1. Главная / Статьи 
ул. Черняховского, д. 16 125319 Москва +7 499 152-68-65
Логотип
| статьи | печать | 306

Об оскорбительном характере мнения

Долгое время считалось, что гражданско-правовая защита чести, достоинства и деловой репутации (ст. 152 ГК РФ) от оценочных суждений, мнений, убеждений невозможна. Однако новейшая практика Верховного Суда РФ предусматривает такую защиту при условии, что субъективные мнения носят оскорбительный характер. Правомерен ли этот подход? Что такое «оскорбительный характер» мнения? Имеется ли противоречие с ранее высказанной позицией Пленума Верховного Суда РФ? Указанные вопросы рассматриваются в настоящей статье.

По суду и по закону

Статья 152 ГК РФ предусматривает защиту чести, достоинства и деловой репутации от распространения порочащих и (или) не соответствующих действительности сведений.

При этом Пленум ВС РФ акцентирует внимание на том, что судебная защита в порядке ст. 152 ГК РФ возможна лишь тогда, когда распространенные сведения представляют собой утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить (анализ абз. 3 п. 9 Постановления Пленума ВС РФ от 24.02.2005 № 3).

Долгое время указанный тезис, в силу которого защита от мнения по правилам ст. 152 ГК РФ недопустима, не подвергался сомнению судами общей юрисдикции и арбитражными судами.

Ситуация изменилась в связи с принятием Обзора практики рассмотрения судами дел по спорам о защите чести, достоинства и деловой репутации, утвержденного Президиумом ВС РФ от 16.03.2016 (далее – Обзор от 16.03.2016), и Обзора судебной практики ВС РФ № 1 (2017), утвержденного Президиумом ВС РФ 16.02.2017 (далее – Обзор от 16.02.2017).

Новейшая судебная практика ВС РФ

Согласно абз. 1 п. 6 Обзора от 16.03.2016 при рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации необходимо учитывать, что содержащиеся в оспариваемых высказываниях ответчиков оценочные суждения, мнения, убеждения не являются предметом судебной защиты в порядке ст. 152 ГК РФ, если только они не носят оскорбительный характер.

В соответствии с абз. 12 п. 20 Обзора от 16.02.2017 информация, указывающая на противоправный характер поведения субъекта, носит оскорбительный характер, следовательно, даже при условии ее изложения как субъективного мнения автора может быть основанием для заявления требования о защите деловой репутации. Данная правовая позиция основана на Определении Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ от 16.12.2016 № 309-ЭС16-10730. Также данная позиция закреплена в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ от 31.05.2017 № 309-ЭС16-20552, от 07.06.2017 № 309-ЭС16-20725. от 05.04.2017 № 33-7375/2017 по делу № 2-4547/2016;

Из указанных правовых позиций следует, что защита чести, достоинства и деловой репутации по правилам ст. 152 ГК РФ возможна не только от утверждений о фактах, но и от оценочных суждений, мнений, убеждений, носящих оскорбительный характер. Оскорбительный характер является квалифицирующим признаком, позволяющим применять ст. 152 ГК РФ для защиты от распространенных оценочных суждений, мнений, убеждений.

В региональных судах

Нижестоящие суды руководствуются указанными новейшими разъяснениями ВС РФ, в частности устанавливают наличие или отсутствие оскорбительного характера у высказанных мнений: при отсутствии оскорбительного характера мнения в удовлетворении иска о защите чести, достоинства или деловой репутации по правилам ст. 152 ГК РФ отказывают (например, апелляционные определения Ставропольского краевого суда от 10.06.2016 по делу № 33-3868/2016, Ленинградского областного суда от 05.10.2016 № 33-5905/2016, Санкт-Петербургского городского суда от 28.02.2017 № 33-3015/2017 по делу № 2-1511/2016,от 05.04.2017 № 33-7375/2017 по делу № 2-4547/2016; постановления Арбитражного суда ВСО от 07.07.2016 по делу № А10-7696/2015, от 20.09.2016 по делу № А10-5491/2015, Арбитражного суда УО от 23.11.2016 № Ф09-10006/16 по делу № А47-4552/2015), а при наличии оскорбительного характера мнения – исковые требования удовлетворяют (например, апелляционные определения Самарского областного суда от 27.10.2016 по делу № 33-13938/2016, от 07.11.2016 по делу № 33-14184/2016; постановления Арбитражного суда СЗО от 03.02.2017 по делу № А56-33549/2016), Одиннадцатого ААС от 08.06.2017 по делу № А55-27705/2016). Более того, суды вкладывают в категорию «оскорбительный характер» совершенно разное содержание.

