1. Главная / Статьи 
ул. Черняховского, д. 16 125319 Москва +7 499 152-68-65
Логотип
| статьи | печать | 2298

Эффект плацебо в российской экономике

Динозавры прогресса

Эффект плацебо – изменение (как правило, улучшение) самочувствия человека под действием безвредных и не имеющих лечебных свойств веществ, но, по его убеждению, обладающих таковыми и эффективных.

Вот и российская экономика по целому ряду показателей – размер ВВП (в том числе на душу населения), величина инфляции, золотовалютные резервы, объёмы нефте- и газодобычи, количество долларовых миллиардеров и т.д. и т.п. – уверенно преодолевает один рубеж за другим.

Минфин и Минэкономразвития соревнуются в точности прогнозов дальнейшего экономического роста (вплоть до десятых долей процента). Росстат совершенствует методики расчёта показателей, наглядно демонстрирующих наши успехи и свидетельствующих о потенциальных возможностях. Иномарки на российских дорогах, красиво оформленные товары в витринах, продуктовое разнообразие на прилавках. Развлечения и шоу на любой вкус. Словно кто-то пытается убедить, что есть, конечно, проблемы, но «верной дорогой идём, господа-товарищи!»

Правда, в словах руководства оптимизма больше, чем на лицах граждан. И если сравнивать нынешнюю ситуацию не с тем, что было пять или десять лет назад, а с тем, что объективно могло бы быть сегодня с учётом имевшихся возможностей, и с тем, чего достигли за это время некоторые наши близкие и дальние партнёры, – всё окажется далеко не столь радужно и безоблачно. Почаще бы вспоминать рассуждение Королевы из «Алисы в Зазеркалье»: «Какая медлительная страна! Ну а здесь, знаешь ли, приходится бежать со всех ног, чтобы только остаться на том же месте! (Газета.Ру. 2011. 7 сент.).

Всемирный экономический форум провёл анализ глобальной конкурентоспособности экономик 142 стран, опросив руководителей 14 000 компаний. Изучали 12 параметров: инфраструктура, макроэкономическая среда, образование, рынок товаров и услуг, развитость финансового рынка, инновационный потенциал, другое. Результаты свидетельствуют об ухудшении относительного положения России (66-е место в рейтинге – опустилась на три позиции) по таким показателям, как институты, здоровье и начальное образование, эффективность рынка труда, конкурентоспособность компаний и инновационный потенциал. Улучшение отмечено лишь по позициям – макроэкономическая среда и технологический уровень. Препятствуют развитию бизнеса коррупция, неэффективность госаппарата и преступность (Коммерсант. 2011. 7 сент.).

Никто не спорит, быть сырьевым придатком развитых экономик – бесперспективно и недостойно России. Но ведь торговля энергоресурсами при сложившейся конъюнктуре приносит стране (и известной группе её VIP-граждан) немалые доходы. Причём это один из немногих полноценных видов экспорта, надёжный источник пополнения ЗВР и сокращения бюджетного дефицита. По данным правительства, дополнительные доходы до конца года превысят 700 млрд руб. И пусть Минфин утверждает, что из них лишь 202 млрд руб. казна получит за счёт высоких цен на нефть – всё равно спасибо матушке-природе, что у нас есть то, что пока ещё необходимо другим, теперь и в ближайшем будущем. Беда, если мы грамотно не воспользуемся предоставленным шансом («нулевые годы» тому пример в прямом смысле слова), оставшись такими же примитивными поставщиками в дальнейшем, когда нужда в нас объективно и неизбежно поубавится.

Вот уже несколько лет звучит президентский призыв к модернизации. Но что и сколько модернизировать – всё подряд или в рамках «пяти направлений» президента? Дожидаться новой (очередной) правительственной концепции развития «Стратегия – 2020» или, наоборот, убеждать всех и каждого не терять время и проявлять личную инициативу? Результаты эпизодичны и малозаметны, а время не ждёт. Отставание России в производстве высокотехнологичной продукции (доля инновационных продуктов вместе с программными разработками не превышает 2–3% ВВП. – Независимая газета. 2011. 8 сент.) может стать непреодолимым. Особенно если учесть жёсткую конкуренцию на рынке инноваций, где нашу страну никто не ждёт.

