1. Главная / Статьи 
ул. Черняховского, д. 16 125319 Москва +7 499 152-68-65
Логотип
| статьи | печать | 4419

Споры о недобросовестной конкуренции: введение в заблуждение

Глава 2.1 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее — Закон о защите конкуренции»), в которой установлены запреты на различные формы недобросовестной конкуренции, действует около двух лет, и по ней уже начала складываться правоприменительная практика. Проанализируем, как антимонопольные органы устанавливают факт нарушения по одной из форм недобросовестной конкуренции — введению в заблуждение.

Статьей 14.2 Закона о защите конкуренции установлен запрет на недобросовестную конкуренцию путем введения в заблуждение. Запрещается вводить в заблуждение любых лиц — потребителей, контрагентов, конкурентов. До 5 января 2016 г. аналогичный запрет содержался в п. 2 ст. 14 данного закона.

Понятие недобросовестной конкуренции раскрывается в ст. 4 Закона о защите конкуренции. Это любые действия хозяйствующих субъектов (группы лиц), которые направлены на получение преимуществ при осуществлении предпринимательской деятельности, противоречат законодательству РФ, обычаям делового оборота, требованиям добропорядочности, разумности и справедливости и причинили или могут причинить убытки другим хозяйствующим субъектам — конкурентам либо нанесли или могут нанести вред их деловой репутации.

Напомним, что в начале 2016 г. вступил в силу так называемый «четвертый антимонопольный пакет» — Федеральный закон от 05.10.2015 № 275-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон „О защите конкуренции“ и отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее — Закон № 275-ФЗ).

Особенности применения положений Закона № 275-ФЗ разъяснены в письме ФАС России от 24.12.2015 № ИА/74666/15 (далее — письмо № ИА/74666/15). Такой форме недобросовестной конкуренции, как введение в заблуждение, посвящен п. 9.2 данного письма.

Суть нарушения

Как разъясняется в письме № ИА/74666/15, введение в заблуждение является следствием распространения не негативной информации, как при дискредитации, а наоборот, позитивной, и ее содержание касается деятельности самого распространителя и (или) его товара. В обоих случаях распространяемая информация должна не соответствовать действительности, чтобы можно было признать действия по ее распространению актом недобросовестной конкуренции.

Статья 14.2 Закона о защите конкуренции содержит перечень объектов, в отношении которых потенциально возможно введение в заблуждение:

1) качество и потребительские свойства товара, предлагаемого к продаже, назначение такого товара, способы и условия его изготовления или применения, результаты, ожидаемые от использования такого товара, его пригодность для определенных целей;

2) количество товара, предлагаемого к продаже, наличие такого товара на рынке, возможность его приобретения на определенных условиях, фактический размера спроса на такой товар;

3) место производства товара, предлагаемого к продаже, изготовитель такого товара, гарантийные обязательства продавца или изготовителя;

4) условия, на которых товар предлагается к продаже, в частности цена такого товара.

Под качеством товара согласно ГОСТ Р 51303-2013. Национальный стандарт Российской Федерации. Торговля. Термины и определения, утв. приказом Росстандарта от 28.08.2013 № 582-ст, понимается совокупность потребительских свойств товара, соответствующих установленным требованиям, в том числе условиям договора купли-продажи или иных аналогичным (164), а потребительским свойством считается свойство товара, проявляющееся при его использовании потребителем в процессе удовлетворения потребностей (165). Причем потребительские свойства товара могут быть указаны в маркировке товара. Введение в заблуждение относительно названных свойств может выражаться как в создании ложного впечатления об их присутствии, так и ложного представления об их степени.

Способ изготовления означает применяемые при производстве технологии, комплектующие материалы и другие условия производства товара.

Место производства может означать как страну, так и более узкий географический объект, на территории которого осуществлялось производство товара. Введение в заблуждение относительно места производства товаров возможно как вследствие ложных указаний о таком месте товара, так и вследствие использования обозначений, ассоциирующихся у потребителей с каким-либо географическим объектом (например, цветовое сочетание, ассоциирующееся с флагом страны).

Введение в заблуждение относительно изготовителя товара также возможно как вследствие ложных указаний о происхождении товара, так и вследствие использования обозначений, ассоциирующихся у потребителей с другим лицом.

Практика, основанная на прежних нормах

Вначале приведем несколько примеров из судебной практики по применения норм ст. 14 Закона о защите конкуренции, действовавшей до 5 января 2016 г., но сложившейся после этой даты.

Пример

Конкуренты пожаловались в УФАС на нарушение обществом антимонопольного законодательства при размещении на своем сайте информации, в котором говорилось, что медицинская продукция, выпускаемая обществом, по своим медико-техническим показателям не уступает зарубежным аналогам и превосходит российские. Эту информацию конкуренты сочли недостоверной, так как не назывались российские фирмы, которые производят похожую продукцию, и не указывалось, чем конкретно продукция общества превосходит российские аналоги.

