1. Главная / Статьи 
ул. Черняховского, д. 16 125319 Москва +7 499 152-68-65
Логотип
| статьи | печать | 132

Как взыскать убытки, если рассчитать их точный размер не получается? Обзор судебной практики

Институт убытков является одним из основополагающих в гражданском праве в рамках защиты лица, права которого были нарушены. При этом нарушение может быть вызвано совершением третьими лицами как неправомерных, так и правомерных действий (см., например, ст. 306 ГК РФ). До недавнего времени взыскать убытки было достаточно сложной задачей, поскольку суды, как правило, требовали от истца точного расчета их размера. Постепенно такая ситуация стала изменяться. О том, как на сегодняшний день складывается практика по взысканию убытков и какие нюансы следует учитывать истцу, заявляющему соответствующие требования, читайте в материале.

Действующее гражданское законодательство выделяет два вида убытков: реальный ущерб и упущенную выгоду.

Согласно ч. 2 ст. 15 ГР РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Общие положения о возмещении убытков установлены в ст. 12, 15, 16, 393, 393.1, 400, 401 ГК РФ, при этом Гражданский кодекс содержит также достаточно большое количество норм, определяющих особенности возмещения убытков в рамках конкретных правоотношений. Между тем ГК РФ не содержит норм, детально регламентирующих порядок исчисления убытков. В связи с этим на практике повсеместно возникают спорные вопросы при возмещении убытков. При этом спорные моменты возникают в отношении не только самих убытков, но и возложения обязанности по их доказыванию на потерпевшую сторону.

На протяжении долгого времени главной проблемой для лиц, требующих возмещения убытков, была проблема доказывания точного размера понесенных убытков. Она прежде всего была связана с действующим на тот момент правовым регулированием. Так, в п. 10—11 совместного постановления Пленумов ВС РФ и ВАС РФ от 01.07.96 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснялось, что для взыскания будущих расходов, входящих в реальный ущерб, необходимость таких расходов и их предполагаемый размер должны быть подтверждены обоснованным расчетом, доказательствами, в качестве которых могут быть представлены смета (калькуляция) затрат на устранение недостатков товаров, работ, услуг; договор, определяющий размер ответственности за нарушение обязательств, и т.д. Размер неполученного дохода (упущенной выгоды) должен определяться с учетом разумных затрат, которые кредитор должен был понести, если бы обязательство было исполнено.

Изложенная в постановлении Пленумов ВС РФ и ВАС РФ от 01.07.96 № 6/8 правовая позиция способствовала развитию судебной практики по пути доказывания точно установленного размера убытков. Если же лицо не доказало точный размер взыскиваемых убытков, то исковые требования суды, как правило, отклоняли. Однако если в случае с реальным ущербом, за исключением возмещения будущих расходов, лицо, обратившееся за защитой нарушенного права, с большей степенью вероятности имеет возможность определить точный размер убытков, то в отношении будущих расходов и упущенной выгоды размер убытков, подлежащих взысканию, всегда будет приблизительным и вероятностным. В результате взыскание убытков в реально понесенном размере стало для пострадавшей стороны в большинстве случаев непосильной задачей.

Отправной точкой изменений в практике взыскания убытков в ситуации, когда невозможно с высокой степенью достоверности определить их точный размер, стало постановление Президиума ВАС РФ от 06.09.2011 № 2929/11 по делу № А56-44387/2006. В этом деле были заявлены требования о взыскании убытков, причиненных акционерам принятыми обеспечительными мерами, ограничившими возможность распоряжения принадлежащими им акциями. Направляя дело на новое рассмотрение, Президиум ВАС РФ обратил внимание, что объективная сложность доказывания убытков и их размера, равно как и причинно-следственной связи между причиненными убытками и принятыми обеспечительными мерами, по делам, связанным с лишением или ограничением корпоративного контроля, не должна снижать уровень правовой защищенности участников корпоративных отношений при необоснованном посягательстве на их права. Суд не может полностью отказать в удовлетворении требования участника хозяйственного общества о возмещении убытков, причиненных обеспечительными мерами по необоснованному требованию, только на том основании, что размер убытков не может быть установлен с разумной степенью достоверности. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципа справедливости и соразмерности ответственности.

Таким образом, ВАС РФ дал толчок для формирования новой судебной практики в рамках взыскания убытков. А через два года выраженная в судебном акте по конкретному судебному делу позиция получила закрепление в п. 6 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица».

Цитируем документ

Арбитражный суд не может полностью отказать в удовлетворении требования о возмещении директором убытков, причиненных юридическому лицу, только на том основании, что размер этих убытков невозможно установить с разумной степенью достоверности (п. 1 ст. 15 ГК РФ). В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципа справедливости и соразмерности ответственности.

В дальнейшем по этому пути пошла и судебная практика, о чем свидетельствуют, к примеру, постановления АС Западно-Сибирского округа от 01.06.2017 № Ф04-1108/2017 по делу № А03-9243/2016, от 20.01.2017 № Ф04-6293/2016 по делу № А45-26757/2015, Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.02.2018 № 17АП-19813/2017-ГК по делу № А60-26302/2017.