В минувшее десятилетие роль локомотивов, формирующих высокотехнологичные плацдармы российской экономики, отводили естественным монополиям и госкорпорациям, под которые сконцентрировали огромные финансовые, административные, материально-технические и прочие ресурсы. По замыслу отцов-основателей, они должны были привести российское общество в созидательное движение, необратимо устремляя его к долгожданным переменам.

Однако эффект оказался существенно меньше предполагаемого. Модернизационный прорыв не состоялся. Динозавры прогресса, как и подобает гигантам, оказались с точки зрения современных требований недостаточно мобильными и плохо управляемыми, консервативными и невосприимчивыми к актуальным нововведениям. Общественно полезная взаимосвязь инвестиций, инноваций и экономического роста не состоялась. Потому и не заставило себя долго ждать президентское решение о реорганизации госкорпораций.

Подсчитали – прослезились…

Инвестиционная деятельность крупнейших российских компаний весьма затратная, а использование инвестиционных средств малоэффективно с точки зрения общественной полезности такой «недипломатичный» вердикт следует из недавно опубликованного отчёта Счётной палаты РФ (далее использован материал: Счётная палата РФ. ОТЧЁТ о результатах экспертно-аналитического мероприятия «Подготовка аналитической записки по аудиту эффективности мер по снижению затрат при реализации инвестиционных программ хозяйствующих субъектов с государственным участием». 2011. март.).

Объектами проверки явились акционерные общества «Газпром» и «Роснефть», «Российские железные дороги» и «Интер РАО ЕЭС», «Связьинвест» и «Аэрофлот – российские авиалинии», ФСК ЕЭС и «Современный коммерческий флот», госкорпорация «Росатом».

Отмечено, что федеральные органы недостаточно используют показатели эффективности для анализа результатов деятельности таких компаний. Так, отчётность «Роснефти», представляемая в Росимущество, содержит 625 показателей. Однако среди них нет важнейших для российской экономики показателей роста добавленной стоимости, производительности труда и фондоотдачи, снижения себестоимости и капиталоёмкости, обновления основных средств, инновационного развития.

В связи с отсутствием необходимых данных оказалось невозможным проанализировать рост производительности труда как производную величину, прямо зависящую от роста фондовооруженности и фондоотдачи.

Из числа рекомендованных Росстатом экономических показателей (срок окупаемости, бюджетный эффект, чистый доход, капиталоёмкость продукции, норма прибыли) нигде не рассматривается капиталоемкость.

Другие показатели учитываются при рассмотрении инвестиционных проектов, однако их значения в качестве заданий (ориентиров, индикаторов) в каких-либо материалах не установлены («Газпром», «Аэрофлот», «Совкомфлот», «Связьинвест», ФСК ЕЭС). В «Росатоме» и «Роснефти» эти показатели рассматриваются, но недостаточно контролируются. В РЖД учитывается только срок окупаемости.

Не принимаются во внимание показатели, характеризующие состояние и использование основных средств, такие, как износ, коэффициенты выбытия и обновления (табл. 1–4). Растущий уровень износа основных средств – ещё одно убедительное доказательство неблагополучия с выполнением инвестиционных программ в ведущих российских компаниях.

