1. Главная / Статьи 
ул. Черняховского, д. 16 125319 Москва +7 499 152-68-65
Логотип
| статьи | печать | 591

Правительство из Зазеркалья — 2

Всю прошлую осень звучали высокопоставленные заявления, убеждавшие, что цены на нефть не упадут ниже 80—90 долл. за баррель. Реальность оказалась иной: глобальной экономике и мировым валютам «по плечу» даже немыслимые прежде 50 долл. Чего нельзя сказать о «рекордах» российского рубля. Конечно, декабрьский обвал связан с падением нефтяных цен и западными санкциями. Но это, скорее, в-третьих-четвёртых или даже в-пятых-шестых…

*****

В «Письме учёному соседу» чеховский «Войска Донского отставной урядник из дворян» Василий Семи-Булатов не соглашался с тем, что «будто бы на самом величайшем светиле, на солнце, есть чёрные пятнушки. Этого не может быть, потому что этого не может быть никогда. Как Вы могли видеть на солнце пятны, если на солнце нельзя глядеть простыми человеческими глазами, и для чего на нём пятны, если и без них можно обойтиться? Из какого мокрого тела сделаны эти самые пятны, если они не сгорают?».

Рассказ Антона Павловича Чехова (1860—1904) вспоминается и в связи с правительственными сценариями, в которых снижение стоимости нефти до 60 долл. называлось гипотетическим (не говоря уже о 50 долл. за баррель и ниже), и в связи с многочисленными комментариями последних лет о сланцевой революции в США. В последнем случае, словно мантру, повторяли одно и то же: в России достаточно традиционных конкурентных сырьевых ресурсов и позиции страны как энергетической супердержавы непоколебимы. Так говорили совсем недавно, заодно уверяя всех и вся в стабильности поддерживаемого нефтедолларами рубля, всерьёз обсуждая создание в Москве международного финансового центра, попутно поучая других, и т.д., и т.п.

Информация к размышлению

1. Западные санкции, в частности, задуманы и действуют так, чтобы затруднить реализацию перспективных российских проектов в сфере добычи сырья в Арк­тике и освоение грандиозных запасов сланцевой нефти («РБК», 26 декабря 2014 г.).

2. В падении нефтяных цен (кроме переизбытка предложения на мировых рынках) просматривается конкурентное стремление ведущих игроков достичь баланса между эффективностью традиционной нефтедобычи и технологиями извлечения сланцевой нефти. Этим, в частности, можно объяснить нежелание представителей ОПЕК снижать объёмы добычи сырья.

Безусловно также присутствие политической составляющей…

3. Аналитики Goldman Sachs Group Inc. понизили прогноз по ценам на нефть марок Brent и WTI до 40 долл. за баррель в первой половине 2015 г., с 83,8 до 50,4 долл. за баррель Brent на 2015 г. и с 90 до 70 долл. на 2016 г. (NEWSru.com/Экономика, 12 января 2015 г., «Ведомости», 13 января 2015 г.).

4. Американский инвестбанк Merill Lynch (подразделение Bank of America) прогнозирует, что к концу марта 2015 г. баррель сорта Brent подешевеет до 31 долл. за баррель («Slon.ru», 15 января 2015 г.).)

При этом Россия не может активно влиять на нефтяные цены, несмотря на то, что без малого 70% российского экспорта составляет именно сырьё, обеспечивающее почти половину бюджетных доходов и основной приток иностранной валюты. В отличие от сырьевой составляющей, присутствие на внешних рынках конкурентоспособной высокотехнологичной отечественной продукции малозаметно.

В нулевые годы первый (сырьевой) фактор маскировал второй (незначительный и практически не растущий хай-тек-экспорт). Несмотря на высокопоставленные и многословные заверения, существенных изменений не происходит. Итог печален: за внешней якобы стабильностью рубля скрывается его фактическая слабость, а не сила, способная придать рублю статус уважаемой региональной валюты.

Профессионалы от политики и топ-менеджеры от нефти и газа нередко соревновались в далёких от действительности прогнозах или ставили под сомнение необходимость разработки и активного освоения запасов «нетрадиционного» сырья (в частности, сланцевого).

