1. Главная / Статьи 
ул. Черняховского, д. 16 125319 Москва +7 499 152-68-65
Логотип
| статьи | печать | 115

Вещь одна, а пользователей много

В жизни очень часто встречаются ситуации, когда человеку очень нужна какая-то вещь, но на короткое время и для выполнения определенной цели. Исследователи шеринговой экономики приводят ставший уже классическим пример с дрелью: человеку нужна не сама эта вещь как таковая, а только дырка в стене. Поэтому нет смысла покупать дрель и держать ее у себя, поскольку можно просто взять и попользоваться ею на время. На практике для осуществления данной модели потребления используется договор проката.

Принцип совместного потребления

В основе шеринговой экономики, или, иначе говоря, экономики совместного потребления, лежит принцип приоритета владения вещью на ее приобретением в собственность, поскольку для людей важнее возможность фактического обладания некоторыми вещами в течение определенного периода времени и извлечение ее полезных свойств, а не полный контроль над ней и право определять юридическую судьбу. Многими бытовыми вещами люди пользуются недолго, все остальное время они простаивают в чуланах и гаражах для того, чтобы их иногда вновь извлекали на свет и использовали от случая к случаю.

Такого захламления вполне можно избежать, если пользоваться шеринговыми сервисами, позволяющими рационально использовать свое время и ресурсы. Получив ту или иную вещь во временное пользование, ее потом нужно просто вернуть и не думать о том, где хранить.

В миниатюре экономику совместного потребления можно представить на примере обычной детской площадки, где возятся малыши, играя поочередно во все имеющиеся игрушки, у которых разные собственники. Любой родитель прекрасно знает, что на каждой детской площадке царит самый настоящий коммунизм, поскольку все дети используют игрушки сообща, меняются ими на время или навсегда, при этом периодически выясняя друг с другом отношения собственности. В этом случае в ход идут «виндикационные» и «кондикционные» иски, когда один малыш истребует из чужого незаконного владения другого малыша свои игрушки или с плачем требует устранения нарушений своего права собственности, не связанных с лишением владения.

Если без шуток, то в этом примере со всей очевидностью просматривается ключевое преимущество шеринговой модели потребления, которое состоит в том, что можно на время попользоваться определенной вещью и потом вернуть ее обратно, взяв другую. Помимо сокращения своих издержек на приобретение и содержание вещей субъекты экономики доверия получают хорошую возможность разнообразить свое привычное потребление, поскольку они уже не связаны необходимостью использовать приобретенную вещь, так как каждый раз они могут брать в пользование только то, что захотят.

Во временное пользование люди могут брать практически любые вещи. Сейчас это можно сделать даже не выходя из дома. Для этого достаточно в интернете найти специализированные онлайн-площадки. Интернет-сервисы дают возможность зарегистрированным пользователям в удобном режиме искать и размещать объявления о прокате вещей самого разного вида и назначения: свадебных платьей и костюмов, транспортных средств, одежды и украшений, аксессуаров и многого другого. Как правило, администраторы таких платформ являются только информационными посредниками и не несут никакой ответственности перед пользователями за совершаемые ими сделки, по которым они принимают обязательства друг перед другом.

Помимо онлайн-сервисов можно при желании также воспользоваться пунктами проката, где есть возможность тщательно осмотреть вещи перед заключением договора.

Закон о защите прав потребителей никто не отменял

Отношения, связанные с прокатом тех или иных вещей, регулируются правилами параграфа 2 главы 34 ГК РФ или общими положениями о договоре аренды, если сделки совершаются между гражданами.

Имущество, которое арендатор берет на время у компании по договору проката, используется им, как правило, для потребительских целей, если иное не следует из существа обязательства (п. 1 ст. 626 ГК РФ). Соответственно, по общему правилу арендатор пользуется всеми гарантиями, которые ему предоставлены Законом РФ от 07.02.92 № 2300-1 «О защите прав потребителей» (далее — Закон о защите прав потребителей).

Организации при осуществлении своей деятельности должны обеспечить реализацию права потребителя на получение полной и достоверной информации о сдаваемых напрокат вещах и их основных потребительских свойствах, правилах безопасной эксплуатации, при этом предполагается отсутствие у потребителя специальных знаний по этому поводу. В противном случае компания несет ответственность за причиненные потребителю убытки и моральный вред из-за недостатков вещей, переданных ему в краткосрочную аренду.