Таблица 1. Характеристика основных средств ОАО «Газпром»

Год

2007

2008

2009

2010

Коэффициент

обновления

основных средств, %

3,8

2,7

2,5

1,9

Коэффициент выбытия, %

0,18

0,12

0,22

0.29

Уровень износа основных средств,%

61,4

62,3

63,6

65,1

Таблица 2. Характеристика основных средств ОАО «НК “Роснефть”»

Год

2007

2008

2009

2010

Коэффициент

обновления

основных средств, %

19,8

24,3

15,9

Коэффициент выбытия, %

0,5

0,7

0,9

Уровень износа основных средств,%

37,4

35,7

39,3

Таблица 3. Характеристика основных средств ОАО «Аэрофлот»

Год

2008

2009

2010

Коэффициент

обновления

основных средств, %

10,9

9,2

27,7

Коэффициент выбытия, %

6,2

8,5

16,6

Уровень износа основных средств,%

60,8

61,0

48,9

Таблица 4. Характеристика основных средств госкорпорации «Росатом»

(на примере ОАО «Концерн Росэнергоатом)

Год

2008

2009

2010

Коэффициент

обновления

основных средств, %

8,6

25,2

53,5

Коэффициент выбытия, %

0,04

0,4

1,0

Уровень износа основных средств,%

37,3

36,3

29,1

Установлено, что износ магистральных нефтепроводов, принадлежащих нашему «национальному достоянию» – «Газпрому», увеличился с 61,4% (1 января 2007 года) до 66,2% (1 июля 2010 года). Сделан вполне очевидный вывод о недостаточной работе «Газпрома» по модернизации основных средств и недостаточных объёмах инвестиций.

Не меньшую озабоченность вызывает инвестиционная политика и крупнейшего российского авиаперевозчика «Аэрофлота»: коэффициент износа принадлежащих ему планёров увеличился с 75,5% (1 января 2008 года) до 87,1% (1 июля 2010 года), а коэффициент износа авиадвигателей – с 84,8% (1 января 2008 года) до 93,4% (1 июля 2010 года).

Казалось бы, состояние нефтепроводов, обеспечивающих важнейшие экспортные поставки и приток валюты в страну, и авиапарка, напрямую определяющего безопасность полётов, – должны быть приоритетными направлениями модернизации в этих, далеко не бедных компаниях. Равно как и остальных! Однако ни государство, ни другие акционеры не обеспечивают надлежащих мер по разработке, управлению и контролю инвестпрограмм. Запланированные мероприятия носят скорее формальный, нежели действенный характер.

В качестве позитивного отмечен рост объёмов собственных средств компаний с государственным участием в качестве основного источника финансирования инвестиционных программ (табл. 5).

Таблица 5. Доля собственных средств в финансировании инвестиционных программ в 2010 году

Компания

Аэрофлот

Газпром

Связьинвест

Роснефть

РЖД

Интер
РАО ЕЭС

ФСК ЕЭС

Доля, %

100

97,8

93,2

81,6

76,9

41,2

30,3

Как следует из представленных данных, присутствие государства положительно влияет на инвестиционную активность. Обращает внимание резкое увеличение данного источника инвестиционного финансирования в «Газпроме». В 2007–2009 годах в ОАО «Газпром» удельный вес заёмных средств в источниках финансирования составлял соответственно 53,7, 9,6 и 33,4% в отличие от нынешних ~ 2%.

Не стоит, однако, обольщаться. В рейтинге 1000 крупнейших компаний мира, осуществляющих исследования и разработки, «Газпром» занимает 108-е место по объёму затрат, АвтоВАЗ – 758-е место и «Ситроникс» – 868-е место. Кстати, других российских компаний среди «первой тысячи» нет. Подобная ситуация противоречит государственной политике, в соответствии с которой только на инвестиционные цели в инвестпрограммах госкомпаний запланировано 2,5 трлн руб.

Выявлены недостаточное документальное согласование и слабая взаимосвязь вопросов стратегического развития электроэнергетики с аналогичными темами в газовой, угольной и других отраслях, связанных с производством электроэнергии. Отсутствуют единые методики расчётов и обоснований инвестиционных программ на основе учёта всех возможных источников производства электроэнергии.