Аргументы казались неотразимыми: «процесс идёт», спрос на отечественное сырьё не падает, приток валюты хоть и не растёт как в середине нулевых, но вполне стабилен и достаточен, чтобы рисовать амбициозные планы и раздавать популистские обещания в социальной сфере.

В 2008 г., когда мировую экономику уже вовсю «штормило», нас также убеждали, что отечественная экономика укрыта в «тихой гавани», где сможет переждать невзгоды. Прогноз оказался несостоятельным: в считанные месяцы волны окрепли и, докатившись до России, словно цунами обрушили ВВП-2009 почти на 8%.

В минувшем декабре «успешно» состоялась фактическая девальвация рубля; нежелание официальных лиц употреблять данный термин сути дела не меняет. В «критические дни» (15—17 декабря), когда Центробанк повысил учётную ставку до 17,5%, национальная валюта скукожилась вдвое, ещё сильнее разгоняя спекулятивный ажиотаж.

Новогоднее «успокоение» на валютном рынке не должно никого вводить в заблуждение. Известная стабильность и периодическое «укрепление» рубля (колеблющегося вблизи 60 руб. за доллар против 32—36 руб. в первой половине 2014 г.) достигаются исключительно административными методами и финансовыми ресурсами, а они отнюдь не безграничны.

На спасение банковских структур выделен 1 трлн руб. — между прочим, сумма, превышающая расходы на выплаты вкладчикам банков, у которых отозвали лицензию. Судя по комментариям правительственных чиновников, предполагается, что банки будут непременно финансировать реальный сектор экономики.

Но кто сможет инвестировать, закупать эффективное оборудование и внедрять новые технологии, если ставки по кредитам достигают 25—30%, то есть по существу становятся запретительными? Не удивительно, что банковское сообщество просит о поэтапном снижении: в январе до 15% годовых, затем постепенно до предкризисного уровня 10,5% годовых («Известия», 12 января 2015 г.).

Информация к размышлению

1. По данным Московской биржи, курс рубля по итогам 2014 г. снизился на 41% к доллару и на 34% к евро. Последний день торгов, 30 декабря, доллар завершил на отметке 56 руб., евро — 68,65 руб. Для сравнения: в конце 2013 г. курсы составляли 32,84 и 45,33 руб. соответственно (NEWSru.com/Экономика, 31 декабря 2014 г.).

2. Банкам выделяют 1 трлн руб. на докапитализацию. Претенденты — 100 федеральных и более 50 региональных банков. Среди критериев отбора банков — капитал, активы, размер депозитов, значимость для финансовой системы в регионе.

Также предусматривается возможность размещения до 10% средств Фонда национального благосостояния в российских кредитных организациях, объём капитала которых составляет не менее 100 млрд рублей, (Expert Online, 28 декабря 2014 г.).

Констатируя начало банковского кризиса в России, эксперты прогнозируют, что основные проблемы в финансовой сфере появятся уже в 2015 г. («Ведомости», 26 декабря 2014 г.).

Как подчёркивает Иван Грачёв, председатель Комитета Госдумы по энергетике, получая финансовую помощь, банки не связаны обязательством облегчить положение заёмщиков, особенно тех, кто взял валютные кредиты. Более того, в одной из передач телеканала РБК 11 января утверждалось, что не только некоторые банки, но даже Центробанк задним числом пытаются менять проценты по уже действующим кредитным договорам.

Объявлены поиски «валютных спекулянтов», крупным экспортёрам направлена директива до 1 марта 2015 г. привести размер чистых валютных активов к уровню не выше, чем было на 1 октября 2014 г., — эти меры позволят несколько снизить вероятность скачков курса рубля, но не более того.

Заметим попутно, что в 2014 г. финансирование инфраструктурных проектов из Фонда национального благосостояния не осуществлялось. В зависимости от складывающейся ситуации в 2015 г. ФНБ может превратиться в антикризисный инструмент (там же).