Так, в одном деле дама взяла напрокат велосипед, чтобы покататься в парке, однако вместо удовольствия от езды получила травму, поскольку, пытаясь развернуться, начала тянуть ручной тормоз, который не сработал. В итоге она упала с велосипеда на дорогу и получила телесные повреждения, после чего обратилась с иском в суд. Соглашаясь с доводами арендатора и взыскивая в его пользу компенсацию морального вреда, суд исходил из того, что предприниматель нарушил порядок передачи имущества напрокат.

Согласно ст. 628 ГК РФ арендодатель, заключающий договор проката, обязан в присутствии арендатора проверить исправность сдаваемого в аренду имущества, а также ознакомить арендатора с правилами эксплуатации имущества либо выдать ему письменные инструкции о пользовании этим имуществом. В нарушение данного требования предприниматель в присутствии арендатора предварительно не проверил техническое состояние сдаваемого велосипеда, в результате чего вещь была ему передана в неисправном виде.

В силу ст. 56 ГПК РФ и п. 28 постановления Пленума Верховного суда РФ от 28.06.2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за причинение вреда, лежит на исполнителе услуги. В рассматриваемом деле предприниматель не представил доказательств, подтверждающих отсутствие его вины в случившемся.

Суд отклонил его ссылку на журнал учета технического состояния, из которого усматривалась выдача 20 исправных велосипедов и такое же количество возвращенных в исправном состоянии, поскольку само по себе данное обстоятельство не опровергало факт передачи арендатору поврежденной вещи. После падения с велосипеда и получения травмы арендатор сразу обратился за оказанием медицинской помощи, и характер травмы позволял ее соотнести именно с этим случаем. Доказательств того, что вред здоровью арендатора был причинен при иных обстоятельствах, предприниматель со своей стороны не представил (Апелляционное определение Новосибирского областного суда от 08.06.2017 по делу № 33-4933/2017).

Неустойка за досрочный возврат

При оказании услуг предприниматели заинтересованы в извлечении максимальной прибыли и стараются условия своих типовых договоров формулировать таким образом, чтобы исключить для потребителя саму возможность отказаться от его услуг. Договор проката в этом смысле не является исключением, на практике компании нередко включают в него условие о том, что при досрочном отказе от него потребитель теряет значительную часть внесенной оплаты, которая остается у арендодателя в качестве компенсации или штрафа.

Такое условие ущемляет права и законные интересы потребителя, поскольку закон не ставит возможность досрочного отказа от договора в зависимость от совершения каких-либо дополнительных обязанностей. В силу п. 3 ст. 627 ГК РФ арендатор вправе отказаться от договора проката в любое время, письменно предупредив о своем намерении арендодателя не менее чем за десять дней. Как видно из содержания приведенной правовой нормы, для осуществления права на досрочный отказ от договора проката потребитель должен направить письменное уведомление арендодателю с соблюдением установленного срока и вернуть ему арендуемую вещь.

У арендодателя нет права удерживать из внесенной потребителем платы за взятую напрокат вещь какую-либо часть денежных средств, поскольку он обязан вернуть ему соответствующую часть полученной арендной платы, исчисляя ее со дня, следующего за днем фактического возврата имущества (п. 2 ст. 630 ГК РФ). В таком случае из общей суммы арендной платы вычитается только та ее часть, которая соответствует периоду фактического пользования вещью до момента получения арендодателем от арендатора уведомления об отказе от договора. Разница в любом случае подлежит возврату, поскольку оставление ее у арендодателя приводит к возникновению на его стороне неосновательного обогащения за счет потребителя (п. 1 ст. 1102 ГК РФ).

Таким образом, условие договора проката о праве арендодателя удержать какую-либо часть арендной платы при досрочном расторжении договора всегда должно оцениваться с учетом размера его фактически понесенных расходов. Он должен доказать, что удерживаемая часть общей арендной платы пропорциональна периоду фактического пользования потребителем вещью и не превышает такую стоимость.

Условие договора проката об ином является недействительным на основании ст. 168 ГК РФ и ст. 16 Закона о защите прав потребителей (решение Мирового судьи Судебного участка № 27 Центрального района г. Хабаровска от 25.11.2015 по делу № 2-1358/2015). За его включение в договор проката арендодатель может быть также привлечен к административной ответственности на основании ч. 2 ст. 14.8 КоАП РФ.

