1. Главная / Статьи 
ул. Черняховского, д. 16 125319 Москва +7 499 152-68-65
Логотип
| статьи | печать | 1728

Пенсионный долгострой

В России велено жить долго!

Новый импульс получило обсуждение давно назревшей пенсионной реформы. На протяжении двух десятилетий её многочисленные варианты успешно разрабатываются, столь же успешно презентуются, а затем тихо проваливаются Дефицит Пенсионного фонда, равно как и растущая в связи с этим нагрузка на федеральный бюджет необратимо увеличиваются. «Битва титанов», порождающих всё новые и новые схемы пенсионной реформы, продолжается.

В соответствии с действующей в России пенсионной системой, предполагающей обязательное пенсионное страхование, с 1 января 2012 г. работодатель перечисляет в Пенсионный фонд страховые взносы — до 22% от фонда заработной платы предприятия. Эти взносы для граждан 1967 года рождения и моложе распределяются между двумя составляющими трудовой пенсии — страховой и накопительной. Страховая часть (16% от размера зарплаты) идёт в федеральный бюджет и далее на выплату фиксированной базовой части трудовой пенсии. Накопительная часть (6% от размера зарплаты) отражается на лицевом счёте застрахованного лица и инвестируется в его пользу. Дополнительно эта часть пополняется также за счёт дохода от инвестирования накопленных средств (Vedomosti.ru, 30 мая 2012 года).

Судя по заверениям министра финансов Антона Силуанова, выступавшего в Совете Федерации, точные предложения по пенсионной реформе будут сформулированы и переданы на рассмотрение Правительства уже в июне. В целом же сбалансировать пенсионную систему Минфин рассчитывает в течение 15 лет.

Со своей стороны, Минэкономразвития предложило снизить страховые взносы и частично переложить их на работников. По сути, речь идёт о реформе страховых взносов с возвратом к единому социальному налогу (FINMARKET.RU, 4 июня 2012 года).

Проблемы все те же: растущий дефицит Пенсионного фонда, падение собираемости страховых взносов после их повышения, ранний возраст многих пенсионеров-«льготников» (из-за них средний возраст выхода на пенсию ниже 55 лет), нежелание граждан участвовать в накопительной пенсионной системе. По мнению министерства, чтобы модернизировать пенсионную систему, нужно (там же):

- улучшить тарифную политику (возможность снижения страховых взносов с 30% до 28%, снизить ставку для зарплат свыше 512 000 руб. (ежегодно индексируется) с 10% до 5% (при этом 2% взносов софинансируются работодателем, а 3% — работником);

- реформировать досрочные пенсии (ввести дополнительный взнос 2—3% для работодателей, чьи сотрудники работают во вредных условиях, чтобы стимулировать улучшение условий труда и сокращение числа рабочих мест со льготными условиями выхода на пенсию);

- установить новые требования к минимальному трудовому стажу (не пять, а пятнадцать лет);

- стимулировать поздний выход на пенсию (каждый лишний год страхового стажа повышает пенсию с учётом роста инфляции и заработной платы в экономике);

- увеличить ожидаемый период выплаты пенсии до 21,4 года (ожидаемое число лет, которые россиянин проживёт после выхода на пенсию, используемое при расчёте размера страховой части пенсии).

Обратим внимание на последнее предложение: выплачивать пенсию, исходя из того, что после выхода на неё человек проживёт ещё в среднем 21,4 года (?! — выделено ВТ).

Выходит, Президент и премьер, призывая к увеличению средней продолжительности жизни россиян до 75 лет ближе к 2020 году, не ведают того, что знают в Минэкономразвития? Стоит только утвердить ожидаемый пенсионный период в 21,4 года, прибавить к 55 годам, и о чудо: средняя продолжительность жизни больше 76 лет! А почему бы сразу не объявить о «дожитии» длиной лет в 45? И пусть люди целенаправленно стремятся к своему столетнему юбилею, если хотят постепенно, но сполна получить причитающееся им за прошлый труд. Зато пенсионные накопления на «старческую душу» можно будет делить не на 21,4 года, а на 40 лет. Не все доживут до векового юбилея? Значит, в Пенсионном фонде больше останется, глядишь – и дефицит сократится…

Радикальное предложение попытался сформулировать и Минфин, предложивший вслед за «стратегами—2020» повысить пенсионный возраст до 63 лет: но тем, кто хочет работать и после достижения 63 лет, не выплачивать даже базовую часть пенсий (?!), дабы не опустошали Пенсионный фонд, одновременно получая зарплату. Видать, невдомёк чиновникам, что работать пенсионеры вынуждены, чтобы прожить…

Бодрые обещания, оптимистичные прогнозы, «скоропостижные» предложения для российской действительности – не новость. Излучать оптимизм, уверенность и решительность, утверждать сегодня одно, а завтра другое (зачастую прямо противоположное ранее сказанному!) – это, к сожалению, не моветон, а достаточно распространённая манера поведения руководящих работников любого ранга.

