поприще?

Отнюдь! И марксизм живет. И социализм никуда не канул. Он не только остается привлекательной мировоззренческой моделью социально справедливого обустройства общества, но и активно «прорастает» многими своими чертами и гранями в современном мире. И государство, как бы это ни противно было сознавать ярым адептам экономического неолиберализма, без всяких стеснений вполне успешно регулирует разбушевавшуюся стихию свободного рынка. За примерами далеко ходить не надо. Их немало в посткризисной, 2008 года, практике и нашей страны, и таких «оплотов» мирового капитализма со священной для них догмой «свобода свободного рынка», как США, Великобритания, Франция, ФРГ, Япония и т.д. А посему и предложения Анчишкина по управленческим функциям государства в экономике сохраняют свою силу. Более того, они уже начинают проявляться в разработке отечественного государственного закона об индикативном стратегическом планировании, которое, конечно же, не может обойтись без своих исходных оснований — долгосрочных прогнозов. Так что мысли и дела академика Александра Ивановича Анчишкина не останутся втуне, еще не раз поработают на благо нашей Родины.

Спасибо ему за это!