Информация к размышлению

В считанные дни середины декабря по воле Центробанка курс доллара снизился на 30 руб. с рекордных 80 руб., а курс евро — на 35 руб. со 100 руб. Это, однако, не вдохновляет. Ибо свидетельствует не столько о влиянии на курс антироссийских санкций или мировых цен на нефть (цены в это время колебались чуть-чуть), сколько о неспособности российских чиновников к прогнозам и адекватным согласованным действиям («Независимая газета», 24 декабря 2014 г.).

В табл.1 представлены результаты текущего опроса читателей «Коммерсанта» относительно перспектив российского рубля («Коммерсант», 12 января 2015 г.). Треть прогнозирует дальнейшее ослабление, четверть — верит в стабилизацию, лишь 17% — не теряют надежду на его укрепление. Характерно, что без малого четверть респондентов не исключают проблем с обменом на рубля на иностранную валюту.

Таблица 1.

 Что будет с рублём в 2015 г.?, %

Укрепится

17,17

Стабилизируется

25,69

Упадёт

33,38

Его нельзя будет обменять на валюту

23,76

Словом, пожинаем, что посеяли! Даже если рубль несколько укрепится, это вряд ли усилит потребительский спрос, способствующий восстановлению экономики: многие россияне уже потратили свои сбережения во время декабрьского ажиотажа, а новые накопления теперь не будут столь значительными и быстрыми. За ажиотажным спросом на российском розничном рынке в конце 2014 г. маячит неопределённость («Ведомости», 26 декабря 2014 г.).

*****

Скачок курса доллара до 80 руб. произошёл при денежной массе в 30 трлн руб. и резервах порядка 400 млрд долл. Участники круглого стола в Комитете гражданских инициатив Алексея Кудрина не исключают сценарных вариантов, при которых так называемый расчётный курс может превысить 100 руб. за доллар, а в случае форс-мажорной ситуации достичь 120 руб. (NEWSru.com/Экономика, 26 декабря 2014 г.).

Информация к размышлению

Международные резервы РФ по состоянию на 12 и 19 декабря 2014 г. составляли соответственно 414,6 и 398,9 млрд долл. Снижение за неделю — 15,7 млрд долл., или 3,8%. Исторического максимума резервы достигли в начале августа 2008 г. — 598 млрд долл. В период предыдущего кризиса, к середине марта 2009 г., резервы снижались до 376 млрд долл.

Международные резервы РФ — высоколиквидные иностранные активы, находящиеся в распоряжении Центробанка и Правительства РФ. Они состоят из средств в иностранной валюте, специальных прав заимствования (СДР), резервной позиции в МВФ и монетарного золота (NEWSru.com/Экономика, 25 и 31 декабря 2014 г.).

По мнению руководителя экономической экспертной группы Евсея Гурвича, если финансовые санкции будут действовать до 2018 г., а физический объём ВВП за пять лет не изменится, реальная величина доходов федерального бюджета упадёт почти на 30%, дефицит достигнет 6%, а резервный фонд будет практически исчерпан.

Министр экономического развития Алексей Улюкаев предрекает спад ВВП на 3% при цене на нефть в 60 долл. за баррель с разрывом между доходами и расходами около 2 трлн руб. Ключевую ставку ЦБ в I квартале 2015 г. — 17% — необходимо снижать (NEWSru.com/Экономика, 26 декабря 2014 г.).

Зато глава Минфина России Антон Силуанов заявил в Совете Федерации, что период ослабления рубля завершён и теперь разворачивается тенденция его укрепления.

Вот они, корпоративные интересы: рубль будет укрепляться, а ВВП — падать! Одним — праздник, другим — печаль. И все в одном правительстве, которое, по словам его главы, состоявшаяся команда. От себя добавим: не столько состоявшаяся, сколько сотканная из противоречий…

Ещё один пример. Отпуская рубль в свободное плавание, в ЦБ не предполагали, что инфляция, ради сдерживания которой всё и затевалось, ударит с другой стороны — со стороны девальвации («РБК», 26 декабря 2014 г.). Заодно недоучли и контрпродуктивное воздействие встречных санкций.