УФАС вынесло постановление о привлечении общества к административной ответственности, предусмотренной ч. 1 ст. 14.33 КоАП РФ. Общество оспорило это постановление в суде. Но суды трех инстанций пришли к выводу о наличии в действиях общества признаков состава административного правонарушения, ответственность за совершение которого предусмотрена ч. 1 ст. 14.33 КоАП РФ.

Надзорная инстанция также отказала обществу в удовлетворении жалобы. Так, суд принял во внимание разъяснения, изложенные в п. 29 постановления Пленума ВАС РФ от 08.10.2012 № 58 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами Федерального закона “О рекламе”» и признал размещенную заявителем информацию недостоверной. Главный аргумент: рекламная информация не содержала указания на какой-либо определенный критерий (параметр) превосходства продукции общества над находящейся в обороте аналогичной продукцией российского производителя.

(Постановление ВС РФ от 28.10.2016 № 304-АД16-9474 по делу № А45-15128/2015).

В некоторых вердиктах, принятых после 5 января 2016 г., суды разъясняют, как соотносятся нормы отмененной ст. 14 и новой главы 2.1 Закона о защите конкуренции.

В качестве примера можно привести дело № А27-97/2016, которое рассмотрел АС Западно-Сибирского округа. Хозяйствующий субъект был наказан УФАС за введение в заблуждение потребителей относительно страны происхождения товара в рамках закупок на электронных торгах.

Пример

В пункте 2 ч. 1 ст. 14 Закона о защите конкуренции (в редакции, действовавшей до 05.01.2016) установлен запрет на недобросовестную конкуренцию, в том числе введение в заблуждение в отношении характера, способа и места производства, потребительских свойств, качества и количества товара или в отношении его производителей. Как в прежней редакции Закона о защите конкуренции (ч. 2 ст. 14), так и в действующей редакции (ст. 14.2) не допускается недобросовестная конкуренция путем введения в заблуждение, в том числе в отношении места производства товара, предлагаемого к продаже.

Приведенный перечень нарушений не является исчерпывающим, изменениями, внесенными в названный закон, противоправность деяния не устранена. Следовательно, такие деяния с 5 января 2016 г. могут быть квалифицированы по ст. 14.2 Закона о защите конкуренции.

(Постановление АС Западно-Сибирского округа от 17.03.2017 № Ф04-404/2017 по делу № А27-97/2016).

Практика также показывает, что у хозяйствующих субъектов нередко возникает желание использовать нормы закона как инструмент в конкурентной борьбе. А УФАС со своей стороны не исследуют и не устанавливают все необходимые признаки недобросовестной конкуренции.

Пример — дело № А79-12429/2015, в котором предметом исследования стало единичное нарушение законодательства в области отношений, связанных с соблюдением требований технических регламентов (постановление АС Волго-Вятского округа от 07.10.2016 № Ф01-4223/2016). Но как подчеркнул суд, единично доказанный факт сам по себе не свидетельствует о нарушении антимонопольного законодательства.

Новая судебная практика

Примеров практики, которая складывается по ст. 14.2 Закона о защите конкуренции, пока немного. Приведем два наиболее интересных дела, в которых антимонопольный орган квалифицировал недобросовестную конкуренцию в форме введения в заблуждение.

Дело об информационных посредниках в пассажирских перевозках

Речь идет о деле № А24-4570/2016, которое рассматривал АС Дальневосточного округа (постановление от 15.08.2017 № Ф03-3096/2017).

Региональное министерство транспорта и дорожного строительства обратилось в УФАС с заявлением, на основании которого антимонопольный орган возбудил дело по признакам нарушения обществом ч. 1 ст. 14.2 Закона о защите конкуренции. Нарушение выразилось в организации перевозок пассажиров и багажа легковым такси лицами, которые не соответствовали требованиям федерального законодательства. В ходе рассмотрения к участию в деле было привлечено еще одно общество.

УФАС выдало нарушителям предупреждение о необходимости прекращения данного нарушения путем обращения в срок до 10 ноября 2016 г. в министерство транспорта, чтобы оформить разрешения на все транспортные средства, водители которых осуществляют перевозку пассажиров и багажа.

Общества посчитали это предупреждение незаконным, в том числе по мотиву его неисполнимости, и оспорили его в суде. Суд первой инстанции отказал им в удовлетворении требований.

Апелляция согласилась с доводами истцов и при вынесении решения исходила из того, что они не являются владельцами транспортных средств, с использованием которых осуществляется перевозка пассажиров и багажа. Решение суда первой инстанции было отменено, оспариваемое предупреждение признано недействительным.

