1. Главная / Статьи 
ул. Черняховского, д. 16 125319 Москва +7 499 152-68-65
Логотип
| статьи | печать | 3917

«И Страдавшего, И Погребенного, И Воскресшего в третий день по Писаниям…»

«И Страдавшего, И Погребенного, И Воскресшего в третий день по Писаниям…»

Как хлеб и вино стали на последней перед крестными страданиями вечере Иисуса Телом и Кровью Господа — это непостижимое таинство.

В пятый день после входа Господа в Иерусалим ученики Спасителя Петр и Иоанн приготовили, как и повелел им Иисус, пасху. Вечером того же дня, когда все ученики Его и Он Сам возлегли у праздничного стола, Спаситель сказал:

— Очень желал Я есть с вами эту пасху прежде Моего страдания, ибо уже не буду есть ее, пока она не совершится в Царствии Божием.

Затем встал, снял с Себя верхнюю одежду, препоясался полотенцем и начал умывать ноги апостолам и отирать полотенцем, которым был препоясан.

Умыв ноги всем ученикам, Иисус Христос надел одежду Свою и, возлегши опять, сказал им:

— Вот, вы называете Меня Учителем и Господом и правильно называете. Итак, если Я, Господь и Учитель ваш, умыл ноги вам, то и вы должны поступать так же.

И когда они ели, Иисус взял хлеб и, благословив, переломил на части и, раздавая ученикам, сказал:

— Приимите, ядите, сие есть Тело Мое, за вас ломимое во оставление грехов.

Потом взял чашу с вином, благословил и, подавая ученикам, сказал:

— Пейте из нее все, ибо это Кровь Моя, за многих проливаемая во оставление грехов.

И когда ели апостолы, Христос объявил им, что один из них предаст Его. Опечаленные, они начали говорить, обращаясь к Господу:

— Не я ли?

— Кто это, Господи? — припал к груди Учителя любимый ученик Его Иоанн.

— Тот, кому Я, обмакнув кусок хлеба, подам, — отвечал Иисус.

И, обмакнув кусок, подал Иуде Искариоту.

— Что делаешь, делай скорее, — сказал ему Иисус.

— Недолго уже быть Мне с вами, — продолжил Христос, когда вышел Иуда. — Заповедь новую даю вам, да любите друг друга, как Я возлюбил вас. По тому узнают все, что вы Мои ученики, если будете иметь любовь между собою.

— Куда ты идешь, Господи? — спросил Петр.

— Куда я иду, — отвечал ему Иисус, — ты не можешь теперь за Мною идти, а после пойдешь за Мною.

— Почему я не могу идти за тобой? — удивился Петр. — Я душу свою положу за тебя.

— Истинно говорю тебе: не пропоет петух, как отречешься от Меня трижды.

И много еще учил Христос возлюбивших Его учеников, доселе говоривший притчами, а теперь говоривший прямо, что исшел от Отца в мир и опять оставляет мир и идет к Отцу.

— Теперь видим, что Ты знаешь все, и посему веруем, что ты от Бога исшел, — сказали ученики.

— Теперь веруете? — продолжил Христос. — Вот наступает час, когда рассеетесь и Меня оставите одного. Но Я не один, потому что Отец со Мною. Сие сказал вам, чтобы вы имели во Мне мир. В мире будете иметь скорбь, но мужайтесь, Я победил мир.

После сих слов Иисус возвел очи Свои на небо и сказал:

— Отче! Пришел час, прославь Сына Твоего.

И, сказав сие, вышел с учениками за поток Кедрон, где был Гефсиманский сад.

Огни, мечи и впереди — Иуда с предательским лобзаньем на устах.

В Гефсиманском саду Иисус Христос сказал ученикам:

— Посидите тут, пока Я пойду помолюсь там!

И, взяв с Собою Петра, Иакова, Иоанна, отошел в глубь сада.

— Душа Моя скорбит смертельно, — сказал тут он ученикам. — Побудьте здесь и бодрствуйте со Мною.

И, отойдя немного, пал Он на землю, молился и говорил:

— Отче Мой! Если возможно, да минует Меня чаша сия, впрочем, не как Я хочу, но как Ты.