Как справедливо заметил недавно назначенный руководитель Министерства труда и социальной защиты Максим Топилин, «в существующей пенсионной системе есть элемент лукавства: государство якобы предлагает гражданину добровольно пополнять накопительную часть своей пенсии, при этом изымая для этого средства из общих отчислений работодателя. На самом деле ни у кого не спросили, хочет человек копить на пенсию или нет». По мнению министра, пенсионная система должна быть трёхуровневой: включать государственную страховую систему, корпоративный компонент и личные накопления (там же; выделено ВТ).

Что касается государственной страховой системы и личных накоплений граждан – и то, и другое, безусловно, должно имеет место (первое – как прямая обязанность социального государства, второе – в зависимости от возможностей гражданина) и активно совершенствоваться. Однако, в нынешних условиях в этих направлениях никаких революционно позитивных изменений ожидать не приходится. Размер страховых отчислений, величина среднемесячной зарплаты по стране (на текущий момент порядка 26 тыс. рублей) и тем более минимальный размер оплаты труда (в настоящее время МРОТ установлен на уровне 4611 рублей) – не сулят большинству граждан будущего благоденствия и безбедного существования в период «дожития».

Бедность – не порок?

Особо пикантно выглядит, в связи с этим, ещё одна инициатива Минфина, предложившего новый подход к определению величины прожиточного минимума (сумма средств, которая требуется для приобретения необходимого человеку набора товаров и услуг), фактически обозначающего верхнюю границу уровня бедности (NEWSru.com, 29 мая 2012 года). Как известно, в 2011 году прожиточный минимум трудоспособного гражданина составлял 7084 рубля, пенсионера – 5182 рублей, несовершеннолетнего – 6342 рубля. Те, у кого доходы ниже, считаются бедными.

Идея чиновников «проста как валенок» (пожалуй, даже валенок изобретение более эффективное и общественно полезное). Она позволяет буквально «росчерком пера» сократить количество бедных на 15-20%. Надо ввести так называемый социальный уровень бедности, перейти от индивидуального расчёта необходимых товаров и услуг (одежды, обуви, продуктов питания) к общесемейным (холодильник, телевизор, услуги ЖКХ) и не включать их в потребительскую корзину каждого (там же).

Нетрудно понять – чем ниже прожиточный минимум, тем меньше «давление» на МРОТ, «внушительнее» достигнутая средняя зарплата и различные социальные выплаты. Но это, скорее, не лукавство, а настоящее иезуитство, суть которого в том, что реальное сокращение бюджетного дефицита будет достигнуто через виртуальное сокращение порога бедности, так как, по крайней мере, растянет во времени неотложное исполнение социальных обещаний. То, что жизнь миллионов людей в действительности не улучшится, в расчёт, видимо, принимать не собираются. Комментарии здесь излишни…

Одна из схем софинансирования – скромное достижение неутомимой и пытливой мысли – был предложен авторами «Стратегии-2020» и предусматривает открытие персональных пенсионных счетов (ППС) для совместного формирования работником и работодателем «добровольных накоплений на старость и образование» (Ведомости, 18 августа 2011 года). Это своеобразный вариант софинансирования, участником которого вместо государства становится именно работодатель. Априори предполагается, что работник и работодатель договорятся между собой таким образом, чтобы отчисления компании, с одной стороны, мотивировали эффективный труд непосредственных производителей, а с другой – были выгодны собственнику. В результате часть пенсионной проблемы государство с себя снимет и частично переведёт на работодателя, как бы «отводя от себя стрелки». По понятным причинам подобная схема частично применяется в сырьевых и перерабатывающих отраслях.

Характерно, что идея государственного софинансирования, как вариант пенсионных накоплений, в российской экономике до сих пор широкого распространения не получила и популярностью не пользуется. Об этом, в частности, свидетельствуют и результаты опроса аналитического центра газеты «Экономика и жизнь» своих читателей (таблица).

Таблица. Деньги на достойную старость обеспечат:

Личные накопления

42,8%

Подработка на пенсии

27,0%

Затрудняюсь ответить

8,6%

Дети и близкие

8,3%

Другое

6,1%

Отчисления работодателя

4,7%

Программа софинансирования

2,5%

Результаты многих опросов свидетельствуют, что люди, в первую очередь, рассчитывают на самих себя – без малого 70% надеются хоть что-то накопить либо будут вынуждены поработать на пенсии. Тех, кто надеется на помощь детей и близких, – менее 10%, но это всё равно больше, чем верящих в отчисления работодателей (менее 5%) и госпрограмму софинансирования (2,5%).