В результате возник синергетический эффект со знаком минус: по данным Росстата, в 2014 г. инфляция достигла 11,4%, а рубль оказался существенно девальвирован. Следовательно, регулятор не стремился предварительно сбалансировать принимаемое решение, учитывая инвестиционные перспективы, прогнозируемую степень падения уровня жизни населения и т.д.

Вряд ли кто-либо рискнёт отрицать, что основные проблемы по-прежнему сконцентрированы в реальном секторе экономики. Однако продуманные, стратегически выверенные, взаимно увязанные и в то же время конкретные целевые действия отсутствуют. Как и национальная стратегия развития в целом.

Информация к размышлению

Михаил Дмитриев, президент Фонда «Центр стратегических разработок» считает, что «в последнем послании президента, хотя там смешаны текущие антикризисные меры и долгосрочные задачи, нет новой стратегии… Какой будет экономическая политика в следующем году, сказать пока трудно, процесс ее выработки только начинается – в 2008 году правительство тоже начало этим заниматься только в декабре. Многие предложения сейчас набрасываются буквально «на коленке» («Forbes», 30 декабря 2014 г.).

Да, есть многочисленные и давно декларируемые намерения. Намечаются отдельные проекты, позиционируемые как крупномасштабные, способные обеспечить мультипликативный эффект. Обсуждаются варианты расходования средств из Фонда национального благосостояния и т.д. Но «крокодил не ловится, не растёт кокос», экономика погружается в кризис…

В России как не было, так и нет общепризнанной концепции долгосрочного развития — в русле глобальных экономических и социальных трендов, с учётом национально-исторических, культурных, конфессиональных, территориальных и прочих особенностей.

Одно из недавних подтверждений — призыв президента России Владимира Путина к бизнесу активно участвовать в диверсификации российской экономики: «Мы это можем сделать и можем даже воспользоваться ситуацией для того, чтобы решать главную задачу, которая стоит перед нашей экономикой за последние 15—20 лет, а именно задачу диверсификации. Совершенно очевидно, что должны появиться новые ниши, в которые будет выгодно вкладывать имеющиеся ресурсы» (Lenta.ru/Финансы, 19 декабря 2014 г.).

Это что же, проблема диверсификации стоит перед нашей экономикой последние 15—20 лет, а мы всё ждём, когда появятся ниши?! То есть проблема решается явно недостаточно или не решается вовсе.

При этом глава государства выразил надежду, что, принимая ключевые экономические решения, правительство не забудет посоветоваться с бизнесом: «Вы знаете, что в последние годы мы никаких значимых решений, которые так или иначе влияют на состояние российской экономики, без консультаций с бизнес-средой и не принимали» (там же).

Однако, готово ли правительство советоваться с бизнесом, как говорится, «будем посмотреть». «Независимый» Центробанк советоваться с бизнесом явно не намерен. К тому же возникает вопрос: если в последние годы значимые решения всё-таки принимались и принимаются совместно с бизнесом, почему экономика страны в кризисе?

Нельзя не согласиться с главным редактором и владельцем «Независимой газеты» Константином Ремчуковым, убеждёным, что «требуется реорганизация правительства с включением в него представителей бизнеса, обладающих ясным пониманием шагов, которые необходимо сделать для включения в воспроизводственный оборот всех типов ресурсов, которыми мы располагаем. На рыночной основе», ибо «сегодня стало очевидным то, чего многие руководители без экономического образования не понимали никогда» («Независимая газета, 22 декабря 2014 г.).

Не удивляют и слова экс-главы ЦБ РФ Виктора Геращенко: «Мозги у правительства есть вообще?» («Российская экономика: не застрять в прошлом» — см. здесь же).

Информация к размышлению

Василий Кокорев (1817 – 1889) — знаменитый русский предприниматель, благотворитель, меценат, видный общественный деятель и публицист, в книге «Экономические провалы» писал: «Только тот министр может что-либо созидать, который не душит заявленных ему полезных мыслей справками в старых законах, потерявших уже свое значение по приложении их к новым делам, и который не ставит себя в рамки раболепного служения губительному и мертвящему формализму».