Правовые позиции, начавшиеся формироваться с 2011 г., впоследствии нашли свое отражение в п. 12 постановления Пленума Верховного суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации».

Цитируем документ

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу п. 1 ст. 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

В отношении упущенной выгоды п. 14 постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25 устанавливает, что, поскольку упущенная выгода представляет собой неполученный доход, при разрешении споров, связанных с ее возмещением, следует принимать во внимание, что ее расчет, представленный истцом, как правило, является приблизительным и носит вероятностный характер. Это обстоятельство само по себе не может служить основанием для отказа в иске.

Тем не менее анализ сформировавшейся на сегодняшний день судебной практики о взыскании убытков в случае невозможности рассчитать точный размер ущерба показывает неоднородность принимаемых судебных решений, поскольку по-прежнему можно встретить отказные решения с формулировкой «Истцом не подтвержден размер убытков» (см., например, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 20.03.2018 № 09АП-8485/2018-ГК по делу № А40-103975/2017).

Что требуется доказать, чтобы взыскать убытки

Лицо, требующее возмещения убытков, при обращении за защитой нарушенных прав должно быть готово доказать наличие следующих обстоятельств:

  • факт нарушения обязательства;

  • что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб;

  • факт причинения вреда и наличия убытков;

  • причинно-следственную связь между нарушением и возникшими убытками.

В рамках взыскания убытков особое внимание стоит уделять процессуальному поведению истца. Отметим, что важность активной процессуальной позиции подтверждается выводами судов по конкретным делам.

Пример из практики

В постановлении Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.03.2018 № 17АП-1296/2018-ГК по делу № А50-12763/2016 была зафиксирована важная правовая позиция в отношении процессуального поведения истца: хотя бы от истца и не требовалось предоставления доказательств, безусловно свидетельствующих о точном размере убытков, возможность определения размера убытков с разумной степенью достоверности не освобождает его полностью от необходимости достоверного обоснования суммы заявленных к взысканию убытков. Бремя доказывания несения упущенной выгоды лежит на истце.

Таким образом, суд понуждает истца занимать активную позицию в рамках рассматриваемых споров, тем самым не перекладывая на судебный орган бремя самостоятельного определения размера упущенной выгоды. При отсутствии возможности произвести точный расчет заинтересованное лицо вправе требовать, к примеру, проведения судебной экспертизы для определения размера убытков.

Надо также отметить другой судебный акт — постановление Президиума ВАС РФ от 21.05.2013 № 16674/12, в котором суд отметил, что лицо, взыскивающее упущенную выгоду, должно доказать, что возможность получения им доходов существовала реально, и документально подтвердить совершение им конкретных действий и сделанных с этой целью приготовлений, направленных на извлечение доходов, которые не были получены в связи с допущенным должником нарушением. То есть необходимо доказать, что допущенное ответчиком нарушение явилось единственным препятствием, не позволившим получить упущенную выгоду.

Если указанные действия совершены не были или истец не смог подтвердить факт их совершения, это может служить основанием отказа в удовлетворении исковых требований.

Пример из практики

В одном деле (постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 29.03.2018 № 10АП-2463/2018 по делу № А41-68061/17), заявляя требование о взыскании упущенной выгоды, истец не представил доказательств, свидетельствующих о совершении конкретных действий, направленных на извлечение доходов за заявленный период путем использования спорных помещений. В результате в удовлетворении иска было отказано.

Судебная практика постепенно складывается в пользу истца

Остановимся подробнее на некоторых судебных решениях, которые демонстрируют положительную динамику в взыскании убытков при невозможности установления точного размера убытков.

Прежде всего, следует отметить постановление Пленума Верховного суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», в котором приводится конкретный пример обоснования размера упущенной выгоды.

Цитируем документ

Расчет упущенной выгоды может производиться на основе данных о прибыли истца за аналогичный период времени до нарушения ответчиком обязательства и/или после того, как это нарушение было прекращено.

Интересным представляется также следующий спор. Определением Верховного суда РФ от 19.01.2016 № 46-КГ15-34 дело было направлено на новое рассмотрение. ВС РФ указал, что суд наделен процессуальными возможностями, которые позволяют ему достоверно установить размер причиненных убытков, однако суд первой инстанции в нарушение действующего законодательства такими возможностями не воспользовался. Недоказанность размера причиненного ущерба к основаниям, позволяющим не возлагать гражданско-правовую ответственность на причинителя вреда, действующим законодательством не отнесена.

В этом деле произошел залив квартиры по причине самовольно произведенной ответчиком перепланировки инженерных коммуникаций. Суды нижестоящих инстанций отказали в возмещении убытков, поскольку истец представил только акт с описанием выявленных на месте повреждений, причиненных заливом. Соответственно, Верховный суд прямо обратил внимание на наличие полномочий судов в случае доказанности факта причинения ущерба и вины причинителя самостоятельно определять размер подлежащих возмещению убытков, в том числе используя иные методы расчета размера ущерба, к которым могут относиться не только общий анализ предоставленных истцом в материалы дела документов, но и назначение экспертизы для установления размера убытков.