Помолившись так, возвратился к Петру, Иакову и Иоанну. Те спали.

— Так ли не могли вы один час бодрствовать со Мною? — разбудил Петра Иисус. — Бодрствуйте и молитесь, чтобы не впасть в искушение: дух бодр, плоть же немощна.

И еще отойдя, снова молился:

— Отче мой, если не может чаша сия миновать Меня, да будет воля Твоя.

И, возвратившись к ученикам, нашел их опять спящими.

И в третий раз, отойдя, молился Иисус. В тоске и мучениях, до кровавого пота.

Окончив молитву, Иисус встал и подошел к спящим ученикам.

— Вы все еще спите, — сказал Он. — Встаньте. Наступил час, и Сын Человеческий предается в руки грешников. Вот приблизился предающий Меня.

Толпа людей с копьями и мечами приближалась к ним. Среди них был Иуда.

— Кого я поцелую, Того и берите, — сказал Он и подошел к Иисусу. И поцеловал Его.

— Целованием ли предаешь Сына Человеческого? — обратился к нему Христос и обернулся к толпе: — Кого ищете?

— Иисуса Назорея — ответили Ему.

— Это Я.

Апостолы попытались защитить Учителя. Петр, имея при себе меч, даже ударил слугу первосвященника — Малха и отсек ему ухо. Но Иисус остановил Петра:

— Вложи меч в ножны, ибо все, взявшие меч, мечом погибнут.

Сказав это, Иисус Христос прикоснулся к уху Малха и исцелил его. Потом добровольно предал Себя в руки врагов Своих.

И разбежались тогда в страхе апостолы, оставив Спасителя. Лишь двое из них, Петр и Иоанн, издали следовали за Ним…

Если будут окружать тебя скорби, то знай, что они отверзут тебе райскую дверь.

Связанного Иисуса сначала привели к первосвященнику Анне, который уже не нес служения в храме и жил на покое. Он стал допрашивать Иисуса Христа, чтобы найти какую-нибудь вину.

— Я говорил явно миру, — сказал Спаситель. — Я всегда учил и в синагогах, и в храме и тайно не говорил ничего. Что спрашиваешь Меня? Спроси слышавших, что Я говорил им.

— Так-то отвечаешь Ты первосвященнику? — ударил Христа по щеке слуга первосвященника.

— Если Я сказал худо, покажи, что худо, — обратился к нему Иисус, — а если хорошо, то за что ты бьешь Меня?

После допроса Анна отослал связанного Иисуса к зятю своему первосвященнику Каиафе, подавшему в Синедрионе совет убить Господа.

У Каиафы в ту ночь собрались первосвященники, старейшины и книжники иудейские, желавшие осудить Иисуса на смерть. Им надо было найти какую-нибудь вину, достойную смерти. А вины такой не было. Много лжесвидетелей приходило, но не было в их словах ничего такого, за что можно было бы осудить Спасителя.

Наконец пришли два свидетеля и сказали, что Христос говорил: могу разрушить храм Божий и в три дня создать его.

— Что же Ты ничего не отвечаешь на то, что они против Тебя свидетельствуют? — спросил Каиафа у Иисуса.

Христос молчал.

Тогда снова Каиафа спросил Его:

— Заклинаю Тебя Богом живым, скажи нам, Ты ли Христос, Сын Божий?

— Ты сказал, — отвечал Иисус, — и даже говорю вам: отныне узрите Сына Человеческого, сидящего одесную силы и грядущего на облаках небесных.

— На что еще нам свидетелей? — разодрал одежды свои Каиафа. — Он богохульствует!

— Повинен смерти! — закричали собравшиеся.

И тогда плевали Ему в лицо и били Его, спрашивая усмехаясь:

— Прореки нам, Христос, кто ударил Тебя?

И из шипов они сплели венок колючий для Него.

Осудив Иисуса на смерть, первосвященники и начальники еврейские должны были добиться утверждения этого приговора у римского правителя в Иудее. В то время им был Понтий Пилат.

Утром в пятницу иудеи привели связанного Христа на суд к Пилату.

— В чем вы обвиняете этого человека? — спросил Пилат.