Обеспечительные платежи

Аналогичный подход применим и к ситуации, когда свои расходы организации пытают покрыть за счет суммы обеспечительного платежа, который потребитель по условиям договора проката вносит ему в качестве обеспечения исполнения своих обязательств (ст. 381.1 ГК РФ). Даже если потребитель испортил или повредил вещь, необходимо соотнести ее действительную рыночную стоимость с учетом естественного износа на момент передачи по договору проката и размер внесенного обеспечительного платежа.

Организация вправе удержать только ту часть суммы обеспечительного платежа, которая соответствует его расходам на приведение вещи в нормальное, пригодное для эксплуатации состояние. Целью института возмещения убытков является восстановление нарушенного права пострадавшего лица, а не предоставление ему необоснованных преференций, в результате которых он получает возможность улучшить свое имущественное положение за счет участника гражданского оборота, виновного в причинении убытков (ст. 15 ГК РФ).

В одном деле дама взяла напрокат свадебное платье и украшения, заплатила их залоговую стоимость в общей сумме 77 000 руб. и внесла арендную плату. После завершения праздника при возврате вещей у нее возник конфликт с предпринимателем. Тот без замечаний принял украшения, а вот платье забирать отказался, ссылаясь на наличие дефектов, при этом залоговую стоимость ни за платье, ни за украшения, к состоянию которых у него не было претензий, не вернул.

По результатам проведения независимой оценки стоимость устранения дефекта составила всего лишь 200 рублей, поскольку требовался лишь мелкий бытовой ремонт, чтобы заштопать платье. Взыскивая деньги с недобросовестного предпринимателя, суд указал на то, что он не представил доказательств превышения размера ущерба, причиненного его вещи, над суммой обеспечительного платежа. При таких обстоятельствах законных оснований для ее удержания у предпринимателя не было (решение Апшеронского районного суда Краснодарского края от 30.06.2016 по делу № 2-787/2016).

Что покроет обеспечение

Отдельно обратим внимание на то, что при разрешении подобных споров принципиальное значение имеет размер произведенных организацией расходов при исполнении своих обязательств по договору проката перед потребителем. Не так важно, как в договоре поименована удержанная с него денежная сумма (обеспечительный платеж или задаток, штраф и т.п.), поскольку в первую очередь нужно установить, в счет погашения какой части расходов она была зачтена. Если у потребителя действительно имеется перед компанией долг по арендной плате или обязательство возместить причиненный реальный ущерб из-за порчи или утраты вещи, то компания в любом случае вправе компенсировать свои потери.

Для этой цели организации совершенно необязательно обращаться в суд с отдельным иском и взыскивать денежные средства для покрытия таких потерь. Если компания уже располагает полученными от потребителя деньгами, которые по условиям договора проката остаются у нее, организация не лишена возможности их удержать для покрытия своих расходов. В первом примере у предпринимателя оставалась часть арендной платы при досрочном расторжении договора проката, и очевидно, что само по себе такое условие не соответствует закону, поскольку возможность реализации потребителем данного права не поставлена в зависимость от уплаты денежной компенсации или оставления у арендодателя ранее внесенной суммы.

Вместе с тем при наличии у потребителя обязанности оплатить период фактического пользования вещью часть арендной платы могла быть использована предпринимателем для указанной цели. При наличии убытков из-за неосторожного обращения с вещью предприниматель мог удержать сумму своих расходов за счет находящегося у него обеспечительного платежа, который как раз для таких случаев и используется, либо из удерживаемой суммы задатка.

Приведем еще один спор, который дошел до суда. Одна дама заказала свадебное платье напрокат, но поскольку в своем исходном виде оно ей не подошло, она попросила арендодателя подогнать его в длину, а также сделать силиконовые подкладки, что тот и сделал. В дальнейшем дама передумала брать это платье и приобрела себе одежду в другом салоне. Между тем, поскольку предпринимателем были понесены определенные расходы при исполнении договора проката, он удержал их, оставив себе сумму задатка. Даму такой вариант развития событий не устроил, и она требовала взыскания с него в судебном порядке двойной суммы задатка, однако суд это требование оставил без удовлетворения.

Дама от договора проката отказалась по мотиву наличия в переданной ей в аренду вещи недостатков, однако речь шла о том, что конкретное свадебное платье облегало фигуру истицы не так, как бы ей хотелось, что не является недостатком вещи. Кроме того, ответчик со своей стороны предпринимал необходимые меры для исправления ситуации и поиска наиболее оптимального варианта для нее, однако она все равно отказалась от договора.