УФАС обжаловало этот вердикт в суд округа. Но он признал правомерными доводы апелляционного суда. Приведем их.

В пункте 3 Обзора по вопросам судебной практики, возникающим при рассмотрении дел о защите конкуренции и дел об административных правонарушениях в указанной сфере, утв. Президиумом ВС РФ 16.03.2016, разъяснено, что судебный контроль при обжаловании предупреждения, как при проверке его соответствия закону, так и при оценке нарушения им прав и законных интересов, должен быть ограничен особенностями вынесения такого акта, целями, достигаемыми этим актом, соразмерностью предписанных мер и их исполнимостью. Поскольку предупреждение выносится при обнаружении лишь признаков правонарушения, а не его факта, судебной проверке подлежит факт наличия таких признаков по поступившим в антимонопольный орган информации и документам как основаниям вынесения предупреждения.

Иными словами, при проверке законности предупреждения в судебном порядке подлежит выявлению факт его соответствия требованиям ст. 39.1 Закона о защите конкуренции, а также выяснение того, что предписанные действия, будучи реально исполнимыми в установленные сроки, действительно направлены на прекращение нарушения, устранение причин и условий его возникновения и его последствий.

В данном случае истцы действительно привлекали к перевозке водителей, не имеющих выданных в установленном порядке разрешений на перевозку пассажиров и багажа легковым такси, что является нарушением требований ч. 1 ст. 9 Федерального закона от 21.04.2011 № 69-ФЗ. Но суд установил, что истцы не владеют транспортными средствами, самостоятельно не оказывают услуги по перевозке легковым такси, а оказывают заказчику только информационные услуги: вносят заявки в программно-информационный комплекс и информируют заказчика об исполнении заявки профессиональными перевозчиками и водителями такси. То есть отсутствуют признаки недобросовестной конкуренцией по отношению к иным хозяйствующим субъектам.

Дело о спорной закупке

Дело № А27-8500/2016, которое рассмотрел АС Западно-Сибирского округа (постановление от 18.01.2017 № Ф04-6160/2016), ценно прежде всего тем, что в нем разъясняется, как при рассмотрении жалоб антимонопольные органы применяют нормы законодательства о защите конкуренции и законодательства о закупках для государственных и муниципальных нужд.

К участию в аукционе на право заключения госконтракта было допущено четыре заявителя. Победителем признано общество, предложившее наименьшую цену. Один из участников закупки посчитал, что предложенная победителем цена контракта не соответствует законодательству и обратился в УФАС.

УФАС возбудило дело по признакам нарушения аукционной комиссией заказчика требований Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее — Закон № 44-ФЗ) и провело внеплановую проверку. Жалоба была признана необоснованной.

В решении УФАС указало, что в рамках данного дела не оценивались действия победителя аукциона на предмет их соответствия требованиям добросовестной конкуренции. Этот факт побудил конкурента обратиться в суд.

Суды двух инстанций удовлетворили требование участника закупки. УФАС обжаловало эти судебные акты в суде округа и выиграло.

Как УФАС осуществляет контроль

В целях обеспечения государственного контроля за соблюдением антимонопольного законодательства антимонопольный орган действует в пределах полномочий, установленных ст. 23 Закона о защите конкуренции.

Полномочия антимонопольного органа при выполнении функции по контролю (надзору) в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд установлены в главе 9 Закона о защите конкуренции.

Согласно нормам ч. 2 и 3 ст. 99 Закона № 44-ФЗ контроль в сфере закупок осуществляется, в частности, в отношении заказчиков, комиссий по осуществлению закупок и их членов, операторов электронных площадок путем проведения плановых и внеплановых проверок субъектов контроля.

Кроме того, в силу п. 2 ч. 15 ст. 99 Закона № 44-ФЗ основанием для проведения контрольным органом в сфере закупок внеплановой проверки является поступление информации о нарушении законодательства РФ и иных нормативных правовых актов о контрактной системе в сфере закупок.

Исходя из положений ч. 3, 7, 8 ст. 106 Закона № 44-ФЗ контрольный орган в сфере закупок обязан рассмотреть жалобу по существу в течение пяти рабочих дней с даты ее поступления. Он также вправе приостановить определение поставщика (подрядчика, исполнителя) в части заключения контракта. По результатам рассмотрения жалобы принимается решение о признании ее обоснованной или необоснованной.

В данном случае жалоба участника закупки наряду с требованием признать победителя аукциона нарушившим ст. 14.2 Закона о защите конкуренции (запрет на недобросовестную конкуренцию путем введения в заблуждение), содержала требование о приостановлении размещения данного заказа в части подписания контракта. В этой части жалоба была передана на рассмотрение в структурное подразделение УФАС — отдел рекламы, недобросовестной конкуренции и финансовых рынков.