В попытке объяснить некоторые происходящие события и действия членов правительства, приведём ещё одну цитату Кокорева: «Они - люди новых воззрений, составившие из 5-6 человек кружок, стремящийся в кабинеты высокопоставленных лиц…, дабы потом, мало-помалу, расширяя свой круг, забрать в свои руки направление правительственной власти... Это все люди по большей части честные, благонамеренные и бредившие об экономической равноправности, но без всякого понимания нужд и потребностей русской жизни. Эти они проповедовали нам в тарифных комиссиях понижение цены на пошлину с кофе, потому что кофе разовьет мозговые силы крестьянина, и требовали такого же понижения на пикули и капорцы, как приправы, могущие дать вкус грубой крестьянской пище. Сколько тут добросердечия, смешанного с полным неведением деревенской жизни!» (там же).

Понятно, «добросердечием» и «неведением» сегодня дело не ограничивается…

*****

Ни правительство, ни Центробанк не были готовы к ажиотажному спросу на валюту, не в одночасье возникшему, формировавшемуся постепенно, по мере ограничения доступа к глобальным финансовым рынкам, — рублёвый обвал случился через девять месяцев после введения санкций.

Не забыть игру на публику (вместо ответственной работы и продуманных предложений) некоторых отечественных парламентариев: «а нам всё равно», включите и нас в санкционный список…

Но из пушек по воробьям не стреляют. А воздействие постепенно сжимающегося вокруг российской экономики санкционного кольца становится всё более ощутимым.

Информация к размышлению

К. Ремчуков: 1. «Шапкозакидательское отношение… сменилось удивлением… никто из наших крупных должников не смог получить ни одного долгового цента в Азии. Китайцы не захотели портить отношения с Западом. Далее… возникли проблемы с получением финансирования на мировом долговом рынке у российских компаний, не входящих в санкционные списки».

2. На 1 октября 2014 г. внешний долг России составлял 678,435 млрд долл., (государство — 48,313 млрд долл., банки — 192,026 млрд долл., прочие сектора экономики – 422,398 млрд долл., в т.ч. кредиты — 257,722 млрд долл.) До конца 2014 г. российские частные структуры должны были погасить 29 млрд долл., в 2015-м — 109 млрд долл. («Независимая газета, 22 декабря 2014 г.).

Вопросы главреда «НГ» относительно высокой внешней задолженности российских компаний и банков, худших (в сравнении с западными) условий кредитования в России, терпимости «сверхбдительной российской власти к такой модели финансирования российского крупного бизнеса, включая стратегические государственные активы в корпорациях нефтегазового сектора» (там же) — логичны.

Однако на правительственном уровне столь очевидные вопросы не обсуждаются? Судя по происходящему и набирающей силу в обществе риторике, политика перестала быть концентрированным выражением экономики, экономики, подчинив её собственным интересам. Образно говоря, хвост всё больше виляет собакой. Так и до беды недолго…

*****

Как выходить из кризиса?

Постулируемая «на всех углах» неизбежность отскока по достижении дна — банальность. Потому что отсутствие отскока (предвестие экономического коллапса по Ремчукову) даже не обсуждается. А ведь падение нефтецен до 60 долл. (а теперь и до 50-ти!) тоже всерьёз не рассматривалось. Тем более необходимы антикризисные меры, логично встраиваемые в стратегию будущего развития или, по крайней мере, не противоречащие её целям и задачам, не уводящие в сторону от столбовой дороги цивилизационного развития.

Ремчуков верно подметил, что «смысл и вожделенная мечта бюрократического капитала — доступ к госфинансам, бюджетным ресурсам, рычагам перераспределения. Нормальный частный капитал хочет, чтобы ему не мешали создавать прибыль. Новую стоимость. Это принципиальное различие мотиваций в условиях нынешнего острейшего кризиса может оказаться решающим и предопределить сценарий судьбы нашей страны. В зависимости от того, на кого будет сделана ставка, кому будут выделены гарантии, кредиты и ресурсы» (там же).

