1. Главная / Статьи 
ул. Черняховского, д. 16 125319 Москва +7 499 152-68-65
Логотип
| статьи | печать | 1509

Не новая промышленная политика

Минпромторг одну за другой выдает любопытные инициативы по оживлению российской промышленности, суть которых сводится к тому, чтобы обеспечить процветание российских производителей путем ограждения их от иностранных конкурентов и через сбыт их товаров народу в приказном порядке.

К новому году Председатель Правительства РФ Дмит­рий Медведев утвердил минпромторговскую программу «Развитие промышленности и повышение ее конкурентоспособности» (до 2020 г.). Это довольно путаный документ, как и положено (его квалифицированный разбор можно почитать на сайте Центра развития ВШЭ). Вскоре начали поступать сообщения о конкретных предложениях под модным нынче грифом о некой новой промышленной политике (интересно, какой была старая?). В конце декабря газета «Ведомости» рассказала про лекарства, в январе на очередной рабочей встрече Путина и Мантурова речь шла про одежду и обувь, а в феврале этот увлекательный разговор продолжил заместитель министра промышленности и торговли Виктор Евтухов на заседании президиума Ассоциации компаний розничной торговли.

И в том и в другом случае процветание российских производителей предложено добиться так: оградить их от иностранных конкурентов и помочь наладить сбыт, пусть даже насильно. В обоих случаях не имеются в виду обеспеченные потребители, которых пока еще трудно заставить пить и носить то, на что укажут из Минпромторга. Прицел — на беззащитных людей, на небогатых, больных и на детей.

По лекарствам (подробно читайте на с. 20) Минпромторг подготовил решение не допус­кать поставщиков зарубежных препаратов к участию в торгах по госзакупкам (за исключением искушенных в хлопководстве белорусов), если в российском реестре лекарственных средств зарегистрировано два и более таких же препарата. То есть сами авторы (защитного от ВТО) документа, если болезнь вынудит, смогут купить себе, скорее всего, нужные таблетки для лечения.

А обреченные уповать на бесплатную медицину должны будут радоваться российским аналогам. По-бухгалтерски все логично, экономия налицо. Производителям препаратов, которые приличные российские врачи покупать нередко настоя­тельно не советуют, если речь идет о чем-то более серьезном, чем насморк, гарантируется сбыт по удобной цене вне зависимости от качества и прочей конкурентоспособности. Пациентам же надо просто крепче верить для спасения в обещания властей скоро все наладить (функции какой-то неведомой конкуренции готово взвалить на себя наше начальство) и к две тысячи такому-то году довести эффективность… Это небогатые пациенты. Правда, в их число быстро переходят довольно обеспеченные больные и их домочадцы после продажи последних квартир для оплаты бесплатности, но об этом никто не хочет думать загодя, как и про сами разорительные болезни, что объясняется еще не совсем утраченным народом инстинк­том самосохранения.

На январской встрече Путина и Мантурова говорили о легкой промышленности (один из подразделов промышленной программы). Министр доложил президенту не только про начало возделывания хлопка под Астраханью, но и про новейшую идею (хотя что-то такое помнится старожилам со времен СССР) о мерах «… государственной поддержки продвижения продукции на рынке». Меры знакомые. Заставить покупать школьную форму от своих производителей (тут последовал пассаж от Мантурова про модельеров Юдашкина и Зайцева, тоже, видимо, остро нуждающихся в продвижении их продукции), ну и солдат одевать как положено.

Но этого мало. Даже если насильно одеть школьников в правильную форму под угрозой отчисления тех, кто явится на урок в заграничных тапочках, это не сильно подстегнет спрос (тем более, что частные школы явно отвертятся от принуждения). Министр объяснил президенту, в чем еще «засада»: не в том, конечно, что покупатели предпочитают не те товары (хотя, понятно, и тут воспитание требуется, на что скоро, наверное, тоже попросят денег), а в том, что зловредная торговля не берет на продажу изделия российских портных и обувщиков. Мантуров деликатно узнал у Путина, не будет ли он против того, если ввести обязаловку для торгашей продавать родные штаны и ботинки: «… мы уже сегодня с регионами, с предприятиями промышленности, с торговыми организациями вырабатываем меры, которые обеспечат максимальное присутствие предприятий легкой промышленности на торговых полках».

