1. Главная / Статьи 
ул. Черняховского, д. 16 125319 Москва +7 499 152-68-65
Логотип
| статьи | печать | 308

Замена кредитора на основании договора уступки права требования долга возможна даже после того, как должника-банкрота исключили из ЕГРЮЛ

Если суд признал должника банкротом, его исключили из ЕГРЮЛ, это не значит, что новый кредитор по договору цессии не вправе требовать процессуальное правопреемство. Ведь если имущественные права кредитора не были восстановлены до завершения конкурсного производства и ликвидации должника, законодательство о банкротстве предоставляет кредитору возможность удовлетворить свои требования за счет иных лиц.

Карточка дела

Реквизиты судебного акта

Определение ВС РФ от 21.10.2019 № 308-ЭС19-12135 по делу № А32-14909/2013

Заявители

Гражданин Т., гражданин М.

Банкрот

ООО «ДжиТиЭм-Груп»

Суть дела

В 2011 г. ОАО «Россельхозбанк» (далее — банк) выдал кредит ООО «ДжиТиЭм-Груп» (далее — компания, должник). Банк перечислил деньги компании во исполнение шести договоров об открытии кредитной линии. Должник кредит не вернул. Он подал заявление о своем банкротстве. Суд возбудил дело о банкротстве, а через три месяца признал его банкротом, было открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре.

Суд включил требования банка на 167 млн руб. в третью очередь реестра требований кредиторов должника как обеспеченные залогом его имущества. В 2017 г. банк уступил физлицу требование к должнику, вытекающее из договоров об открытии кредитной линии. Общая сумма требований банка к должнику на дату заключения договора уступки составляла 154 млн руб. Конкурсное производство в отношении должника было завершено 06.07.2018. Через месяц его исключили из ЕГРЮЛ. А 21.09.2018 это физлицо передало двум новым кредиторам (тоже физлицам) по 1/2 требования к должнику — по 77 млн руб.

Новые кредиторы обратились в суд с заявлениями о процессуальном правопреемстве. Каждый из них потребовал заменить банк (первоначального кредитора) на себя в деле о банкротстве компании по требованию на сумму 77 млн руб. Заявители сослались на заключенные договоры уступки права требования и настаивали на том, что замена кредитора возможна в деле о банкротстве и после завершения конкурсного производства.

Позиция судов

Суд первой инстанции прекратил производство по заявлениям новых кредиторов. Апелляция и кассация с ним согласились. Суды исходили из того, что все заявления и ходатайства в рамках дела о банкротстве рассматриваются до ликвидации должника. С момента внесения в ЕГРЮЛ записи о ликвидации должника производства по всем заявлениям и ходатайствам подлежат прекращению. К тому же в силу прекращения обязательства ликвидацией юридического должника в материальном правоотношении переход права от кредитора, которому право требования передал банк, в пользу заявителей (новых кредиторов) не мог состояться. Следовательно, договор уступки права требования, заключенный 21.09.2018, ничтожен.

Позиция ВС РФ

Новые кредиторы подали кассационные жалобы в ВС РФ. Они настаивали на том, что прекращение производства по заявлениям о процессуальном правопреемстве лишило их возможности реализовать права на судебную защиту своих интересов, предоставленные кредиторам по завершении конкурсного производства.

СКЭС ВС РФ согласилась с доводами новых кредиторов, отменила судебные акты нижестоящих инстанций и направила дело на новое рассмотрение. В делах о банкротстве целью процедуры конкурсного производства является последовательное проведение мероприятий по максимальному наполнению конкурсной массы и соразмерное удовлетворение за ее счет требований кредиторов. В связи с этим статус кредитора предполагает наличие у него совокупности прав и обязанностей, определенных Федеральным законом от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее — Закон о банкротстве), позволяющей реализовать свои имущественные интересы.

Конкурсное производство завершается с внесением в ЕГРЮЛ записи о ликвидации должника. По общему правилу ликвидация юридического лица влечет его прекращение без перехода в порядке универсального правопреемства его прав и обязанностей к другим лицам (п. 1 ст. 61 ГК РФ).

Ввиду отсутствия субъекта правоотношений, которым являлся должник-банкрот, предъявление к нему правопритязаний лишено какого-либо смысла, так как даже при констатации судом нарушенного права восстановить его за счет несуществующего субъекта правоотношений невозможно. Поэтому разногласия, заявления, ходатайства и жалобы в деле о банкротстве рассматриваются арбитражным судом в деле о банкротстве до внесения записи о ликвидации должника в ЕГРЮЛ, а после этого производство по подобным обращениям подлежит прекращению (п. 48 постановления Пленума ВАС РФ от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона „О несостоятельности (банкротстве)“», далее — постановление № 29).

Однако в том случае, если имущественные права кредитора не были восстановлены до завершения конкурсного производства и ликвидации должника, законодательство о банкротстве предоставляет кредитору возможность удовлетворить свои требования за счет иных лиц. В частности, кредитор вправе обратить взыскание на имущество должника, незаконно полученное третьими лицами (п. 11 ст. 142 Закона о банкротстве), привлечь контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности (п. 3, 4 ст. 61.14 Закона о банкротстве), взыскать убытки с конкурсного управляющего должника (п. 4 ст. 20.4 Закона о банкротстве). Эти права можно реализовать только в том случае, если лицо имеет статус кредитора в деле о банкротстве должника, в основе которого — материально-правовое требование к должнику, ранее подтвержденное в деле о банкротстве.

Закон не ограничивает конкурсного кредитора в праве распоряжения своим требованием к лицам, вовлеченным в процесс банкротства должника. Более того, согласно ст. 419 ГК РФ правило о прекращении обязательств ликвидацией юридического лица не применяется, если законом или иными правовыми актами исполнение обязательства ликвидированного юридического лица возлагается на другое лицо, то есть как это имеет место в Законе о банкротстве. Таким образом, и после ликвидации должника ряд обязательств нельзя считать прекращенным: с наличием неисполненного требования к должнику закон связывает возможность реализации имущественных правопритязаний кредитора к другим лицам, в том числе причинившим вред при управлении должником.

Кредитор не лишен правовой возможности передать принадлежащее ему требование другому лицу по сделке как в полном объеме, так и в части. Как следствие, при выбытии одной из сторон в установленном судебным актом правоотношении (например, при уступке требования) суд производит замену этой стороны ее правопреемником и указывает на это в судебном акте.

Пункт 5 ч. 1 ст. 150 АПК РФ и п. 48 постановления № 29 в данном случае неприменимы, так как правопритязания кредитора сохраняются в отношении действующих правоспособных лиц: контролирующих должника лиц, конкурсного управляющего должника, лиц, незаконно получивших имущество должника, и т.п. Иной подход необоснованно ограничивает кредитора в реализации его имущественных прав. Таким образом, суды не имели законных оснований для прекращения производства по заявлениям новых кредиторов лишь на том основании, что должник ликвидирован.