Превратим работника труда в работника капитала!

Анализировать и критиковать можно до бесконечности – увлечение занятное. Куда важнее и сложнее попытаться сформулировать конструктивные предложения. Обратим внимание на следующие обстоятельства российской действительности.

Современная российская бизнес-элита набирает «вес» и прочно закрепляется в мировой табели о рангах, в то время как национальная экономика если и развивается, то слабо и односторонне, деградируя одновременно по многим направлениям. Являясь собственником, меньшинство владеет капиталом, который служит, как правило, корыстным, краткосрочным спекулятивным интересам этого меньшинства, а не долгосрочным общественно полезным целям в качестве инвестиционного ресурса.

Конечно, ни в коем случае нельзя отрицать известные положительные достижения отечественной экономики. Однако не стоит обманываться, ибо они не влияют (влияют крайне слабо) на общий конечный результат – направление движения российской экономики далеко не во всём совпадает с современными трендами мирового экономического развития. При этом, успешно осуществляя самостоятельный бизнес, владельцы капитала, как правило, не особо задумываются о перспективах собственного пенсионного обеспечения – и так достаточно! Потому что принадлежащая им в той или иной форме собственность приносит дивиденды, а соответствующие активы в основном вполне ликвидны.

Вот почему логично предположить, что, провозгласив политику соединения труда и собственности, в частности, содействуя массовому становлению работников в качестве акционеров-совладельцев, государство, наконец, нащупает искомое решение пенсионной проблемы. Цивилизованно, в русле современных взглядов и тенденций, поставив благополучие работников в зависимость от результатов их личного труда и благополучия компании, а достойную жизнь всех граждан – в зависимость от уровня реальных достижений отечественной экономики.

В широком смысле дробление капитала через стимулирование трудящихся к массовому приобретению акций российских компаний и формирование многочисленного слоя акционеров-россиян явилось бы шагом в правильном направлении. Препятствуя концентрации собственности, предотвращая узурпацию экономической власти и возможность воздействия на власть политическую, это позволило бы стабилизировать экономическую ситуацию, способствовало повышению трудовой мотивации и престижу общественно полезного труда среди россиян, содействовало бы более справедливому распределению национального дохода и достижению социальной справедливости.

В узко-предметном смысле пакет акций, находящийся в собственности работника и закрепляющий право его владельца (акционера) на получение доли прибыли акционерного общества в виде дивидендов, мог бы явиться искомой основой формирования накопительной части пенсии. А если к тому же в пакете преобладают акции компании, в которой работник трудится, то от эффективности его труда, отражающей мотивацию и личную заинтересованность, непосредственно зависят и стоимость данного пакета, и величина текущего вознаграждения, и успехи компании в целом. То есть факторы, во многом определяющие пенсионные накопления, – рост которых прямо зависит от стоимости активов предприятия, стимулируя капитализацию, а не «проедание» доходов.

В итоге государство получило бы долгожданную возможность объективно сокращать свои патерналистские обязанности по мере того, как результативность пенсионного обеспечения будет напрямую всё более определяться действиями самих работников-россиян.

В нашей стране более сотни акционерных обществ работников, контрольные пакеты акций которых (не менее 75%) принадлежат трудовым коллективам. В соответствии с Федеральным законом № 115 «Об особенностях правового положения акционерных обществ работников «народных предприятий» от 19 июля 1998 года предприятие обязано выкупить у работника, уходящего на пенсию, принадлежащий ему пакет акций. Его размеры и стоимость определяются и стажем работы, и ежегодными производственными результатами, и квалификацией, и стоимостью чистых активов предприятия, и многими другими параметрами. Такое наделение акциями, как правило, происходит ежегодно. В конечном счёте речь может идти даже о сотнях тысяч и миллионах рублей. И в последующем такие предприятия не забывают бывших работников, оказывая регулярную материальную и социальную поддержку.

В мире существует множество пенсионных схем, основанных на подобных принципах. Наиболее распространённая – американская программа ESOP с её разновидностями.

Небольшое число таких предприятий в российской экономике не случайно – собственность работников не соответствует официальной экономической парадигме. Краткая информация о производственной и социальной деятельности акционерных обществ работников представлена в статье «Народные предприятия России» (см. здесь же).

Как показывает мировая практика, для решения многих насущных социально-экономических проблем, формирования среднего класса как движущей силы цивилизационного развития, составляющей большинство населения, необходимо реально содействовать массовому становлению работников труда в качестве работников капитала. Если подобный союз труда и капитала состоится, то накопительная часть будущей пенсии превратится из знака бедности в символ достатка.