Видимо, запрета не последовало. И вскоре уже заместитель министра объявил капитанам торговли, что они должны примкнуть к новому пункту в Кодексе добросовестных практик и гарантировать, чтобы треть полок в магазинах отводилась под отечественные товары.

Эксперты безрадостно оценивают инициативы Минпромторга. Потому что при искреннем, надо полагать, стремлении как-то посодействовать своей промышленности, повторяется старая советская ошибка. Так все строится, что помощь больше нацелена не на тех, кто умудряется при всех известных российских противностях производить что-то приличное и пользующееся спросом, а тем, кто намерен вечно клепать неликвид. Так, в рухнувшей империи, скажем, молоко в отстающем колхозике покупалось по цене большей, чем в том, где надои были выше. И потому безрадостные оценки, что даже если вывалить на прилавки все то, что производят наши заводчики, то треть полок не займешь — если, конечно, не выстраивать десятиметровые ряды, как в СССР, из товаров одного вида. Впрочем, пожалуй и тогда уже не хватит товара, ведь многие производители трусов семейных сгинули на горе поклонникам соцарта. К тому же обязанность брать товар на реализацию совсем не гарантирует то, что больше будет продаваться этого товара. Так ведь и речь, выходит, не про то, чтобы нарастить сбыт, а про то, чтобы увеличить предложение, впрочем, и это не ново, уже проходили.

Некоторые серьезные эксперты говорят по поводу минпромторговских предложений, что они просто не сработают и вскоре забудутся. Но может оказаться иначе. Дело в том, что подобная экзотика разного рода уже давно готова в изобилии в виде законопроектов, просто до сих пор им ходу не давали. Если же «плотину прорвет», Дума быстро может многое такое напринимать, от чего жизнь станет, как полагают депутаты, еще краше.

К примеру, прошлой же осенью из Думы сообщалось, что готовится законопроект об установлении предельных размеров торговых надбавок для магазинов на продовольствие. Это не схожий с какими-нибудь американскими местными законами проект о запрете превышать, скажем, установленные уровни наценок при продаже бензина. Там заправщики в жесткой конкуренции сражаются за право работать на том или ином участке дороги и соглашаются на условия местных властей, чтобы выиграть схватку. То есть сначала конкуренция, а потом механизм ее использования на радость избирателям. Нет конкуренции — не будет и механизма. Что предлагают думцы? Ровно наоборот — развивать монополизм, используя его для поддержания нужных производителям цен.

Представлявшая публике проект депутат Надежда Школкина не так искушена в бюрократических играх, как Денис Мантуров, да и не встречалась она с Владимиром Путиным (а может и убедила бы его в своей правоте). Н. Школкина рассказывала про проект РИА «Новости»: «… правительству дается право устанавливать предельные размеры торговых надбавок на отдельные виды… социально значимых продовольственных товаров…». А дальше фактически признавалась, что это вовсе не для сдерживания роста цен, а как раз для их поддержания на нужном уровне. РИА «Новости» так излагает речь зампреда комитета: «… необходимо… отменить любые вознаграждения за продажу хлебобулочных изделий и регламентировать норму возврата хлеба, которая в последнее время составляет до 50% от объема поставляемого хлеба в розничные предприятия торговли».

Это уже не президентский или министерский стимулы, а очевидный мотив законодателя — любым способом помочь дружественным хлебозаводам, продукцию которых несознательные граждане не покупают. У этих заводов полки в магазинах уже есть. Значит, надо просто запретить продавцам возвращать неликвид. Далее, видимо, придется думать, как заставить народ покупать булки только по месту прописки и принять закон о штрафах с тех, кто посмеет завезти домой хлеб из другого района.

Аргументы Н. Школкиной очень напоминают аргументы Д. Мантурова. Депутат агентству говорила про изношенность оборудования на хлебозаводах, про то, сколько там трудится народу. Д. Мантуров рассказывал президенту про трудности легпрома и про процент женщин-работниц, все почти теми же словами.

И смысл один — не просто помочь в продвижении товаров, а обеспечить нужные цены.