— Если бы Он не был злодей, то мы бы не предали Его тебе, — отвечали ему.

— Возьмите Его и по закону вашему судите, — сказал начальникам иудейским Пилат.

— Нам не позволено никого предавать смерти, — отказались они.

Тогда Пилат обратился к Иисусу:

— Ты Царь Иудейский?

— Царство Мое не от мира сего, — отвечал ему Иисус.

— Итак, Ты Царь?

— Ты говоришь. Я на то родился и на то пришел в мир, чтобы свидетельствовать об истине.

— Что есть истина? — спросил Пилат и вновь обратился к иудеям:

— Я никакой вины не нахожу в Нем. Хотите ли отпущу Его по обычаю перед Пасхой?

— Не Его, но разбойника Варавву, — закричали в толпе.

Тогда Пилат взял Иисуса и велел бить Его. И воины, сплетши венец из терна, возложили Ему на голову, и одели Его в багряницу, и плевали на Него, и, взявши трость, били по голове и по лицу Его. Пилат опять вышел к иудеям, и вышел Иисус в терновом венце и багрянице.

— Се, человек! — крикнул Пилат

— Распни, распни Его, — закричали первосвященники и начальники иудейские.

Услышав это, Пилат вернулся с Иисусом в преторию.

— Откуда Ты? — спросил он Христа.

Иисус молчал.

— Мне ли не отвечаешь? — рассердился Пилат. — Не знаешь ли, что я имею власть распять Тебя и власть имею отпустить Тебя?

— Ты не имел бы надо Мною никакой власти, если бы не было дано тебе свыше, — отвечал Иисус, — и больше греха на том, кто предал Меня тебе.

После такого ответа Пилат еще более возжелал освободить Его, но иудеи кричали:

— Если отпустишь Его, ты не друг кесарю!

Тогда он сел на судное место и сказал иудеям, показав на выведенного Иисуса:

— Се, Царь ваш.

— Возьми, возьми распни Его! — возопили иудеи.

Видя, что ничего не помогает, а смятение в народе увеличивается, Пилат взял воды, умыл руки свои и сказал:

— Неповинен я в пролитии крови этого Праведника, смотрите вы…

— Кровь Его на нас и на детях наших! — закричали в толпе.

Не ищите совершенства христианского в добродетелях человеческих: тут нет его; оно таинственно хранится в Кресте Христовом

После того как Иисус Христос был осужден на распятие, Его снова отдали воинам. Те опять били Его и издевались. Потом возложили на плечи Спасителю крест Его и повели на место казни — холм, который назывался Голгофою.

Измученный побоями и страданиями Спаситель едва шел. Под тяжестью креста Он несколько раз падал, а когда дошли до городских ворот, совершенно изнемог. Тогда воины схватили возвращавшегося с поля после работы Симона Киринеянина и заставили его нести крест Христов. Симон взял крест и понес.

Вели с Иисусом и двух злодеев. И когда пришли на место, распяли его и злодеев, одного по правую, а другого по левую сторону.

— Отче, прости им, ибо не знают, что делают, — вымолвил Иисус.

И делили одежды Его, бросая жребий. И стоял народ и смотрел. Насмехались вместе с ними и начальники, говоря:

— Других спасал, пусть спасет Себя Самого, если Он Христос. Пусть теперь сойдет с креста, чтобы мы видели, и тогда уверуем в Него.

И была над Ним надпись, написанная по-еврейски, по-гречески и по-римски: «Иисус Назорей, Царь иудейский».

Один из разбойников, распятый слева от Спасителя, злословил Его:

— Если Ты Христос, спаси Себя и нас.

Другой же разбойник унимал первого:

— Он ничего худого не сделал, мы же осуждены справедливо, потому что достойное по делам нашим приняли.

И, сказав так, обратился к Христу с мольбою:

— Помяни мя, Господи, когда приидешь во Царствие Твое!

— Истинно говорю тебе, сегодня же будешь со Мною в раю, — пообещал раскаявшемуся разбойнику Спаситель.

Увидев Богородицу и Иоанна, здесь же стоящего, Иисус сказал Матери Своей:

— Жено! Вот сын Твой.