Так, например, в Апелляционном определении Санкт-Петербургского городского суда от 28.02.2017 № 33-3015/2017 по делу № 2-1511/2016 говорится, что суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленного иска, так как доказательств того, что негативное мнение относительно спорной статьи было проявлено ответчиком способами, связанными с унижением чести и достоинства истцов, выраженными в неприличной форме (ст. 5.61 КоАП РФ), материалы дела не содержат. Схожий подход изложен в Апелляционном определении Санкт-Петербургского городского суда от 05.04.2017 № 33-7375/2017 по делу № 2-4547/2016. Таким образом, в рассмотренных гражданских делах использовалось административно-правовое понимание «оскорбления».

В свою очередь, из Апелляционного определения Самарского областного суда от 07.11.2016 по делу № 33-14184/2016 следует, что областной суд не согласился с решением суда первой инстанции, который отказал в иске из-за того, что распространенная информация является личным мнением автора. Суд апелляционной инстанции отметил, что оспариваемая информация – оскорбительна, поскольку выражение «коновал», высказанное в адрес врача, носит пренебрежительный, уничижительный характер; фраза «Как можно таких коновалов допускать до работы с людьми?» имеет оскорбительный, унижающий характер, противоречит принятой в обществе культуре общения. В связи с этим было принято новое решение, которым исковые требования И. в этой части удовлетворены.

По другому делу (№ 33-13938/2016) Самарский областной суд со ссылкой на Толковый словарь русского языка указал, что под оскорблением понимается «действие, имеющее целью крайне обидеть, унизить кого-либо, уязвить, задеть в нем какие-либо чувства». Областной суд установил оскорбительный характер мнения ответчика и констатировал обоснованность удовлетворения иска: «признать не соответствующими действительности, порочащими честь, достоинство и деловую репутацию сведения, распространенные о Ф. в своем блоге М.; обязать М. удалить со своего интернет-сайта статью и опубликовать на этом же интернет-сайте резолютивную часть данного решения; взыскать с М. в пользу Ф. компенсацию морального вреда в размере 50 тыс. рублей» (Апелляционное определение Самарского областного суда от 27.10.2016 по делу № 33-13938/2016).

Схожий подход представлен в Постановлении Арбитражного суда СЗО от 03.02.2017 по делу № А56-33549/2016: «… основанием для заявления требования о защите деловой репутации могут быть и содержащиеся в оспариваемых высказываниях ответчиков оценочные суждения, мнения, убеждения, если они носят оскорбительный характер, в частности указывают на противоправный характер поведения субъекта, что являлось бы недопустимым злоупотреблением правом на свободу слова и выражения мнения <…> суды пришли к выводу о том, что Мартынов Т.В. в оскорбительной форме высказывал свое негативное мнение об истце как о субъекте предпринимательской деятельности и его акциях, поэтому обязали Мартынова Т.В. удалить эту информацию. Суды сделали вывод о том, что рассматриваемые слова использованы ответчиком для негативной характеристики акций и деятельности истца в целях более эмоционального восприятия информации пользователями ресурса, что свидетельствует об оскорбительном характере публикаций. Использование рассматриваемых слов в литературе не подтверждает, что публикации не носят оскорбительного характера, поскольку в данном случае подлежит оценке не само использование слова, а контекст, в котором оно допущено. В связи с этим довод ответчика об отсутствии оскорбительного характера спорных высказываний отклонен судами обоснованно».

Нетрудно заметить, что в указанных апелляционных определениях и постановлении использовалось не административно-правовое (ст. 5.61 КоАП РФ), а общебытовое понимание «оскорбления».

Аргументы «против»

По нашему мнению, с указанными в Обзоре от 16.03.2016 и Обзоре от 16.02.2017 вышеназванными правовыми позициями и основанной на них судебной практикой невозможно согласиться по следующим основаниям.

1. Категория «оскорбительный характер» свойственна не гражданскому, а административному и уголовному законодательствам (например, ст. 5.61 КоАП РФ и ст. 297, 319, 336 УК РФ соответственно), а также упоминается в п. 5 ст. 10 Федерального закона от 29.12.2010 № 436-ФЗ «О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию». «Оскорбительный характер» однозначно означает характер оскорбления. Соответственно, при характеристике этого словосочетания следует обращаться к нормам публичного права, в которых предусмотрена защита от оскорбления и раскрывается дефиниция этого термина. Различное понимание оскорбления, оскорбительного характера в частном и публичном праве недопустимо.

Оскорблением является унижение чести и достоинства другого лица, выраженное в неприличной форме (ст. 5.61 КоАП РФ). В рассмотренном Судебной коллегией по экономическим спорам ВС РФ деле № 309-ЭС16-10730, которое легло в основу высказанной в абз. 12 п. 20 Обзора от 16.02.2017 правовой позиции, вопрос касался защиты не чести и достоинства, которые свойственны лишь физическим лицам, а деловой репутации юридического лица. Убеждены, что на юридических лиц не распространяются категории «честь» и «достоинство»1. В правовой литературе также отмечается, что юридические лица не могут являться потерпевшими при оскорблении2. В Российской Федерации гражданско-правовая защита от оскорбления законодательно не предусмотрена в отличие от некоторых других стран (например, Республики Армения).