Уповая на благополучные макроэкономические параметры (темпы инфляции, объём инвестиций, показатели оттока и притока капитала, валютный курс), мы подзабыли о долгосрочных предпосылках роста. Это поддержка предпринимательства, создание условий, благоприятствующих ведению бизнеса и привлекательных для потенциальных инвесторов, продуманная кадровая и кредитная политика, развитие конкуренции, способной стимулировать текущую модернизацию и востребованность в инновационных разработках, и др. — перечень можно продолжить…

Более того. В ответ на западные санкции России действовала неуклюже и неэффективно. Ограничив волевым образом импорт продовольствия, правительство не сумело поддержать российских фермеров («Ведомости», 26 декабря 2014 г.). Политики здесь оказалось много больше элементарного здравого смысла, не говоря уже об экономической целесообразности.

Как не вспомнить, что в аналогичной ситуации в конце 80-х — начале 90-х гг. прошлого века оказался Китай. Но «китайские уроки», судя по российским «достижениям», оказались не выученными («Китайские уроки» — см. здесь же).

Информация к размышлению

1. Как известно, объём ИТ-продукции в торговле между США и Китаем сегодня — 1 трлн долл. В 2013 г. прямые иностранные инвестиции в Китай составили 118 млрд долл. Одновременно в страну приходят новые технологии, оборудование, управленческий опыт и методы выхода на рынки. Число секторов китайской экономики, в которых создание совместных предприятий обязательно, сократилось с 79 до 35. Китай и США договорились о введении десятилетних виз для бизнесменов (там же).

2. Председатель КНР Си Цзиньпин объявил о готовности Китая вложить 250 млрд долл. в экономику стран Латинской Америки в ближайшие 10 лет и довести объем двусторонней торговли между Китаем и странами CELAC до 500 млрд долл. (NEWSru.com/В мире, 8 января 2015 г.).

3. В 2013 г. объем торговли между КНР и африканскими странами превысил 210 млрд долл., в том числе 25 млрд составили прямые инвестиции (NEWSru.com/В мире, 12 января 2015 г.).

«Не поступаясь принципами», коммунистический Китай наращивает взаимовыгодное сотрудничество с США и Европой. Это позволяет успешно решать экономические и социальные проблемы, уверенно встраиваться в глобальные производственно-технологические цепочки, совершенствовать национальную модель социализма с китайской спецификой.

*****

А что в Зазеркалье?

Обвал цен на нефть до 50 долл. за баррель не предусматривали ни прогнозы Банка России, ни Минэкономики, ни аналитики Минфина, в конце 2014 г. представившие последние обновления прогнозов на 2015 г. В то же время большинство экспертов подчёркивает, что при постоянстве нефтяных цен на уровне 40-60 долл. за баррель и ниже, потребуется не простая модификация бюджета 2015 г., а его радикальный пересмотр, изменение основных бюджетных приоритетов («Коммерсант», 12 января 2014 г.).

Пока, однако, особые перемены не наблюдаются. В конце прошлого года председатель правительства Дмитрий Медведев на вопрос о возможном пересмотре сценарных решений в экономике, ответил: пока мы этого не делаем («Правительство в Зазеркалье»— см. здесь же). Запоздалые признания: «Экономическая ситуация достаточно проблемная, скажем прямо» («Коммерсант», 12 января 2015 г.), «Старая энергосырьевая модель исчерпана. Она не может дать ни устойчивого роста, ни стимулов для инвестиций в реальное производство» (Гайдаровский форум-2015, «Финмаркет», 14 января 2015 г.) — сути дела не меняют.
19 декабря 2014 г. в Сколково состоялось заседание президиума Совета при Президенте Российской Федерации по модернизации экономики и инновационному развитию России (http://government.ru/news/16196/#dam).

Страну охватила валютная лихорадка, а в зале «тишь да гладь да божья благодать». Лишь несколько высказываний главных действующих лиц неоднозначного проекта.