В другом деле (см. постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 01.08.2017 № 05АП-3495/17 по делу № А51-4583/2016) истец заявил требование о взыскании упущенной выгоды, возникшей в связи с несвоевременным возвратом транспортных средств. Требование было удовлетворено, так как истец понес убытки в виде упущенной выгоды, связанной с невозможностью передать транспортные средства в аренду в силу удержания их ответчиком. Ответчик должен был возвратить транспортные средства истцу в связи с расторжением договора купли-продажи. В ходе рассмотрения судебного спора истец в качестве доказательств несения упущенной выгоды представил документы, согласно которым он получал постоянный доход от аренды транспортных средств до даты их продажи и передачи в собственность ответчику. В подтверждение размера заявленной упущенной выгоды истец также представил отчеты об оценке рыночной стоимости с указанием ставок арендной платы. Суд при установлении экономической целесообразности заявленной упущенной выгоды и оценке представленных доказательств учел также письма о стоимости аренды аналогичного транспортного средства у другого лица.

Определением от 07.12.2015 № 305-ЭС15-4533 по делу № А40-14800/2014 Верховный суд РФ отметил правильное применение норм права нижестоящими судами, которые удовлетворили исковые требования истца о взыскании упущенной выгоды в полном размере, исходя из следующего. Истец представил рамочное соглашение с ответчиком, по условиям которого истец имеет право «на любую компенсацию или возмещение ущерба». Размер убытков истец обосновал тем, что, если бы ответчик в нарушение условий рамочного контракта не отказался поставлять ему продукцию, он в соответствии с ранее заключенными бонусными соглашениями мог бы получить прибыль в размере не менее 16,5% от суммы заключенного ответчиками контракта, то есть более 408 млн руб. Судом в рамках оценки совокупности фактов по делу было принято во внимание решение антимонопольной службы о нарушении антимонопольного законодательства ответчиком и наличии в его действиях признаков злоупотребления правом. Суды также установили право требовать взыскания убытков в связи со сложившимися в течение нескольких лет между сторонами отношениями в результате заключения контрактов на поставку и распространение фармацевтического препарата, а также бонусных соглашений к контрактам.

Анализ действующего законодательства и судебной практики демонстрирует, что каждый конкретный спор, возникающий в сфере возмещения убытков, в случае невозможности определения их точного размера порождает вопрос: как взыскать убытки, если рассчитать их точный размер не получается?

Во-первых, перед обращением в суд истец должен собрать максимально возможные доказательства, свидетельствующие о нарушении обязательств, а также направить будущему ответчику претензию с описанием выявленного нарушения, размера причиненного ущерба с приложением произведенного расчета.

В случае отказа возместить убытки в указанный в претензии срок истец вправе обратиться в исковом порядке в соответствующий суд с соблюдением правил подведомственности и подсудности, установленных процессуальным законодательством.

Во-вторых, в качестве доказательств, подтверждающих размер убытков при невозможности расчета их точного размера, исходя из проведенного анализа судебной практики, истец может использовать:

  • при взыскании договорных убытков — наличие в договоре возможности взыскания убытков; в качестве обоснования размера могут использоваться бонусные соглашения, в которых указывается процент от планируемой сделки;

  • данные о прибыли истца за аналогичный период времени до нарушения ответчиком обязательства и/или после того, как это нарушение было прекращено, либо данные о доходе ответчика за период нарушения права истца;

  • доказательства, свидетельствующие о сдаче предмета договора в аренду, например, договор аренды с указанием цены договора, банковские выписки, подтверждающие реальность перечисления денежных средств по договору;

  • письма о стоимости услуг/аренды аналогичных товаров/имущества у сторонних организаций;

  • результаты экспертизы с предоставлением отчета эксперта, например, о рыночной стоимости прав аренды, об оценке износа оборудования и т.д.

В-третьих, при расчете истец может использовать «Временную методику определения размера ущерба (убытков), причиненного нарушениями хозяйственных договоров», которая была объявлена инструктивным письмом Государственного Арбитражного суда СССР от 28.12.90 № С-12/НА-225. Однако необходимо учитывать, что данная методика была одобрена в 1990 г. и требует существенной корректировки с учетом положений действующего ГК РФ и принимаемых судами решений по анализируемому вопросу.

В-четвертых, проводя расчет убытков, истец должен учитывать положения закона в части ограничения размера ответственности по обязательствам, согласно которым право на полное возмещение убытков может быть ограничено (например, ст. 547, 717 ГК РФ).

В-пятых, истцу следует занимать активную процессуальную позицию в суде, что должно, прежде всего, выражаться не просто в подаче искового заявления, а в активных действиях по участию в судебном процессе, по представлению доказательств, содержащих факты, способствующие доказыванию самого факта наличия убытков как в виде реального ущерба, так и упущенной выгоды, и иных доказательств, на основании которых, суд сможет взыскать заявленный размер убытков.

В-шестых, определение судом размера убытков исходя из принципов соразмерности и справедливости возможно только в том случае, если истцом будет доказано, что нарушение обязательства действительно произошло и те убытки, которые лицо понесло, являются следствием нарушения именно ответчиком существовавших между этими сторонами обязательств.