Свидетельством неэффективного управления своими активами со стороны государства является отсутствие рекомендаций по единой структуре инвестиционных программ компаний с государственным участием. Но это совсем не означает, что государство должно выйти из капитала таких компаний. Скорее, наоборот: государству необходимо в кратчайшие сроки активизировать свою координирующую роль, функции регулятора и стимулятора. Кто же, как не государство, выступит инициатором разработки единой комплексной программы инвестиционного развития и взаимной межотраслевой увязки инвестпроектов данных компаний?

Как положительный пример отмечена организация инновационного развития в госкорпорации «Росатом» и ОАО «РЖД». Она предусматривает использование объектов интеллектуальной собственности, однако вряд ли вызывает чувство «глубокого удовлетворения». Лишь один пример. Концерн «Росэнергоатом» в 2008 году получил всего 7 патентов и подал 12 заявок на получение патентов в Роспатент. В 2009 году цифры уменьшились: получены 5 патентов и поданы 3 заявки. Совсем немного – особенно если сравнить с многомиллиардными активами… Словно гора родила мышь…

Более того, выполнение инвестиционных программ в краткосрочном и долгосрочном плане срабатывает зачастую не в плюс, а в минус. Так, модернизация парка воздушных и транспортных морских судов компаниями «Аэрофлот» и «Совкомфлот» осуществляется в основном через закупки у иностранных компаний. По этой причине отечественные предприятия авиационной и судостроительной промышленности задействованы недостаточно.

Разве такая «независимая» политика не противоречит Стратегии развития Объединённой авиастроительной корпорации, ориентированной на «решение приоритетных задач в области развития военной, гражданской и транспортной авиации России» (www.uacrussia.ru)? В том числе на:

– удовлетворение потребностей государственных заказчиков;

– удержание паритетных позиций с американскими и европейскими поставщиками на рынках военной авиации третьих стран;

– динамичное увеличение продаж гражданских воздушных судов, производимых ОАО «ОАК», на внутреннем рынке за счёт выпуска продукции, конкурентоспособной по отношению к зарубежным аналогам;

– завоевание до 2025 года паритетных позиций на открытых (подчиняющихся законам свободной конкуренции) зарубежных рынках гражданской авиатехники в выбранных для позиционирования рыночных нишах.

Отметим попутно, что импортные поставки с целью модернизации подвижного состава осуществляет также и РЖД.

Какая эффективность нам нужна?

Эффективность инвестпроектов определяется как эффективность созданных объектов (рост производительности труда, снижение себестоимости и капиталоёмкости) и снижение затрат при выполнении этих проектов.

Примечательно, что все компании реализуют именно «противозатратные» мероприятия, позволяющие, в частности, повысить фондоотдачу. А вот направление, предполагающее рост производительности труда, популярностью не пользуется, что, как следует из вышеизложенного, совсем не случайно.

Несмотря на это, примеров нерачительного расходования ресурсов достаточно. Так, в 2009 году «дочки» «Газпрома» потеряли деньгами и имуществом 28 млрд руб. – без малого 1 млрд долл. и почти 4% его инвестпрограммы. Компания борется с потерями, отмечают аудиторы. Оценка занижена, считает один из наиболее известных российских миноритариев Алексей Навальный (Ведомости. 2011. 2 сент.).

Сделан логичный вывод, что рост капиталоёмкости продукции характерен также и для других компаний и экономики России в целом. А ведь повышение инвестиционной цены роста приводит к снижению доходов федерального бюджета, увеличению банковских ставок, снижению интереса банков к кредитованию инвестиционных проектов, снижению инвестиционной привлекательности компаний и стоимости их акций.

Ещё одно свидетельство неудовлетворительного положения дел, не вселяющее оптимизма, – то, что в структуре инвестпрограмм проверяемых компаний не предусмотрены инвестиции на НИОКР. Откуда же отечественным новациям взяться? Неужели не ясно, что таким способом дополнительно подпитывают дорогу с двусторонним движением, по которой за рубеж «утекают мозги», а в страну импортируют высокотехнологичную продукцию?