При этом речь шла не о немотивированном отказе, который давал бы ей право на возврат части арендных платежей в соответствии с п. 3 ст. 627 ГК РФ, а об отказе со ссылкой на недостатки, наличие которых она не доказала. При таких обстоятельствах предприниматель правомерно удержал уплаченную истицей сумму задатка, которую она внесла добровольно, и данное условие договора проката не оспаривала (Апелляционное определение Таганрогского городского суда Ростовской области от 24.11.2015 № 11-3452015).

Если в заложниках оказался паспорт

На практике повсеместно встречаются случаи, когда организации проката в качестве залога принимают такие документы, как паспорт, водительское удостоверение, социальную карту, СНИЛС и так далее. Насколько это правомерно?

Конечно же, ни о каком залоге в данном случае и речи быть не может. В силу п. 1 ст. 336 ГК РФ предметом залога может быть всякое имущество, в том числе вещи и имущественные права, за исключением имущества, на которое не допускается обращение взыскания, требований, неразрывно связанных с личностью кредитора, в частности требований об алиментах, о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, и иных прав, уступка которых другому лицу запрещена законом.

Между тем паспорт гражданина РФ, водительское удостоверение, социальная карта или иные личные документы пользователей не являются оборотоспособным имуществом, поскольку их цель заключается в подтверждении определенного объема прав и обязанностей у конкретного право- и дееспособного лица. Такие документы не имеют какой-либо самостоятельной имущественной ценности и сами по себе не могут выступать объектами гражданско-правовых сделок, их нельзя реализовать с публичных торгов или через процедуры внесудебного порядка обращения взыскания.

Само по себе удержание таких личных документов пользователей является незаконным, и это действие нельзя рассматривать как непоименованный способ обеспечения исполнения обязательств (п. 1 ст. 329 ГК РФ), поскольку любой гражданин всегда может заявить об утрате или хищении у него документов, что дает ему право их восстановить в установленном законом порядке. Более того, закон не просто не предоставляет возможность организациям изымать у граждан их личные документы в процессе оказания услуг, но и прямо запрещает такие действия.

Так, в силу п. 22 Положения о паспорте гражданина РФ, образца бланка и описания паспорта гражданина РФ (утверждено постановлением Правительства РФ от 08.07.97 № 828) запрещается изъятие у гражданина паспорта, кроме случаев, предусмотренных законодательством РФ. Таким случаем является помещение гражданину в тюрьму для отбывания назначенного наказания за совершение уголовных деяний (ст. 18 Федерального закона от 15.08.96 № 114-ФЗ «О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию»).

В связи с этим предъявление организациями проката требования о передаче документов в залог является незаконным, хотя, к сожалению, это является повсеместной практикой при заключении договора проката. Например, некоторые компании в качестве способа обеспечения принимает либо денежную сумму, либо следующие «залоговые документы»: российский или загранпаспорт, водительское удостоверение, военный билет, удостоверение госслужащего и даже СНИЛС. При этом примечательно, что мобильные телефоны, часы и прочие гаджеты в качестве предмета залога они принимать категорически отказываются.

Если указанные вещи находятся в нормальном состоянии и арендатор готов их передать в залог, спрашивается, почему бы именно их не взять в залог, ведь они имеют действительную имущественную ценность. Скорее всего, здесь действует другая логика — за личными документами арендатор с большей вероятностью захочет вернуться.

Как возместить убытки

В зависимости от ситуации организации могут требовать от арендатора возмещения стоимости утраченного имущества или затрат на проведение его восстановительного ремонта, задолженность по арендной плате и иные причитающиеся ему денежные средства (заочное решение Центрального районного суда г. Комсомольска-на-Амуре от 11.09.2017 по делу № 2-2953/2017).

Следует отметить, что долг по арендной плате взыскивается с арендатора независимо от того, возвращена ли вещь, поскольку требование о возмещении убытков не исключает необходимости одновременного удовлетворения требования предпринимателя о взыскании неполученного дохода, на получение которого он был вправе рассчитывать. Указанные требования по своему характеру являются самостоятельными по отношению друг к другу (Апелляционное определение Московского городского суда от 22.06.2018 по делу № 33-26251/2018).

