1. Главная / Статьи 
ул. Черняховского, д. 16 125319 Москва +7 499 152-68-65
Логотип
| статьи | печать | 3667

О проблемах преюдиции

В соответствии со ст. 90 УПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу приговором, признаются судом, прокурором, следователем, дознавателем без дополнительной проверки, если они не вызывают сомнений у суда. При этом такой приговор не может предрешать виновность лиц, не участвовавших ранее в уголовном деле.

Таким образом, уголовно-процессуальное законодательство не придает преюдициального значения судебным актам арбитражных судов и судов общей юрисдикции, вынесенным в рамках гражданского судопроизводства.

Насколько обоснованно исключение таких актов из круга судебных актов, обладающих свойствами преюдициальности? Потеряла ли актуальность в настоящее время известная формула, которой следовали еще римские юристы: res judicata pro veritate accipitur (habetur) — состоявшееся судебное решение принимается за истину?

 

Проблемы преюдиции в разное время рассматривались разными специалистами, однако до настоящего момента не существует единого понимания ее содержания и вызываемых ею правовых последствий. О чем, в частности, свидетельствует различная правовая регламентация этого правового института в ГПК РФ (ст. 61), АПК РФ (ст. 69) и УПК РФ (ст. 90).

 

Трактовка понятий

Для более точного уяснения сути рассматриваемого явления необходимо различать понятия «преюдициальность» и «преюдиция».

В этой связи внимания заслуживает определение преюдициальности, данное в Юридическом словаре 1956 г.: «Преюдициальность (от лат. praeiudicium — предварительное судебное решение) есть свойство вступившего в законную силу судебного акта, состоящее в том, что выводы судебного акта о юридических фактах или правоотношениях сторон по одному делу обязательны для суда, разрешающего другое дело, связанное с первым»1. Соответственно под преюдицией следует понимать признание субъектами судопроизводства обстоятельств, установленных вступившим в законную силу судебным актом и потому обладающим преюдициальностью, без дополнительной проверки.

Преюдициальность — следствие таких качественных характеристик законной силы судебного акта, как неопровержимость, исключительность и обязательность.

Несмотря на единую правовую природу и схожие характеристики законной силы судебных актов, выносимых в порядке уголовного и гражданского (арбитражного) судопроизводства, ст. 90 УПК РФ искусственно, без достаточных к тому правовых оснований придает значение преюдициальности только приговорам, исключая иные судебные акты. При этом нормы данной статьи допускают возможность дополнительной проверки судьей обстоятельств, установленных приговором по первому делу.

На наш взгляд, такая регламентация преюдиции, с одной стороны, лишена необходимой научной и нормативно-правовой основы, а с другой — оказывает негативное влияние на стабильность как процессуальных правоотношений в рамках уголовного и гражданского (арбитражного) судопроизводства, так и на стабильность правопорядка в целом.

Судебные акты являются особой разновидностью правоприменительных актов, выносимых судами как органами независимой судебной власти в рамках осуществления ими особой социальной деятельности – правосудия. Правовая природа судебного акта, особая форма его принятия – правосудие, специфические юридические свойства и правовые последствия вступления его в законную силу дают основания, на наш взгляд, для вывода о невозможности руководствоваться общими правилами оценки его в ряду прочих доказательств, а необходимо использовать преюдицию.

В обоснование данного вывода отметим, что судебный акт принимается на завершающей стадии судопроизводства, когда должны быть полно и всесторонне исследованы фактические обстоятельства дела, имеющиеся доказательства проверены и оценены, к правоотношениям участников конфликта применена соответствующая правовая норма, их действия получили соответствующую юридическую квалификацию. Если данный судебный акт вступил в законную силу, то следует исходить из презумпции его законности и обоснованности, которая может быть опровергнута лишь в порядке, предусмотренном соответствующим процессуальным законодательством, при возбуждении надзорного производства или производства по пересмотру судебного решения по вновь открывшимся обстоятельствам. В ином порядке никто не вправе подвергать сомнению установленные обстоятельства и выводы.

В этом отношении представляется справедливым суждение З.З. Зинатуллина о том, что в процессе доказывания и при анализе ранее установленных судебным актом обстоятельств органы следствия и суда «не могут входить в обсуждение доброкачественности соответствующего процессуального акта, в котором они констатированы, и делать новые выводы, противоречащие этому акту, пока последний не отменен в установленном законом порядке»2.

 

Пределы преюдиции

По-разному решается и вопрос о пределах преюдиции. Выделяют объективные и субъективные пределы. Так, Г.М. Резник к объективным пределам относит круг фактов, установленных соответствующим процессуальным актом и не подлежащих в связи с этим доказыванию. По его мнению, объективные пределы преюдиции, вытекающей из приговора, шире объективных пределов соответствующих актов гражданского судопроизводства. Субъективные пределы преюдиции — определенный круг лиц, на которых они распространяются3.

Думается, что правы те ученые, которые не ограничивают объективные пределы преюдиции только кругом фактов, установленных судебными актами, а включают в них также и правоотношения. Такой вывод обосновывается тем, что, как было показано выше, суд при вынесении судебного акта, помимо прочего, устанавливает наличие или отсутствие спорного правоотношения, конкретизирует объем прав и обязанностей участников правового спора.