Между тем на заседании президиума российского правительства 7 сентября 2011 года была особо подчёркнута важная роль формирования сбалансированного, устойчиво развивающегося сектора исследований и разработок. Печальнее всего, что и государство, и лидеры отечественного бизнеса на словах провозглашают одно, а в действительности происходит другое…

Глобальная посткризисная экономика имеет инвестиционный характер. С одной стороны, это объясняет увеличение объёмов инвестиционных программ ведущих российских компаний с государственным участием (рост фондовооружённости), совершенствование структуры основных средств (снижение износа, улучшение коэффициентов обновления и выбытия). Но с другой – обязательным условием растущих инвестиционных затрат должно стать повышение эффективности инвестиций (рост производительности труда и фондоотдачи, снижение себестоимости и капиталоемкости). И если крупный бизнес, не говоря уже о среднем и малом, намеренно (по-другому не скажешь) избегает использования соответствующих оценочных параметров своей деятельности, то государство обязано безотлагательно инициировать необходимые законодательные решения, логично вытекающие из выводов и рекомендаций Счётной палаты.

Ещё в 2009 году в Послании Федеральному Собранию президент России обратил внимание на актуальность проведения независимого аудита корпораций и крупных компаний с государственным участием, на необходимость увязывать оплату труда руководства компаний с показателями эффективности (снижением издержек, ростом производительности труда, результатами внедрения технологий и инноваций) и оценкой качества менеджмента.

Но как показывает состоявшаяся проверка Счётной палаты, должная увязка отсутствует, вознаграждение независимых членов советов директоров зависит не от результатов деятельности, а связано с их участием в заседаниях! Да и сами результаты деятельности во многих случаях оцениваются по показателям, не удовлетворяющим в должной мере требованиям инновационного развития.

Таким образом, на очевидный вопрос «Платить надо?» возможен единственный ответ: «Только по результату!» Удручает, однако, что одновременно с информацией о более чем скромных и малоубедительных по мировым меркам результатах экономического роста в России СМИ полны сообщений о рекордных дивидендах – не в последнюю очередь в упомянутых выше компаниях с государственным участием.

В начале года президент страны подверг критике госкомпании за неудовлетворительную инвестиционную работу, пригрозив дисциплинарной ответственностью вплоть до увольнений. Совсем недавно – в июле – на очередном совещании в Киришах глава правительства также резко критиковал нефтедобывающие компании за то, что они сорвали сроки модернизации своих нефтеперерабатывающих предприятий и больше тратят на дивиденды, чем вкладываются в переоснащение производства.

И верно, к чему инновации, если и так – всё о’кей! К тому же куда проще (и дешевле!) убеждать народ, что отечественная экономика уверенно выздоравливает, нежели продуманно вкладываться в модернизацию и добиваться результатов – реально эффективных, общественно полезных и простому гражданину России доступных.

Однако эффектом плацебо нельзя подменить эффективность модернизации. По крайней мере надолго… И вот свершилось! По сведениям Минэкономразвития? 47 компаний с госучастием приняли инновационные стратегии (Ведомости. 2011. 8 сент.). Решено также объединить руководителей, отвечающих в госкомпаниях за инновации, в неформальный клуб. Но судьбоносные планы постиндустриального преображения России одним лишь топ-менеджерам и властным чиновникам не по плечу. И мастер-классы миллиардеров, которых президент страны призвал давать школьные уроки жизненного успеха, не помогут.

Как говорил классик, идея становится материальной силой, когда овладевает массами, отвечает интересам и потребностям каждого человека, к которому она обращена. Набившие оскомину «модернизационные» призывы и заклинания, только тогда уступят место подлинной всесторонней модернизации российского общества, когда большинство россиян – непосредственных производителей национального богатства – получит возможность заинтересованно трудиться, участвовать в справедливом распределении доходов и управлении. Убедится, что права и свободы гарантированы и надёжно защищены. Осознает, что личное благополучие, достойная жизнь, процветание государства Российского зависят в первую очередь от них самих.