В 2010 году ГК Республики Армения был дополнен новой статьей 1087.1, предусматривающей в дополнение к ст. 19 ГК РА (содержит общие нормы о защите чести, достоинства и деловой репутации – прим. Е. Г.) механизм защиты чести, достоинства и деловой репутации от оскорбления и (или) диффамации, способах зашиты от них.

В отечественной литературе также высказывались предложения предусмотреть в гражданском праве защиту чести и достоинства граждан от распространения сведений, выраженных в оскорбительной форме. Однако такая идея была подвергнута справедливой критике:

–целью судебного разбирательства является установление определенного факта;

–при оскорблении же речь идет не о факте, а о форме, в которую облечено определенное обстоятельство;

–безразлично, является оно фактом или вымыслом.

Кроме того, усматривается значительная разница между порочением нематериального блага, сопровождающимся причинением вреда этому благу, и оскорблением, не причиняющим вреда благу, лишь вызывающим эмоциональную реакцию в виде недовольства3.

В Определении Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ от 16.12.2016 № 309-ЭС16-10730 оспариваемые сведения не были выражены в неприличной форме, так как не содержали нецензурных слов и выражений, грубо нарушающих общественную мораль и нормы общественного приличия. Одной лишь информации, указывающей на противоправный характер поведения субъекта, недостаточно, по нашему мнению, чтобы квалифицировать наличие оскорбительного характера в высказанном мнении. Такой информации достаточно лишь для того, чтобы утверждать о наличии порочащего характера как одного из необходимых условий для защиты чести, достоинства и деловой репутации в порядке ст. 152 ГК РФ (п. 1–9, 11).

2. Оценочные суждения, мнения, убеждения в любом случае не являются предметом судебной защиты в порядке ст. 152 ГК РФ, поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности (абз. 3 п. 9 Постановления Пленума ВС РФ от 24.02.2005 № 3).

Невозможно представить, чтобы суд возложил на ответчика обязанность опровергнуть его субъективное мнение, тем самым, по сути, отказаться от него. Это было бы прямым нарушением ч. 3 ст. 29 Конституции РФ, согласно которой никто не может быть принужден к выражению своих мнений и убеждений или отказу от них.

В абзаце 6 п. 9 Постановления Пленума ВС РФ от 24.02.2005 № 3 сказано о гражданско-правовой ответственности ответчика за высказанное им в оскорбительной форме, унижающей честь, достоинство или деловую репутацию истца, субъективное мнение. Это ответственность в форме компенсации морального вреда, причиненного истцу оскорблением. Обоснованность данной правовой позиции Пленума ВС РФ вызывает серьезные сомнения и вопросы:

–применима ли она в гражданском судопроизводстве в отрыве от административного дела об оскорблении;

–каким образом оскорбительная форма мнения может унижать деловую репутацию;

–как данная правовая позиция соотносится с абз. 3 п. 9 Постановления Пленума ВС РФ от 24.02.2005 № 3 и защитой по правилам ст. 152 ГК РФ и др.

Мнение – не оскорбление

На основании изложенного считаем, что оскорбительный характер мнения не может являться условием для защиты чести, достоинства и деловой репутации по правилам ст. 152 ГК РФ. Думается, правильным решением в сложившейся ситуации для Верховного Суда РФ стал бы «уход» (отказ) от данной сомнительной правовой позиции посредством включения в будущий новый ежеквартальный Обзор судебной практики, утверждаемый Президиумом ВС РФ (в раздел «Информация для сведения»), информации об исключении (отзыве) из абз. 1 п. 6 Обзора от 16.03.2016 слов «если только они не носят оскорбительный характер», а также двух последних абзацев п. 20 Обзора от 16.02.2017. От оскорбительного характера мнений физическое лицо может защищаться в административном (ст. 5.61 КоАП РФ) и уголовно-правовом (ст. 297, 319, 336 УК РФ) порядке и при этом, по своему усмотрению, дополнительно требовать компенсацию морального вреда.

Настоящая публикация отражает частное мнение автора данной статьи, и ее не следует рассматривать в качестве официальной позиции Законодательного собрания Красноярского края по исследуемому вопросу.

1 Гаврилов Е. Честь и бизнес // «эж-Юрист». 2016. ? 24.

2 Агильдин В.В. Уголовно-правовая характеристика оскорбления // Российский следователь. 2010. № 2; Иваненко Ю. Правовая защита деловой репутации юридических лиц // Российская юстиция. 2000. № 10.

3 Ермолова О.Н., Трофименко А.В. Проблемы теории нематериальных благ. – М.: «Канон+» РООИ «Реабилитация», 2008.