1. Главная / Статьи 
ул. Черняховского, д. 16 125319 Москва +7 499 152-68-65
Логотип
| статьи | печать | 1319

«Только нам гулять не довелося...»

История трудового законодательства России

Грязные, плохо одетые, моющие стекла машин, нищенствующие в метро, работающие на рынках, в магазинных подсобках… Русские дети. В лихие годы «реформ» их труд, прежде запрещенный, вновь стал востребованным, приносящим прибыль. Их толкают на воровство, вовлекают в наркоторговлю и проституцию. Где их право на счастливое детство? На достойную жизнь? Спросить бы об этом у лощеных чиновников и доморощенных правозащитников. Им полезно было бы вспомнить, что именно «детский вопрос» поднял когда-то на дыбы всю Европу, что и у нас, хотя и с натугой, с долгой задержкой, он был законодательно(!) решен еще в дореволюционной России.

Уже первые появившиеся в России проекты фабричного законодательства ставили перед собой цель — ограничить использование детского труда. Министр финансов Канкрин, обратившийся с запиской к самому государю, составил и перечень необходимых к принятию мер, но его предложения вызвали недовольство членов Мануфактурного совета, состоявшего из крупных предпринимателей. Пойти на открытую ссору с властями они не решились и стали всеми доступными им средствами «тянуть процесс». Четыре года велись обсуждения, проводились экспертизы, писались отзывы, пока наконец не грянул и гром. На Вознесенской фабрике вспыхнул бунт, главной причиной которого стали непосильные ночные работы детей…

 

Предпринятым в 40-х годах  XIX века исследованием были выявлены ужасающие факты. Дети использовались на работах повсеместно: добывали уголь и золото, работали у грохочущих станков, в цехах с ядовитыми веществами, в невообразимой жаре и невыносимом холоде. Трудились столько же, сколько и взрослые, получая в 10, 20 раз меньшую плату. Жили в подвалах и полутемных бараках, питаясь впроголодь — хлебом и кашей. Страдая из-за всего этого малокровием, дистрофией, чахоткой и тысячами других тяжелых болезней: «Пропащая жизнь, хуже собаки всякой». До совершеннолетия доживал лишь каждый второй.  

Выяснилось, что многие гибли еще в материнской утробе или в первые же месяцы после рождения из-за того, что фабриканты не старались облегчить труд женщин. Но и выживших не ждала счастливая жизнь. Их отправляли в работу сами родители, не имеющие средств прокормить свои огромные семьи. В целом по России в таких условиях трудились свыше 100 тыс. детей!

Вскрывшиеся факты заставили власти поспешить с изданием первого ограничительного закона (от 7 августа 1845 г.), запретившего ночной труд детей до 12 лет. Конечно же это была полумера, страдающая к тому же и одним существенным недостатком: никаких механизмов контроля и наказания виновных в законе предусмотрено не было.

 

Начните с себя!

Вновь к «детскому вопросу» в России вернулись лишь в 1859 году. Тогда была создана Особая комиссия для изыскания «средств недопущения детей к фабричной работе». Рассматриваемые в ней предложения оказались настолько робкими, что некоторые из петербургских фабрикантов не выдержали, предложив ограничить труд подростков более резко — 6 часами! Их московским коллегам не понравилось, правда, что за ними будут теперь «следить какие-то чинуши», инспектора, которых наделят правом «посещать предприятия в любое время». Они увидели в этом «оскорбительное для их чести недоверие». «Неужели мы сами не позаботимся о рабочих!» — с пафосом восклицал один из них.

Из-за случившихся споров были вынуждены собрать новую комиссию. В ней за основу будущего российского закона было предложено взять западноевропейский опыт. Готовившие закон чиновники решили пойти и дальше, предложив совсем уж для того времени радикальные меры: полный запрет на работу детей до 12 лет, полный запрет на работу детей и подростков в ночное время, ограничение дневной работы подростков 10 часами.

Шум сразу же поднялся неимоверный! Либеральная печать неожиданно встала на сторону фабрикантов, затрубив о нарушении принципа «свободы предпринимательства», о разрушении «единства между работником и фабрикантом». Властям намекнули и на то, что, прежде чем реформировать мир капитала, не лучше ли «изменить самое себя»…

Враждебная реакция либералов напугала чиновников, желавших «всего лишь превзойти законы Европы». Дело затормозилось, и, чтобы сдвинуть его хоть как-то, дела и наработки комиссии были переданы генералу
Н. Игнатьеву, возглавившему  комитет «по урегулированию отношений найма». Но и тот споткнулся на вопросе о детском труде, не захотев отказаться от пунктов, предложенных прежней комиссией. Он даже и развил их, заговорив о необходимости создания при фабриках лазаретов и обязанности хозяев заботиться об образовании детей…

Как и предложенный прежде, проект Игнатьева был подвергнут обструкции. Неудачей закончилась и работа следующей комиссии под руководством графа Валуева, хотя в этот раз над составлением  закона с чиновниками трудились и такие видные предприниматели, как Кокорев, Третьяков, Найденов, которых трудно было заподозрить в корысти или нежелании помогать рабочим. Их позиция сводилась к тому, что детский труд необходим более самим рабочим, чем предпринимателям. Им вторил и известный знаток промышленности Скальковский, подтвердивший, что ограничение работы малолетних «тяжко отразится» на семьях рабочих, «чрезвычайно бедных пока».

 

Против произвола

Дискуссия тянулась еще десять лет. В ней приняли участие и другие известные предприниматели, высказавшие готовность пойти на известные послабления, но в целом не поддержавшие предлагаемые нововведения. К счастью, общественное мнение было уже не на их стороне. Отчасти тут сыграли свою роль массовые выступления рабочих против тяжелых условий труда, отчасти появившиеся в печати произведения Достоевского, Лескова, Мамина-Сибиряка... «Только нам гулять не довелося по полям и нивам золотым. Целый день на фабрике колеса мы вертим-вертим-вертим!» — писал в те же годы Некрасов. Пройдешь ли мимо подобных строчек? Пройдешь ли мимо «Тройки» Перова?

И у многих чиновников есть сердце. Вступивший в должность министра финансов Бунге, вопреки всем доводам (часто и разумным) фабрикантов, не забросил мечту «издать закон на пользу бедным рабочим детям», а повел дело столь энергично, что никаких сомнений в скором принятии так долго обсуждавшегося закона ни у кого уже не осталось.

25 апреля 1881 г. им была создана специальная комиссия для подготовки проекта об общих правилах для заводов и фабрик, оказавшаяся последней, и уже через год с небольшим 1 июня 1882 г. был издан закон, согласно которому детей, не достигших 12-летнего возраста, было запрещено принимать на промышленные предприятия. Для 12—15-летних детей ночные, воскресные и праздничные работы запрещались безусловно, а дневные ограничивались 8 часами в сутки. Запрещались также любые работы несовершеннолетних на опасных и вредных для здоровья производствах. Кроме того, на предпринимателей возлагалась обязанность предоставлять право малолетним рабочим учиться. Этот день стал настоящим днем рождения фабричного законодательства в России!

* * *

Впереди у дореволюционной России было еще много законов, принимавшихся теперь «с поразительной быстротой». Но своего расцвета система детского воспитания достигнет уже в СССР. Всеобщее образование, училища и техникумы, бесплатные секции и кружки, детсады, пионерские лагеря и здравницы, особые цены на детские товары... Теперь о многом мечтать, и только!