Потом сказал и Иоанну:

— Вот Матерь твоя.

И Иоанн по завету Учителя взял Матерь Божию к себе в дом и заботился о Ней до конца Ее жизни.

Было же около шестого часа дня, и сделалась тьма по всей земле до часа девятого: померкло солнце и завеса в храме раздралась посредине. И возопил Иисус громким голосом:

— Отче! В руки Твои предаю дух Мой.

И, преклонив главу, умер.

И земля потряслась, и камни расселись. Сотник же и воины его, что стерегли Спасителя, испугались и говорили:

— Истинно, человек этот был Сын Божий.

А народ, видевший распятие, в страхе стал расходиться.

Иудеи же не захотели оставить на крестах тела до субботы. Поэтому они попросили у Пилата позволения перебить голени распятым разбойникам, чтобы те скорее умерли, и их можно было бы снять с крестов. Пилат разрешил. Воины перебили голени разбойникам. Христу же не перебили, потому что Он уже умер. Но один из воинов, чтобы не оставалось никакого сомнения в Его смерти, пронзил копьем Ему ребра, и из раны потекла кровь и вода.

Воскресение Христово видевше, поклонимся Господу Иисусу…

Иосиф Аримафейский, влиятельный и богатый человек, тайный почитатель Христа, желая похоронить Его, попросил у Пилата разрешения сделать это, сняв тело Господа с креста. Пилат разрешил ему взять тело Христово для погребения. Купив плащаницу, Иосиф пришел на Голгофу. Туда же пришел и другой тайный ученик Христа — Никодим. Он принес с собой драгоценные мази. Вместе они сняли с Креста тело Спасителя, помазали Его благовониями, обвили плащаницею и положили в новом гробу в саду, вблизи Голгофы. Потом привалили огромный камень к двери гроба и удалились.

Мария же Магдалина и другие женщины были там и смотрели, как полагали тело Иисуса. Возвращаясь домой, они купили драгоценного мира, чтобы потом помазать этим миром тело Христово. Враги же Христовы, нарушая покой субботы и праздника Пасхи, собрались, пришли к Пилату и стали просить его:

— Господин! Мы вспомнили, что Распятый, еще будучи в живых, сказал: «После трех дней воскресну». Прикажи поэтому охранять гроб до третьего дня, чтобы ученики Его, пришедши ночью, не украли Его и не сказали народу, что Он воскрес.

— У вас есть стража, пойдите, охраняйте, как знаете, — сказал им Пилат.

Тогда первосвященники с фарисеями пошли ко гробу Иисуса Христа и, осмотрев внимательно пещеру, приложили к камню свою печать и поставили у гроба Господня воинскую стражу.

По прошествии же субботы, на рассвете, пришли к гробу женщины-мироносицы с ароматами, чтобы завершить обряд погребения, но оказалось, что камень от гроба отвален и Иисуса в пещере уже нет. Внутри ее они увидели юношу, облаченного в белую одежду.

— Не бойтесь, — успокоил он женщин, — ищете Назарянина, Распятого, Он воскрес…

И, возвратившись от гроба, возвестили женщины «все это одиннадцати и всем прочим». Симон Петр и «другой ученик», прибежав к гробу и увидев лишь пелены лежащие и плат, что был на главе Господа, возвратились к себе. Мария же Магдалина, плача, так и осталась у дверей гроба. И так плача, наклонив голову во гроб, увидела она двух Ангелов в белом.

— Что ты плачешь? — спросили они у нее.

— Унесли Господа моего, — отвечала она.

И здесь, обернувшись, увидела Иисуса, но не узнала, приняв за садовника.

— Господин! – обращается она к Нему. — Если ты вынес Его, скажи мне, где ты положил Его…

Видя, что Мария не узнает Его, Господь называет ее по имени.

— Учитель! — вскрикивает она, бросаясь к Христу, но Он останавливает ее:

— Не прикасайся ко Мне, ибо я еще не восшел к Отцу Моему, а иди к братьям Моим и скажи им: восхожу к Отцу Моему…

И, посланная Иисусом, идет Мария и «возвещает ученикам, что видела Господа…»

Христос Воскресе!