Разрешение судом конфликта немыслимо без приложения заданного правовой нормой масштаба поведения к конкретным фактическим обстоятельствам, что является частью процесса правоприменения. В этом проявляется социальная ценность судопроизводства, итог которого — внесение правовой определенности в спорные правоотношения. Придание качеств преюдициальности только некоторым этапам правоприменения, связанным с установлением фактических обстоятельств, не учитывает значения и признаков правосудия, особые свойства судебной власти, одним из которых является нормативность.

Обстоятельно это специфическое свойство судебной власти исследуется Л.А. Воскобитовой, которая пишет, что «нормативность судебной власти обусловлена тем, что и сама социальная сфера, в которой реализует себя судебная власть, и процесс реализации ею своих властных полномочий, их содержание и форма проявления – все это подчинено строго определенным нормам материального и процессуального права... судебное нормотворчество проявляется прежде всего в судебном толковании права в процессе правоприменительной деятельности, что делает последнюю возможной, наполняет ее конкретным содержанием и обеспечивает воздействие права на реальные общественные отношения»4.

Несомненный теоретический и практический интерес представляет вопрос о соотношении преюдициальности вступивших в законную силу судебных актов и принципа свободной оценки доказательств, закрепленного в ст. 17 УПК РФ. Как следует из статьи закона, судьи, присяжные заседатели, а также прокурор, следователь, дознаватель оценивают доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся в уголовном деле доказательств, руководствуясь при этом законом и совестью. Никакие доказательства не имеют заранее установленной силы.

Очевидно, что преюдиция в вышеуказанном понимании может ограничить действие принципа свободной оценки доказательств. При исследовании данного вопроса необходимо исходить из провозглашения Конституцией РФ (ст. 2, 19) приоритета прав и свобод человека, признания юридического равенства сторон в судебном споре как следствия равенства всех перед законом и судом. Анализируя указанные конституционно-правовые нормы в совокупности с регламентированными гл. 2 УПК РФ принципами уголовного судопроизводства, И.Б. Михайловская справедливо приходит к выводу о необходимости признания самостоятельной социальной ценности процессуальной формы5.

 

Комплексный подход

Рассуждения о ценности процедуры и приоритета процессуальных гарантий, на наш взгляд, могут быть экстраполированы и на иные виды судопроизводства. Такой подход оправдан, тем более что все процессуальные кодексы, основываясь на соответствующих положениях Конституции РФ, провозглашают схожие базовые принципы и правила судопроизводства — состязательность, равноправие сторон, гласность судебного разбирательства, обязательность судебных актов, недопустимость использования доказательств, полученных с нарушением закона, правила об относимости и допустимости доказательств и т.п. Самоценность процессуальной формы подкреплена особым статусом суда как незаинтересованного арбитра в споре участников правового конфликта и как органа самостоятельной ветви государственной власти – власти судебной.

Единая природа судебной власти, особый статус суда, социальная ценность процессуальной формы являются объективным препятствием для возникновения судебной конкуренции, когда у суда, рассматривающего более позднее дело, имеется возможность ревизовать установленные более ранним судебным актом обстоятельства и опровергать содержащиеся в нем выводы. На недопущение появления произвола и дезорганизованности в судебной сфере и направлен институт преюдиции. Поэтому мы соглашаемся с Р. Искандеровым в том, что «преюдиция утверждает правовую и социальную ценность судебных решений, их непоколебимость и престиж». По нашему мнению, назрела необходимость комплексного и унифицированного изменения правовой регламентации преюдиции во всех отраслевых процессуальных кодексах. Существующее ее правовое регулирование в УПК РФ, АПК РФ, ГПК РФ отличается несогласованностью, непоследовательностью и казуистичностью.

Назначение преюдиции состоит в обеспечении стабильности правосудия, соблюдении авторитета суда, утверждении социальной ценности судебных актов, организации согласованности судебных актов и оптимизации процесса доказывания по рассматриваемым делам. В силу этого во всех процессуальных кодексах необходимо комплексно изменить правовую регламентацию преюдиции. При этом основополагающей должна быть норма следующего содержания: «Обстоятельства и правоотношения, установленные вступившим в законную силу судебным актом суда общей юрисдикции или арбитражного суда, не доказываются вновь и признаются судом без дополнительной проверки. Содержащаяся во вступившем в законную силу судебном акте правовая позиция суда общей юрисдикции или арбитражного суда в отношении квалификации преюдициально установленных обстоятельств и правоотношений является обязательной при рассмотрении судом другого дела». Соответственно в УПК РФ действие данной правовой нормы должно быть распространено также и на прокуроров, следователей, дознавателей.

 

 

1 Цит. по: Скобликов П.А. Арбитражный и уголовный процессы: коллизии в сфере доказывания и пути их преодоления. М., 2006. С. 12.

2 Зинатуллин З.З. Уголовно-процессуальное доказывание: Уч. пос. Ижевск, 1993. С. 74.

3 Резник Г.М. Внутреннее судейское убеждение и преюдиция // Советская юстиция. 1971. № 7. С. 10.

4 Воскобитова Л.А. Сущностные характеристики судебной власти. Ставрополь, 2003. С. 118, 131.

5 Михайловская И.Б. Настольная книга судьи по доказыванию в уголовном процессе. М.: Велби. 2006. С. 9, 11.