Что касается представления победителем аукциона недостоверной информации о цене контракта и требования о приостановлении размещения данной закупки, в этой части жалоба была передана в отдел контроля в сфере закупок для проведения внеплановой проверки в отношении аукционной комиссии учреждения. Установив отсутствие в действиях аукционной комиссии каких-либо нарушений, УФАС вынесло оспариваемое решение в порядке, предусмотренном Законом № 44-ФЗ.

В чем ошибались нижестоящие суды

По мнению окружного суда, вопреки выводам судов первой и апелляционной инстанций УФАС при вынесении данного решения выполняло свои функции и осуществляло возложенные на него законодательством полномочия по контролю в сфере закупок в рамках своей компетенции и в установленном процессуальном порядке.

Так, на момент обращения участника закупки в суд не истек предусмотренный ст. 44 Закона о защите конкуренции срок рассмотрения заявления на действия победителя, содержащие признаки нарушения антимонопольного законодательства.

УФАС письмом сообщило участнику закупки о результатах рассмотрения его заявления, указав на отсутствие признаков недобросовестной конкуренции в действиях его конкурента. Нижестоящие суды не приняли это письмо в качестве доказательства, подтверждающего рассмотрение УФАС жалобы общества в порядке, установленном главой 9 Закона защите конкуренции. Но действующее законодательство содержит лишь требования к форме решения антимонопольного органа, которое принимается по результатам уже возбужденного дела о нарушении антимонопольного законодательства. И УФАС этим письмом фактически принято решение об отказе в возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства.

К сведению

При обращении в суд с заявлением о признании недействительным решения антимонопольного органа общество, руководствуясь ст. 198, п. 3 ч. 1 ст. 199, ч. 4 ст. 200, ч. 2 ст. 201 АПК РФ, обязано указать, какие права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности нарушены оспариваемым актом.

В деле № А27-8500/2016 заявитель не указал, какие его права и законные интересы в сфере бизнеса были нарушены, а нижестоящие суды при удовлетворении заявления не установили это обстоятельство, на что обратил внимание окружной суд в своем постановлении.


Споры о правовой охране товарных знаков и других средств индивидуализации

Положения ст. 14.2 Закона о защите конкуренции применяются и в спорах о правовой охране товарных знаков и других средств индивидуализации. В качестве примера можно привести Заключение Палаты по патентным спорам от 13.02.2017 (приложение к решению Роспатента от 13.03.2017 по заявке № 2013734794).

Коллегия рассмотрела возражение, поданное обществом (далее — податель возражения) против предоставления правовой охраны товарному знаку конкурента. Спорный комбинированный товарный знак был зарегистрирован 26 мая 2015 г. в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания РФ в отношении товаров и услуг 11, 35, 40 и 42 классов МКТУ, указанных в перечне свидетельства, на имя конкурента (далее — правообладатель).

По мнению подателя возражения, этот товарный знак является общепринятым условным обозначением, применяемым в науке и технике и указывает на свойства товаров, в том числе носящие хвалебный характер.

Коллегия отказала в удовлетворении возражения, базируясь на следующей логике.

В соответствии со ст. 14 Закона о защите конкуренции, действовавшей в спорный период, не допускалась недобросовестная конкуренция, связанная с приобретением и использованием исключительного права на средства индивидуализации юридического лица, средства индивидуализации продукции, работ или услуг. Сейчас аналогичное положение содержится в ст. 14.4 Закона о защите конкуренции.

Податель возражения, в числе прочего представил письмо УФАС по Республике Башкортостан, в котором указано, что в его действиях есть признаки нарушения ст. 14.2 Закона о защите конкуренции. Оно выразилось в представлении недостоверной информации, вводящей в заблуждение при осуществлении деятельности в сфере оказания услуг по продаже систем вентиляции и кондиционирования с использованием обозначения, сходного до степени смешения с оспариваемым товарным знаком. Податель возражения был проинформирован о необходимости прекращения указанных действий в десятидневный срок со дня получения данного письма. С учетом этого обстоятельства коллегия признала данную компанию заинтересованной в подаче возражения против предоставления правовой охраны спорному товарному знаку.

В решении Роспатента отмечается, что вопрос о признании действий правообладателя по приобретению исключительного права на товарный знак актом недобросовестной конкуренции может быть рассмотрен в административном порядке антимонопольным органом или судом. Но на момент подачи возражения не представлено доказательств того, что антимонопольный орган или суд приняли соответствующий административный или судебный акт о признании действий правообладателя актом недобросовестной конкуренции.