В этом случае компания в своем иске должна указать точный момент, когда прекращается начисление арендных платежей, — истечение срока действия договора проката либо дополнительного периода, на который он продлевался по соглашению сторон или по условиям самого договора. Стороны должны при этом учитывать требование закона о максимальном годичном сроке действия договора проката (ст. 627 ГК РФ). По окончании срока действия договора проката можно заключить новый договор.

После истечения периода пользования вещью арендатор может продолжать фактически ее использовать, не возвращая назад организации в нарушение условий договора проката. В такой ситуации компания вправе поставить вопрос о взыскании платы за фактическое пользование в соответствии с положениями ст. 622 и 625 ГК РФ. Если из переписки с арендатором, материалов административных проверок и из иных источников организации становится известно об утрате или гибели вещи, сумму задолженности по арендной плате компания определяет на соответствующий момент, когда для нее становится очевидным тот факт, что арендатор вещь не вернет. Арендатор при этом в силу ст. 56 ГПК РФ не лишен возможности доказывать, что арендные платежи должны начисляться за меньший период времени.

Если арендатор просто незаконно удерживает вещь, не желая с ней расставаться, организация вправе требовать от него ее возврата на основании ст. 12, 309, 310 и 622 ГК РФ. Задолженность по арендной плате, включая плату за фактическое пользование вещью, подлежит начислению вплоть до даты ее возврата организации, поскольку до этого момента арендатор имеет возможность ее использовать.

Организация может рассчитать размер его задолженности на момент обращения в суд с иском (заочное решение Красноуфимского городского суда Свердловской области от 13.02.2017 по делу № 2-1-73/2017), а также в дальнейшем взыскать задолженность в оставшемся размере, начисленную после этого момента и до даты фактического возврата вещи. Вместе с тем возложение на арендатора обязанности вернуть незаконно удерживаемую вещь является малоэффективным способом защиты прав организаций, поскольку в таком случае при уклонении от добровольного исполнения судебного решения за помощью придется обращаться к судебным приставам.

Если в ходе исполнительного производства будет установлено отсутствие у арендатора вещи, то судебный акт окажется неисполнимым, что для организации повлечет необходимость обращения в суд, принявший решение, с заявлением об изменении способа его исполнения. Согласно ст. 203 ГПК РФ для рассмотрения такого заявления потребуется проведение судебного заседания с извещением участником спора, что потребует дополнительного времени.

Гораздо удобнее в условиях договора проката предусмотреть положение о том, что если вещь не возвращается организации по окончании согласованного срока пользования, она считается утраченной, что дает компании право требовать возмещения ее стоимости. Такое договорное условие само по себе не противоречит закону и не ущемляет права и охраняемые законом интересы арендатора, поскольку тот не лишен возможности вернуть своевременно вещь и избежать применения данной меры (решение Калининского районного суда г. Новосибирска от 21.08.2018 по делу № 2-1659/2018).

Для цели реализации права организации на взыскание стоимости вещи с арендатора в договоре необходимо также предусмотреть оценочную стоимость вещи, что в дальнейшем при возникновении спора существенно упростит процесс доказывания размера убытков (решение Кузьминского районного суда г. Москвы от 23.05.2018 по делу № 2-2061/2018). Арендатор при этом не лишен возможности приводить доказательства несоответствия оценочной стоимости вещи ее действительной рыночной стоимости, в том числе поставить вопрос о назначении судебной экспертизы.

При разрешении спора ни одно из доказательств для суда не имеет заранее установленной силы (ст. 67 ГПК РФ). Поэтому указание в договоре проката конкретной оценочной стоимости вещи не является безусловным доказательством того, что она соответствует ее рыночной стоимости. Вместе с тем при отсутствии иных доказательств и пассивном поведении арендатора в ходе судебного разбирательства суд, скорее всего, именно этой величиной и будет руководствоваться, поскольку она была прямо согласована сторонами при заключении договора проката. Дополнительное доказательственное значение будет также иметь и поведение арендатора, который условие об оценочной стоимости не оспаривает.

Набор указанных условий позволит компаниям в сравнительно упрощенном порядке добиваться получения исполнительного документа на общую сумму, которая в дальнейшем будет взыскиваться с арендатора, а не разыскивать его вместе с судебным приставом, пытаясь вернуть вещь и неизвестно еще в каком состоянии. Однако наиболее предпочтительным вариантом для организаций все-таки будет автоматизация своего бизнес-процесса и переход на более эффективный формат взаимодействия с клиентами.