1. Главная / Статьи 
ул. Черняховского, д. 16 125319 Москва +7 499 152-68-65
Логотип
| статьи | печать | 646

С зависимыми не расстаются

Более 48% населения России, по некоторым статистическим исследованиям, страдают психическим расстройством, обозначаемым как зависимость или зависимое поведение. Остальным 52% надо уметь с ними сосуществовать. Сами зависимые к этому приспособлены, они «часто обращают в свою веру» близких, прекрасно преподают зависимость детям.

Зависимость — настоящий бич нашего времени. В медицине описаны различные виды зависимости. Самыми распространёнными являются алкогольная и наркозависимости, которым подвержены мужчины и женщины в возрасте от 13 лет. Отдельным пунктом в списке стоит игровая зависимость, как её называют психиатры — лудомания. Обжорство же, воспринимаемое окружающими зависимого человека как его пищевая распущенность, со временем переходит в булимию. То же касается патологической скупости и собирательства. Учёные выявили основные мотивации возникновения болезненных зависимостей.

За обжорством и алкоголизмом люди прячут свой стыд и абстрактную вину. Несмотря на то что в общественном сознании зависимость — это слабость характера или силы воли, на самом деле — это настоящая болезнь, излечить которую возможно, но очень сложно. Виной этому служит невозможность доказать зависимому человеку факт его зависимости. К примеру, среди мужчин полностью свободными от алкогольной зависимости становятся всего 1—2% обратившихся. Среди женщин этот процент ещё ниже.

Психиатры различают два взаимосвязанных типа психического расстройства. Первый — зависимость. Семейная системная терапия рассматривает зависимость как симптом всей семейной системы. Это означает, что болен не кто-то один, расстройство поддерживает вся семейная система. При таком подходе работают со всей семьёй. С зависимыми — в группах анонимных алкоголиков и личной терапии. С родственниками — в группах созависимых и семейной терапии, исследуя личную выгоду каждого от того, что их близкий человек болен.

Личностно-ориентированная терапия говорит о том, что зависимый не справляется со стыдом, страхами, виной и другими трудными переживаниями, потому ищет поддержку себе в употреблении объекта зависимости (алкоголя, наркотиков, беспорядочного поглощения пищи). Известные психиатры Берри и Дженей Уайнхолд (организаторы и содиректора Колорадского института разрешения конфликтов и творческого руководства, а также Тренингового центра семьи в Колорадо Спрингс) даже утверждали, что зависимость — это реакция на болезненную привязанность в нашем далёком прошлом. Кто-то очень значимый для ребёнка был одновременно любим и опасен или ненадёжен… А позже ребёнок не получил поддержку за проявление инициативы, личных желаний и потребностей, был наказан или унижен.

Таким образом, представление о себе, образ собственного «Я» зависимого человека нецелостный. Зависимый чувствует постоянную угрозу и опасность для себя. Употребление некого вещества — способ восполнить нехватку личных ресурсов, защитить себя или даже растворить, чтобы не чувствовать ярко свою боль.

Зависимые люди испытывают постоянную тягу к объекту зависимости. Они практически не осознают другие свои потребности, кроме тяги, ради удовлетворения которой готовы на всё что угодно.

Потому работа с зависимыми сложна и часто возвращает пациента в начало. Зависимые срываются, ибо не способны опираться ни на что другое, когда их захватывает состояние тяги.

Второй подвид болезни носит название «созависимость». Это болезненное состояние заключается в попытках близких зависимого спасти его от пагубного пристрастия. Невозможно рассматривать зависимое поведение как отдельный феномен. Созависимые не имеют тяги к химическому объекту зависимости, но имеют тягу к слиянию с зависимым.

Тяга созависимого проявляется в безуспешных попытках вылечить зависимость, контролировать каждый его шаг или жить с ним душа в душу, игнорируя очевидные трудности.

Созависимость имеет в своей природе ту же болезненную историю собственного прошлого: травматичную привязанность и попытку восстановить разрушенную связь путём «слипания» с важным для себя человеком. Важно сказать, что их близкий, страдающий зависимостью, может быть для них угрожающим, опасным, жестоким. Часто приходится слышать истории женщин или детей, которые спасались бегством от разгневанного пьяного отца, который брался за нож и прочие опасные вещи в доме. И тем не менее после этих драм большинство семей продолжают жить вместе вопреки здравому смыслу и собственной безопасности. Многие из них верят, что в глубине души их близкого человека, который стал для них тираном и монстром, живёт раненый и заплутавший человек, которому надо помочь снова встать на путь истинный.

Работа с созависимыми в терапии осложняется тем, что они напрямую не видят своей роли в поддержке пристрастия зависимого. Обычно они обращаются в церкви, больницы и лечебницы со словами: «Вылечите его!»

Как правило, и зависимое, и созависимое поведение встречаются в паре, где роль зависимого на себя берёт один из членов семьи, тогда как другим остаётся участь созависимых.

Каждый член семьи внутри зависимой системы живёт по определённому сценарию, переживая чувства, уготованные его ролью.

Быть зависимым — это переживать тотальный стыд и бессилие что-либо изменить. Быть созависимым — значит постоянно жить в эмоциональной буре — от гнева и отчаяния до апатии и уныния. С этой проблемой не так-то просто справиться. Однако возможно. В России, как и во многих странах существуют прекрасно зарекомендовавшие себя методы работы с зависимостью. Интернет изобилует этой информацией, есть и множество центров психологической помощи. А самое главное — вовремя обратиться за профессиональной поддержкой. Сама по себе ситуация вряд ли выправится.