Дмитрий Медведев: «Государство инвестирует в исследовательскую инфраструктуру, в зарубежных исследователей, которые готовы работать в нашей стране, естественно, не забывая про поддержку своих». Почувствуйте разницу между инвестированием зарубежных исследователей, работающих в России, и поддержкой своих

«По данным федеральных органов исполнительной власти, Аналитического центра при Правительстве, у нас есть 45 целевых индикаторов, около трети этих индикаторов не достигнуты, по нескольким индикаторам нет достоверных данных. Несмотря на ряд весьма успешных проектов, сохраняются серьёзные диспропорции в инновационном развитии регионов и отраслей». Судя по стенограмме, не было ни хотя бы перечисления трети этих индикаторов, ни даже беглого анализа серьёзных диспропорций в инновационном развитии регионов и отраслей.

Вице-премьер Аркадий Дворкович: «Фактически не выросла доля организаций промышленного производства, которые осуществляют инновации, какие бы то ни было инновации — технологические, организационные или маркетинговые. То есть у нас остаётся примерно то же число компаний, которые реально занимаются инновационной деятельностью. Как было чуть менее 11%, так и осталось. А план был, целевой индикатор — достичь показателя 24%».

Итак, число компаний, осуществляющих какие бы то ни было инновации (впечатляющая формулировка! — В.Т.), менее 11%, а это в два с лишним раза меньше плана. И что?

Нет прогресса по «числу патентных заявок, поданных в России, и договоров о торговле лицензиями. Здесь идёт либо очень медленное движение, либо сохранение ранее достигнутых показателей». Вопрос тот же: «И что?»

Президент некоммерческой организации Фонд развития Центра разработки и коммерциализации новых технологий Виктор Вексельберг:

«Наши стартапы уже сегодня привлекли около 10 млрд частных инвестиций, заработали более 20 млрд выручки и, что очень важно, открыли в 40 странах свои представительства для продвижения, по сути, российской инновационной продукции». Открытие в 40 странах своих представительств скорее свидетельствует, что «внешняя ориентация» сколковского проекта явно доминирует над участием в решении задач инновационного развития российской экономики.

Поэтому воспринимается как протокольный реверанс утверждение, что «основной задачей в программе мы видим достижение существенного вклада во внутренний валовый продукт. По нашим планам, к 2020 г. этот вклад должен составить более 200 млрд руб., а к 2030-му – более 1,5 трлн». Можно предположить, что реальные затраты на проект к 2020 г. существенно превысят 200 млрд руб., которые обещают в качестве вклада в ВВП (судя по всему, нарастающим итогом). Сравним с нынешним объёмом ИТ-продукции в торговле между США и Китаем порядка 1 трлн долл. (см. выше). Как говорится, без комментариев…

*****

По словам Кудрина, «на всех уровнях власти, в том числе на уровне первого лица, нет объективной оценки вызовов, которые встают перед Россией… Там есть ощущение, что 2-3 года поможет продержаться резервный фонд, а потом экономика пойдет вверх в рамках некого цикла». Для начала реформ «кадровые изменения на ключевых постах обязательны» (Выделено. — В.Т., NEWSru.com/Экономика, 12 января 2015 г.).

Прав Ремчуков: «Я не ощущаю энергии решимости, знания, понимания и действия в принимаемых мерах. Требуется реорганизация правительства с включением в него представителей бизнеса, обладающих ясным пониманием шагов, которые необходимо сделать для включения в воспроизводственный оборот всех типов ресурсов, которыми мы располагаем. На рыночной основе» («Независимая газета», 22 декабря 2014 г.).

Всё так. Но есть ещё одно фундаментальное обстоятельство, явно недооцениваемое. Даже если в ближайшем будущем появится, наконец, долгожданная Стратегия, то с учётом пертурбаций (давностью в несколько десятилетий и недавних), так или иначе затронувших практически всех россиян, и для большинства из них оказавшихся далеко не самыми ожидаемыми, возникнет острый и актуальный вопрос: «Кто будет её — Стратегии — заинтересованным исполнителем?».

И снова из Кокорева: «Пора государственной мысли перестать блуждать вне своей земли, пора прекратить поиски экономических основ за пределами Отечества, засорять насильными пересадками на родную почву; пора, давно пора возвратиться домой и познать в своих людях свою силу» (Выделено. — В.Т.).

Ау, в Зазеркалье!